365 Дней

Гравий хрустел под колесами черного Rolls-Royce, пока он медленно поднимался по подъездной дорожке к величественному особняку. Внутри, на заднем сиденье, Чонгук, альфа, чье имя шепотом произносили в самых темных уголках города, изучал своего пленника. Чимин, омега с хрупкой красотой, сидел рядом с ним, его взгляд был прикован к мелькающему за окном пейзажу, а тело напряжено от скрытого страха. — Надеюсь, ты запомнил все мои инструкции, Чимин, — голос Чонгука был ровным, но в нем чувствовалась стальная твердость. — Ты моя пара на этот вечер. Будешь улыбаться, кивать и делать вид, что наслаждаешься каждым моментом. Любое неповиновение, и я сделаю твою жизнь еще невыносимее, чем она есть сейчас. Помни, у тебя есть 365 дней, чтобы научиться любить меня. И сегодня отсчет начался. Чимин вздрогнул, но промолчал. Он ненавидел этот фарс, ненавидел Чонгука за то, что тот отобрал у него свободу, заставив играть роль в его извращенной игре. Вчерашний день, когда Чонгук поставил ему ультиматум, все еще отдавался в ушах: «365 дней, Чимин. Если к концу этого срока ты не полюбишь меня, я сломаю тебя окончательно». Дверь машины открылась, и Чонгук первым вышел наружу, протягивая руку Чимину. Омега нехотя вложил свою ладонь в его. Кожа Чонгука была теплой и жесткой, а его хватка — властной. Вспышки фотокамер ослепили их, когда они ступили на красную дорожку. Чонгук крепко держал Чимина за талию, притягивая его ближе, почти демонстрируя свою «собственность». Чимин почувствовал, как сердце бешено заколотилось в груди. Он поднял глаза на Чонгука, пытаясь найти в его взгляде хоть каплю человечности, но увидел лишь холодную решимость. — Улыбайся, Чимин, — прошептал Чонгук ему на ухо, и это прозвучало как приказ. Чимин выдавил из себя бледную улыбку, которая едва коснулась его губ. Внутри него бушевала буря эмоций: страх, гнев, безысходность. Но он знал, что должен играть свою роль. Сегодня был всего лишь первый день из 365. И Чимин понятия не имел, как ему пережить их все.

***

Внутри особняка царила атмосфера показного величия и скрытой опасности. Воздух был наполнен ароматами дорогих духов, сигарного дыма и едва уловимым, острым запахом альф. Чонгук вел Чимина по залам, приветствуя влиятельных фигур преступного мира. На каждом лице, к которому они подходили, Чимин видел смесь уважения и страха, обращенных к Чонгуку. И во взгляде каждого из них он читал вопрос: кто этот омега, так нагло выставленный напоказ рядом с самим Чон Чонгуком? Чимин старался держаться незаметно, отвечая на вопросы короткими, вежливыми фразами, которые ничего не выдавали. Он чувствовал на себе взгляды других альф — любопытные, оценивающие, а иногда и откровенно хищные. Но стоило такому взгляду задержаться на Чимине чуть дольше, как Чонгук незаметно, но ощутимо прижимал его к себе, словно невербально заявляя свои права. От этой демонстрации у Чимина мутило, но он понимал, что это часть их игры. В какой-то момент Чонгук отошел, чтобы поговорить с одним из своих людей, оставив Чимина одного у стола с напитками. Омега воспользовался моментом, чтобы перевести дух. Он чувствовал, как задыхается в этой золотой клетке, а каждая секунда казалась вечностью. — Вы очаровательны, — раздался рядом с ним низкий, бархатный голос. Чимин обернулся и увидел высокого альфу с темными, проницательными глазами. Он был одет в дорогой костюм и держал в руке бокал виски. — Меня зовут Ким Тэхён. Чимин слегка поклонился. — Пак Чимин. Тэхён улыбнулся, и его улыбка казалась искренней, в отличие от тех фальшивых гримас, что Чимин видел весь вечер. — Я вас раньше здесь не встречал. Вы… связаны с господином Чоном? В горле у Чимина пересохло. Он знал, что должен быть осторожен. — Я… его гость, — ответил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Тэхён кивнул, его взгляд стал задумчивым. Он сделал глоток из бокала, затем снова посмотрел на Чимина. — Господин Чон известен своей… избирательностью. Не каждый может оказаться в его окружении. В этот момент Чимин почувствовал на себе леденящий взгляд. Он поднял глаза и увидел Чонгука, который уже шел к ним, его лицо было непроницаемым, но в глазах горел опасный огорок. — Тэхён, — голос Чонгука был холоден как лед. — Надеюсь, вы не утомляете моего омегу своими пустыми разговорами? Тэхён лишь усмехнулся. — Нисколько, Чонгук. Мы просто обменивались любезностями. Чонгук подошел к Чимину и, не говоря ни слова, снова притянул его к себе за талию, словно утверждая свое право собственности. Его пальцы слегка сжали ткань на боку Чимина, и омега понял, что это предупреждение. Демонстрация силы. — Думаю, Чимину пора отдохнуть, — произнес Чонгук, его взгляд скользнул по Чимину, прежде чем снова вернуться к Тэхёну. — Приятного вечера. И, не дожидаясь ответа, Чонгук повел Чимина прочь от стола, направляясь к выходу. Чимин чувствовал на себе тяжесть всех этих взглядов, но больше всего его давила рука Чонгука на талии. Он был не просто гостем. Он был трофеем, который Чонгук с гордостью выставлял напоказ. И сегодняшний вечер был лишь началом.

