Фантастический город, или...

Какой фантастический город! Нет, ну вы представляете?! Вчера ходил по улицам, любуясь архитектурой старинных и совсем новых домов. Удивляясь деревянным ставням на окнах в стиле «деревнястайл» и подобным им воротам. Дохожу до поворота и будто переношусь из русской деревни века этак 19-го в американский «биг сити» современной реальности: многоэтажки с панорамными окнами. Идеально ровная дорога, гладко уложенные тротуарные плиты, всё блестит и переливается. Но вот снова поворот. Вся дорога в трещинах, стены в граффити, а плиты под ногами играют в чехарду, так и норовя подставить тебе подножку. Так ещё и эти злобные карикатуры скалят со стен свои кривые зубы в злобной улыбке. Долго ли, коротко ли я так ходил, сменяя века и пейзажи окружающие меня, не знаю. Уж настолько это захватывающее зрелище, что течение времени не просто не замечается, оно становится с тобой единым целым; ты время, ты сам великий Хронос и лишь тебе подвластен этот мир. Но в конце концов приходит осознание того, что солнце всё стремительнее движется к западу, и король-день уступает место своему наследнику, удаляясь на покой. Ночь же, подобно времени траура — когда люди могут оплакать все свои не совершённые или не довершённые дневные дела — пробудет на улицах до тех пор, пока верноподданные не приготовятся встречать нового правителя. Так вот, когда это осознание снизошло до меня, я понял, что понятия не имею о том, где нахожусь. Сначала испугался, потом вспомнил про существование мобильного, поблагодарил Бога, вспомнил про отсутствие интернет-сети, отчаялся, но затем снова обрёл надежду, подумав: «А вдруг повезёт», и снова пал в отчаяние, увидев заряд моего не состоявшего спасителя равный 1%. «Всё, я пропал,» — подумал я и двинулся куда глаза глядят. Надеясь найти хоть одно живое существо способное подсказать мне дорогу, я проходил по городу ещё как минимум час. Не то чтобы на улице вообще не было людей. Они были, но кто-то в состояние сильного алкогольного отравления, кто-то просто выглядел устрашающе, а единственная бабулька, казавшаяся более-менее безобидной, оказалась напрочь глухой. И вот, когда надежда совсем меня оставила, я уселся на ближайшую лавочку у стены каменного дома, не очень тщательно выкрашенной в серый цвет. — Ну шо ты, браток, нос повесил, а? — услышал я какой-то хриплый голос, Бог весть откуда доносящийся.- Задумался о смысле жизни и не нашёл? Иль усе намного проще? Девка небось отказала, а? Так ты этого оставь, найдётся еще поподатливее. — Да нет. Дорогу найти не могу. Всего неделя прошла, как я сюда переехал, город плохо знаю, вот и… — говорил я, крутясь в разные стороны. Надеялся отыскать собеседника, но тщетно. — Шо это ты весь искрутился, как уж на сковороде? — рассмеялся незримый обладатель скрипучего голоса. Смех звучал как кашель. Хотя, кто знает, может кашлем и являлся? - Да я как-то привык собеседника в глаза видеть. Простите за вопрос, но вы где? — Тык ты голову подыми и увишь, — ответ, признаюсь, был неожиданный, но сперва он меня успокоил. Меня осенила мысль, которая сначала обошла стороной: может, какой-то дядька увидел меня в окно из своей квартиры и решил побеседовать? Однако, как только я увидел своего собеседника, сердце моё свалилось в пятки. Я даже на мгновение потерял дар речи, чуть не лишился дара зрения и прочих чувств. — Хе-хе! — рассмеялся каменный змей, оплетающий фонарный столб около лавочки и являющийся по совместительству обладателем голоса, которого я так старательно пытался обнаружить. « Я сплю или сошёл с ума? Хотя какая разница: в первом случае меня увезут в какой-нибудь приют для бомжей (если такой вообще имеется), а во втором в психдиспансер. А у меня с собой даже паспорта нет!» — вот первые мысли, возникшие у меня в голове. Затем я начал рассуждать логически и пришёл к выводу, что валить отсюда надо, да подальше. В случае если я слетел с катушек, есть шанс, что меня не поймают. В конце концов правильно говорят, что в дурдоме только те, кто спалился. — Ну, шо застыл-то. Либо беги, либо перестань таращить зенки-то. А то мне даж страшно стало при виде твоей бледной рожи-то, — продолжал смеяться змей. Его предложение бежать меня оскорбило: «Это как это бежать? Я не побегу!». Короче я пошёл на принцип и сказал: — А почему я, собственно, должен бежать? — Ну как же? — усмехнулся змей. — А как же дурдом-то? Разве не об этом ты размышлял, вылупившись на меня? Я смутился, но боевого духа, призванного оскорблением, не утратил. — А что ещё должен думать человек, с которым каменная глыба заговорила? — спросил я и тут же понял, что ляпнул лишнего. «Дурень, слова подбирай!» — Ты слова-то подбирай, говоря со старшими! Вот поколение. Никакого уважения к возрасту-то, — запричитал мой собеседник. Должен заметить, вполне справедливо. — Лады. Что ты там говорил-то? Заблуждал, да? А куды тебе надо-то, может подсоблю? — это предложение окончательно выбило меня из колеи. — Мне надо на *** улицу, там где фонтанная площадь, — сказал я, не веря, что это каменное изваяние сможет мне помочь. Вопреки всем моим ожиданиям, змей засмеялся своим хриплым кашлеподобным смехом. — Да шо же ты, дурень! — воскликнул он, продолжая хохотать. — А вот сейчас обидно, — сказал я, пребывая в полном недоумении от происходящего.- Что сразу «дурень»? — Считай, это в отместку за «каменную глыбу»-то, — змей понемногу успокоился и продолжил, — щас, значит, доходишь до поворота, а там направо, и увишь и фонтанную площадь, и свою *** улицу. Я с открытым ртом побежал до поворота, спотыкаясь на каждом шагу, и, чуть не упав, посмотрел направо. Змей не обманул, там фонтанная площадь, а я действительно дурень. Я уже собрался пойти домой, но тут вспомнил о незаконченном деле. Вернулся к лавочке и обратился к каменному змею: — Даже не знаю, как вас благодарить, — сказал, а потом, подумав, добавил, — прошу простить за неосмотрительно брошенные мной слова про «каменную глыбу». — Как благодарить? «Спасибо» скажи и хватит. А извинения приму, но при условии, что и ты меня простишь за «дурня»-то, — змей усмехнулся. Его каменные глаза были устремлены на меня. Какая, всё-таки искусная работа: чётко видна каждая чешуйка, а спрятанный в приоткрытой пасти язык выглядит так, будто сейчас высунется сквозь зубы, схватит меня за шею и затащит в пасть; змей меня тщательно прожуёт своими острющими страшнющими клыками и проглотит, даже не подавившись.  — Спасибо, — сказал я наконец. — А всё же что это: сон, видение, галлюцинация? — Хе-хе! Ой не знаю, не знаю! Вот завтра приходи, да проверь. Если, конечно, тебя в дурдом не захлопнут-то, — змей засмеялся. — Ну, до завтра тогда, — сказал я, когда кашляющий смех начал стихать. — Бывай. Буду ждать. И я пошёл домой. А сегодня…