Temporary Bliss

Гарри потратил большую часть дня в ванной, ухаживая за собой, подстригая ногти, моя и расчёсывая свои волосы, чтобы заставить самого себя поверить, что его поддельные улыбки не будут смотреться фальшиво. Луи сидел в ванне позади него в ледяной воде, а на его глазах располагались огурцы. «Жёсткие выходные», - объяснил Луи, окунаясь в воду только лишь в обтягивающих плавках. - Из-за меня? - подразнился Гарри, в зеркале встречаясь взглядом с Луи. Тот подмигнул и заменил огурцы на глазах. - Слишком много для меня, - Гарри усмехнулся, мысленно вспоминая их выходные и расчёсывая волосы пальцами. - Ты хочешь сказать, что меня слишком много? - Ты - настоящая проблема, - сказал Луи, и Гарри развернулся, приподнимая бровь. - Это правда сказал ты, маленькая ненасытная шлюшка? - Гарри подошёл и убрал огурцы с глаз Луи. Гарри не удивлялся, что Луи был достойным своего имени и мог оставаться возбужденным невероятное количество времени. Иногда он утверждал, что Стайлс утомил его, но даже когда запыхавшийся Гарри утыкался лицом в подушку, бормоча «спокойной ночи», он чувствовал, что Луи всё ещё готов на многое, легко толкаясь своим членом в бёдра Гарри. Предыдущая ночь ни чем не отличалась от других, что означало, что они не спали до четырёх утра и сделали паузу только для того, чтобы спуститься на кухню, где Гарри накормил их вафлями. Луи посмотрел на него, скромно улыбаясь: - Да, дорогой? - Ничего, милый, - Гарри поцеловал его в лоб, зачёсывая чёлку назад и кусая огурец, прежде чем вернуть его на глаза шатена. - Ты просто очень милый, когда притворяешься, что ты не сексуальный маньяк. - Ты знаешь, что это не просто секс, - сказал Луи. Он убрал огурцы с глаз, словно доказывая своё мнение, и взял руку Гарри, проводя по ладони языком, следом засасывая один из пальцев. - Ты мне действительно нравишься. - Я слышал, - ответил кудрявый. Он вспомнил, как громко Луи озвучивал, насколько он привязан к нему. Гарри позволил своей руке упасть на плечо Томлинсона и сжать его. - Ты меня изматываешь. - Конечно, - усмехнулся Луи. Он прислонился к бортику ванны, глубже погружаясь в воду. - Ты можешь говорить дерьмо, когда принимаешь ледяную ванну. - Это обязательно должно произойти, - ответил Гарри, пожимая плечами. - Твои маленькие уловки всегда удивляют меня. И однажды ты причинишь мне боль. - Конечно, но давай не будем так спешить что-либо менять? Мне вполне нравится, как ты выглядишь, когда мои лодыжки находятся на уровне твоих ушей, - вздохнул Луи, закрывая глаза, и Гарри понял, что шатен точно знал, что делает. - Эй, не возбуждай меня, у нас нет на это времени, - сказал Гарри, прикладывая палец к губам Луи. - Мы должны быть в зале в пять. - Для чего конкретно? - спросил Томлинсон. - Реклама? Праздник? Выпивка, чтобы отметить коммерческую сделку? - предположил Гарри. - Я не знаю. Это для моего папы. Он хочет, чтобы я был там, и, честно говоря, я очень не хочу туда идти. - Поэтому ты приглашаешь меня? Гарри повернулся к зеркалу, чтобы заметить румянец на своих щеках. Он посмотрел на Луи в отражении и заметил, что глаза того оставались закрытыми, но его улыбка стала шире. Это была страшная идея, но Гарри не мог заставить себя передумать. Он нуждался в Луи, даже если бы это означало, что некоторые люди выяснили бы, что они — больше, чем просто друзья. И так как он ненавидел тот факт, что он нуждался в нем, он не мог просто напросто отречься от своих чувств только потому, что у него были проблемы с зависимостью от кого-то, кроме себя. Возможно, если бы он имел дело с кем-то другим, он смог бы отказаться, но он понял, что Луи — другой случай. И если бы слово «особенный» не заставляло его съеживаться, когда звучал в адрес Луи, то он бы, возможно, использовал его. - Честно говоря, - сказал наконец Гарри, поворачиваясь, чтобы прислониться к раковине. - Я не могу сделать это без тебя. Луи долго молчал, прежде чем снова заговорить лёгким еле слышным голосом. - Ты милый, Гарри, - чтобы избежать дальнейших издёвок, Стайлс просто пожал плечами. Он нагнулся и поднял с пола свои футболку и боксеры. - Я должен, вероятно, одеться. В пять часов, хорошо? - В пять часов, - кивнул Луи, всё ещё улыбаясь.