***

Автомобиль мчался по ночным улицам, оставляя позади огни особняка. В салоне царила напряженная тишина, прерываемая лишь равномерным гулом двигателя. Чимин смотрел в окно, пытаясь унять дрожь в руках, которая не проходила с момента их отъезда. — Что это было, Чимин? — наконец нарушил молчание Чонгук. Голос его был низок и опасен. Чимин вздрогнул. — Я… я просто отвечал на вопросы. — Он флиртовал с тобой, — отрезал Чонгук, и в его голосе прозвучала нотка ревности, которая удивила Чимина. Он повернул голову к Чонгуку, но тот смотрел прямо перед собой, его профиль был жестким, а челюсть напряжена. — Ты должен был отшить его, Чимин. Ты мой омега. — Я не… — Чимин запнулся. — Я не твой омега! Ты меня держишь против моей воли! Чонгук резко затормозил, машина чуть ли не подпрыгнула на дороге. Водитель, казалось, даже не дрогнул. Чонгук повернулся к Чимину, его глаза сверкали в полумраке. — Повтори, — прорычал он, его голос был холодным и полным угрозы. Чимин сжался, но решимость не оставила его. Он был напуган, но не сломлен. — Я не твой омега, Чонгук. И никогда им не стану. В следующее мгновение Чонгук перегнулся через центральную консоль, схватив Чимина за подбородок. Его пальцы крепко сжали кожу, вынуждая Чимина смотреть ему прямо в глаза. — Ошибаешься, Чимин. Ты уже мой. И у тебя есть 363 дня, чтобы это понять и принять. Я не позволю никому, даже тебе, разрушить мои планы. Особенно не позволю какому-то Тэхёну пытаться заигрывать с тем, что принадлежит мне. От его слов Чимина пронзил леденящий ужас. Он чувствовал, как пульсирует кровь в висках. Слова Чонгука были не просто угрозой, это было заявление о владении. Он был пленником, и чем больше он сопротивлялся, тем сильнее Чонгук сжимал тиски. Чонгук отпустил его подбородок и откинулся на спинку сиденья, жестом приказав водителю ехать дальше. Чимин отвернулся к окну, чувствуя, как по щеке стекает предательская слеза. Эта ночь была куда хуже, чем он мог представить. Он был в ловушке, и каждый день приближал его к неизвестному исходу. 363 дня. Так мало, чтобы обрести свободу, и так много, чтобы потерять себя. Машина остановилась у ворот особняка Чонгука. Как только они въехали на территорию, Чонгук резко повернулся к Чимину, его глаза горели темным огнем. — Ты не понял меня, Чимин, — прорычал он, его голос был низким и опасным. — Ты принадлежишь мне. И ты будешь вести себя соответствующе. Прежде чем Чимин успел что-либо ответить, Чонгук схватил его за затылок, грубо притягивая к себе. Губы Чонгука жестко накрыли губы Чимина, не оставляя ему шанса на сопротивление. Это был не поцелуй, а утверждение власти, демонстрация силы. Чимин замер, его глаза широко распахнулись от шока и страха. Он чувствовал вкус гнева Чонгука и его собственную беспомощность. Руки Чимина инстинктивно уперлись в грудь альфы, пытаясь оттолкнуть его, но это было бесполезно. Чонгук лишь сильнее прижал его к себе, углубляя поцелуй, пока Чимин не почувствовал, как в легких заканчивается воздух. Наконец, Чонгук отстранился, его взгляд был тяжелым и пронзительным. Чимин тяжело дышал, его губы горели, а в глазах стояли слезы. Он чувствовал себя униженным и оскверненным. — Это было предупреждение, Чимин, — голос Чонгука был хладнокровным, но в нем прозвучала нотка удовлетворения. — В следующий раз я буду еще грубее. Запомни это. Он отпустил Чимина, и омега отшатнулся к двери, пытаясь отдышаться. Водитель, казалось, ничего не заметил, или, скорее, сделал вид, что не заметил. Чонгук вышел из машины первым, оставив Чимина наедине с его дрожью и отчаянием. Чимин медленно выбрался из машины, его ноги еле держали его. Он чувствовал себя разбитым, сломленным. 363 дня. Каждое мгновение с Чонгуком казалось вечностью, наполненной страхом и унижением. Как ему выдержать это? Как ему найти в себе силы, чтобы не сдаться?

