Звезда во тьме

      Анимаг Грюма оказался… ребенком. Сириус оторопело смотрел на практически детское лицо. У него была кривая смущенная улыбка, огромные блеклые глаза и веснушки. — Сколько тебе лет, Алан? — озвучила общую мысль Нарцисса. — Шестнадцать. — Господь милосердный… — вырвалось у нее, отчего в комнате раздались приглушенные смешки. — Этот говнюк покрепче чем кажется, — заверил их Грюм и так хлопнул Алана по спине, что тот подавился воздухом. — Ты понял задачу? Цепляешься к Волди, как будто он реальное дерьмо, не жужжишь, не перемещаешься до тех пор, пока не окажешься в камере. Отцепляйся только тогда, когда Волди развернется к выходу, чтобы он тебя не заметил. Сразу цепляйся за Регулуса Блэка, чтобы он тебя заметил и сказал, когда начинать действовать. Отдаешь ему палочку и не мешаешься под ногами.       Сириус почему-то ожидал увидеть взрослого, крепкого аврора, который и без магии окажет Регулусу нужную поддержку против Волан-де-морта. Но щуплый паренек… Тот вдруг перевел пронизывающий взгляд на Сириуса. — Ты старший брат Регулуса, верно? Я вижу, что ты разочарован, и понимаю. Но поверь, я в Аврорате уже второй год. Бывало всякое, и я справился. А физическая сила… Я слабо представляю, что даже какой-нибудь силач смог бы кинуть Волан-де-морта на прогиб.

***

      Регулус поморщился, вжимаясь затылком в стену. По телу то тут, то там пробегали мерзкие болезненные судороги, как слабенький Круциатус, эхо реального заклятья Волан-де-морта. Острая, дробящая боль в ногах постепенно сменялась на тупую ноющую. Лорд начинал терять терпение. Регулус на все вопросы молчал и ни разу не засомневался. Он знал, что он скоро выберется, и терпеть теперь стало куда проще. Волан-де-морта, разумеется, это выводило из себя.       Вывело из себя его и то, что Регулус встретил стоя. Пусть нетвердо, но стоя. От воодушевления у него и силы появились. И прежде чем привычно задать вопрос и влепить после минутного молчания Круциатус, Волан-де-морт взмахнул палочкой, и Регулуса оглушил хруст собственных костей. Ноги вмиг подогнулись, по ощущениям разрываемые изнутри, и он повалился, не успев хоть как-то сгруппироваться. А потом уже по сценарию вопросы, молчаливое свистящее дыхание Регулуса и Круцио.       Оставшись в одиночестве, Регулус принялся себя костерить. Зачем он встал? Теперь побег будет осложнен тем, что он не может и шага сделать. «Рег?» «Сири, я не смогу бежать. У меня что-то с ногами. Перелом. Штук десять на каждую» «Ерунда, Рег. Твоя комнатушка метр на метр, тебе просто надо оттуда выйти. Алан поможет. А как только вылезешь, я тебя подхвачу, и мы с барьером уйдем»       Несмотря на успокаивающий тон, мысли его взволнованно бушевали. «Когда?»       Регулус не хотел торопить, ни в коем случае, пусть лучше сотни раз проверят надежность плана и сведут риск на минимум, но вопрос появился в голове быстрее, чем он успел подавить взметнувшуюся панику. Он хотел домой сильнее, чем продолжать казаться стойким в глазах Сириуса. «Снейп встречается с Волан-де-мортом завтра вечером. Как только Алан прикрепится, Я, Лестрейнджи, Крауч, Грюм, Джеймс и Ремус будет дежурить поблизости с камерами и ждать сигнала от тебя. Рег, совсем немного подожди, хорошо?» «Хорошо» «Твоя мысль прозвучала очень плаксиво…» «Пошел ты»

***

      Снейп знал, что он справится. Он также знал, что может дать понять Лорду о ловушке. Всего-то приоткрыть сознание и сделать выразительное лицо. И он поймет. Но Северус не станет этого делать. Нынешняя форма Лорда его пугала. Он знал, что магия делает с тем, кто относится к ней без должного уважения и почета.       Он приготовил зелье, аккуратно поставил, сам прислонился к стене, ожидая гостя через камин. Всё как всегда. Кроме маленького черного пятнышка на спине стула, в который вот-вот сядет Лорд. Муха.

