Драко Малфой и другие звери

Сознание включалось урывками. Темнота. Вонь. Решетка. Примерно подобным образом Гарри Поттер и представлял себе смерть. Он был единственным, кто до сих пор не верил в хэппи-энд своей истории, полагая, что мир и семейное счастье — это еще далеко не конец. В голове не было ни одной подсказки, как он здесь оказался. Только всеобъемлющая усталая безнадежность. Он прильнул к решетке. Умирать не хотелось. Одна вещь выпадала из его ожиданий — ветер. Его порывы разбавляли вонь посторонними запахами. Ветер пытался достучаться до него сквозь страх и апатию, и это подействовало. Поттер набрал полные легкие воздуха и крикнул: «Эй! Кто-нибудь!» Из глотки вырвался рев. «Я не человек», — удивился он. Вместе с этим озарением в нем, как по щелчку, включилась способность думать. Он без усилий сбросил анимагическую форму и протиснулся боком между стальными прутьями. ** Он понимал, что это еще не спасение. Без артефактов, без оружия, без ничего не уйти из логова оборотней или укрытого чарами поместья. Но и это уже было слишком хорошо. С человеческим обликом к нему на место вопящего от ужаса инстинкта, вернулись любопытство и бесшабашность. Да что ему сделается? Он же аврор! Как-нибудь выкарабкается, чтобы вечером под стук кружек о дубовую столешницу со смехом рассказать об этом сослуживцам. Собственно, в этом и заключается жизнь: сначала ты в жопе — а потом из этого выходит знатный анекдот. ** Дальнейший путь в темноте был полон неизвестности и навоза. Теперь его запах казался не удушающим, а, скорее, ностальгически приятным: «Ах, детство! Кентавры! Хижина Хагрида!» Но вляпаться босой ногой в дерьмо не хотелось. Ярдах в ста белесо тлел светодиодный фонарь, выхватывая из темноты уютную скамью над мощеной дорожкой. Справа за темнотой сияла россыпь крупных огней. Вокруг шумел кустарник и гоготали какие-то разбуженные птицы. «Магглы! Маггловская ферма! — Гарри обрадовался им, как родным. — Неужели никаких маньяков, Пожирателей, оборотней, некромантов? По крайней мере, прямо сейчас?» От избытка чувств, наложившихся на остаточное животное отупение, он чуть не разрыдался. Возможно, стоило сесть на скамейку и дождаться рассвета. Не рисковать. Не утруждаться. Не пачкаться. Но Поттер был героем. И настойчиво пер по пересеченной местности навстречу человечеству. ** — Кто здесь? Гарри?! Гарри, это ты? — Рон?! Секунду они шокировано разглядывали друг друга. Затем лучший друг героя принялся остервенело трясти мелкоячеистую стальную сетку. — Какого дракла…?! — Подожди, я сейчас. — Поттер канул в темноту, но быстро вернулся с лопатой и, действуя ей как рычагом, без труда отогнул угол сетки. — Вылазь! Пока Уизли на корточках продирался наружу, решетку облепили лори. Герой магической Британии встретился взглядом с их глазами-блюдцами и выдал реплику, которую не взялась бы опубликовать ни одна газета. — Идем. Надо найти остальных, — ожесточенно сказал он. — Остальных? Что происходит? — Уизли поспешно огляделся. — Где мы? — В зоопарке. Что последнее ты помнишь? — Приказ о нашем повышении. Мсье Валлина. Тренинг по анимагии… О Мерлин! Который час?! Этого Поттер не знал. Внутренний голос подсказывал, что еще он не в курсе, какой сейчас день, месяц и год. — Жена меня убьет! — взвыл Уизли. — И моя. — Точно, и твоя меня тоже убьет. Так, ладно, не раскисать! Сейчас мы всех мигом найдем — и по домам! — Рон Уизли не случайно был лучшим другом героя. ** — Томас должен быть где-то здесь. Томас! А, вот ты где, братишка! Гарри лопатой сбил с двери замок, и Уизли ринулся навстречу напарнику. — Томас, очнись! Эй, да очнись уже! Это же мы! — Рон, осторожнее!!! — А, сука! Гандон! — Уизли с силой пнул темнеющую кучу меха, прижав к груди располосованную руку. — Будешь теперь до конца года за меня отчеты писать! Мы пришли тебя спасти, а ты вот значит как! А ну