Forget-me-not, I`m your hope

Сегодня пятница и я прогулял школу. И да, эти два факта никак не связаны, просто ни свет ни заря я был уже в районе Сочхо-гу, бродил среди благоухающих прилавков на оптовом цветочном рынке. Я искал незабудки. Моим поискам никак не способствовало то, что периодически я просто выпадал из реальности, вспоминая вчерашний день. Хосок на самом деле проводил меня до порога моего дома. Не могу сказать, что это была самая приятная прогулка... Вру! Это была самая приятная недо-прогулка за всю мою жизнь, хотя большую часть пути мы молчали, но даже просто сталкиваясь с ним плечами, слыша его шаги и размеренное дыхание, я чувствовал себя счастливым. Как же я так, черт возьми, влип? Из того немногого, что Хосок рассказал, я понял, что за год его планы не изменились, и он собирается все так же поступать на хореографический. А это значит, что мы станем студентами одного ВУЗа. Удивительно, еще два дня назад мы не были знакомы, а сегодня я вижу человека, и мое сердце замирает. Единственное, что мне хочется знать, так это - существует ли вероятность, что Хосок мог бы испытывать ко мне хотя бы малую часть тех чувств, которые теснятся в моей груди? Нравлюсь ли я ему? Нет, не так... Могу ли я нравиться ему, ведь то, что мы одного пола, подразумевает некоторые ээээ... сложности? Конечно, обстоятельства нашего знакомства приятными не были и уже не станут, но взаимно принесенные искренние извинения должны сгладить их. Самое время начать сначала, зачеркнуть все недоразумения и позволить себе стать если не друзьями, то хотя бы не врагами. Да, стоит начать с этого. Хоуп, проводив меня, зайти отказался и потопал до остановки своей неторопливой и слегка вальяжной походкой абсолютно уверенного в себе человека, на ходу вставляя наушники, а я остался стоять и завороженно смотреть ему вслед, пока меня не привел в чувства звонок мобильного. Намджун возбужденно гудел в трубку, что завтра на фэйс-контроле в клубе будет его знакомый, а значит, мы сможем без проблем пройти и как следует отдохнуть. "Как следует отдохнуть" по версии моего друга - это налакаться в дрова и он, паршивец, прекрасно осведомлен, что мои родители отчалили на все выходные, а следовательно у меня дома можно будет спокойно прийти в себя, не травмируя психику собственных предков, и сохранить при этом репутацию "хорошего мальчика". Так что, да. Сегодня пятница, уроки я прогулял, вечером меня ожидает поход в клуб, а сейчас я загружаю в такси ящики с теми самыми цветами, с которых все и началось, и предвкушаю уже реакцию рыжеволосой цветочной феи. На язык вдобавок к этому определению, которое в собственной голове звучит уже без сарказма, неотделимо ложится сладкой ватой местоимение "моей". Я не знаю, чего мне в данный момент хочется больше: петь, смеяться или без остановки писать музыку. При этом я даже не представляю, какого рода гармония способна передать всю глубину такого неожиданного, возникшего буквально на ровном месте, даже можно смело сказать - вопреки, чувства. Я ощущаю тонкий и нежный аромат незабудки, который разносится по салону автомобиля, он обволакивает меня, накрывает легкой вуалью, туманной дымкой подобно той, которая стоит над рекой в утренние часы. Почему этой весной все вдруг стало таким особенным? Тот же город, те же улицы, та же река... Я еду в такси, как и сотни раз до этого, но именно сейчас чувствую, будто впервые смотрю на мир широко распахнутыми глазами, не преломляя свою собственную реальность призмой обыденности. Как будто кто-то раскрасил мир яркими красками. Не кто-то... Я точно знаю, что за художник здесь постарался, имя его - Чон Хосок, и он - мой персональный живописец. Он, сам того не подозревая, позволил мне наконец увидеть весь спектр красок вселенной. Удивительно, как виртуозно преображает окружающую действительность