***

После быстрой поездки на машине, во время которой Луи растормошил причёску Гарри и оставил засос у него на плече, они зашли в украшенный банкетный зал, опоздав почти на час. - Ты забавно ходишь, - прокомментировал Гарри, когда приглаживал волосы в нужных местах. Луи посмотрел на него через плечо, приподняв брови. - Разве это моя вина? - Зато твоя идея, - ответил Гарри, разглядывая выпуклость на брюках шатена. Он попытался сдержать смешок, разглаживая свой пиджак, а затем удостоверился, что на его брюках нет такого же бугорка, но провалился, когда услышал мягкое хихиканье Луи. - Будь потише, прежде чем кто-либо услышит нас. Люди ходили туда-сюда так, словно все они были знаменитостями, даже при том, что сами знали — они только что попали в этот бизнес. Девочки с их крупными локонами, парни в сшитых на заказ смокингах, не столь хорошие, как Гарри, и пожилые люди с напитками в руках ходили с вздёрнутыми носиками; некоторые из них узнавали кудрявого и улыбались ему или пожимали руку. Луи был проигнорирован ими. Не то чтобы это имело для него значение — он пожал плечами и пробился к бару, прежде чем несдержанно ударить Гарри по заднице. Тот в ответ стиснул зубы, заставив себя улыбнуться, а затем смотрел, как Луи уходит. Он отыскал глазами Найла, также стоящего около бара, потом Зейна, который строил кому-то глазки через всю комнату. Гарри проследил за его взглядом и увидел, что Лиам стоял рядом со столом, наполненным тарелками с десертом. Осмотрев комнату, Гарри понял, что Киры здесь нет. И это было хорошим знаком, потому что обычно у него занимало много времени, чтобы отвязаться от неё. В течение нескольких секунд он позволил себе поволноваться за её местонахождение. В ванной на коленях? В ванной с лицом, прижатым к фарфору унитаза? Так или иначе, это не имело значения, потому что он не должен был увидеть ее сегодня вечером. После таких прекрасных выходных это было слишком скоро. Он должен был дать себе день или два. Возможно, даже три - период, в котором он проведёт немного времени со своими мыслями, обманывая себя несколько часов или всю ночь. И в глубине души эти мысли, конечно, всегда о Луи. Говоря о Луи, сейчас он громко разговаривал с Найлом и Зейном, с намёком шевеля бровями, когда Лиам наконец направился в их сторону. И Гарри жаждал присоединиться к ним, но его папа внезапно начал приближался к нему под руку с девушкой и ещё одним мужчиной, идущим с другой стороны. Его отец поприветствовал его прихлопыванием по плечу. - Гарри, ты пришел, - сверхвосторженно сказал он. Он был, как всегда, осторожен, чтобы не быть слишком нежным по отношению к Гарри. Груб и холоден. Вся его сущность с дорогим напитком в руке. Этот напиток заставил Гарри подумать о том, чтобы напиться так сильно, чтобы осмелиться сказать отцу «иди нахуй», пройти через всю комнату и поцеловать Луи перед всеми гостями. Но проблема состояла в том, что ему было не плевать, особенно когда глаза его отца не отрывали от него взгляда и ещё один человек, выглядевший очень важно, стоял рядом с ним. Они молчали несколько минут, и у Гарри не было не малейшего интереса. Он кивнул в некоторых местах последующего разговора, отпустил несколько шуток о том, что собирается взять с собой домой несколько девушек, когда вечер подойдёт к концу. Его отец вспомнил Киру, и Гарри моргнул, уже желая закончить эту тему. Факт того, что он вспомнил её, был немного удивительным, учитывая то, что его отец забывал имена всех девушек, с которыми Гарри когда-либо спал. Не то чтобы Кира была плохой кандидатурой невесты или её работа не была похожа на его, просто она была слишком жадной в отношении денег, вероятно, постоянно ища себе спонсора. И, судя по всему, одного она могла бы найти довольно легко. - Сын, - отец Гарри отвёл его в сторону, выглядя при этом внезапно серьёзным. - Что случилось, пап? - легко спросил Гарри. Он попытался улыбнуться, но через несколько минут