выбирайся! Пошел отсюда, ну! — Рон, оставь медведя в покое. — Не оставлю. Мы не можем бросить здесь Томаса. Пусть идет пока так. Гарри был не склонен разбрасываться людьми в принципе. Сейчас же ему позарез была нужна вся его команда. И уж тем более — Томас Фоули, надежный, как серебряный сикль, верный Ордену и храбрый до отмороженности. Вот кому следовало бы победить Ридла, реформировать министерство и отбиваться от голых поклонниц или стервозных журналюг, прячущихся под столом и в туалетных кабинках… Но была в происходящем какая-то смутная неправильность. — Подожди, вдруг это вообще не он? — Давай рассуждать логически. Медведь тут один. Значит, это он. — А ты точно знаешь его анимагическую форму? — Он мне об этом всю последнюю неделю трындел, не затыкаясь. Хвастался, какой он весь из себя охрененный, роскошный, шерстяной медведь. Такой, что никто не устоит! Томас, скажи ему. Давай уже, приди в себя! — Если он тебе сейчас решит башку отгрызть, ты точно не устоишь. Особенно без палочки. Медведь тем временем подобрался к двери и пробкой от шампанского рванул наружу. Гарри медленно выдохнул и сказал сквозь зубы: — Надо найти Малфоя. Уизли нахмурился. — На тренинге еще были Алекс, Джесси и Фил, — сказал он. — Я помню. Медведь попытался подкрасться сзади, но Поттер взмахом лопаты обозначил границы своей любви к соратнику. ** Они торопливо пробирались от вольера к вольеру, вглядываясь в темноту. Медведь пер следом, соблюдая дистанцию. — Рон! — кричать полушепотом было до крайности неудобно. — Ну что ты застрял? Страуса никогда не видел? — А вдруг твой Хорек — страус? — Нет. — А кто? — Я не знаю его анимагическую форму. — Тогда почему не страус? — Рон, ты меня достал. — Я просто спросил. Тогда, может, он хорек? — Если ты не заткнешься, я пойду искать один. — Да ладно, по-моему, логично. Хорек — хорек. — Рон, куда логичнее, что он после той истории хорьков терпеть не может. — Ну значит, павлин. — Это почему? — Потому что похож на павлина. — Тогда вы с Томасом были бы бакланами, — Поттер снова отогнал медведя лопатой. — Томас не баклан. Он настоящий друг. Видишь, как он за мной идет. — От тебя кровью воняет так, что даже я чувствую. Он просто надеется тебя сожрать. Уизли обиделся и наконец умолк. Однако долго радоваться по этому поводу Поттеру не довелось. Он поранил ногу и чуть не взвыл от боли и жалости к себе. Затем представил, как живописует Хампи, Энджи и отродьям Кингсли: «…и тут я наступил на гвоздь». Они, конечно, не переставая ржать, сказали бы: «Да ладно! Бедняга! Ну, а дальше чё было?», — и ему самому стало интересно, что дальше. Как они добудут палочки, что творится в магическом мире, и будут ли еще такие вечера, через призму которых он привык смотреть на жизнь. ** — Зебры. Джесс должна быть тут. Да твою же мать!!! Проснувшиеся зебры почуяли медведя и унеслись в темноту. — Я разберусь, — Уизли перемахнул через ограждение и, перепрыгнув ров, побежал вверх по склону. Гарри остался наедине с медведем. Впрочем, не совсем наедине. Лопата показала себя полноценным участником их отношений. ** — Гарри, ты правда тут? Это не прикол? — длинноногая мулатка первой соскочила с ограды и подала руку Уизли. — Тогда я знаю, где Фил! Клетки попугаев в той стороне, они орали весь день, как резаные. Идемте! Блин, как офигенно, что мы попали именно в зоопарк, правда, Гарри? Такое приключение! — она ускорила шаг. — Ага, с одиннадцати лет мечтал, — вежливо огрызнулся Поттер, с трудом поспевая за коллегами. — Волдеморта вам в зад, а это еще что?! — сдавленно взвизгнула Джесс. — Это Томас, — представил их спутника Уизли. — Или медведь, — вздохнул Поттер. — Мы не знаем. Но других там не было, так что мы забрали этого. — С чего вы взяли, что Томас — бурый медведь?! Друзья переглянулись. — Какой же еще? — Да какой угодно! Белый, например! — А анимагическую форму Малфоя