чувство, родившееся вопреки, особенно, когда это чувство - первое. Еще я раздумывал, стоит ли позвать Хоупа в клуб с нами, это была бы отличная возможность пообщаться, но парня на месте не оказалось, а его номера у меня не было. Поэтому, оставив цветы садовнику, я выполнил все его указания, касающиеся работы, и с чистой совестью отправился домой. До прихода Намджуна я успел перекусить, принять душ и даже почти полностью собраться. *** Мой друг в черном выглядит сногсшибательно, никак не скажешь, что он школьник. Эти широкие плечи, обтянутые тканью рубашки, в совокупности с высоким ростом и совершенно убийственным взглядом могут с легкостью влюбить в их обладателя кого угодно. - Джун, а ты точно собираешься тупо надраться сегодня? - у меня зародились сомнения и, надо сказать, небезосновательно. - Выглядишь, как будто у тебя свидание. Намджун как-то странно дернулся, опустил глаза и покраснел. В точку! Я попал в точку, просто в десяточку. У меня отпала челюсть. - Ты охренел? Мог бы сразу сказать, - беззлобно возмутился я. - Я тебе для чего в клубе, свечку держать или кое-что еще придерживать? - Не кипятись, Юнги, - Джун выглядел смущенным. - Это спонтанно получилось, я не планировал. Тебя не было в школе, но после уроков Джин-хён пришел как обычно. Мы разговорились, слово за слово, и я сам не понимаю, как набрался смелости его пригласить, но еще больше не понимаю, почему он согласился... Я взял друга за плечи и легонько подтолкнул к высокому напольному зеркалу. - Смотри. Ты похож на звезду дорам или на айдола. Я прекрасно понимаю Джина, - ободряюще произнес я. Намджун одарил меня через отражение теплой улыбкой, и ямочки на его щеках стали особенно заметны. Справедливости ради стоило бы признаться, что я и сам собирался позвать кое-кого потанцевать сегодня, раз уж этот кое-кто в танцах мастер, но, видимо, не судьба. А так, сложись все иначе, могло бы получиться двойное свидание, да. Хотя, я все еще сомневался насчет предпочтений Хосока, но вспомнил, что вчера что-то болтал про свидание, пока Хоуп помогал дойти до комнаты отдыха, и он не отшатнулся в ужасе и даже ничего колкого не сказал мне на это. Джун отошел от зеркала, и на меня уставилось собственное отражение. Я выглядел, как гребаная Лолита: белые волосы в легком беспорядке, графитовая дымка на веках, розоватые пухлые губы... Н-дааа, блядовитая Лолита получилась, надо сказать. В одиннадцать мы с Джуном стояли у бара и по тому, как друг посматривает на экран телефона, я понял, что Джин-хён опаздывает. Но не успели мы допить по второму Лонг-Айленду, как в толпе мелькнула знакомая фигура и Намджун, точно тренированная гончая, сорвался с места, бросив смущенно, что он скоро вернется вместе с парнем. Я присел на высокий барный стул, помешал соломинкой свой напиток и, сделав глоток, чуть не поперхнулся, когда на мое бедро опустилась чужая рука. "Какого хера?" - Тебя угостить, сладкий? - голос мужика походил на рокот штормящего моря, а сам он возвышался надо мной на целую голову и похоже был лет на пятнадцать старше. А я думал, что самый высокий здесь - Намджун, но нет, подошедший был еще и сильно широк в плечах, тем самым напоминая гориллу. Я с трудом сохранил невозмутимый вид, чтобы на лице не отразились все мои умозаключения и чтобы, не дай бог, не ляпнуть лишнего. Все-таки ввязываться в конфликт в мои планы не входит. - Не стоит, - безразлично обронил я, покачивая бокалом в одной руке, а второй - сбрасывая наглую лапу с бедра. Причем мое "не стоит" можно было отнести как к предложению, так и неуместному прикосновению. Мужик явно был не удовлетворен таким ответом, но тут уже рядом возникли Намджун и Джин. - Какие-то проблемы, Юнги? - пробасил мой друг, оттесняя великана плечом. - Никаких, бро, - я как можно грациознее соскочил со стула и двинулся в сторону