***

      Желудок дико болел от голода, ноги подкашивались после каждого шага. Алан опустился на промокшую скамейку и запустил пальцы в волосы. Ему тринадцать, он сирота, сбежавший из приюта и в данный момент даже больше, чем есть, он бы хотел сдохнуть.       Алан поднял глаза, когда над ним нависла тень. Разумеется, он знал этого человека. Грозный Глаз. Глава Аврората стол на залитой водой после дождя улочки маггловского городка и рассматривал его как любопытную нечисть. — Знаешь меня? — Конечно, — хрипло отозвался Алан (сколько он не разговаривал? неделю?). — Не знал бы — сдох бы от испуга. А так даже самую малость взволнован. Раньше, может, автограф бы попросил. — Твой отец работал со мной. — Он мертв. — Разумеется, я в курсе. Почему ты здесь? — Мама умерла еще раньше, тетка отказалась меня воспитывать, а в приюте я жить не намерен. Что вам нужно? Сомневаюсь, что вас вызвали, чтобы меня в эту дурку вернуть. — Я могу обеспечить тебе место на подготовительных курсах в Аврорат.       Алан опустил взгляд. Как же он мечтал об этом. Когда папа приходил с работы и рассказывал о том, как прошел его день, он готов был прыгать от восторга. В раннем детстве он говорил родителям, что тоже станет аврором, и недоумевал, почему они улыбаются так фальшиво.       Когда к одиннадцати у него не случилось ни одного выброса, а сова из Хогвартса облетела стороной его окно, он понял. — Я сквиб. — И об этом я тоже в курсе. Мне всё равно. — Издеваетесь? Что я смогу сделать? С кулаками напасть?       Грюм придирчиво оглядел его тонкие руки и низкий рост. — Неа. Станешь анимагом? — Кем? — оторопело переспросил Алан. — Еще и глухой, вот же срань, — буркнул себе под нос Грюм. — А н и м а г о м. Я помогу, у меня есть знакомый. Ну так что, согласен? Это всё еще походило больше на сон, и Алан завис, глядя на протяную руку Грюма. — Твой отец говорил мне, что у тебя сильная аллергия, что ты сквиб и многовато ноешь, но про умственную отсталость… — И-извините! — спохватился он, хватаясь за ладонь. — Еще и заика, Мерлинова мать…       Алан чувствовал, как его тельце дрожит. Он боялся, боялся до тошноты, до тремора. Но и в восторге был тоже. Он сможет доказать всем знакомым, коллегам, мистеру Грюму, что он в Аврорате не из жалости, не из псевдотолерантности, которой на самом деле и не пахло — все в здравом уме понимали, что сквибы второсортны (Алан в это искренне верил, в детстве с болезненной обидой на весь свет, сейчас с тоскливым смирением).       Сквибы — ошибки, погрешности, холостой выстрел в самый важный момент. Но он смог стать частью чего-то целого, сильного, почти великого. И Алан приложит все усилия, чтобы показать себя наилучшим образом.       Волан-де-морт появился в лаборатории через пару минут. Ступив из камина, он сразу и даже поспешно опустился в кресло. Он выглядел измотанным и слабым, но даже так он внушал ужас своим выражением лица. Снейп вручил ему зелья, проверил состояние и, перебросившись парой фразу, они распрощались.       Алан подлетел к Волан-де-морту со спины и залез под капюшон, уверенный, что, будь он в человеческом облике, вопил бы от ужаса. Он едет на Волан-де-морте!       