Чимин вошел в особняк, его взгляд был затуманен, а сердце стучало где-то в горле. Он чувствовал себя грязным, словно этот поцелуй оставил на нем несмываемый след. Миновав мраморный холл, он поднялся по широкой лестнице, не обращая внимания на слуг. Ему хотелось одного – скрыться в своей комнате, подальше от Чонгука, подальше от этого унижения. Заперев дверь спальни на замок, Чимин прислонился к ней спиной и сполз на пол, обхватив колени руками. Слезы текли сами собой, обжигая щеки. Он чувствовал себя такой маленькой, ничтожной песчинкой в руках этого чудовища. "363 дня," – прошептал он в пустоту, и это число казалось бесконечным. Как ему выдержать это? Как не сломаться окончательно? Сбежать? Куда? Чонгук контролировал всё. У Чимина не было ни денег, ни связей, ни даже места, куда он мог бы отправиться. Попытка побега была бы самоубийством, и он знал, что Чонгук не пощадит его за это. Рассвет нового дня Утро принесло недолгое облегчение, но не надежду. Чимин проснулся, чувствуя себя опустошенным. Он посмотрел на своё отражение в зеркале – бледное лицо, опухшие глаза. Он не узнавал себя. Но что-то внутри него отказывалось сдаваться. Ярость, вызванная вчерашним поцелуем, медленно вытесняла страх. Если Чонгук хочет сломать его, то Чимин покажет ему, что он сделан из более крепкого материала. Он не будет играть по правилам Чонгука. У него нет физической силы, чтобы противостоять альфе-мафиози, но у него есть ум. Он будет наблюдать, анализировать, искать слабости. Может быть, в 363 дня можно не влюбиться, а найти способ выбраться? С этой мыслью Чимин поднялся. Он принял душ, смывая с себя остатки вчерашнего кошмара. Он выбрал простую, но элегантную одежду, стараясь выглядеть собранным и решительным. Он больше не будет прятаться. Он будет существовать в этой тюрьме, но не сломается. Спустившись вниз, Чимин обнаружил Чонгука, завтракающего в столовой. Альфа сидел во главе стола, его лицо было непроницаемым. Увидев Чимина, он лишь слегка приподнял бровь, не произнеся ни слова. Чимин сел напротив него, стараясь не смотреть прямо в глаза Чонгуку. Он взял тост и медленно начал его есть. — Надеюсь, ты хорошо спал, Чимин, — голос Чонгука нарушил тишину. В нем не было ни капли извинения, лишь ледяная насмешка. Чимин поднял взгляд, его глаза встретились с глазами Чонгука. — Так же хорошо, как и любой, кто находится в неволе, — ответил он, его голос был ровным, без единой нотки страха. Это был маленький, но значимый шаг. Чонгук ухмыльнулся. — Хорошо. Кажется, ты начинаешь понимать своё положение. Чимин не ответил. Он просто продолжил есть, игнорируя альфу. Это было его первое, едва заметное сопротивление. И он чувствовал, как внутри него зарождается крошечная искра надежды. 363 дня. Достаточно ли этого, чтобы превратить отчаяние в план?

