Не зови меня по имени

      Бак сидел на диване в своей квартире и нервно постукивал пальцами по подлокотнику. Полчаса назад он пришёл с очередной смены, сел и завис взглядом на рассвет, стремительно осветляющий небо за окном. Он мог думать только о том, как сильно устал, вот только не от работы, а от навязчивых мыслей об Эдди.       Было проще, когда Шеннон была жива — Бак знал, что у него нет никаких шансов. Как бы отвратительно не звучало, но было проще, и когда она только умерла — Бак и думать не смел, чтобы подкатить к напарнику. А сейчас, когда Эдди решил жить дальше, когда стал доступен для романтических отношений...       Бак понимал, что это недопустимо, что нужно усилием воли избавиться от влечения к другу, но делать этого жутко не хотелось. Каждый раз, когда он ночью после очередных размышлений решал, что пора завязывать романтизировать их дружбу, он видел Эдди и, восхищённо разглядывая его, думал: «Не сегодня».       И вот он снова чуть не сорвался. В конце смены они с Эдди сидели на лавочке в раздевалке и парень рассказывал ему про забавную ситуацию, которую недавно устроил Кристофер. Глаза Эдди задорно сияли, он был так близко, что постоянно задевал его ногу своей коленкой, как всегда ярко жестикулируя в течение рассказа. Бак мог думать только о том, что ему хочется сжать в своей руке эти прекрасные пальцы, мелькающие перед его глазами, наклониться ещё ближе и... в момент этих мыслей ладонь Эдди приземлилась на его бедро, Бак взглянул на неё, поднял глаза на всё ещё увлечённо болтающего парня, его мысли словно занавесила пелена непреодолимого влечения и...       — Вы собираетесь домой вообще? — в дверном проёме появилась голова Чимни, — за сутки не наболтались?       Бак крупно вздрогнул и резко мотнул головой, прогоняя морок.       — Хэй, Бак, ты в норме? — тут же обеспокоенно спросил Эдди, сжимая пальцы на его бедре чуть сильнее.       — Да, просто спать хочется, — тут же соврал он, поднимаясь с места. — Нам правда пора, расскажешь по дороге.       Бак даже не был уверен, на самом ли деле влюблён, он потерял способность понимать свои чувства. У него никогда не было нормальных отношений, он сомневался, что вообще способен любить кого-то. Возможно, он так цеплялся за каждую свою влюблённость только для того, чтобы не чувствовать себя настолько одиноким.       Да, он начал общаться с психотерапевтом, потому что силы контролировать свои действия стремительно покидали его. Но сеансы пока не давали нужных ему результатов. Доктор Берг рекомендовала ему поговорить с Эдди начистоту, но это не было вариантом для него: а если после его признания Эдди возненавидит его? Или, ещё хуже, если каким-то чудесным образом Эдди ответит взаимностью, а Бак, как обычно, остынет после первого же свидания. После этого точно пострадает их дружба, работа, а если он больше не сможет видеться с Крисом? Слишком многое стояло на кону.

***

      — Кажется, наш Бак, наконец, снова завёл себе подружку, — ухмыляясь, прошептала Хен Чимни, подёргала бровями и закинула в рот арахис.       Эдди, читающий книгу на соседнем диване, нахмурился, прислушиваясь к разговору.       — Делись орешками, — Чимни протянул раскрытую ладонь, в которую тут же посыпался арахис. — С чего ты взяла?       — Я уже не первый раз замечаю, что он говорит с кем-то по телефону перед сменой, а только что, проходя мимо него, слышала женский голос из трубки. И Бак, заметив меня, прикрыл дверь раздевалки. Интересно, почему он её скрывает?       — Может, она ещё старше, чем Эбби?       — Её голос действительно звучал довольно взросло, — закивала головой Хен.       — А, может, чтобы никто не совал нос в его личную жизнь? — не выдержал Эдди. — Ведёте себя словно школьницы, честное слово.       — Бесишься, потому что тебе он тоже её не представил? — гаденько усмехнулся Чимни и отбил «пять» кивающей на его предположение напарнице.       Эдди сжал зубы, из-за чего жевалки стали более выражены: а ведь похоже, что он и правда бесится именно поэтому. С каких пор у Бака от него секреты? «Да нет, — думал Эдди, — я просто поддался на провокацию сплетников: если бы у Бака появилась девушка, он сказал бы. Или нет?»       — Сегодня чудесный день, — улыбаясь во все тридцать два, просиял Бак, поднимаясь к коллегам.       — У кого-то отличное настроение? — заговорщицки косясь на Чимни, заметила Хен.       — Никак кто-то особенный сделал этот твой день чудесным? — тем же странным тоном спросил Чимни.       Эдди закатил глаза, а потом обратил внимание на Бака: тот отвёл взгляд, смущённо пожимая плечами.       «Боже, у него действительно кто-то есть, и он мне не сказал», — тут же решил для себя Эдди.