Камин полыхнул зеленым, и они вышли в каком-то особняке. Алан старался не двигаться, но осмотреться. Он едва не заснул, пока Волан-де-морт полчаса втыкал в камин, сидя в кресле. Вот флегматик. — Лик, перенеси меня.       Домовик, так и не разогнувшись после поклона, боязливо взялся за край мантии, и Алан закрутило в пространстве. Они очутились на опушке леса. Воздух здесь был стократно холоднее, дул пронзительный ветер. Как далеко они переместились! Алан укрылся краешком капюшона Волан-де-морта, давя истерический смешок. Да, ментальное здоровье уже ни к черту.       Он осмотрелся. Опушка была странная. Он ощущал это всеми фибрами души. Должно быть, камеры совсем рядом. И действительно, стоило Волан-де-морту поднять ладонь, как в воздухе материализовалась полупрозрачная дверь. Он просочился в нее будто призрак.       Алан ощутил, как радостно колыхнулось сердце. Камера была маленькой и будто ненастоящей. Стул, на который опустился Волан-де-морт, койка, сероватые стены, всё было будто нарисованным. Реальным был только Регулус Блэк. Алан на миг подлетел над лысой черепушкой, чтобы его заметили, и увидел, как загорелись на секунду радостью серые глаза.       Пока Волан-де-морта разглагольствовал о смысле бытия, а Регулус делал вид, что слушает (Алан знал, что все его мысли только о нем, о палочке у него в чехле, об успехе плана), Алан рассматривал его самого.       Держался Блэк молодцом и выглядел вполне сносно за исключением ссадин и синяков на лице. Остальное, впрочем, скрывала одежда. Алан знал, что у него проблема с ногами, но пока сказать ничего не мог — Регулус продолжал сидеть.       На его лице было скептическое, чуть раздраженное выражение. Возможно, он и сам этого не осознавал, такая вот автоматическая настройка при виде Волан-де-морта. Он был дьявольски худым, явно измученным, но более чем живым и готовым дать отпор.       Глядя на его спокойный, собранный взгляд, Алан облегченно выдохнул. Друзья и родные Блэка говорили ему, что Регулус справится, и ему нужно лишь передать ему палочку, но Алан в этом верил слабо. Как человек, неделю пробывший в коморке метр на метр с Волан-де-мортом, Беллатрисой Лестрейндж и инферналами, может быть в здравом рассудке и, более того, способен околдовать Волан-де-морта Империусом, а потом и магию ему отрубить? Может. Регулус Блэк явно может.       Регулус тем временем стал отвечать на разглагольствования Волан-де-морта и не шибко дипломатично. Прямым текстом «ты хуйню несешь» он, конечно, не говорил, но это было на грани… Всё по плану.       Регулус передал брату, что Волан-де-морт, несмотря на напускную снисходительность, всегда цепко наблюдает за малейшим его движением. Пристальное внимание ослабевает и практически сходит на нет лишь в момент, когда Регулус после Круциатуса приходит в себя. Так что для начала Блэку предстоит получить неприятное заклятье и, судя по его заносчивому тону, в котором он разговаривал, он решил процесс ускорить. — Крестражи не вредят мне, напротив, сейчас я самая развитая версия человека. — Пока вы похожи на зародыш человека. Которому, знаете, еще предстоит найти яйцеклетку, ее оплодовторить…       Алан хихикнул, но последующий надрывный крик заставил его впиться лапками в ткань мантии. Ему хотелось закрыть уши и спрятать глаза. Он попадал под Круцио один раз и всего на пару секунд, но он помнил это ощущение с пугающей четкостью. Круциатус на Регулусе держался три минуты и сорок девять секунд (Алан считал, чтобы хоть как-то отвлечься, и молился, что он не потерял сознание).       