танцпола, не забыв при этом приветственно кивнуть Джин-хёну и ощущая рядом их присутствие. - Тебя на пять минут оставить нельзя, - занудствовал Намджун. - Джуни, да ты глянь на него! Тут только слепой мимо пройдет, - щебетал Джин, беззастенчиво разглядывая меня. Еще чуть-чуть и щупать начнет. Я на всякий случай отодвинулся. - Не замечал, что у тебя проколы в ушах. Под школьной формой столько всего скрывается, оказывается! Недаром же Хоуп... Ой! - вдруг запнулся хён, и его щеки слегка порозовели, а я уцепился за обрывок фразы. - Хоуп что?.. - переспросил я, надеясь на продолжение и неосознанно хватаясь за колечко в левом ухе, но Джин сотворил жест, будто закрывает рот на замок и мое разочарование можно было, наверное, потрогать руками. - Хоуп ничего. Пусть сам тебе все скажет. "Да уж, он уже и так много всякого наговорил, особенно про мой внешний вид", - подумал я, а вслух произнес: - Пойдемте лучше потанцуем. Намджун и Джин прошли вперед, уже нырнули в колышущееся море людей и тут же прижались ближе друг к другу, ловя ритм музыки, а я вернулся к бару, предварительно убедившись, что того мужика нет в зоне видимости, и оставил свой пустой бокал. Присоединяться к парням я не спешил, давая им возможность побыть условно наедине, насколько это возможно в забитом людьми клубе. Барная зона располагалась на три ступени выше танцпола, позволяя видеть его практически полностью. Я незаинтересованно обводил взглядом толпу, думая о том, что же все-таки чуть не ляпнул Джин. Очевидно, Хосок говорил ему обо мне, и я бы многое отдал, чтобы узнать, что именно. Хосок... Неподалеку в световых лучах мелькнула рыжая макушка. Я присмотрелся, всерьез опасаясь, что у меня уже галлюцинации, но нет, это абсолютно точно был Хоуп. И он танцевал, а я завис. Он двигался в такт музыке, плавно скользил, вырисовывая своим гибким телом невообразимые волны и прогибы, которые смотрелись в хаотичных цветных вспышках еще более эффектно. От него невозможно было оторвать глаз, Хосок и впрямь был мастером в танцах, он будто рассказывал прекрасную историю языком своего тела. И я смотрел, ощущая периодически волны жара, прокатывающиеся по коже, когда на особенно резких движениях черная футболка Хоупа задиралась, оголяя низ его подтянутого живота или бок. Я уже было собирался спуститься и подойти к Хосоку, когда заметил, что тот вообще-то не один. Рядом с ним танцевал парень, отдаленно напоминающий меня самого: светлые волосы, только не снежно-белые, как у меня, а с чуть персиковым оттенком, одного со мной роста, в ушах покачиваются длинные серьги. Даже одеты мы были похоже - белый верх, только у меня свободная рубашка, заправленная в черные узкие джинсы, а у него - облегающая крепкий торс футболка. Но и отличий была масса: парень рядом с Хосоком обладал накачанным телом, не таким чрезмерно большим, как у того же мужика, что предлагал угостить, а с красивыми округлостями, будто приглашающими прикоснуться к ним, манящими. Светло-голубые джинсы обтягивали упругий зад, который этот ходячий эклер, как бы невзначай, пристраивал к паху Хоупа, поворачиваясь в танце вокруг своей оси. Блять, вот, значит, какие тебе нравятся, да, Чон Хосок? "Ты слишком тощий, Юнги. Ты такой худой!" А вот этот милый пупс как раз то, что надо, да? Конечно, ведь когда он тянет свои унизанные кольцами пальцы к бедрам Хосока, затянутым в черную кожу, тот не отстраняется, а позволяет притянуть себя ближе и двигаться, как единое целое. Это так похоже на... О, боже! А это больно. Ревность подкатила комом к самому горлу, перекрыла доступ кислорода, парализовала. Я мог только стоять и смотреть на эту порочно-красивую пару, ощупывать взглядом гибкое тело Хоупа, потому что, очевидно, по-другому мне не светит. И я пялился, точь-в-точь как вчера днем в школьном дворе. Я смотрел не только на тело, я