ты случайно не знаешь? — без особой надежды поинтересовался Поттер. — Понятия не имею. Наверняка что-то холоднокровное и пресмыкающееся. — О черт! — Гарри резко затормозил. — Стойте, нам надо к крокодилам, живо! ** — Вода там, — махнула рукой Джесс. Она резко сменила направление и вновь едва не наступила на медведя. Зверь опрометью шарахнулся вбок. — Думаешь, Малфой крокодил? — фыркнул Уизли, рыся следом. — Алекс крокодил, балда! Его сожрут прежде, чем он сообразит, кто он и где! — А если этот зануда еще не прочухался? Будем еще и с крокодилом таскаться? — ныл на бегу Уизли, но Поттер был неумолим. — С медведем же таскаемся. — Мой медведь ни для кого не обуза. Правда, Томас? Думаешь, твой крокодил так за тобой побежит? — Не я же истекаю кровью, — отрывисто ответил Поттер. — За тобой побежит. На самом деле он успел поранить и вторую ногу, но предпочитал не обращать внимания. — А если нет, в охапке его потащишь? — не унимался Уизли. — Как вообще нормальному человеку могут нравиться крокодилы? Агрессивные, зубастые, мозг с горошину… — Вот то ли дело медведи! Просто идеал нормального человека! — поддакнул Поттер, профилактически вильнув лопатой. Их спор прервали протяжные крики: — Помогите!!! На помощь! Кто-нибудь! — Давайте живее, пока его там не съели! И они снова куда-то бежали, прыгали и карабкались. ** — Гарри, скорее, здесь очень нужна твоя лопата! — Джесс и Алекс стояли в оборонительной позе перед ласковой летней тьмой. — Могу одолжить. Не вижу нихрена. — Давай! Пока Джесс колошматила лопатой землю, Алекс предусмотрительно отступил ей за спину. Жестом, узнаваемым даже в темноте, вытер кулаками слезы и увидел медведя. — Это, вашу мать, что?! — Любимый медведь Рона, — сказал Поттер, но тот шутку не поддержал. — Это Томас. — Ты что, сдурел?! Томас — панда!!! Уберите это от меня!!! — «Ослов и ученых — в середину», — Поттер шагнул вперед, заслоняя подчиненного, и замахал руками на плавно приближающуюся тень. Без лопаты его харизма не работала. Вечер переставал быть томным. — Джесс! — напряженно сказал он. — Джесс. Черенок ударил его по предплечью. — На. Вроде они слегка отвязались. Бежим! На фоне подсвеченного далеким городским маревом неба виднелись навершия спасительного забора. ** Они попадали на землю, как переспевшие груши, и поднялись, тяжело дыша. — Мерлин! Вся жизнь пронеслась перед глазами! — выдохнул Алекс. — Сочувствую. Я бы от скуки померла от такого зрелища, — Джесс энергично поправила латексный лиф. — Вы же орденцы, — упрекнул их Уизли. — Что вы все время собачитесь? Поттер поморщился, надоело каждый раз стискивать зубы, чтобы не сказать: «Хватит ворковать, тут люди работать пытаются!» Он давно посоветовал бы голубкам потрахаться, основать аврорскую династию и перестать, наконец, донимать окружающих, но это было невозможно. Парень женился, как только выбрался из пеленок МакКошки, и теперь пребывал в стадии отрицания проблемы. — Больше не буду, — легко соврала Джесс. — Разделимся? Мы с Алексом — к Филу, а вы — искать панду? — Вы — к Филу, — распорядился Поттер. — Рон — к панде, а я… — Я никуда не пойду! — возмутился Алекс. — Что, если медведь нас снова найдет?! — Ну не ходи, стой здесь, — пожал плечами Уизли. — Отставить, будем держаться вместе, — подвел черту Поттер. — Блядь, никак не привыкну, что у нас нет палочек. ** — Какой сегодня день? Вы уже придумали, как выбираться? И главное, как мы потеряли память? Почему именно группа Поттера, а? Лично я последнее, что помню, — как принял зелье вместе со всеми, — вещал юный красавчик Александрино Риз, пока они направлялись по мощеной дорожке к вольеру с пандами. Поттеру очень хотелось огреть его лопатой. — Я еще помню, как Валлин стал енотом, спер мой энергетический батончик и съел вместе с оберткой. Так ты думаешь, это было покушение? — воодушевилась Джесс. — Нас пытались