***

      — Ты жульничаешь! — вскрикнул Бак, — не может быть, чтобы ты так легко обыгрывал взрослого мужика!       — Ты просто не умеешь играть, смирись, Бак, — хохотал Крис, откинув голову назад.       В комнату к ним вошёл Эдди и без предупреждения выключил игру.       — Э-эй! — раздалось два разочарованных возгласа.       — Хватит на сегодня, — отрезал Эдди. — Кому-то пора спать и вообще есть игры куда интереснее и полезнее.       — Но, па-ап, — начал было Крис.       — Твой отец прав, — Бак сомневался в этом утверждении, странно поглядывая на Эдди, но спорить о методах воспитания чужого ребёнка не решился бы, — уже поздно. Мы ещё поиграем с тобой в другой раз, иди, ложись. Доброй ночи, Кристофер.       — Хорошо, Бак. И тебе доброй ночи, — мальчик получил прощальные объятия и двинулся в сторону ванной комнаты.       — Мне уйти или я могу дождаться, пока ты уложишь его? — аккуратно уточнил Бак у явно раздражённого напарника.       — А ты хочешь дождаться? — вздёрнул бровь Эдди.       — Хочу.       — Хорошо, жди.       У Бака словно был отдельный переключатель на состояние Эдди: его переставало интересовать всё, как только он замечал, что с парнем что-то не так. Ему тут же срочно нужно было узнать детали и попытаться помочь. Пока Эдди укладывал сына, Бак успел придумать сотню причин, почему тот мог быть расстроен, но не угадал.       — Что-то случилось? — нетерпеливо спросил Бак сразу, как напарник приземлился на диван рядом с ним.       — С чего ты взял? — снова нахмурился Эдди и сложил руки на груди.       — Ты сегодня такой нервный, я и подумал...       — Конечно, лестно, что ты не забываешь заботиться о моём самочувствии, учитывая твоё новое увлечение, но не стоит: у меня всё хорошо.       — Какое увлечение?       «Неужели он знает о психотерапевте...», — напрягся Бак.       — Да перестань, — как-то злобно усмехнулся Эдди. — Почему ты не сказал, что у тебя появилась девушка?       — Что? — не поверил своим ушам парень, — с чего ты вообще это взял?       — Хен и Чимни...       — Господи... — облегчённо улыбнулся Бак, — нашёл, кого слушать. Они опять делают ставки со скуки? Никого у меня нет, Эдди.       — Может и нет, — Эдди поднялся на ноги и начал ходить по комнате, — но я вижу, когда ты что-то недоговариваешь, только не понимаю зачем! Ладно, если ты не говоришь всем, я знаю, какие они бывают... но мне, Бак? Почему...       — Эй! — Бак тоже поднялся на ноги и остановил метания друга, схватив его за предплечье. — У меня правда нет девушки.       — Тогда что?       Глаза Эдди, сверкая, сверлили Бака насквозь. Казалось бы, странная ситуация для друзей, граничащая с романтической ревностью, однако они пережили вместе столько травм, они были так близки, что это не казалось чем-то необычным. Бак понимал, что Эдди злится из-за нарушенного им обещания: после очередного болезненного момента они заключили пакт: не скрывать что-либо друг от друга.       — Я правда хочу рассказать тебе всё, но... — Бак сжал пальцы Эдди своими, подходя ближе, — я сам не до конца понимаю, что со мной. Если бы я рассказал кое о чём, то пришлось бы пояснять причины, а я пока не знаю как.       Понимая, что желание выдать Эдди всё сплошным потоком сознания пьянит его, Бак сглотнул комок в горле, но пальцев всё же не разжал и подошёл ещё ближе.       — Ты понимаешь, что ничего этим не объяснил? — устало вздохнул Эдди.       От успокаивающего поглаживания большого пальца друга по его руке стало туманнее, а потом ещё больше от пронизывающего, слишком внимательного взгляда тёмных глаз напротив.       «Слишком близко, слишком опасно. Беги отсюда, беги же», — уговаривал себя Бак, но не мог пошевелиться, зачарованный близостью.       — Эван?       Бак редко слышал своё имя, оно будто давно стало чужим, но произнесённое родным голосом Эдди обретало новый смысл. Оно звучало так интимно, что хотелось попросить произнести его ещё раз.       Бак чувствовал, как внутри тянет желанием прижаться к Эдди и вывалить на него все свои эмоции. Ему было почти физически больно от того, что он должен уйти прямо сейчас. Он заставил себя оторвать взгляд от напарника и уронил голову на его плечо, крепче сжимая пальцы.       — Да какого же хрена ты такой... — прошептал он, еле проглотив окончание фразы.       — Какой, Эван?       Бак почувствовал тёплый шёпот на раковине своего уха и вздрогнул:       — Да твою ж мать...       Бак вдруг чётко осознал, где находится и что вот-вот сделает какую-нибудь ошибку. Огромную ошибку. Он отошёл от напарника и начал нервно собирать вещи, стараясь больше не смотреть на него:       — Слушай, мне пора. Так, вот свитер, телефон, где зарядное?.. А-а, на кухне, я...       — Дело во мне? — не выдержав, Эдди схватил парня за плечи и встряхнул его, — просто скажи прямо, что не так!       — Мне правда нужно идти, — Бак освободился от рук напарника и двинулся к двери. — Мы позже всё обсудим, правда. А зарядное у меня и дома есть, потом принесёшь.       Бак быстро обул кроссовки и, не давая Эдди возможности говорить, выбежал за дверь.