Я даже не спрошу, как тебя найти

      Агнес читает Филиппа Дика, сидя на самодельной деревянной лавке. Слушает, как треплются парни и девчонки недалеко, возле стола, где расставлены закуски и напитки, салфетки и картонная посуда для пикников. Так хорошо и спокойно, они недалеко тут в лесополосе, жарят мясо и перебрасываются мнениями про всё на свете. Мечты, события, желания, впечатления — работа, отношения, фитнес, шуры-муры, деньги… Ее подруга там, среди них, центральная фигура. Она как камень, от которого идут круги по воде. Она командует, управляет, поддерживает. Лиля словно Король Солнце, самовлюбленный Людовик, который собирает вокруг себя всё лучшее и развесёлое. А Агнес вспоминает её ночные слова, о том, что она хочет уехать.       Она пропускает момент, когда среди них появились новые лица. Агнес думает о том, что эти мужики просто ходячее клише про альфа-самцов. Феромоны крутых мачо окутывают всех присутствующих, как только эти трое вылезли из автомобиля. Флюиды брутальности бьют наотмашь. Хотя дядьки вполне себе лаконичные и даже скромные. Чертовски мужественные и спокойные. Не считая здоровенного «Лексуса», сами они не отсвечивают: у всех темный гардероб и джинсы. Без дыр. Но с потёртостями. У одного косуха, другие два — в бомберах. Крупные часы на запястьях. Ей стало почему-то весело. «Бригада, ёпт». Ребята примолкли, стали прям тише, засмущались. Ощущение, что протрезвели даже. Агнес, конечно, пофигу, но стало интересно, что это за мужики, от которых даже трезвеешь. Ей вот, напротив, хотелось опьянеть. Чтобы стать нормальной. Чтобы уже приглушить тотальный контроль в башке.       Лилька зашептала ей, вводя в курс, что один из них отец ее зазнобы Мишани («Вон тот, самый большой дядька»). А второй с черными короткими волосами — друг его давний и партнер по делам. Совсем взрослые, есть свой бизнес, про личную жизнь каждого из них ходит много слухов. И о прошлом. Агнес стала тихонько хихикать. Подруга шмякнула ей по голове ладошкой: — Чшшш, чего ржешь… — Ауч, нельзя, да? При серьезных-то людях. Да ты глянь на них, - Агнес наклонилась к Лиле, почти к уху, - Они ж как с картинки мачо, думаешь, им есть до нас какое-то дело? Да мы дети для них. Слушай, а может книксен сделать? И потом сразу отдаться? - и улыбается так широко и открыто, что подругу аж простреливает хохотом. — Агнес, ты дурочка, ну вдруг чего подумают… - Чего они подумают, они тебя знают, ты с сыном одного из них знакома и тусишь даже. Обидятся что ли на меня, если я поглазею? Ну пожаааааааалуйста, - растягивая гласные, стала горячим шепотом просить Агнес, с улыбкой глядя на подружку. — Хоть вблизи увидеть настоящих серьезных людей.       Агнес наблюдала, как отец Миши передал ему связку ключей и сейчас что-то говорил, жестикулируя рукой. Второй с интересом разглядывал их компанию. Наткнулся на нее. Посмотрел, как на человека, которого видит впервые, другие-то поди были ему знакомы. Третий уже ржал с пацанами у стола, прикуривая сигарету. Лилька упорхнула в направлении Мишани. А этот чертов мачо приблизился к лавке, где сидела Агнес, присел, выбрав аналогичную позу для размещения. Оседлал сиденье. Уставился на девушку. Она смотрела на него, чуть наклонив голову. Мужик как мужик. Да, не мальчик. Волосы подстрижены коротко, они явно жесткие, топорщатся. Жилистый, вены выделялись на тыльной стороне ладоней. В пальцах держит бутылку пива, отпито всего ничего. Джинсы голубые, поло и бомбер чёрные. На лице выделялись брови и губы. Они были такие скульптурные, словно твёрдые. Сильный и брутальный плохиш местного разлива. Девушка уверена, что вниманием поклонниц он не обделен, к кому-то заезжает поправить здоровье. Или у него есть одна какая-то любовь капризная, такая не как все здесь, в этом болотце. Почему-то Агнес представила такую гламурную, но чуть пошловатую фифу, которая ведет в инста бьюти-колонку для местного фан-клуба «ой девачки…» «Не завидуй, Агнес», - говорит сама себе.       - Привет! — мужик радостно здоровается. Весь лучится симпатией. На лице появляются еще разные складочки и мимические морщинки. И это так мило смотрится на столь суровом лице, что Агнес любуется. – Добрый день! – Как дела? – Отдыхаем. – Да вижу, как звать тебя, девчуль? – Агнес. – Как-как? – Агнес. – Олег. – А по отчеству?.. – Прикалываешься? — брови густые свел домиком, между ними залом, лоб морщит. «Обиделся что ли, ну так ему за сорокет», - уверена Агнес. Довольно долго не отвечает. Пытается понять, что она чувствует внутри. Есть ли отвращение, надо ли звать Лильку, чтобы она вклинилась между ними и разговор весь запечатала своей прелестной мордашкой и легким трепом. Вроде нет. Вроде даже симпатичный: жесткий такой, рот суровый, глаза с тяжеловатыми веками, глубокие носогубные складки, взгляд как у вышибалы. Реснички слегка загибаются, ха. Агнес подумала, что он похож на чувака из компашки Гая Риччи — актера и просто классного британца Винни Джонса. И в костюме, и в спортивках выглядит круто. Волнующе. – Вы старше меня. Я стараюсь быть вежливой. – Ничего себе. На «вы», еще и отчество тебе подавай. – Я вас не знаю, при знакомстве стоит соблюдать правила. – Нда, институт благородных девиц? Давай на ты, ладно? — улыбается. И щеку словно прорезает вертикальная ямочка. Как внезапно появляющийся шрам. «Сладко улыбается», - размышляет Агнес. — Мило так, будто смущается».       Олег ожидал чего угодно, когда Егор попросил его сгонять с ним в лесок навестить молодежную компашку, к сыну — отдать ключи от квартиры да и глянуть, что там, в каком состоянии наследник. Мужчина настроился на убивание времени, ожидал, что какие-то девчонки начнут с ним флиртовать. Как обычно. А вместо этого встретить Агнес, которая обращается к нему на «вы» и не то, что не флиртует, а вежливо и настойчиво втыкает в него копьё, чтобы держать его на расстоянии. Желательно, мёртвого. Уже не скучно. Он тоже смотрел на девушку внимательно, пока она предавалась ассоциациям с Винни Джонсом. Косметики ноль, волосы темно-рыжие, веснушки на лице, кожа выглядит здоровой, очень светлая. Чёлка. Футболка и джинсы. Какие-то шлепанцы кожаные на ногах. Модные по всей видимости. В лес в кожаных шлепанцах, ну да, ну да. Ему даже жаль ее стало, чего она тут вечером-то делать будет в такой обуви. – Ты откуда такая вежливая? – Я не местная. Конечно, это звучит, словно здесь все невежливые, но это просто такая фигура речи. Понимаете? Я приехала в гости к Лиле, - она махнула подбородком в сторону смеющейся подруги, которая стояла с Мишей и его отцом. — Мы вместе учились в универе. Я на выходные прикатила, не виделись давно уже. О, сказала, как отчиталась. Спокойно, суховато, а тембр приятный, как у сотрудниц колл-центров. «Или в сексе по телефону», - подумал Олег. – Да знаю я твою подругу. Так, мы же на «ты» договорились, забыла что ли? Агнес - это настоящее имя? – Настоящее, - говорит и внезапно смеется, прям в голос. Ее собеседник понимает бред своего вопроса. – Да ёпт… Это именно так в паспорте у тебя записано? – Нет. В паспорте похожее. – А зачем? – Учусь тренировать выдержку, отвечая на такие вопросы. – А нормально можешь ответить? – Нет, учусь тренировать в себе всё ненормальное.       