Ялта, авг... Март!

Утро на новом месте началось крайне неожиданно. Душераздирающие крики кота за окном, уверен, никто не счёл бы самым приятным будильником. Особенно на каникулах. Особенно после тяжёлого полёта. Думаю, вы поняли, насколько я был недоволен. Но с этим надо было что-то делать, поэтому я начал медленно выбираться из-под тёплого одеяла, попутно отмечая, что часовая стрелка на часах только недавно добежала до цифры «7». — Чертов кот! — негромко, но очень выразительно сказал я, натягивая на себя тёплую куртку и выходя на террасу. В кармане куртки я («Удача, спасибо, что ты хотя бы тут на моей стороне!») обнаружил пачку сигарет. Я решил, что это отличный момент, чтобы совместить неприятное с неполезным, и, наконец, преодолел порог квартиры, которую мы с мамой сняли на эти несколько дней, пока живём в Крыму. Первое, что привлекает моё внимание и даже заставляет на несколько секунд затаить дыхание — горы. Вчера до города мы добрались уже почти ночью, так что особо разглядеть ничего не получилось, но теперь передо мной открывается вид на всё ещё заснеженные пики горных хребтов и деревья, уже цветущие, но ещё без листьев. Просто удивительно! Не уставая удивляться столь непривычным моему взгляду пейзажам, я потянулся за заветной дозой никотина («А ведь я не курил со вчерашнего дня. Может это повод бросить?.. Да не, фигню подумал»). Не успела и искорка в зажигалке превратиться в настоящий огонь, как о себе снова настойчиво напомнил мой утренний гость, поднявший меня в столь раннее время. Я перевёл взгляд в сторону моего пушистого друга, отмечая, что кот точно не дворовый: ухоженная чёрная шёрстка, ошейник и два огромных голубых блюдца вместо глаз. Интересное знакомство с утра пораньше… — Мяу! — издал звук кот, смотря на меня так, будто он был уверен, что я точно понял, что именно он имел в виду и сейчас же побегу исполнять его просьбу. — Мяяу! — недолго думая ответил я, не сильно спросонья заботясь, что со стороны выглядел, наверное, очень комично. Шпала под два метра, стоящая в одной куртке и трусах, стоит и на полном серьёзе переговаривается с котом. М-да… — Либо я недоглядел, что в мире все люди изучили кошачий, либо передо мной сейчас вундеркинд, имеющий способность разговаривать с животными, — неожиданно прозвучало с соседней террасы. Я вздрогнул, обращая свой взор на ещё одного (в этот раз, правда, говорящего со мной на обычном русском языке) неожиданного утреннего гостя. В паре метров от меня, полусидя на перилах, предстал молодой человек. Судя по моим навыкам определять возраст по внешнему виду, он был на пару лет старше меня. Махровый халат, кошачьи изгибы, чёрные волосы и опять голубые глаза. Я на секунду подумал, что всё ещё сплю и снится мне, что встретил я у себя на балконе человека, способного превращаться в кота. Но, немного поразмыслив, я всё же понял, что никакой это не сон, и вообще, мне нужно срочно что-то ответить, а не просто пялиться. А то подумает ещё, что я и правда только мяукать и умею. — Мяу! То есть…кхм…привет! Никакого кошачьего я точно не знаю, тебе показалось, — я постарался изобразить ухмылку, но скорее всего это было похоже на жуткий оскал, судя по реакции парня напротив. Человек-кот рассмеялся, немного запрокинув голову назад. Тембр у него был бархатистый и очень приятный, даже слушать его смех было одним удовольствием. О чем это я думаю? Совсем уже с ума сошёл. — Ты здесь недавно, видимо? Это Сеня, мой кот, а я Арс — вместе мы Арсений. Только не путай! Я очень не люблю, когда меня Сеней