Fight the nightmare

***

Эмиль проснулся от того, что ему стало катастрофически не хватать воздуха, он закашлял, отчаянно пытаясь вдохнуть поглубже. Дрожащими руками нащупав под подушкой ингалятор, вдохнул лекарство. Прийдя в себя, парень первым делом, совсем ещё сонный, решил позвонить Масленникову — почему-то боялся за него и хотел успокоиться. Гудок. Ещё один. После третьего звукового сигнала Эмиль уже хотел было заволноваться, но трубку тут же подняли. — Алло, — голос на том конце трубки был очень уставший. — Димка… — парень выдохнул. — Ты чего не спишь? Пять утра, Эмилька. — Я тебя разбудил, да? — Не совсем. Я с заброшки возвращаюсь. — Как отснял? — Спокойно в принципе, холодно там только… А ты почему вскочил? — А я… — Тебе кошмар снился? — этого блогеру хотелось меньше всего. — Нет-нет, просто… — Иманов не умел обманывать и Дима это хорошо знал. — От жажды проснулся. — Солнце, ты точно в порядке? Если надо, я прямо сейчас на поезд сяду. — Дим, отдыхай, в этом нет нужды, — снова враньё. Больше всего Эмилю сейчас хотелось зарыться носом в волосы любимого и уснуть рядом с ним. Старший всё-таки ощущал, что что-то не так, не просто так же Иманову приспичило созвониться в такую рань. Но Дима понимал, что сейчас из него и клещами слова не вытащишь. — Я тебе напишу днём. Нам обоим надо отоспаться. — Хорошо… Просто хотел убедиться, что ты в порядке. Люблю тебя. — Ты говоришь это таким голосом, будто это твои последние слова. — Кто знает… — вспомнив последний сон, Эмиль грустно улыбнулся. — Ты не пугай так, слышишь? Я тебя тоже люблю. Ложись спать. Вернусь скоро, соскучиться не успеешь. Проспал Эмильен почти до полудня. Первое, что он понял, когда проснулся — то, что самочувствие оставляет желать намного лучшего. — Это я так медленно умираю? — сделал вывод парень. Взглянул в зеркало — и правда, весь бледный. Померил температуру — повышенная. Сил хватило лишь на то, чтобы заварить чай и вернуться обратно в постель. Болел Эмиль не так уж и редко, иммунитет у него, конечно, не самый сильный. На сегодня планировались съёмки нового ролика, но пришлось всё отменять, объяснив это как «что-то не то съел, отлежусь денёк». Под вечер стало совсем плохо. Голова просто раскалывалась, таблетки не помогали. Звонить кому-то и просить помощи не хотелось. Спать желания тоже не было, но ослабленный организм требовал отдыха. Засыпая, Иманов надеялся лишь на то, что это не последняя его ночь. Возвращение Масленникова в Москву планировалось лишь через день, но утренний звонок Эмиля заставил поменять планы. Дима уже мчал ночным поездом домой. Окончательно убедился в том, что что-то не в порядке, когда Эмиль не ответил на несколько звонков и не зашёл в сеть. Оставшиеся шесть часов езды казались адом. «И зачем я только ехал», «Я должен был поберечь его», «Что с ним сейчас» — эти мысли не давали блогеру уснуть, хоть и расслабляющий стук колёс состава так и норовил усыпить. — Тебе плохо, да? Молчание. — Ничего, скоро перестанет болеть. Тишина. — Поговори же со мной! Не бойся! — смеётся. Презрительный взгляд в ответ. — И ты трус! Димка твой трус, и ты тоже! У Эмиля почти не оставалось сил. — Я думала, это будет сложнее. Ты меня разочаровал… ну ничего, — подходит ближе, противно касается плеча, — бойся, мне нравится. И тут Эмиль понял — он слабее только за счёт своего страха! Выгнать эту мару получится, только бы собраться с силами… Парень выдохнул, отошёл от маленькой демоницы. — Ничего у тебя не получится. — Ты уже это говорил, — неестественно скрутив пальцы, сжала руку девочка. Эмиль поморщился от боли. Как ей удаётся им управлять? — Я тебя не боюсь, — сквозь зубы проговорил кареглазый. — На тебя жалко смотреть… Не боится он… — Не боюсь! — выпрямился парень, рвано