Блэк, к счастью, закашлялся и сплюнул кровь. Он продолжал лежать на полу, со свистом дыша, и Алан понял, о чем он говорил. Волан-де-морт расслабился. Он блуждал взглядом по камере, перебирал пальцами по волшебной палочке, уверенный, что пленный еще нескоро придет в себя.       Регулус сделал резкое, почти неуловимое движение рукой в его сторону, его губы шевельнулись и задрожали от прилагаемых усилий. Волан-де-морт застыл, чуть опустив голову. Алан мигом подлетел к Регулусу. — Сейчас, — прошипел тот.       Он обратился в человека, отдал трясущемуся от напряжения Блэку палочку и надел на Волан-де-морта антимагический браслет. Но этого мало, Регулус должен перекрыть потоки его магии, чтобы камера открылась. А браслет пока затруднит ему использование заклятий, если что-то пойдет не так. Пока Регулус только взялся за палочку и уже спокойно наложил Империус.       Алан достал из кармана зелье и влил успевшему только растерянно моргнуть Регулусу. Когда он открыл рот, чтобы спросить, Алан влил в него два. Первое усиливало на короткий срок магическое поле, второе давало энергии, а третье обезбаливало. Все зелья были мощными, но недолгими и утомляющими. Так что, как только действите спадет, Регулус вырубится на сутки, а то и больше. — Поверь, это тебе нужно. Поторапливайся, мы не знаем, наблюдали ли за камерой.       Регулус кивнул и сжал палочку. — Когда я использую блокировку магии, Империус спадет. Но поскольку магии в нем уже не будет, проблем не доставит, но ты всё же отойди.       Алан забрал палочку Лорда, но он не сомневался, что, если магия в нем останется, отсутствие палочки не станет большой проблемой. — Vires abire!       Волан-де-морт вскинул голову, на его лице будто огнем вспыхнула ненависть. Он замахнулся, с его губ сорвалось незнакомое им, но явно неприятное заклятие, и… Ничего не произошло.       Регулус швырнул в него Петрификус Тоталус и заодно и Усыпляющее и засмеялся от восторга и облегчения. Смех человека, три минуты содрогающегося в судорогах от Круциатуса и хрипящего под конец вместо крика, прозвучал необычайно мелодично. — Что ты дал мне? Я чувствую себя потрясающе! И все заклинания даются так легко! Если честно, я как под наркотой…       Он действительно выглядел слишком счастливым, мечтательным даже, и Алан фыркнул. Регулус аккуратно с его помощью поднялся на ноги. Стоял он нетвердо, но с переломами стоять — это уже ничего себе. Алан пытался закинуть его на спину или хотя бы придержать за плечи, но Регулус, видимо, под действием зелий, отмахнулся. — Зелья мощные, но быстро выветриваются. Будь осторожен. Сириус и остальные ждут нас?       Регулус на миг прикрыл глаза и улыбнулся еще ярче. — Они увидели дверь.       Алан и Регулус тоже увидели едва заметные очертания дверь в прежде ровной стене. Теперь камера не имела никакой силы. Волан-де-морта Регулус магией поднял в воздух и отправил за дверь вперед ногами.