видел его лицо, озаренное широкой лучистой улыбкой. Хоуп в этот момент выглядел счастливым. Словно ощутив прикосновение, как если бы мой взор был осязаем, Хосок повернул голову и посмотрел прямо на меня. Я подумал, что он снова нахмурится, как обычно делал, ловя мои взгляды, но на его лице отразился целый спектр эмоций: от недоумения и удивления до смущения, как будто я его застукал в неловкой ситуации. А еще мне показалось, что он смотрит откровенно оценивающе, цепляясь за каждую деталь моего облика. Среди этого моря из разгоряченных, движущихся людских тел мы двое стояли и прожигали друг друга взглядом. Я не отвел глаз, даже когда боковым зрением засек, как ко мне приближается знакомая гориллоподобная фигура. Мужик подошел вплотную, что-то говорил, я краем уха улавливал отдельные слова, но смотрел только на Хосока, замечая его реакцию на этого типа, то, как он слегка выпятил нижнюю челюсть и наклонил голову набок. Я бы и дальше стоял, как загипнотизированный, если бы не рука с множеством колец, которая прижалась к щеке Хосока в попытке вернуть того в реальность и нежно огладила ее. В этот самый момент мой плохо понявший отказ поклонник, вероятно, устав говорить в пустоту, сомкнул свою лапищу на моем предплечье. Меня подбросило, как от удара током - и от увиденного, и от собственных ощущений. Дернувшись в сторону, я резко махнул рукой, освобождаясь из хватки, бросив раздраженное "отъебись", торопливо направился к выходу из клуба. Прохладный ночной воздух остудил горящие щеки. Я приложил к ним ладони, которые в контраст оказались отчего-то ледяными, а затем пальцами обеих рук зачесал волосы назад, наводя еще больший беспорядок на голове и позволяя себе протяжно выдохнуть. В голове зашумело, а грудь сдавило, будто бы я до этого вовсе не дышал. По статистике у большей части людей первая любовь оказывается несчастной, с чего бы мне становиться исключением? С чего я вообще решил, что у Хосока никого нет? Нет ведь не единого шанса, что этот горячий парень с ним - просто друг. Я достал телефон и вызвал такси, а следом написал Намджуну, что собираюсь домой и жду его после клуба у себя одного или с Джином, это уж, как они сами решат. У кого-то же должно быть все хорошо? Я успел убрать телефон в карман и сунуть туда же уже довольно озябшие пальцы, как услышал за спиной: - Невежливо так себя вести со старшими, сладкий. Я надеялся, что этот стремный тип отвязался, но ошибся. - Я, кажется, ясно выразился... дважды, - бросил я через плечо, но не смог повернуться, так как меня довольно жестко обхватили поперек корпуса и прижали спиной к твердокаменному телу, вышибая воздух из легких, и одновременно больно дернули за волосы. - Не груби, сладкий, - звучало над головой. - Сейчас ты сядешь в мою машину и будешь вести себя, как хороший мальчик. Ты же хороший мальчик, да? А утром я отвезу тебя, куда скажешь. А если нет, то я поимею тебя в ближайшей подворотне без растяжки. Я ведь тоже ясно выражаюсь, не так ли? - рука сильнее сжала волосы, запрокидывая мою голову назад, и я увидел лицо этого гада. Он даже не ухмылялся. - Вполне, - прохрипел я. Все-таки говорить в таком положении неудобно. Улица, как назло была пустынна, звать на помощь некого, оставалось только тянуть время в надежде на то, что кто-нибудь выйдет из клуба и вмешается, желательно охранник. Стоило мне об этом подумать, как дверь, действительно, распахнулась, выпуская наружу приглушенно звучащую музыку, но из моего положения я не мог разглядеть, кто вышел, даже сильно скосив глаза. Зато я услышал. - Отъебался от него сейчас же! От этого голоса сердце совершило кульбит в груди и забилось, словно в припадке. "Воистину, ты моя надежда, Хоуп!" - Иди, куда шел. Это тебя не касается, эта сучка моя, - мужик, все еще прижимая меня, но отпустив волосы, повернулся к Хосоку. Я