понял, что это не необходимо. - Кто пригласил его? Гарри не нужно было оборачиваться, чтобы понять, о ком идёт речь, но всё же он повернулся в сторону бара, где всё ещё находился Луи. Он стоял там, прислоняясь к стене, глазами бегая по комнате. Они встретились взглядами, и Томлинсон улыбнулся. - Кто? - спросил Гарри. - Ты знаешь, - серьёзно ответил его отец,- почему он здесь? - Гарри действительно не любил, когда с ним разговаривали, как с ребёнком; он выпрямился, используя своё преимущество в несколько дюймов в росте. Жаль, что его тон не мог помочь ему в этом деле: - Я-я пригласил его, - он заикался. И с этими словами он получил толчок по спине. - Ну, так иди и выгони его. Гарри секунду поколебался, открыв рот от дерзости своего отца. - Почему? - Ты знаешь, почему, - снова повторил он, - тебе не нужно, чтобы я произносил это. - Ну, то, что он здесь, не странно. Он заканчивает съёмку со мной, и из-за этого он связан с тобой, и... - Мне плевать. Я хочу, чтобы он ушёл. Сейчас же, - Гарри заработал ещё один удар по спине и нагнулся вперёд. Он посмотрел на Луи, который всё ещё рассматривал его. - Пап, я не могу просто... - Иди. Ничего не ответив, Гарри оставил своего отца и прошёл сквозь толпу, чтобы незаметно подойти к Луи. - Хей, - поприветствовал он. Шатен улыбнулся, осторожно осматривая комнату. - Эй, что случилось? - Хочешь поговорить в холле? - Гарри кивнул в сторону двойных дверей и подтолкнул Луи локтем. Луи помолчал, прежде чем кивнуть. - Конечно, - сказал он. - Что случилось? Должно быть, что-то важное, если ты хочешь оставить это личным, - он вошёл вслед за Гарри, который даже не оглядывался назад на все эти странные взгляды, которые люди посылали им. Стайлс чувствовал себя настолько взволнованным, каким никогда не был. Они прошли тихую и широкую прихожую и направились к дальнему углу, где никто не смог бы их увидеть, и прислонились к обклеенной обоями стене под большой люстрой. - Что происходит? - повторил Луи. Он был умен, как и всегда, но выглядел немного уязвимым, и по общему признанию это заставляло Гарри умирать внутри, потому что он чувствовал, что собирался разбить его сердце или что-то типа того. Он вздохнул, потирая затылок. Он повернулся к Луи в неспособности больше молчать: - Ну, мой папа, он, гм... Он говорит, что хочет, чтобы ты ушёл, - к удивлению Гарри, Томлинсон захихикал. - Что? Почему? Гарри мысленно застонал. Он не ожидал, что ему придётся объяснять. - Лу, это просто, он, гм, он довольно повёрнут на этой репутации, ты же знаешь? Я не знаю, как сказать это... Я не хочу говорить это. Он просто всё испортил. - О, - Луи встал прямо, складывая руки на груди. - Это из-за того, что я гей, правильно? - Луи... - Правильно, - Луи усмехнулся. - Хорошо. Ладно. Я просто могу уйти. А ты останешься здесь и будешь притворяться, что тебе нравятся девушки, да? - Лу, мне жа... - Гарри, тебе повезло, что я уже выпил, иначе это было бы некрасиво - шатен поднял руку, заставляя кудрявого парня замолчать, даже при том, что ему уже было абсолютно нечего сказать. - Так что, ты говоришь мне уехать просто потому, что твой папа сказал так? - Ты не должен дразнить меня, - пробормотал Гарри, чувствуя себя немного жалким. - Блять. Я уже чувствую себя дерьмово, потому что сделал это. - Тогда почему ты это делаешь? - когда Гарри ничего не сказал, Луи закатил глаза, издавая стон. - Боже, Гарри. Мы блять взрослые парни. Суть в том, что мы не ведём себя, как подростки. Я собираюсь быть честным и сказать, что мне насрать, что люди думают о тебе и мне, потому что ты нравишься мне, и это всё, что имеет значение. Луи сказал это так прямо, и он использовал пункт «ты и я». Это были Гарри и Луи, не Гарри и Луи, парень, которого он встретил в баре и переспал с ним. Они позавтракали вместе, обнимались, и разделили ночь разговорами, что, как оба говорили, не делали больше ни с кем. И это было чертовски ужасно, но Луи был отчасти его