***

      Сириус напряженно всматривался в пустоту. Судя по координатам, это здесь. По воздуху вдруг прошла рябь, и он увидел прозрачную, чуть переливающуюся на свету дверь. Сквозь которую вперед ногами вылетел Волан-де-морт. — Ебать мой хуй! — завопил кто-то сбоку. — Вот это презент! — Оставаться на местах! — рявкнул Грюм.       Следующим из призрачной двери человек вышел сам. Он поднял голову, знакомым изящным жестом убрал с глаз челку и улыбнулся, глубоко вдыхая лесной запах. Сириус рванул было к нему, но Грюм вцепился в него. — На, идиот, — он впихнул ему портал в виде камня. — Хватай брата и Алана и валите. Мы убедимся, что всё в порядке, вырубим наверняка Волди и тоже прибудем.       Сириус рванул из кустов и, несмотря на порыв схватить Регулуса и мотать его в объятиях из стороны в сторону минут двадцать, всучил ему камень. — Спасибо, Сириус… — Это портал, идиот. Алан, хватайся.       Их скрутило, и через пять отвратительных секунд они были в Выручай-комнате. Дамблдор специально приоткрыл завесу Хогвартса, чтобы они безопасно прибыли.       Регулус не успел очухаться, как Сириус с восклицанием «наконец-то можно!» схватил его в медвежьи объятия. Глаза обожгло огнем, и Регулус почувствовал, как его крупно трясет (лишь на следующий день он смущенно осознает, что это от рыданий). Всё было будто в тумане, краткий прилив сил от зелий проходил, возвращалась боль, но чувствовал он себя на седьмом небе от счастья.       Сириус что-то бубнил, матюкался, сетовал, как бабулька, на то, как он исхудал, почему ему не дали принять душ хотя бы разок, но прижимал к себе лишь крепче и крепче, ероша отросшие волосы. Отстранился он лишь после тихого, как падение пожелтевшего листа, «Регулус?». — Мама!       Она нежно прижала его к себе, прерывисто, чтобы не разрыдаться, дыша, целовала в лоб, щеки, сморщенный в шутку нос. Мама выпустила его, чтобы осмотреть со всех сторон. — Ужас, какой тощий! — воскликнул Сириус.       Регулус вздрогнул, ощутив крепкую хватку на запястье. Прикосновение было холодным. Он в испуге поднял взгляд на Сириуса. Это Сириус, конечно, кто же еще. Сириус. А руки у него холодные после ожидания в португальских кустах. — Что такое? — заглянул он в его лицо. — Болит?       Он взял его запястье второй рукой, пощупал, осмотрел, пока Регулус боролся с тошнотой, не в силах объяснить, что происходит. Ему чудилось склизское прикосновение инферналов, их когти, сдирающие с него кожу, он снова видел гниющие раны на теле, личинок, выползающих из-под его кожи…       И когда его ноги подогнулись, вспомнив, что они вообще-то сломаны, а сознание стало ускользать, он погрузился в темноту с облегчением, слыша, как Алан успокаивает маму и Сириуса, что это нормальное действие тонизирующих зелий.