***

Чимин закончил завтрак, оставив тост почти нетронутым. Он поднялся из-за стола, его движения были спокойными, продуманными. — Мне бы хотелось осмотреть особняк, — произнес он, обращаясь к Чонгуку. — Чтобы знать, где я нахожусь. Чонгук оторвался от своих бумаг, пристально глядя на Чимина. В его глазах читалось удивление. — Зачем? Ты никуда не пойдешь без моего разрешения. — Знание — сила, — спокойно ответил Чимин, встречая его взгляд. — Чем больше я знаю о месте, в котором нахожусь, тем комфортнее я себя чувствую. А ведь ты хочешь, чтобы мне было комфортно, не так ли, Чонгук? Ведь если я буду в стрессе, то вряд ли смогу… проникнуться к тебе чувствами. Последние слова были произнесены с легкой, едва заметной издевкой, которую Чонгук, кажется, уловил. Он задумался на мгновение, затем откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Хорошо. Но я сам покажу тебе особняк. И никаких глупостей. Экскурсия по золотой клетке Чонгук повел Чимина по особняку, его присутствие было доминирующим и подавляющим. Они прошли через просторные гостиные, забитые антиквариатом и произведениями искусства, через библиотеки с тысячами книг, через многочисленные спальни для гостей. Чимин старался запомнить каждую деталь: расположение комнат, количество выходов, даже количество камер наблюдения, которые он замечал в самых неожиданных местах. Он заметил, что Чонгук не просто показывал комнаты, он демонстрировал свою власть. Каждое помещение, каждый предмет мебели кричал о богатстве и контроле. Но Чимин искал другое. Он примечал, где висят картины, за которыми могут скрываться сейфы. Он запоминал расположение окон и балконов, их высоту. Он отмечал двери, которые вели в служебные помещения, и те, что могли быть запасными выходами. Они дошли до кабинета Чонгука — огромное, внушительное помещение с массивным деревянным столом и видом на ухоженный сад. Чимин мельком взглянул на стол, заметив лежащие на нем документы. — Это твой кабинет? — спросил Чимин, стараясь, чтобы его голос звучал просто любопытно. — Да, — ответил Чонгук, подходя к своему столу. — Здесь я управляю всеми своими… делами. Чимин кивнул, его взгляд скользнул по мониторам на столе. На одном из них мелькали цифры, графики, на другом — планы каких-то зданий. Он старался зафиксировать в памяти как можно больше, не привлекая внимания Чонгука. Когда они оказались в одной из отдаленных частей особняка, Чонгук остановился у одной из дверей. — Здесь находится оружейная комната, — буднично сообщил он. — На всякий случай. Чимин постарался сохранить невозмутимое выражение лица, хотя внутри него всё сжалось. Он был заперт в логове хищника, окруженный его арсеналом. Но одновременно с этим, он чувствовал, что эта "экскурсия" дает ему важные сведения.