парнем. А Гарри стоял там, после приказа отца, как послушный маленький щенок, практически вышвыривая своего «парня», потому что боялся сделать хоть что-то, что ему не понравится. И это то, к чему всё сводилось. Страх. Во время тишины Луи осмотрел Гарри нахмуренным взглядом на его симпатичном лице. - Гарри, скажи что-нибудь. - Луи, это не из-за тебя, ладно? - наконец сказал Гарри. - Ладно? Это из-за меня. - Кажется, словно ты расстаёшься со мной, - засмеялся Томлинсон. - Подожди, ты же не... - Гарри заткнул его поцелуем, за руки притягивая ближе к себе. - Заткнись, ладно? Луи отступил, качая головой, и сказал: - Гарри, ты же не стыдишься меня, да? - Нет, конечно нет. Я просто... Ты знаешь. Я не стыжусь тебя. Если бы я мог, я везде бы ходил с тобой. Ты знаешь это, - это помогло заставить шатена слегла улыбнуться, но затем последовал ещё более тоскливый ответ. - Я очень не хочу скрываться. Даже при том, что я всё знаю, я не могу ничего сделать с тем, что чувствую. Ты знаешь? Я просто чувствую, что мы могли бы быть великими. Как было бы замечательно, если бы мы могли выйти, и я бы мог поцеловать тебя, не озираясь вокруг, чтобы проверить, если ли кто-нибудь вокруг. - Я знаю, Луи, я знаю, - Гарри сжал его руку, кивая. - Тогда пойдём со мной. - Что? - Стайлс поднял брови, опуская руку. - Пойдём со мной, - повторил парень. - Вернёмся ко мне в квартиру, посмотрим Бестолковых и поедим мороженное. - Но... - Мы можем пообниматься голыми на моём диване, и я сделаю тебе массаж спины, настолько хороший, что ты забудешь своё имя, - предложил Луи. - Как это звучит? И не делай вид, что сюда подходит слово меньше, чем «удивительно». Несмотря на все усилия, Гарри улыбался от уха до уха, и, прежде чем он успел придумать достаточно хорошую ложь, Луи повёл его обратно наружу, к автомобилю.

***

После небольшой ссоры с Гарри в банкетном зале, Луи чувствовал себя немного грустным и неуверенным в том, что происходит между ним и кудрявым. Он знал, что факт, что они должны были скрываться, не изменился. Но внезапно он понял, что вещи были намного легче и естественнее, чем прежде. Потребовалось несколько уверений Гарри и утренних минетов, чтобы Луи снова почувствовал себя хорошо. Или так же правильно, как раньше. Они провели почти всю неделю вместе, за исключением одной ночи, когда Гарри пошёл на «свидание» с Кирой. Луи попросил Гарри не рассказывать ему подробностей, и тот поклялся, даже при том, что Луи не переставал воображать Гарри и Киру в одной постели. Его ревность прошла только тогда, когда он увидел взгляд Стайлса, которым он смотрел на него, прежде чем они заснули — с наполовину закрытыми веками и с полуусмешкой, с небольшим блеском в глазах, и это заставляло Луи чувствовать тепло внутри. - Не торопи меня, - пробурчал Гарри, надевая свои спортивные штаны. Луи уже стоял у двери, повесив сумку на плечо. Гарри позвал его устроить футбольный матч один на один, и он не смог отказаться. У Гарри — потому что он был самоуверенным мудаком, было впечатление, что это будет легкий матч, потому что Луи «крошечный и броский». Но то, о чём не знал Гарри так это то, что Томлинсон на самом деле был спортивнее, чем выглядел, играя в футбол в течение многих лет. - Поспеши, разбрызгиватели включатся через час, - сообщил ему Луи. Было почти одиннадцать ночи, но снаружи было ещё достаточно хорошо, чтобы сыграть быструю игру. Луи был просто немного взволнован тем, что проведёт время с Гарри за пределами спальни (или, в случае Стайлса, за пределами душа, дивана, кухонного пола). Они шли рука об руку в лунном свете, легко разговаривая и дразня друг друга тем, кто «победит» и каков будет «приз». Как только они дошли до парка, Луи достал мяч и определил два дерева позади него как ворота для кудрявого и два мусорных ведра как свои собственные. - Готов проиграть, милый? - дразнил Луи, касаясь носком мяча и медленно прокатывая его вперёд. Гарри стоял, поставив