***

      Стоило Блэкам и Алану исчезнуть, в воздухе, будто микровзрывы, раздались хлопки. — Всем приготовиться! — рявкнул Грюм.       Пожиратели появились между ним и остальными. Их было меньше — человек десять, да и то, пока они появлялись и маленько приходили в себя, четверых выбило из строя заклинаниями из кустов. Там было несколько приближенных Грюма, Лестрейнджи, Крауч и те орденцы, которым доверился Сириус.       Грозный Глаз отгородил Волан-де-морта. Кроме заклинаний Регулуса, он наколдовал и парочку своих, чтоб уж наверняка. Поттер каким-то образом пролизнул мимо кучкующихся Пожирателей и оказался рядом с ним. Не удержавшись, с любопытством уставился на Волан-де-морта. — Ну и ну! — присвистнул он. — А Регулус крут.       Грюм дернул его за рукав, и в сантиметре от вихрастой макушки пролетела зеленая вспышка. — Соберись, черт возьми!       Пожиратели всё прибывали. Поттер сцепился с Долоховым. Он мог бы под мантией-невидимкой выбивать Пожирателей, но он отдал ее сопротивляющемуся Люпину. Тот после полнолуния был слабым, но остаться в стороне категорично отказался. Так что периодически люди в черных балахонах падали, как подкошенные, от удара, которого не видели.       Они давили, явно давили, но всё изменилось с хлопком, с которым появилась Беллатриса. Она с перекошенным от ярости лицом двинулась к Грюму, и тот от предвкушения оскалился, но ее отвлек луч, намеренно пролетевший близко, но мимо. Лестрейндж привлекал ее внимание. — Криворукий болван! — заорал младший Лестрейндж, и Грюм не мог не согласиться, хотя знал, что Рудольфус промазал нарочно. — Не вздумай вмешиваться, Баст, — напряженно сказал Рудольфус. — Барти, проследи.       Рабастан явно хотел возразить, но возникший невесть откуда Крауч, да и вспышки Пожирателей вынудили его позволить брату ринуться к Беллатрисе.       Грюм наблюдал за семейной драмой, закатив глаза. Волан-де-морт тоже лежал, закатив глаза, только не по собственной воле. — Я справлюсь сам, — крикнул ему Лестрейндж, уворачиваясь от сплошных Авад и Круциатусов жены. — Не смей мне указывать, щенок, — фыркнул Грюм, атакуя в ответ Беллатрису.       Перед ним материализовался Сириус, как раз когда Грюм замахивался. Получив палочкой в глаз, он от возмущения заорал. — Почему вы не уберете отсюда Волди? — Не так-то просто перенести человека с кучей наложенных на него заклятий. Мне нужно сосредоточиться. — Я помогу Лестрейнджу и прикрою вас, перенесите эту тварь скорее. — Секо максима! — взревела Беллатриса, и ее удар прорвался сквозь щит Сириуса.       От удара Сириус покачнулся, и на его груди рубашка мигом окрасилась в красный. — Охрененно справляешься, Блэк. — Я же живой еще, — буркнул Сириус, переводя дыхание. — Отдайте Темного Лорда немедленно! — визжала Беллатриса, разшвыривая проклятия со все стороны и попадая периодически и в своих. — Как вы смеете его касаться, вы, мелкие…       Она пошатнулась, не заметив пущенного Рудольфусом Оглушающего. Но этого было мало, чтобы сбить ее с ног. Она с пышущей ненавистью сосредоточилась на нем, извергая проклятия и ругательства. — Отлично, Лестрейндж неплохая приманка.       В этот же момент мимо Грюма и Сириуса пролетел Рудольфус. — Был…       Секунда, и Сириуса тоже отшвырнуло. Грюм сумел отбить поток заклятий, но переместить Волди снова стало невозможно. Грюм выставил щит, но он точно не ожидал, что сиреневая вспышка облетит его по дуге и ударит в Волан-де-морта. Все сковывающие его заклинания лопнули, и от ударной волны Грюма отшвырнуло на несколько метров. Он приземлился неподалеку с бессознательным Рудольфусом и пытающимся встать на подкашивающиеся ноги Сириусом.       Волан-де-морт встал, отряхнув от пыли мантию, и все застыли, как заколдованные. Пожиратели всё прибывали и прибывали на его зов. Их было несколько десятков, а стоящих на ногах бойцов Грюма — не больше шести. — Активируйте порталы! — заорал усиленным магией голосом Грюм, бросаясь, чтобы достать и активировать порт-ключ Лестрейнджа. — Не дайте им переместиться! — одновременно взревел Волан-де-морт.       Но мигом раздавшиеся хлопки дали понять, что он опоздал. Уносясь с этой проклятой поляны, кишащей, будто муравьями, людьми в черных капюшонах, Грюм услышал яростный вопль, а затем почувствовал, как ударился коленом о пол. Их всех перенесло в Выручай-комнату — Черт возьми! — прорычал Сириус, ударив кулаком в пол. — Руди!       Рабастан и Барти бросились к Лестрейнджу. Тот был всё еще без сознания, по виску стекала кровь, а от трансгрессии ранами покрылась и рука. Грюм, пытаясь не поддаться порыву начать молотить пол вместе с Блэком, встал и оглядел всех. Он вызвал домовиков, чтобы те обработали раны. Дорказ и Кингсли пострадали от неизвестного темного проклятья, и их Грюм распорядился перенести в Мунго. Остальных подлатал сам вместе с почти невредимым (и от этого себя корящим) Ремусом и Нарциссой Блэк, которая наложила на себя чары Неузнаваемости, чтобы ее не узнали посторонние, но Грюм был уверен, что это она. — Где Лорд? — тихо шепнула она, когда они зашивали рану на голову Рудольфуса. — Ушел, — с досадой ответил Грюм. — Беллатриса постаралась. Как Блэк? — После зелий Алана он потерял сознание. Но состояние, хоть и печальное, но некритичное, Рег справится.