убить? — Да уж ясно, что это все не просто так, — встрял Рон. — Может, там заваруха, а нас хотели нейтрализовать в первую очередь… — Волдеморта мне в зад! Если с министром что-то случилось, я не переживу! Теперь этот словесный фонтан было не заткнуть. — Блин, Алекс, ты всегда такой умный, и всегда так невовремя! — тоскливо констатировал Поттер. — Придумай лучше, как найти Драко Малфоя. — Здесь?! Думаете, Малфой вместе с нами вляпался в этот зверинец? — удивился Алекс. — Да щас. У него артефакты дорогущие. И если это заговор, он о нем знал. Наверняка сидит сейчас в мэноре на шелковом диване и коньяк с пирожными пьет. Гарри фыркнул. Малфой не любил сладкое. И уже год как не жил в мэноре. — А может, это Драко виноват в том, что мы тут оказались? — возразила Джесс. — Смотрел на Валлина как на говно, старый пердун обиделся и отомстил всем нам. А Малфоя вообще на ингредиенты разобрал вместе с его понтами. — Валлин первым выпил зелье и обратился! Ты же сама жаловалась, что он твой батончик сожрал. — Может, это он для отвода глаз? Болтовня подчиненных мешала думать. «Вдруг это и правда дело рук Драко? Только если единственным способом спасти членов Ордена было спрятать их в клетках под видом животных…» — пытался соображать Поттер. Он тряхнул головой. Предположение явно относилось к жанру клинической психологии. Гарри верил, что Малфой был хитрым, изворотливым и способным на любую выходку — но не с ним. С ним Драко играл бы открытыми картами. А сам он при любом раскладе выбрал бы бой, а не бегство. На этом версия о виновности Малфоя себя исчерпала. К сожалению, вероятность, что накануне они все просто напились, дебоширили, вторглись в зоопарк и в нем уснули, а теперь ничего не помнят, не существовала вовсе. Произошло что-то ужасное, и Поттер никак не мог просчитать, насколько все плохо. — Валлин выдающийся анимаг, он бы так не поступил! — рассуждал тем временем Уизли, — я думаю, на нас кто-то напал. — Все выдающиеся анимаги — самодуры, поехавшие кукушечкой, — отмахнулась Джесс. — У меня прадед таким был, пока его Безносый не грохнул. Так что поставить на нас какой-нибудь зверский эксперимент было бы вполне в его духе. — Гермиона восхищается его открытиями, — уперся рогом Уизли. Поттер любил друзей. Любил командную работу. Любил тусоваться со своими. Но в последнее время он все больше воспринимал их общение как шум, а сейчас… Сейчас это была просто катастрофа. — Если бы у Малфоя все было в порядке, нас бы уже нашли, — сказал он. ** — Наверное, всего несколько часов прошло. Иначе меня бы жена разыскала, — напористо возразил Уизли. — Уж не глупее твоего Малфоя. — Твоя жена ищет тебя по трактирам, — сыграл на стороне начальства Алекс. — А твоя чего тебя не ищет? — разозлился Уизли, тонко чувствующий подхалимаж. — Ты тоже женатый человек! — А у нас нормальная традиционная семья. Мужчина рискует собой, женщина привносит в дом красоту, а не шляется посреди ночи в поисках пропавших авроров. На предпоследней фразе Джесс фыркнула, на последней засмеялась. — А вот на тебе я бы ни в жизнь не женился, при всем уважении. «Зря, — механически отметил про себя Поттер. — Зря ты это ляпнул, парень. Стоит облечь мысль в слова — и все, от нее уже не отвяжешься». — Ты, конечно, крутая, но мужик мужиком, — продолжал распинаться Риз. — Я мужик, а ты глупая болтушка. Я бы тоже не взяла тебя замуж, — благодушно отмахнулась Джесс. — Неправда, я умная болтушка! — Умная невовремя, — процитировала Джесс, и они с Роном засмеялись. Поттеру от их щебета хотелось сделать фейспалм лопатой. Он хмуро повернулся к Алексу: — Почему бы тебе не держаться официальнее, женатый человек? Несвойственное хамство обеспечило его тишиной. Кажется, все проглотили языки от удивления. ** Панды спали. Натурально дрыхли без задних ног и отказывались понимать, чего от них хотят. Их даже бесполезно было