Любовник смерти

Мы с Томом провели отличный день. Хоть и порознь. Это лишь доказывает, что два состоявшихся человека достаточно самодостаточны для того, чтобы не пропадать в разлуке. И находятся они рядом не от душевной пустоты, а от душевной полноты. Потому что оценить красоту внутреннего мира может лишь подобный тебе. Когда вам обоим есть что показать. Я пригласил Тома в свой мир. И он не стал менять меня. Как и я не стал менять его. Все наши изменения, а они безусловно случились, когда мы сошлись, происходят потому, что каждый из нас захотел этого сам. Нет смысла меняться для другого. Но есть смысл меняться для самого себя. Я лежал на шезлонге в тени зонта в элегическом настроении и размышлял о вечном. Цер прилетел ко мне, проверить, не уснул ли я на солнце. Прошёлся грязными намёками по моей голой заднице и холодными лапками по спине. Я же посоветовал ему держать язык при себе, когда прибудет Том. Цер фыркнул и снова улетел по своим делам. Я купался в море, умеренно загорал, избывая зимнюю прохладу Британии, сходил к водопаду. Нарвал манго и кокосов. Вылущил и расколол один кокос, добравшись до сладковатой живительной влаги. Покрутил восьмёрки с мачете. У него был интересный баланс. Идеальное рубящее оружие. Добрался наконец до книги про Нарнию и, поедая манго, с увлечением окунулся в мир Фэнтези. А потом, лёжа на кровати, овеваемый солёным тёплым ветром, подумал, что я козёл. Надо было забрать Гарри на несколько дней сюда, оставив Лили и Тони наедине. Или наоборот, их отправить сюда на остров, а самому пожить в Поттер-меноре. Хотя, до второго февраля ещё есть время. Я достал зеркало и вызвал Лили. Она ответила сразу. Лицо её сияло затаённым счастьем. Я, увидев её, вспыхнул ответным чувством. Мама явно была счастлива. Тони оказался не в пример лучше моего отца. — Хочу сделать тебе предложение, от которого трудно отказаться. — Она уже занята, приятель, — влез в диалог Тони, и я увидел его смеющееся лицо. Он тоже был явно счастлив. — Не в том смысле, Антони, — я улыбнулся, — знаю я тебя, горячий финский парень. — Почему финский? — А откуда вы славяне вышли? Финно-угоры, чудь, татары. — О, да ты знаешь толк в извращениях, — заржал Антонин. — Мальчики! Харон, хочешь поболтать с Тони, приходи. Ему тут скучно, он уже умотал Гарри так, что тот уснул на первой странице сказки в свой дневной сон, хотя обычно его не уложишь, пусть тобой теперь займётся. — Так и я об этом. Не хотите вдвоём махнуть на остров на днях? А Гарри оставить на меня? Или наоборот, давай сюда Гарри, а вы в меноре останетесь? Я увидел, как за головой мамы Тони показывает мне два больших пальца. Ему идея зашла. — О, отличная идея. Я подумаю как лучше и пришлю тебе вызов. Мы распрощались, и я с чувством исполненного долга вернулся к своей сказке про Снежную королеву и четырёх деток, Каем среди которых оказался только один. На закате я вызвал Тома. Узнав, что уже вечер, он удивился и сказал, что я могу прийти за ним прямо сейчас. Через пять минут мы уже купались в море, наслаждаясь закатом. Солнце тонуло в море за островом, и это было очень красиво. А потом мы сидели на веранде, пили вино и смотрели на зарождающиеся звёзды над нами. — Как прошёл твой день? — спросил я Тома, что раскуривал свою сигариллу. — Хорошо. Меня никто не трогал. Все затаились. По Дамблдору тишина, и они меня боятся. Особенно Руквуд. Последний раз я сказал ему, что его растерзает моя пантера. Так сказать, закончит начатое. Работник отдела Тайн позволил наложить на себя Империо сумасшедшему аврору. Бездарь и тряпка, — Том усмехнулся. — Отлично запугивать их тобой. Они все были впечатлены твоим поведением. Люциус осторожно пытался выяснить, где достать такую взрослую и хорошо обученную особь. И это они ещё Нагайну не видели. — Почему ты не привлекаешь её к своим встречам? — А зачем они ей нужны? Она мёрзнет в конференц-зале. — Так растопи камин. На самом деле, ты зря не берёшь её на встречи. Её нюх не хуже моего. Как и реакция. Не стоит пренебрегать безопасностью. — Ты беспокоишься обо мне? — Тебя это удивляет? — Нет, просто я хочу услышать от тебя это вслух. — Беспокоюсь, моя Тьма. Том удовлетворённо вздохнул и выпустил в воздух клубы ароматного дыма. — А твой день? — Я чувствовал, что живу. — Обычно не чувствуешь? — Не так остро. Сегодня я чувствовал в полной мере. Песком под пальцами, ощущением стянутой от морской воды кожи, тяжёлыми лапами солнца, что ложились на мои плечи. Вкусом манго и запахом чужих стран, что несёт в себе ветер. — Только остров даёт тебе такое ощущение? — Ты даёшь. Я вижу тебя. — Том недоуменно посмотрел на меня. — Вижу не только глазами, а всем своим существом. Твой горячий взгляд, иногда жадный, иногда расслабленный. Обычно сразу после оргазма. Я ощущаю твоё желание и страсть. И нежность. И заботу. Твои горячие руки на мне прожигают иногда следы до самого сердца.Тяжесть твоего тела заземляет меня. Я чувствую опору. Защиту. Твоя магия, твой запах окутывают меня, я осязаю струящееся между нами волшебство, как если бы оно было тканью, шёлком, скользящим в моих руках. Но лучше всего я осознаю себя и тебя тогда, когда ты во мне. Твои жёсткие толчки, твои грубые пальцы, укусы, то как ты присваиваешь меня, берёшь, делает меня более цельным. Я не могу тебе объяснить точнее. Но я чувствую себя как никогда живым. Живущим здесь и сейчас. В это мгновенье. — Скажи мне, как я могу после всех этих слов держать себя в руках и не брать тебя снова и снова? Моё желание сейчас выше неба. — Подожди немного. Давай насладимся этим вечером. Вся ночь наша и никто нам не помешает. — Хорошо, — Том запрокинул голову к небу, всматриваясь в рисунок созвездий. Что он там видел? Ведь каждый видит своё. Я с одной стороны знал его до деталей, до каждой родинки, а с другой не знал совсем. Он был моей Терра Инкогнито, которую ещё предстояло изучить. Я ощущал себя сейчас очень счастливым. В памяти всплыл стих: Горю! То падаю, то взмываю. Как пламени язычок, Зажигаю и разгораюсь. Бисером, Рассыпаны капельки по коже. Волнами двигаюсь, Отпускаю и прижимаю до дрожи. Задыхаюсь От прикосновений и звуков. Падаю и лечу В мир ощущений и запахов. Танго Движений слаженных. Волосы разметались. Резкость слов сглаженных. Плачу, От радости и расставания. Вытянутая рука — Огромное расстояние.* Том встал, отбросил сигарету и подошёл ко мне. Я сидел в кресле, подняв лицо к звёздам. Он склонившись, притянул меня в объятия, а потом неожиданно легко поднял. И понёс в дом.