***

      Барти и Рабастан постучали и заглянули в комнату Регулуса. Вальбурга сидела у его постели, но при виде их быстро провела рукой по глазам и встала. — Судя по звукам и отборным ругательствам, миссия провалилась? — Погибших среди наших нет, но Лорд ушел.       Вальбурга цокнула языком. — Главное, что Регулус с нами.       Они кивнули, и она вышла, оставив их. Регулус был бледным, его скулы заострились, а под глазами пролегли тени. Но выглядел он куда лучше, чем когда только вышел из камеры, пусть и улыбаясь — искусанные в мясо губы залечили, синяки залечили, разбитую бровь зашили и наклеили пластырь. Судя по горьковатому запаху, ему уже влили Костерост, и ноги к моменту, когда он очнется, уже будут целые. — Помнишь, как он также лежал после пещеры с инферналам? Тот же день, только год назад, представь себе, Барти. — Как будто десяток лет прошло, — усмехнулся Барти, поправляя его и так идеально укрывающее по плечи одеяло.       Рабастан присел на корточки у изголовья Регулуса, уложив подбородок на скрещенные на краешке подушки руки. — Я его как будто тысячу лет не видел, — пробормотал он, дуя Регулусу в ухо. — Смотри-ка, не ворчит. — Не издевайся над ним, Баст, — посмеиваясь, сказал Барти.       В школе Рабастан всегда сидел с Регулусом, и когда ему становилось скучно, он решал начать донимать Регулуса. Тот стоически выдерживал и бред, который Рабастан ему рассказывал, и несмешные анекдоты, и даже щекотку. Но стоило Рабастану подуть ему в ухо, его передергивало так, что все оборачивались. У Регулуса от стыда краснели кончики ушей, а у Рабастана — от смеха. — Что ты с ним делаешь, Лестрейндж? — фыркнул вошедший Сириус. — Любуюсь, не видишь? — Чем любоваться? Он сейчас похож на дохляка даже больше обычного. Иди ему лучше бульон свари. — Красота в глазах смотрящего, — протянул Рабастан и, потрепав его волосы (Вальбурга уже успела аккуратно его постричь), встал. — Какой бульон? Я тебе что, домовик? — Как Рудольфус? — Пришел в себя, сильно матерится, но в норме.       Они не заметили, как Регулус, будто восставший, сел в постель. Он опустил руку на плечо Рабастан, и они с Сириусом дружно заорали от ужаса, пока видевший его Барти пытался не смеяться. — Мерлинова мать, с ума сошли? — просипел он и прокашлялся, но лучше не стало. — Что у меня с голосом? — Так много серенад пел Волдику, что голос сорвал, — ответил Сириус. — Ре-е-е-ег! — плаксиво протянул Рабастан, практически падая на него и крепко обнимая. — Я скучал, козлина.       От Сириуса не укрылось то, как после секунды объятия Регулус зажмурился и сильно прикусил недавно исцеленные губы. На его лбу выступил пот. Перед глазами Сириуса мелькнула разлагающаяся кожа, гной в разодранных ранах. Вот оно что…       Сириус спешно за шиворот потянул Лестрейнджа обратно и удержал рванувшего было присоединиться Барти. — Раздавите, придурки. А ну вон отсюда, пусть еще поспит.       Но выгнав светящихся от радости друзей Рега, Рега он сдержать не смог. — Вы проебали Волан-де-морта?!       Грюм, угрюмо сидящий перед камином в общей комнате, еще больше помрачнел, когда до него донесся возмущенный хриплый вопль. В комнате, кроме него, были Вальбурга, Нарцисса, Лестрейнджи, Крауч, Поттер, Люпин и Алан. Они ждали Дамблдора из поедки в Нурмернгард. — О, Блэк очнулся. — Рановато, — с сомнением протянул Алан.       Регулус, прихрамывая на одну ногу, зашел в комнату. Нарцисса радостно обняла его, с остальными он обменялся рукопожатиями (он маленько прихуел, когда Грюм не стал его игнорировать). Когда очередь дошла до Алана, он стойко выдержал более долгое рукопожатие (Сириус помотал головой, пытаясь избавиться от воспоминаний об инферналах, но бесполезно, ведь это были не его видения) и поблагодарил. — Всем вам спасибо за ваше участие, я правда благодарен, но… — сказал он и, не сдержавшись, воскликнул. — Но как он ушел?! Что пошло не так? — Пожиратели всё прибывали и прибывали, а Беллатриса, оказывается, владеет огибающими. Она каким-то образом сняла сразу все заклятья с Волан-де-морта, и нас разбросало от ударной волны. — И вы не взяли его кровь, мистер Грюм? — с сожалением, но со странной насмешкой протянул Регулус.       В его глазах мелькнуло вдруг самодовольство, и Сириус улыбнулся, услышав его мысли. Улыбнулся и Алан, видевший это в реальной жизни. — Слышь, щенок, тебя там не было, так что…       Регулус приманил те вещи, в которых он был, благо, их не успели сжечь. Достав из кармана штанов маленький пузырек, он протянул его Грюму. Внутри переливалась кровь Волан-де-морта — Можете сказать Дамблдору, что это от вас, мистер Грюм. Услуга за услугу.       Грюм усмехнулся, рассматривая багряную жидкость, и перевел взгляд на устало опустившегося в кресло Блэка. Маленькое представление, должно быть, лишило его всех крупиц сил. — Вот паршивец. Но сработал хорошо, хвалю. — Не шокируйте меня так, Мерлина ради…