называют, — с ноткой возмущения сказал парень, что опять вызвало у меня приступ смеха. — Приятно познакомиться, Се~еня, — протянул я, лукаво глядя на соседа, — А я Антон! — Ну раз так, тогда ты будешь Тоша! — крикнул мне Арс, постепенно удаляясь с балкона, — Я тут живу на постоянной основе, так что видеться мы будем часто, учти, — подмигнул мне парень и окончательно скрылся за прозрачной дверью. — А как же!.. Кот… — не успел возразить я. Задумчиво уставившись на Сеню, я выбросил свою сигарету с балкона, за что получил от кота крайне осуждающий взгляд. Я зашёл обратно в комнату, всё ещё переваривая сегодняшнее утро. Пока на плите жарилась яичница, а чайник закипал, я решил найти своего соседа в соцсетях, но быстро понял, что кроме имени и места жительства я ничего не знал о нём. Но решил не отчаиваться — пробовал искать по фотографии и вот, мне улыбнулся успех — Арсений Попов, 25 лет. Кажется, это он. Я решил просмотреть профиль и наткнулся на кучу профессиональных модельных фотографий… Фотосессия в воде?.. Получается, он модель, что ли? Интересное знакомство ранним утром. — поток моих размышлений вслух прервала подгорающая яичница и жутко свистящий чайник. Я подорвался и начал экстренно снимать всё с плиты, стараясь попутно не обжечься. Здесь мне повезло. Взяв тарелку с чуть подгоревшими яйцами и кружку с ароматным напитком, я уселся завтракать и ждать, пока проснётся мама, ведь она собиралась сегодня куда-то ехать. Когда мама, наконец, выплыла из своей комнаты, я уже успел домыть посуду и в третий раз пролистать профиль Арсения в соцсетях. Выглядела она на удивление бодрой для человека, который вчера причитал над каждым чемоданом так, будто мы везли туда как минимум фамильное серебро Романовых. — Доброе утро! Уже позавтракал? Какой ты у меня молодец, — защебетала она, наливая себе кофе. — Смотри, погода вроде налаживается! Я тут ночью посмотрела маршруты: мы можем взять экскурсию в Массандровский дворец, а вечером спуститься к набережной. Говорят, там даже в марте очень романтично подсвечивают волны и… — Мам, давай без экскурсий на сегодня? — перебил я, стараясь говорить как можно убедительнее. — Первый день всё-таки, хочется просто осмотреться самому, без гидов и тётенек с флажками. Мама подозрительно прищурилась, но, видимо, вспомнив о том, что я всё-таки уже почти взрослый мужик, ростом под два метра, вздохнула и согласилась. — Хорошо, но завтра — никаких отговорок! Тем более, ты сам хотел посмотреть всё, что связано с историей. Я тебя знаю: забудешься, начнёшь целыми днями где-то бродить, а про культурную программу забудешь. Я заверил её, что обязательно проникнусь культурой, но завтра, а сегодня у меня «разведка боем». Мама только покачала головой, но спорить не стала. Через час она уже упорхнула на какую-то спа-процедуру, которую углядела в рекламном буклете ещё в самолёте, оставив меня наедине с новым днём и странным чувством, что этот отпуск будет совсем не таким скучным, как я ожидал. Я решил выйти на улицу. Вчерашний ветер немного утих, и температура, кажется, поднялась до обещанных пяти градусов. Солнце робко выглядывало из-за гор, и вид, который открывался с нашего балкона, при свете дня оказался ещё красивее. Я не спеша побрёл по улочкам Алушты, засунув руки в карманы и вдыхая непривычно чистый воздух. Никакого смога, никакой школьной суеты — красота. Где-то через час бесцельного шатания, рассматривая местные ларьки с сувенирами, я вдруг услышал за спиной знакомый бархатистый голос: — Тоша! Не могу поверить, ты уже освоился? Я