просто держи меня за руку

      Дазай никогда не знал тепла и уюта родного дома, у него не было тех, кого он с полной уверенностью мог назвать семьёй. Были опекуны, учителя, коллеги, подчинённые… И был Одасаку, после смерти которого Осаму зарёкся привязываться к людям. Однако сейчас, глядя в большие медно-золотистые глаза своего ангела, он чувствовал, что облажался, потому что, разрабатывая каждую свою стратегию, Дазай думал в первую очередь о безопасности Тсуны и только потом — защите гражданских и Агентства. Учитывать и свою сохранность помогали только её дрожащие руки, бледные губы и осторожные объятия после каждого его ранения.       Дазаю впервые было больно видеть, как кто-то волнуется о нём и боится его потерять.       — Тише, тише, родная, — он аккуратно обнял дрожащую девушку, откинул со лба чуть влажные локоны, прикоснулся губами к виску и успокаивающе зашептал: — Я здесь, рядом. Всё в порядке. Опять кошмары?       Тсуна прерывисто вздохнула и сильнее прижалась к его груди.       — Я видела, как в тебя стреляли.       Дазай замер, осторожно обхватил ладонями её лицо и, вглядываясь в уставшие, светлые глаза, со всей нежностью, на которую был способен, произнёс:       — Я не позволю этому случиться.       Тсунаёши слабо улыбнулась. Пользоваться ситуацией было немного нечестно, но ей казалось, что она заслужила хоть какое-то чувство стабильности после всех его самоубийственных планов.       — Обещаешь?       Дазай, видя во взгляде отчаянную надежду и с одного слова понимая крутящиеся в её голове мысли, серьёзно ответил:       — Клянусь.