выталкивать наружу. Посмотрев на них, Поттер возмечтал растянуться на бамбуковых объедках и уснуть так же сладко. Забыть про боль, про то, что надо искать Томаса, и что Малфоя опять нет рядом, когда он так нужен. Ну то есть как нужен — не помешал бы. Итогом этих размышлений стало то, что они все-таки разделились. Гарри отправился бродить вдоль вольеров, а остальные, все еще споря, понеслись освобождать Фила. Точкой встречи назначили пресловутый фонарь. Вдоль аллей их тлела добрая дюжина, но этот стоял на возвышенности и был заметен отовсюду. ** Филип Макмиллан был нескладным, худым, носатым и исключительно полезным. Из тех, на кого смотришь и думаешь: вот бывают же такие прекрасные люди! Все четыре года совместной работы Гарри в нем души не чаял. Но сейчас вместо того, чтобы обрадоваться, только вздохнул. Он знал, как это будет выглядеть для Малфоя, когда его найдут: так, словно он был последним, о ком вспомнили. Малфоя не любили до такой степени, что это порой выглядело унизительным. Поттер понимал, что стоило бы позлорадствовать, но каждый раз, когда общее отношение экстраполировали на него, он ощущал чудовищную фальшь. Он терпеть не мог врать ни словами, ни молчанием. И теперь у него заранее болела голова от того, как он будет блеять объяснения, а надменная сволочь Малфой раздраженно скажет «проехали». — А этот почему еще здесь? — рявкнул он на подчиненных. — А где мне быть, шеф? — удивился Фил. — Слетать на тайную базу Ордена? — Прости, Гарри, я не ночной попугай. Я не отказываюсь, просто предупреждаю о риске. До восхода меня лучше никуда не посылать. ** Поттер повернулся к Алексу. — Это был ответ на твой вопрос, как мы отсюда выберемся. А сейчас две наши ближайшие проблемы — Томас и Драко Малфой. Реальность тут же опровергла его слова. Раздался настораживающий звук, и по дорожке на них запрыгало нечто невесомое, но при этом странно хлюпающее и хлопающее. При каждом скачке оно оставляло лужи на брусчатке. — Стоять! — заорала Джесс. Уизли в последний момент заслонил ее, толкнув себе за спину, а Поттер взмахнул лопатой. Нечто свернуло и ломанулось в придорожные кусты. Едва оно повернулось боком, стало ясно, что это медведь, несущий в зубах лебедя. Лебедь пришел в себя и на своем лебедином языке стал истошно давить на жалость. — А вот и Томас нашелся! — перевела дыхание Джесс. — Это не Томас! — возмутился Фил. — Ну и что. Должно же у медведя быть какое-то имя. Пусть будет Томасом. Из кустов раздалось хлопанье крыльев и душераздирающий вопль. Гарри стиснул зубы и полез в кусты, чувствуя себя последним идиотом. Он понимал, что у них есть проблемы посерьезнее, чем подыхающая птица. И что байка о национальном герое, которого не убило покушение, но зато потом его в центре Лондона загрыз медведь, тоже будет охренительно звучать под пиво. «Спасибо, хоть не белый», — думал он. Но не идти не мог. Просто раздираемый лебедь так орал, что оставаться в стороне не было никакой возможности. ** Вернулся Поттер, как и предполагалось, ни с чем. Медведь не для того добывал из пруда лебедя, чтобы по первому требованию сдать его в Аврорат. — Кошмар, — подавленно сказала Джесс. — Ой-ой-ой, можно подумать, ты мясо не ешь! — утешал ее Алекс, взвинченный от близкого соседства с хищником. — Не особо. Теперь точно брошу. Бедный лебедь, мне его крик будет сниться. Гарри мысленно признал, что ему тоже. Он не собирался отказываться от стейков, но не желал знать, откуда они попадают на гриль. Малфой непременно съязвил бы по этому поводу насчет сходства мясной и политической кухни. — Хорошо, что в зоопарке оказалась эта мелочь, а не гризли. Иначе мы были бы покойниками, — отметил Фил. И только на Уизли инцидент не произвел впечатления. — Вот видишь, Томас идет за нами не для того, чтобы сожрать! — толкнул он локтем Гарри. — Жрать он предпочитает птиц. Да, косолапый?