увидел, как тот на ходу натягивает кожанку. - Ты не понял. Без него я не уйду, - парень в упор смотрел на старшего и медленно приближался. На меня он не обращал никакого внимания, и лицо его имело каменное выражение. Хосок выносливый и гибкий, как и любой танцор, но этот тип настолько мощный, что если они сцепятся, то есть риск, что Хоупа просто раздавит его весом. Поэтому, когда мужик потянулся к карману и ослабил хватку, я поднырнул под его руку и отпрыгнул в сторону, освобождаясь. Одновременно с этим раздался щелчок, и я увидел, как блеснуло в свете фонарей лезвие. Теперь этот псих сам надвигался на Хосока, угрожая тому ножом. Я был в относительной безопасности, но на улице мы до сих пор оставались одни. Почему-то вспомнились слова Хоупа о прошлогодней травме, которая не позволила ему сдать вступительные экзамены, и я подумал, что если он пострадает, то снова не поступит. Как глупо! Мозг упорно блокировал мысли о том, что его вообще могут запросто убить. И когда мужик приблизился к Хосоку еще на пару шагов и совершил выпад в его сторону, мое тело рвануло наперерез его руке, отталкивая ее от парня и обгоняя инстинкт самосохранения. Левый бок обожгло болью, я оступился и рухнул на асфальт, сдирая кожу на ладонях, слыша за спиной, как взволнованно Хосок выкрикивает мое имя. Я повернул голову на крик, поднимаясь с земли, и увидел, как в этот момент Хоуп хорошо поставленным ударом впечатал кулак громиле в челюсть, а тот свалился мешком на тротуар. "Вот тебе и цветочная фея..." Убедившись, что противник не шевелится, Хосок сразу же бросился ко мне и сгреб в объятия. - Юнги... Зачем же ты влез, глупый? - он ощупывал меня, и я слегка поморщился, когда его руки добрались до раны. Белая рубашка окрасилась кровью, но порез был неглубокий. - Фух, это просто царапина. Юнги, слышишь? Это не опасно. - В голосе Хосока сквозило облегчение. Его глаза лихорадочно бегали по моему лицу, руки сжимали и разжимали тело, опасаясь причинить боль. Я все слышал и был оглушен одновременно. Единственное, на что меня хватало - это стискивать пальцами кожанку на груди парня, прижимаясь к нему теснее, и вслушиваться в его сердцебиение. Как-то разом вокруг стало шумно и людно, будто реальность сняли с паузы. Из клуба на улицу высыпала охрана, и крепкие мужчины занялись лежащим на тротуаре ублюдком. К нам подошел тот самый знакомый Намджуна. - Как вы, парни, помощь нужна? - он просканировал нас с Хосоком мрачным взглядом, но тот уже успел накинуть мне на плечи свою куртку, и испачканная кровью рубашка не бросалась в глаза. - Нет, мы справимся, - ответил Хоуп. - У того мудака был нож. - Понятно. Не волнуйтесь, мы это так не оставим. Все, что здесь случилось, есть на видео с камер. - Не говори ничего Намджуну, - попросил я. Парень кивнул. Подъехало мое такси и мы с Хосоком молча сели в машину, по-прежнему не отлипая друг от друга. Каждый из нас думал о своем. Он бережно обнимал меня за плечи всю дорогу до моего дома и легонько поглаживал волосы, а когда мы приехали, вышел вместе со мной. Дойдя до порога, я решил нарушить молчание и посмотрел ему в глаза. - Хосок, спасибо тебе большое. Даже не знаю, что могло бы случиться, если бы не ты. - Пожалуйста, - просто ответил Хоуп, неожиданно поднял руку и заправил прядь волос мне за ухо. Я почувствовал, как жар опалил щеки. - Тебе нужно рану обработать, Юнги. У тебя есть аптечка? - Да-да, конечно. Только... Дома никого. Ты не мог бы... Ну, помочь мне в стотысячный раз, Хосок? - я смущенно потупился и достал из кармана ключ, а Хоуп, широко улыбнувшись, молча кивнул и шагнул со мной внутрь. *** Хосок весьма профессионально обработал порез и наложил заживляющую повязку. - Останется шрам, - с сожалением произнес он. Мы сидели на кухне друг напротив друга, наши ноги соприкасались бедрами, я был без рубашки, а рука