Она видела, как удивился мужчина напротив. Разозлился? В какой-то момент ей стало некомфортно, даже страшно. Тело словно вспомнило боль, которую получало от того, кто бесится. Не беси зверя, как постоянно ей говорила мама. Говорила-говорила, да померла. От зверя же. – У вас на лице вся гамма переживаний, словно вмазать мне хотите. Наказать за вредность, - выпалила она. – Херню несёшь, да, девчуль? Он ответил ей так мягко, словно разговаривал с человеком, который вот-вот сорвется в истерику, словно боясь оттолкнуть. Плавно поднял руку и хотел было погладить ее по голове в успокаивающем жесте. Импульсивно, но что же делать, не смог справиться с желанием. Застыл, потому что Агнес чуть не подпрыгнула, даже в сторону наклонилась, уворачиваясь от этого не случившегося прикосновения. – Ох, мммммм.... Испугал? Прости… Я женщин не бил и не бью. – Рада… слышать…- выдохнула, отвернулась. Книжку свою закрыла, отложила. Посмотрела на Олега. Он подвинулся поближе так, что его колени уперлись в ее. И замер. Девушка посмотрела на эту «фигуру», образованную их ногами, но ничего не сказала. «Не отодвинулась. И то радость, а то у девчонки явные проблемы с тактильностью», - подумал Олег. И тут врубился: – А!!!...Ты та, с которой Тоша вчера танцевал…дошло…Его Полинка потом дулась весь вечер на него, ревновала… – Ничего себе, какие страсти! Не надо было танцевать, да? - улыбается Агнес. – Я б тоже ревновал. Точно — ты… я волосы вспомнил. И то, что тебя не видел до этого. – И больше ничего? Попу там, глаза? Он смотрит на девушку, видит, что она не флиртует. Ее тон почти светский, вежливый. Но она явно иронизирует. Олег опускает глаза на ее грудь, потом ниже, на разведенные ноги. Ухмыляется: – Попу не помню. А бедра хорошие, вижу теперь очень хорошо. Ее ноги и круглые бедра в облегающих джинсах выглядят сильными и крепкими. Она знает, потому что частенько торчит в спортзале, нагружая тело, занимаясь индивидуально с тренером, чтобы побороть свою стеснительность. – Ты многого не видишь. – Покажешь? — он знает, что рискует таким вопросом, но не боится. Кто не рискует, тот не поит шампанским странную девушку. А Олег очень хочет продолжить знакомство с ней. Он улыбается, опять сверкая своей ямочкой-шрамом на щеке. Девушка напротив просто прожигает его зрачки серьезностью. Без надежды обольстить, завлечь. Ощущение, что она изучает его на предмет пригодности. – Ты как душу мне вынуть хочешь, так смотришь, — произносит Олег. – Про душу поговорить хочешь? Изволь. И Агнес рассказывает ему про андроидов.       Олег слушает. Спрашивает. Улыбается. Прикуривает ей и себе сигареты. И смотрит, смотрит, смотрит. Словно пытается сканировать ее броню, узнать код ее программы, прочитать ее послания. И вроде оба приходят к каким-то для себя выводам, но пока не делятся ими. Пройден ли тест?..       Агнес иногда поглядывает за его спину, во время пауз и глубоких затяжек. Там у накрытого стола собралась почти вся компания, болтают, выпивают, слышны диалоги и смех. Подумал ли кто-то из тех веселящихся о них двоих, которые уединились на лавке. Грязные мысли зашевелились в голове, девушка мысленно показала им неприличный жест. Ей не хотелось пускать их дальше. Пусть будет у нее этот момент — очень полный и цельный, она и этот человек, разговоры о фантастике, длинные взгляды, утягивающие всё дальше, словно ныряешь вниз в кроличью нору и, как Алиса, надеешься попасть на другую сторону мира.       Олег делает глоток пива из своей бутылки, потом встает, идет к столу, наливает ей в пластиковый стакан пива из баклашки, возвращается. Протягивает Агнес. Она благодарит его, он опять садится, оседлав скамейку и снова упирается коленями в колени девушки. Она поднимает брови: – Я думала, ты случайно трешься об меня своими…менисками… Видимо, целенаправленно. – Менисками!... — Олег в восторге от ее простодушной реакции, он смеется. - Так удобнее. Ты не против? Молчание знак согласия. Пусть пока это будет единственное к ней прикосновение. Олег мягко улыбается ей. Агнес отвечает. Он делает глоток из бутылки, и тут девушка вытягивает руку, обхватывает пальцами стеклянное горлышко, тянет к себе, он выпускает. Агнес делает глоток, возвращает ему пиво. Ее губы влажные, глаза сияют. И это для него словно второе к ней прикосновение. Уже к ее губам, языку.       