руки в боки, и Томлинсон воспользовался возможностью восхититься тем, как хорошо он смотрелся в футбольной форме — в своём белом свитере с фамилией, напечатанной на спине, и в чёрных шортах, которые доходили ему почти до колена. У Луи тоже был собственный комплект формы, хотя он сомневался, что смотрелся в нём так же хорошо, как Гарри. - Всё равно, - засмеялся Стайлс. - Всё это только разговоры. - Тогда я замолчу, - язвительно заметил Луи, прежде чем начать вести мяч. Он легко обыграл Гарри, игриво ударяя того локтём, чтобы пододвинуть его. Передвигаясь по траве, он чувствовал, как воздух мчался через его волосы, и он мог слышать смех Гарри позади него. - Не можешь продержаться на высоком уровне, кудрявый? - крикнул Луи через плечо. Он подождал, пока Гарри подбежит поближе, почти позволяя ему добраться до мяча, прежде чем пнуть его в ворота и вскинуть руки вверх в чувстве победы. - Чёрт, - вздохнул Гарри, хватаясь за бок. - В чем дело, малыш? - проворковал Луи. - Я сделал тебе больно? - Гарри закатил глаза, вынуждая себя встать прямо. - Я, возможно, недооценил тебя. - Возможно? - сказал Луи, когда пошёл за мячом. Он отряхнул его, протягивая Стайлсу. - На самом деле, я не смогу смутить тебя ещё больше, чем ты уже смущён. Здесь. Где угодно, где ты хочешь. Гарри схватил мяч и бросил его между ними. - Не поддавайся мне. - Оооой, - Луи потрепал его за щёку, шагая вперёд, - ты не хочешь, чтобы я позволил тебе победить? Вместо ответа, Гарри пнул мяч и начал вести его к своей цели. Он бежал не очень быстро, так что Луи просто нужно было бежать трусцой следом, чтобы догнать его. Гарри постоянно смотрел то на мяч, то на ворота, таким образом Томлинсону было легко поставить Стайлсу подножку и отобрать мяч, сразу же пиная его по прямой в чужие ворота. Он издал ещё один клич победы, делая большой круг почета вокруг Гарри, прежде чем обнять его. Тот надулся, тяжело дыша: - Я больше не хочу играть. - Злишься из-за проигрыша, - улыбнулся Луи, целуя кудрявого в челюсть. Гарри тоже улыбнулся и уронил Томлинсона на землю, садясь сверху. Луи почти был готов подчиниться, как он обычно делал, но длинные пальцы Гарри угрожали прокрасться под его свитер и начать щекотать его голую кожу. И, если судить по хитрой ухмылке на лице Гарри, его ожидало что-то страшное. Так что Луи перевернул их, обернув свои ноги вокруг талии Гарри, и теперь тот лежал на траве, смотря на Луи и тёмное небо в качестве фона. Он запыхался еще больше, чем после игры с Луи. Томлинсону нравился тот вид, что ему открывался — совершенные подъёмы грудной клетки и пухлые губы. Ему нравилось это, потому что это напоминало ему те моменты, когда Гарри был гол и желал его, раздвинув ноги, и Луи любил это, потому что лицо кудрявого в те моменты так отличалось от того холода, что веял, когда он был с другими людьми. Луи чувствовал, что был удачлив увидеть такое чистое и искреннее счастье, которое Гарри сам себе запрещает; он чувствовал себя особенным, потому что был тем, кто вызывал его у Стайлса. Гарри вытянул шею, чтобы оставить поцелуй на губах Луи, и плюхнулся назад, руками обхватывая бёдра парня. Луи наклонился, опираясь на предплечья Гарри, и поцеловал кудрявого, проводя языком по нижней губе. Тот вздохнул, позволяя своим глазам трепетно закрыться. Даже когда Луи отстранился, глаза Гарри остались закрытыми. И по некоторым причинам, в частности от того, насколько расслабленным и податливым Гарри выглядел, Томлинсон подумал, что у него нет слов. - Гарри, я думаю, что влюблён в тебя, - глаза кудрявого открылись, но его улыбка не исчезла, она, на самом деле, стала ещё шире. - Это не первый раз, когда я слышу это. Луи захихикал. - И я предполагаю, что ты никогда не веришь людям, когда они говорят тебе такое? - Никогда. Я никогда не верю, - Гарри покачал головой. - Ну, - вздохнул Луи, пальцами перебирая кудри парня, - ты должен поверить мне. - И почему я должен поверить