Хоупа невесомо поглаживала мои ребра. - Он мог убить тебя, Хосок, - проигнорировав его замечание про шрам, сказал я. - Не убил же, - парень пожал плечами и убрал руку. Сразу стало зябко. - Бесишь, - фыркнул я. - Ты должен был подумать в первую очередь о себе. Не желая разрывать минимальный контакт и будто бы для пущей убедительности, я ткнул в грудь Чона указательным пальцем. - А ты о чем думаешь, когда в таком виде на улицу выходишь? - неожиданно зашипел Хосок, перехватывая мою руку и дергая на себя. - Ты себя видел? Да там половина клуба мечтала сделать с тобой то, на что решился этот ублюдок! Я пораженно замер. Видеть такую вспышку гнева у Хоупа было чем-то новым. Мне не понравилось, ведь гнев был направлен на меня. И почему, по его мнению, я должен нести ответственность за больные фантазии в головах людей? - Блять, Хосок, а ТЫ себя видел? Себя и того парня, с которым ты танцевал. Вы там почти потрахались! - я оттолкнул Чона от себя, встал и начал складывать лекарства обратно в аптечку. Рана неприятно тянула и щипала. Я высыпал на ладонь сразу две таблетки антибиотика и отошел, чтобы налить воды. Почти сразу сзади прижалось горячее тело. - Ты такой ребёнок, Мин Юнги. Нас с тем парнем ничего не связывает, мы только сегодня познакомились. От шепота Хосока шевелились волосы возле уха, а еще внутри меня будто бы кто-то ворошил горячие угольки. Из упрямства я буркнул недовольное "непохоже" и дернулся, но меня никто не отпустил, сильнее вжав в стол. От ощущений и резко возникшей слабости в теле я откинул голову на плечо Чона, понимая, что что бы я сейчас ни сказал или ни сделал не имеет смысла, так как по табунам мурашек на моей коже, он считает меня, как детскую книжку. Клянусь, я старался сдержаться, но непроизвольно все же толкнулся бедрами ему навстречу. Чон вцепился в край стола, будто намереваясь его раскрошить руками, а я мечтал об этих руках на себе. - Ты специально, да? - прохрипел Чон. - Да, - не стал скрывать я. - Ну так слушай. Единственной причиной, по которой я оказался в том клубе, был ты, Юнги. Мне нужно было отвлечься, выпустить пар, потому что за предыдущие два дня каких только картинок я не насмотрелся в собственной голове. И все они связаны с тем, как ты будешь наказан за вандализм, - от шепота Хосока волоски на моем теле встали дыбом. - Возможно, мои фантазии даже напугали бы тебя, ну, знаешь, сначала ты в них кричал от боли, а потом... Чон не договорил. Его слова пустили по моим венам кипяток, ослабевшими руками я поставил стакан с водой на стол, потому что он грозился выпасть из подрагивающих пальцев, и развернулся к Хоупу лицом. - Я здесь тату набью, - приложив его горячую ладонь к повязке, выдохнул ему почти в губы, потому что он близко. - "НОРЕ", - последний сорвавшийся звук Чон уже буквально проглотил, потому что не теряя времени, обхватил ладонями мои щеки и прижался к губам. Мне оставалось только закинуть руки на его шею, чтобы просто удержаться на ногах и отвечать так же несдержанно. Язык Хосока вовсю хозяйничал у меня во рту, сплетаясь с моим, его руки переместились сначала на мою грудь, а затем, огладив живот и бока, принялись исследовать спину. Одна ладонь поднялась к шее, и его длинные пальцы погрузились в мои волосы на затылке, а вторая - сжала ягодицы через джинсы, впечатывая меня в его тело и позволяя почувствовать, насколько парень сейчас распален. Отстранившись, чтобы глотнуть воздуха, Хосок прижался лбом к моему, по-прежнему удерживая меня максимально близко. - Ты покажешь мне? - задал я вопрос, стараясь унять сбившееся дыхание. - Что именно, - уточнил Хосок, глядя в мое порозовевшее лицо. - Картинки из твоей головы, ну те, где я кричу уже не от боли, - не отводя взгляд продолжил я. -Каждую. Когда затянется рана, - честно ответил Хосок, притягивая меня для очередного поцелуя.