вдыхая. И правда — чувство безысходности с каждой секундой начало пропадать. Вот, что значит самоубеждение. Зловеще щурясь, он устремил взгляд на девочку. — Ты — никто. И никакой власти у тебя нет. Пришла мстить за свою никчёмную жизнь, значит? Ничего у тебя не выйдет… Мстить буду я. За Диму. Потихоньку перетягивая власть и уверенность к себе, Эмильен решил, что управлять ситуацией будет он. Малышка опешила, она ожидала совсем другого. — Видишь, как всё легко оказалось? Дай-ка теперь я поиграю, — Иманов направил ладонь на противницу и до боли в костяшках сжал кулак. Как это всё-таки работает? Таки подействовало! Девочка издала болезненный стон, попятилась. — Ты не можешь вот так… — Насилие порождает насилие… — парень разжал пальцы. — А те, кто был должен за смерть, уже расплатились. — Так нельзя с ребёнком. — Ты не ребёнок, ты — чудовище, — он снова причинил ей боль. На этот раз сильнее. Она упала. — Это должна была быть моя война! — ночная гостья понимала, что почти повержена. — Так нечестно! — Никогда не сбрасывай со счетов даже самых слабых. — Нужно было остановиться на Диме. Урод! Ненавижу его! — за эти слова девочка была мгновенно наказана ударом. — Извини, но так надо, — объяснил свои действия Эмиль. — Надеюсь никогда больше не вспомнить о тебе. Крик, хруст костей, темнота, тишина. Иманов проснулся, но не сразу понял, что произошло во сне. Тело всё ещё ныло. Несколько минут ушло на то, чтобы всё обдумать. От этих мыслей парень почему-то заплакал. А точно ли всё кончено? Внезапно послышался звук открытия входной двери. Эмиль всхлипнул, прислушался. Через секунду он увидел перед собой Масленникова. Застав любимого, живого, пусть и не совсем здорового, Дима выдохнул. — У тебя не заперто… Я даже испугался, — снял с плеча сумку, присел на край кровати. — Димка, я… я, кажется, смог, — Эмиль взял холодную руку любимого в свои. — Почему ты мне ничего не рассказывал? Что происходило всё это время? — Я не хотел тебя расстраивать. — Вот же глупый… Это всё я виноват. — Не-ет, Димочка, это не твоя вина, — ладонью притягивая блогера к себе, заверил его Иманов. — Ты знаешь, я… сегодня… — Тише, успокойся, — старший своей рукой вытер слезу со смуглой щеки, — рассказывай. Всё рассказывай. Запинаясь и заикаясь от слёз, Эмиль поведал Масленникову всё то, что происходило с ним за это время. Тот слушал и горячо корил себя за всё то, что Эмилю пришлось из-за него пережить. В глубине души парень понимал, что в моральном плане он слабее Иманова, и вряд ли бы смог выдержать так, как выдержал он. — На твоём месте должен был быть я, — Масленников провёл рукой по щеке младшего, когда тот закончил. — Зато теперь я могу с гордостью называть себя твоим спасителем, — тот довольно поддался к тёплой ладошке. — Изначально я думал, что будет наоборот… — Ха! Услуга за услугу, Димка, — парень лукаво улыбнулся, легонько пихнул любимого в плечо. — Что это значит? — За то, что я нас, так скажем, уберёг от неминуемой участи, — драматично протянул Эмиль, — ты теперь должен никогда меня не бросать. — Будто бы я собирался! Дима бережно поцеловал его в лоб. — Ты горячий. Снова заболел? — Не ругайся только. — Опять мне идти тебе за шоколадками! — Дмитрий поднял брови, улыбнулся. Эмиль засмеялся. — Там ещё с прошлого раза осталось! Парни на несколько минут замолчали, заключив друг друга в успокаивающие объятия. — Любовь порождает любовь, и за чувства платят чувствами, — подытожил Дима. — Это наша интерпретация. — Мне нравится, — Эмиль положил голову на колени старшего. Взяв пару минут на то, чтобы уложить произошедшее по полочкам в своей голове, Дима спросил: — Это получается… Всё? Конец? — Конец, Димка… Теперь всё будет спокойно. Теперь всё будет прекрасно. Всё будет прекрасно.