тебе? - он прикоснулся губами к губам Луи, но отстранился, когда тот углубил поцелуй. Его глаза искрились, и это было не только из-за лунного света; это было что-то особенное, что-то типа того дерьма, что вы постоянно видите в фильмах. - Поскольку, когда ты смотришь на меня... - начал Луи, целуя Гарри в щёку, - то, как ты смотришь на меня прямо сейчас, заставляет моё сердце стучать быстрее. И я не думаю, что у меня достаточно слов, чтобы описать, как я себя чувствую. Нет ничего, чтобы описать это. - Смесь безумного увлечения и жажды. - Ни в коем случае. Это намного больше, Гарри, - шатен сделал паузу, прежде чем продолжить. - Это — связь... Я вижу себя с тобой на очень долгое время. - Зачем всё усложнять? - руки Гарри спустились ниже, сжимая задницу Луи. - Потому что я люблю тебя, Гарри, - и Луи имел ввиду это, когда сказал; он чувствовал себя правильно. Он не сожалел о сказанных словах и не думал, что это было слишком скоро или несоотвествующе, он просто знал, что чувствовал это, и он не мог ничего изменить. Он слишком долго держал рот на замке, чтобы Гарри чувствовал себя комфортно. - Не говори этого, - сказал Стайлс, и он был абсолютно серьёзен. - Это заставляет меня съеживаться. - Ты глуп, - сказал ему Луи. Он поцеловал кончик его носа. - Перестань. Просто позволь мне сказать, что я люблю тебя. - Я серьезно, - сказал Гарри, избегая поцелуя в лоб от шатена, - это заставляет меня съеживаться. - Почему? - Это очень... тяжело, ты знаешь? - Нет, я не знаю, - пожал плечами Луи и наклонился, чтобы прижаться губами к кадыку Гарри. - Но если ты говоришь, что это слишком тяжело, я смогу смягчить это для тебя... Я могу сделать так, чтобы каждый раз, когда ты слышал это, ты думал обо мне. - Луи, - слабый протест Гарри не остановил усилия Луи сделать это мягче. Он слегка укусил его за ухо и прошептал: - Да, Гарри? Гарри только повторил его имя, очевидно слабея. Его руки ухватились за заднюю часть шеи шатена, и он прикоснулся своими губами к губам парня, снова и снова. Он шептал имя Луи между поцелуями, качая головой, когда Луи повторил свое требование: - Я люблю тебя, Гарри. И Стайлс глубоко поцеловал, говоря всё руками вместо слов; он прижимал Луи всё ближе, не желая отодвигать его ни на дюйм, держал прижатым к своей груди. Они целовались, пока не почувствовали себя сонными и не замёрзли, чувствуя, что холод исходит от позднего ночного воздуха, и когда они наконец встали на шатких ногах, включились разбрызгиватели, и они тут же намокли. Они оба практически завопили и отпрыгнули от брызг воды, хватая с собой сумки и мяч. Луи визжал от смеха, потому что Гарри был похож на влажного щенка или ребенка Тарзана; он протянул ему руку, и Стайлс взял её, отряхивая свои волосы. Прогулка в основном прошла в молчании, Гарри лишь раз что-то пробормотал о погоде, но Луи не слушал его. Но у двери в свою квартиру он откашлялся: - Гарри, - начал он, - ты ничего не должен говорить. - О чём? - спросил тот, но Луи знал, что Стайлс понимал, о чём он говорит. - О том, что ты любишь меня, - объяснил Томлинсон. - Ты ничего не должен говорить... Я вижу это в твоих глазах. - Давай пойдём спать, ладно? - ответил Гарри. Он обошёл шатена, чтобы открыть дверь, и зашёл внутрь, снимая обувь. - Я изможден, - он не смотрел на Томлинсона, избегая его взгляда, когда тот появился в поле его зрения. - Прекрасно, - проворчал Луи, - прекрасно, прекрасно, прекрасно, - и как ребёнок потопал в свою спальню, раздеваясь надувшись. Но когда он почувствовал, как Гарри обнимает его сзади, он снова сдался, тая в объятиях. Он повернулся, обнимая парня в ответ. Стайлс начал качаться вперёд и назад, убаюкивая Луи, и тот закрыл глаза, вдыхая запах кудрявого и пробуя ещё раз: - Я люблю тебя. Пристальный взгляд Гарри опустился от лба шатена к его глазам. Он кивнул, отстраняясь на расстояние вытянутой руки. - Хорошо, - сказал он и наклонился, чтобы поцеловать парня в лоб. - Хорошо.