Они еще сидели, курили, она немного выпила из своего стакана, потом опять из его бутылки именно после того, как он отпил. Они болтали, она частенько снова называла его на «вы», отчего он смущался. Остальные в компании уже поняли, что почти нет шансов разбить их уединение. Егор пару раз звал его, но Олег отмахнулся.       Агнес перестала быть напряженной, немного снизила градус защиты, а он перестал скрывать, что заинтересовался ей. Пофигу, что там ей могли нарассказывать о нем. Может быть, когда-то его делишки и были грязными, но сейчас-то он обычный, самый что ни на есть заурядный владелец автосервиса и магазинчика. Бояться его не стоит. А Лилька уже несколько раз утаскивала подругу под руку покурить тет-а-тет и в кусты в туалет. Вот стопудово напиздила ей про его репутацию покорителя женских сердец. Олег сейчас не имел никаких отношений, ревновать его, как Тошу, никто не будет. А вот кто будет ревновать саму Агнес? Что-то подсказывало Олегу, что не стала бы рыжеволосая симпатяга пить из его бутылки (да, да, словно касаться губами друг друга через преграду) будучи в любви и согласии с кем-то. Но уточнить стоило, причем у самой Агнес. – Ты в этих шлепанцах замерзнешь скоро, слышишь? - небрежно говорит Олег. – Я не очень мерзлявая, во мне скандинавская кровь! А ты заботливый… папочка, - хихикает. – Ну-ну, поклонница викингов. – Я поклонница британцев, а не викингов. Тебе говорили, что ты похож на британца? На Винни Джонса? «Карты, деньги, два ствола…» и дальше по списку, - Агнес смущается своей смелости, хорошо, что не краснеет. Олег доволен ее признанием, пусть и шутливым. – Я знаю, кто такой Винни Джонс и Гай Риччи, девчуль. Можем глянуть фильм как-нибудь и дальше по списку, - он решается аккуратно выяснить у девушки дальнейшие планы. Она молчит, но не выглядит удивленной. И тут подходит отец Мишани, говорит, что надо ехать, оставить этих молодых тусить дальше. А у них самих другая тусовка. Олег раздосадован, он бы с удовольствием остался и дальше бы толкался коленками с Агнес. Медленно-медленно сближаясь. Мягко уверяя ее в собственной честности. «Сейчас подойду», - отвечает он другу. Прежде чем уйти, он смотрит на девушку, обводит ее всю глазами и произносит: – Я хочу приехать за тобой вечером. – Приезжай. Вот и всё. Оба выдохнули.       Олег поднимается с лавки, достает из кармана куртки сигареты, зажигалку, ключи. Распихивает по карманам джинсов. Телефон разблокирует и протягивает ей. Агнес набирает свой номер и делает прозвон. Мужчина забирает протянутый ему телефон. Потом снимает бомбер и набрасывает на плечи Агнес. – В дополнение к скандинавской крови, - и подмигивает девушке. Агнес кивает, скользит ладонями в рукава, проводит пальцами по манжету. – Спасибо.       Ей хочется послать ему воздушный поцелуй или сделать еще какую-то фигню в романтическом стиле. Сказать, что она слишком горяча, чтобы мерзнуть или что она ждет-не дождется, когда он согреет ее. Конечно, она не произносит ничего из этого, потому что это глупо и пошло. Агнес смеется сама надо собой, еще не совсем понимая, что чувствует. Волнение. Предвкушение. Желание.       Обман ли это? Иллюзорная надежда… Состоится ли их встреча, основанная только на недолгой болтовне? Что есть у них: эфемерное прикосновение к губам друг друга через глоток из одной бутылки… Тисканье коленок и проникновенные взгляды… Словно он пытался потрогать ее так — глазами своими, проникнуть хотел дальше на ее территорию. Ласково, словно боясь спугнуть.       Агнес сунула ладонь в карман его куртки. Она поняла, что он оставил ей свою вещь, свой запах и защиту.       Девушка поднялась и направилась к остальным. Надо бы еще немного выпить, прежде чем ее одолеют вопросами про ее брутального собеседника.