Анализ и планирование

К концу дня Чимин чувствовал себя измотанным, но не сломленным. Он вернулся в свою комнату и сразу же начал мысленно воспроизводить увиденное. * Наблюдение за распорядком Чонгука: Он заметил, что Чонгук проводит много времени в своем кабинете, особенно по утрам. * Изучение персонала: Слуги казались лояльными, но Чимин заметил, что некоторые из них избегали прямого зрительного контакта, возможно, из страха перед Чонгуком. * Системы безопасности: Камеры, датчики движения, вооруженная охрана – всё это было. Но не могло ли быть каких-то слепых зон? Или отвлекающих маневров? * Информация: Документы на столе Чонгука, разговоры по телефону, которые Чимин случайно слышал, даже обрывки фраз от гостей на вечеринке – любая крупица информации могла быть полезной. Чимин понимал, что побег в одиночку практически невозможен. Ему нужна помощь. Но кому он мог доверять в этом месте? И как вообще связаться с внешним миром? Он вспомнил Ким Тэхёна — альфу, который разговаривал с ним на вечеринке. В его глазах Чимин не увидел той же хищной жадности, что у других. Была лишь искренняя заинтересованность. Но был ли он другом Чонгука или его врагом? И мог ли он быть опасным? Чимин закрыл глаза, пытаясь собрать все части головоломки. Дни отсчитывались, но теперь каждый из них был не просто мукой, а возможностью. Возможностью найти трещину в золотой клетке Чонгука.

***

Первый ход

Попытка связи Чимин провел следующие несколько дней, наблюдая. Он притворялся покорным, выполнял все указания Чонгука, но его разум работал на пределе. Он запоминал распорядок дня слуг, маршруты охраны, даже время, когда Чонгук обычно выходил из дома. Самая большая проблема заключалась в том, что все его передвижения были ограничены, и любая попытка связаться с внешним миром была бы немедленно замечена. Одной из самых очевидных точек контроля был телефон. У Чимина не было своего, а доступ к стационарным был строго ограничен. Мобильные телефоны были у всех, но Чимин понимал, что они, скорее всего, прослушивались или отслеживались. Ему нужен был способ отправить сообщение, которое не могло быть перехвачено. Он вспомнил Ким Тэхёна. Тот короткий разговор на вечеринке, его искренняя улыбка, отсутствие той надменности, что была у других. Чимин чувствовал, что Тэхён не был частью ближайшего круга Чонгука, возможно, даже был его конкурентом или человеком, не связанным напрямую с его преступной деятельностью. Но как связаться с ним? Чимин начал искать возможности. Он обратил внимание на почту, которую приносили в особняк. В основном это были деловые бумаги для Чонгука, но иногда приходили и обычные письма или журналы. Однажды, проходя мимо стола в холле, он заметил лежащий там пустой конверт и старую ручку. Случайно забытые, или специально оставленные? Чимин решил рискнуть. Он дождался, когда поблизости никого не будет, и быстрым движением взял конверт и ручку, спрятав их под одеждой. В своей комнате, дрожащими руками, он написал короткое, зашифрованное послание. Он не мог прямо просить о помощи, это было бы слишком рискованно. Вместо этого он написал несколько строк, которые могли бы показаться безобидными для случайного наблюдателя, но для Тэхёна, если он действительно был проницательным, могли бы стать сигналом. Дорогой Ким Тэхён, Приятно было познакомиться на вечере. Надеюсь, у Вас все хорошо. С нетерпением жду возможности продолжить наш разговор. С уважением, П.Ч. Это было расплывчато, но если Тэхён помнил его и то, как Чонгук демонстративно увел Чимина, возможно, он поймет. Проблема была в том, как отправить это письмо. Случайность или шанс? Чимин начал внимательно наблюдать за слугами. Большинство из них были настороженными и замкнутыми, но одна молодая омега, горничная по имени Джиён, казалась немного мягче. Она часто улыбалась Чимину, когда их взгляды пересекались, и в ее глазах Чимин иногда видел сочувствие. Он решил рискнуть. Однажды, когда Джиён убиралась в коридоре, Чимин "случайно" уронил книгу рядом с ней. Когда она нагнулась, чтобы поднять её, он быстро, почти незаметно, сунул ей в руку сложенный конверт. — Не могли бы вы… — прошептал он, стараясь выглядеть естественно, — …опустить это в ближайший почтовый ящик, когда будете идти по своим делам? Очень важно. Джиён быстро спрятала конверт, ее глаза встретились с его на долю секунды. В них не было страха, только легкое удивление, а затем – понимание. Она кивнула, едва заметно. Чимин вернулся в свою комнату, сердце колотилось как сумасшедшее. Он сделал это. Он отправил послание в неизвестность. Теперь оставалось только ждать. Ждать и надеяться, что Джиён действительно отправит письмо, и что Тэхён получит его. И что он поймет.