обернулся. Арсений стоял, прислонившись к стене сувенирной лавки, и держал в руках два стаканчика с кофе. Сегодня он был в светлом пальто, но этот его хитрый кошачий прищур никуда не делся. Рядом с ним, естественно, никого не было. То есть Сени не было — кота. — Ну, пытаюсь, — улыбнулся я, чувствуя себя немного глупо. — А ты тут какими судьбами? Следишь за мной? — Обязательно. Ты очень подозрительный тип. Сначала мяукаешь с моим котом, потом почти сжигаешь квартиру. Я решил, что за тобой нужен глаз да глаз, — он подошёл ближе и неожиданно протянул мне один из стаканчиков. — Будешь? Тут варят приличный лавандовый раф. Не то что та бурда, которой ты пытался отравиться утром, судя по запаху. Я удивлённо принял кофе. Горячий напиток приятно согревал озябшие пальцы. Он что, всё видел с балкона? И мою подгоревшую яичницу тоже? Стало немного неловко. — Спасибо. А как ты угадал, что я люблю сладкое? — спросил я, делая глоток и чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. — По глазам, — подмигнул он. — Сеня, кстати, тоже отлично читает по глазам и ты ему понравился. Я усмехнулся. С этим парнем было удивительно легко. Мой обычный подростковый скепсис куда-то исчез, и мне вдруг захотелось продолжить этот странный разговор ни о чём. — Тогда передай Сене мою благодарность. И извини, что выкинул окурок с балкона. Я не специально. Привычка дурацкая. — Замётано. Но учти, Сеня обидчивый. Придётся тебе как-то реабилитироваться, — Арс кивнул в сторону небольшой набережной. — Если ты всё равно ничего не делаешь, можем пройтись. Мама твоя, я так понимаю, уехала покорять местные салоны красоты? — Ты и это знаешь? — я уже почти не удивлялся. — Стены в этих апартаментах тонкие. А твоя мама очень громко обсуждала по телефону пользу обёртываний с водорослями. Я впечатлился. В хорошем смысле, — усмехнулся он. Мы медленно пошли вниз по улице. Я ловил на себе любопытные взгляды редких прохожих. Наверное, пара из парня в шикарном пальто и растрёпанного меня действительно смотрелась довольно забавно. Но мне было плевать. — Так значит, исторический факультет? — вдруг спросил Арс, когда мы остановились у парапета, глядя, как море лениво накатывает на берег серыми волнами. На этот раз я действительно растерялся. — Откуда ты?.. А. Тонкие стены, семейные разговоры. Я понял. Да, планирую. — И тебе это нравится? История, все эти дела давно минувших дней. — Нравится, — честно ответил я, впервые за долгое время произнося это вслух не для мамы или школьной комиссии. — Но иногда я думаю, что хотел бы заниматься чем-то совсем другим. Чем-то, где можно посмешить людей, что ли. Не знаю. Глупо. — Ни капли, — серьёзно сказал он, продолжая вглядываться в горизонт. — Из тебя бы вышел хороший шут. В лучшем смысле этого слова. У тебя лицо такое… выразительное. Я закатил глаза, и он, повернув голову, снова рассмеялся своим мягким, обволакивающим смехом. Где-то вдалеке снова закричал невидимый кот. — О, кажется, мой босс зовёт меня домой, — вздохнул Арс, делая шаг назад. — Приятно было прогуляться, Тоша. Не скучай. И если что — ты знаешь, где меня найти. Терраса всё ещё наша. Он махнул рукой и направился обратно в сторону домов, оставив меня одного с пустым стаканчиком в руке и головой, забитой совершенно не теми мыслями, которые должны быть у школьника на исторических каникулах. Я достал телефон и глянул на время. Мама вернётся только через два часа. Море всё так же шумело, а в груди поселилось странное предвкушение. Отпуск, кажется, начал оправдывать своё название.