***

Дни тянулись медленно, каждый из них был наполнен нервным ожиданием. Чимин изо всех сил старался сохранять обычное выражение лица, но внутри он был на взводе. Он внимательно наблюдал за Джиён, пытаясь уловить хоть какой-то знак, что письмо было отправлено. Она продолжала вести себя как обычно — убирала, носила подносы с едой, но иногда, когда их взгляды пересекались, Чимину казалось, что в её глазах мелькает искорка сочувствия, или даже соучастия. Этого было достаточно, чтобы поддерживать в нём надежду. Чонгук, казалось, ничего не подозревал. Он был занят своими делами, часто пропадая в кабинете или уезжая на встречи. Он по-прежнему был холоден и властен, но после того поцелуя Чимин заметил в его поведении тонкую нить чего-то нового – возможно, повышенного внимания. Чонгук чаще смотрел на Чимина, иногда задерживая взгляд дольше обычного. Это было тревожно, но в то же время, это давало Чимину возможность изучать его, искать малейшие признаки того, что его принуждение было не таким уж и непоколебимым. Прошла неделя. Затем вторая. От Тэхёна не было никаких вестей. Чимин начал сомневаться. Может, Джиён испугалась и не отправила письмо? Или Тэхён не получил его? Или, что ещё хуже, получил, но не понял, или просто не захотел ввязываться в чужие проблемы с таким человеком, как Чонгук? Отчаяние снова стало подкрадываться к сердцу Чимина.

***

Неожиданный ответ

Как раз когда Чимин уже почти потерял всякую надежду, произошло нечто неожиданное. Однажды, когда он сидел в библиотеке, пролистывая старинную книгу, которую ему дали для «развлечения», к нему подошла Джиён. Она протянула ему небольшую, плотно сложенную бумажку, спрятанную под стопкой чистого белья. — Господин Пак, — прошептала она, её голос был еле слышен. — Вам передали. Чимин мгновенно спрятал записку. Его сердце заколотилось как сумасшедшее. Он взглянул на Джиён, которая уже отошла и делала вид, что протирает пыль с книжных полок. В её глазах он увидел подтверждение – письмо дошло. Вернувшись в свою комнату, Чимин развернул записку. Она была короткой, написанной элегантным почерком. Уважаемый П.Ч., Ваше письмо было получено. Буду рад продолжить наш разговор. Возможно, вскоре представится такая возможность. С наилучшими пожеланиями, К.Т. На лице Чимина появилась слабая, но искренняя улыбка. Это был ответ. Тэхён получил его сообщение и, судя по всему, понял скрытый смысл. «Возможно, вскоре представится такая возможность» — это звучало как обещание. Теперь Чимин не был одинок в своей борьбе. У него появился союзник, пусть и пока невидимый. Но как Тэхён планировал с ним связаться? И что это за «возможность»? Чимин понимал, что это должно быть что-то, что не вызовет подозрений у Чонгука. Игра только начиналась, и ставки были невероятно высоки.