***

Остаток дня прошёл для меня в каком-то тумане. Мы с мамой всё-таки выбрались на короткую прогулку, она восторгалась архитектурой набережной и обещала, что завтра мы непременно посетим Воронцовский дворец, а мои мысли были далеко. Точнее, на соседней террасе. После ужина мама, утомлённая процедурами и свежим воздухом, уснула с книгой на груди прямо на диване, а я сидел в своей комнате и пялился в телефон. Арсений Попов. 25 лет. Фотографии, от которых у любого человека с художественным вкусом захватило бы дух. Сложные ракурсы, вода, закаты, дурацкий свитер, который на нём смотрелся как на королевской особе. Я просидел так, наверное, с полчаса, пока не поймал себя на том, что глупо улыбаюсь экрану. — Антон, возьми себя в руки, — пробормотал я и отбросил телефон на кровать. Потом поднял. Потом снова отбросил. В голову лезли совершенно непрошеные мысли. А что, если выйти на террасу? Просто подышать. Ночь ведь тёплая, по меркам марта, да и звёзды красивые. И если там, за соседними перилами, кто-то тоже решил подышать — это же просто совпадение? Кот Сеня разрешил мои сомнения самым бесцеремонным образом. Я услышал знакомое требовательное «мяу», доносившееся уже не с улицы, а, кажется, прямо из-под моей двери. Я распахнул её, выходя на террасу, и обнаружил наглую чёрную морду, восседающую на моём стуле. Сеня смотрел на меня с видом хозяина, который заждался прислугу. — И тебе привет, — вздохнул я, присаживаясь рядом. — Проходи, чувствуй себя как дома. — Он так и делает, — раздался тихий голос с соседнего балкона. Арс стоял, облокотившись на перила спиной, так что я видел только его силуэт в свете уличного фонаря. На этот раз никакого халата — обычная чёрная футболка и джинсы. Он будто и не уходил никуда после нашей прогулки. — Тяжело быть избранным твоим котом, — отозвался я, пытаясь звучать непринуждённо, но сердце предательски забилось быстрее. — Не жалуйся. Ты ему понравился. А Сеня, знаешь ли, редко ошибается в людях, — он развернулся лицом, и я увидел в его руке дымящуюся кружку. — Чай будешь? У меня тут целая колода травяных, для таких бессонных ночей. Это было предложение. Простое, соседское. Но почему-то у меня пересохло в горле. — А давай, — выпалил я, прежде чем мозг успел включить режим «одиннадцатиклассник-затворник». — Тогда заходи. Дверь открыта. Сеня проведёт, — Арс кивнул в сторону стеклянной двери, которая вела в его квартиру, и скрылся внутри. Сеня, будто поняв команду (он точно всё понимал, я уверен), спрыгнул со стула и грациозно потрусил к двери, оглядываясь на меня, мол, ну чего застыл? Так я и оказался в гостях у человека, которого знал меньше двенадцати часов, но который уже успел перевернуть мой спокойный отпуск с ног на голову. У Арса в квартире пахло какими-то травами, сушёными апельсинами и кофе. И ещё чем-то, что я определил для себя как «уюта тут больше, чем во всей моей квартире, вместе взятой». На стенах висели фотографии — явно его работы. Пейзажи, чьи-то портреты, и, конечно, Сеня в самых разных позах. — Ты фотограф? — я кивнул на стену, пока он насыпал в заварочный чайник сбор из жестяной баночки. — В том числе. Но в основном модель. Иногда одно перетекает в другое, — он поставил передо мной исходящую паром кружку. — Проходил, знаешь, кризис жанра, понял, что по ту сторону объектива интереснее. Но старые привычки не уходят. Мы уселись на небольшой диван. Сеня тут же запрыгнул ко мне на колени, как к старому другу, и громко заурчал. — Предатель, — фыркнул Арс, но глаза его смеялись. — Обычно он так только со мной себя ведёт. — Я просто умею очаровывать, — я пожал плечами, стараясь не показать, как на самом деле нервничаю. От его близости кружилась голова. Или это травяной чай был с секретом? Мы разговаривали, наверное, часа два. Обо всём и ни о чём. О том, как он устал от модельной рутины и переехал сюда, чтобы «перезагрузиться». О том, как я боюсь провалить экзамены и разочаровать маму. О дурацких фильмах, о музыке, которую мы оба слушали, о том, что море в марте пахнет совсем иначе, чем летом, — как новая жизнь. — Знаешь, Тоша, — сказал он, когда я уже допивал третью кружку чая, а время перевалило за полночь. — Ты первый за долгое время, с кем мне не хочется говорить о погоде. — Это комплимент? — уточнил я, ставя кружку на стол. — Это факт, — он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось. — Так что считай, что тебе повезло. Или не повезло. Тут уж как посмотреть. Я аккуратно снял с колен уснувшего Сеню и поднялся. — Мне пора, а то мама проснётся — подумает, что меня море унесло. — До завтра, Тоша. — До завтра, Арс. Я вернулся в свою комнату через террасу, тихо прикрыв стеклянную дверь. Утро обещало быть интересным. И, кажется, про исторические дворцы я теперь вспоминал в самую последнюю очередь.