***

Прошло ещё несколько дней, и Чимин начал ощущать нарастающее напряжение. Чонгук стал ещё более требовательным. Он часто вызывал Чимина в свой кабинет, заставляя его присутствовать при деловых звонках, на которых обсуждались вопросы, явно связанные с теневым миром. Альфа, казалось, наслаждался тем, как Чимин сжимался, слушая леденящие кровь детали. После таких сеансов Чонгук иногда притягивал Чимина к себе, его взгляд был пристальным, почти изучающим. — У тебя всего 360 дней, Чимин. Ты понимаешь, что это значит? — шептал он, и Чимин чувствовал его дыхание на своей щеке. — Ты должен начать чувствовать что-то ко мне. Иначе... Чимин отводил взгляд, чувствуя, как его внутреннее сопротивление крепнет с каждым таким столкновением. В один из вечеров Чонгук сообщил: — Через два дня состоится ежегодный благотворительный бал-маскарад. Его устраивает Ким Тэхён. Ты пойдешь со мной. Сердце Чимина пропустило удар. Вот она, возможность. Бал-маскарад — идеальное место для скрытого общения. Маски, толпа, приглушенный свет. Это был шанс. Но и огромный риск.

***

Подготовка к встрече

На следующий день Чимин был занят подготовкой. Ему принесли несколько изысканных костюмов для выбора. Чонгук наблюдал за ним, не отводя глаз. — Выбери что-то, что подчеркнет твою красоту, Чимин, — сказал он. — Ты будешь со мной, и я хочу, чтобы все видели, кто мой омега. Чимин выбрал костюм, который, по его мнению, меньше всего привлекал внимания – элегантный, но не вычурный. Главное было в маске. Он выбрал простую черную маску, которая закрывала только верхнюю часть лица, оставляя губы открытыми. Это было важно, если он захочет что-то сказать или получить информацию. В день бала Чимин чувствовал себя так, словно готовился к войне. Он репетировал в уме возможные диалоги с Тэхёном, продумывал, как избежать внимания Чонгука, как передать или получить информацию. Ему нужно было быть максимально осторожным. Один неверный шаг мог стоить ему не только свободы, но и жизни. — Ты готов? — спросил Чонгук, когда вошел в комнату Чимина. Он сам был одет в безупречный черный смокинг, а его лицо скрывала элегантная, но внушительная маска, напоминающая облик хищной птицы. Чимин кивнул, его взгляд был решительным. — Готов. Бал: Шанс или ловушка? Когда они вошли в огромный бальный зал, Чимин ощутил себя словно в водовороте. Сотни людей в масках кружились в танце, смех и музыка заполняли пространство. Чонгук крепко держал его за руку, не позволяя ни на шаг отойти от себя. — Запомни, Чимин, — прошептал Чонгук, наклонившись к его уху. — Ты принадлежишь мне. Никому не позволяй к тебе приближаться. Чимин кивнул, но его взгляд уже выискивал в толпе знакомый силуэт. Внезапно, сквозь массу танцующих, он увидел его. Высокий альфа в темно-синем костюме, его маска была простой, но элегантной, скрывая лишь верхнюю часть лица. Ким Тэхён. Он стоял в стороне, наблюдая за происходящим, и его взгляд скользнул по Чимину. В этом взгляде Чимин уловил мгновенное, едва заметное узнавание. Чонгук повел его к группе влиятельных людей, и Чимин снова был вынужден играть роль. Он улыбался, кивал, но его мысли были сосредоточены только на одном: как приблизиться к Тэхёну? В какой-то момент, когда Чонгук был отвлечен разговором с пожилым альфой, Чимин заметил, что Тэхён медленно движется в его сторону, проходя через толпу. Их взгляды встретились. Это был сигнал. Сердце Чимина бешено заколотилось. Это был его шанс. Но что, если это ловушка? Что, если Чонгук специально привел его сюда, чтобы проверить? Риск был огромен.