Three Times Diluc Came Running to Help Kaeya, and One Time Kaeya Helped Him

Дилюк и Кэйя не ладили. Для них это был просто факт жизни. Хотя они и соглашались о важности конечной задачи, но вот касательно большинства деталей их мнения полностью различались, и они никак не могли прийти к единогласию в способах выполнить поставленную задачу. Возможно, факт того, что они выросли вместе, играл свою роль, а может и нет. Когда они были детьми, бóльшую часть времени они были в хороших отношениях друг с другом, но сейчас они были настолько напряженными, что большинство людей уже даже не помнило, что они являлись братьями. Не улучшало ситуацию и то, что Кэйя теперь редко использовал имя своей приемной семьи, разве что как козырь, который можно было разыграть там, где влияния должности капитана кавалерии ордена Фавония было недостаточно. Однако те, кто были к ним близки, знали, что не так важно, что они не ладили друг с другом. Они все еще оставались братьями, пусть и не вели себя как таковые. Они были связаны общей историей родственного соперничества и привязанности, а также решимостью прийти на помощь другому, если у того когда-нибудь возникнут серьезные проблемы, и уверенностью в том, что брат тоже будет рядом с ним. Обычно Кэйя попадал в неприятности чаще Дилюка. Он был городским рыцарем, и хоть они и жили в мирное время, безмятежность была только маской. Любой, кто бы потрудился посмотреть глубже, смог бы увидеть, что в Мондштадте все было не тем, чем казалось. Вокруг воротились темные дела, а враги набирали силу. В общем, существовало множество проблем, с которыми необходимо было разбираться, и Кэйя, кажется, всегда оказывался в их эпицентре, причем вполне преднамеренно, как он признавал. Некоторые проблемы были простыми и могли быть решены мечом или удачно проведенной крио-атакой. Другие требовали хитрости, которой у Кэйи было предостаточно. Конечно, первым шагом необходимо было вскрыть проблему, но в таком городе как Мондштадт, где свободно тек алкоголь, для Кэйи это вряд ли было проблемой. Таверны всегда были прекрасным источником информации, а Кэйя хорошо переносил алкоголь. По другую сторону был Дилюк, работающий на полную ставку винным магнатом и на полставки барменом, который еще и подрабатывал по ночам борцом с опасностями, поскольку орден Фавония не особо беспокоился о приличной страже у городских ворот. Хотя у него и были враги на этом поприще, которые вероятно хотели воткнуть ему кинжал в спину, в большинстве своем они были слишком трусливы, чтобы даже попытаться. Хиличурлы и иногда маги Бездны – вот кого Дилюку приходилось устранять на улицах, и они не заслуживали упоминания. Хотя в последнее время их становилось все больше и больше, по этой причине Дилюк все чаще стоял за барной стойкой, чтобы приглядывать за Мондштадтом. В одну из таких ночей он увидел, как Кэйя попал в неприятности. Не на улицах города, а в таверне. Пусть Кэйя и не уживался с Дилюком, но совсем не пытался избегать «Долю ангелов». Дилюк и не стал бы его об этом просить, это их семейное дело, а Кэйя – семья, даже если временами они делали вид, что это не так. Кроме того, он тоже вносил свой вклад. Он платил обычную цену, несмотря на право на семейную скидку, и привлекал множество других посетителей, причем некоторых из них намеренно спаивал, чтобы развязать их языки. Дилюк подозревал, что в «Долю ангелов» он приводил тех, кого тот определял как сложнейших целей, поскольку алкоголь здесь был выше по качеству и стойкости, что значительно упрощало задачу разговорить не слишком болтливых личностей. Дилюк увидел, как Кэйя вошел в таверну. Кэйя в свою очередь заметил Дилюка за барной стойкой и слегка наклонил голову в знак приветствия, но слишком незаметно, чтобы это можно было рассматривать как кивок. Дилюк посчитал, что для ответного приветствия было достаточно просто посмотреть в глаза несколько секунд, а после он вернулся обратно к своим делам, которыми занимался до прихода брата. Когда у него выдалась минута, он смешал бокал «Полуденной смерти» – стандартный напиток Кэйи для первого заказа. Когда Кэйя подошел, чтобы забрать его, прибыл его вечерний партнер по выпивке (цель). Упомянутый партнер оказался торговцем среднего звена, который, как было известно Дилюку, имел связи с черным рынком. Он также был объектом некоторых в особенности отвратительных слухов, но ни один из них так и не был доказан или, вероятнее, не был расследован великими рыцарями Фавония. По крайней мере, до сегодняшнего дня. Торговец заказал себе бренди, и если Дилюк наполнил его стакан немного больше обычного, то это определенно не потому, что он пытался помочь Кэйе напоить кого-нибудь для получения информации. С этим Кэйя и тот мужчина взяли свои напитки и сели за стол под лестницей – самое незаметное и приватное место, как заметил Дилюк, и если у него оставались какие-то сомнения насчет попыток Кэйи очаровать торговца ради информации, то теперь эти сомнения окончательно развеялись. На какой-то момент начало поступать много заказов, и Дилюк оказался слишком занят, чтобы обращать внимание на своего брата. Жаль. Ему бы хотелось знать, какого рода секреты выискивал из этого мужчины Кэйя. Если бы правда оказалась достаточно скверной, то Дилюк мог бы действовать на опережение, в отличие от рыцарей, которым мешало слишком много бюрократии. Хотя, учитывая, что это Кэйя… что ж, Дилюк не признает этого, потому что было немного проще пренебрегать рыцарями в целом, но были среди них те, кто умел добиваться своих целей, и Кэйя был одним из них. Однако в следующий раз, когда его взгляд упал на Кэйю, брови Дилюка приподнялись, прячась за челкой, потому что Кэйя шатался и был едва в сознании, и сейчас неизвестные Дилюку двое мужчин помогали ему выйти через черный ход. После доли секунды, как прошла первоначальная волна шока, Дилюка охватила неистовая, жгучая ярость. Как уже было упомянуто, у Кэйи была высокая толерантность к алкоголю. Он не пробыл здесь достаточно долго, чтобы успеть напиться в хлам, даже если Дилюк, будучи занятым другими клиентами, не заметил, как он забрал свой второй заказ. Даже третий бокал не довел бы Кэйю до полного опьянения. К тому же ранее Дилюк видел Кэйю пьяным, и пьяный Кэйя вел себя совсем иначе. Дилюк незамедлительно последовал за своим братом, только на секунду задержавшись, чтобы оглянуться вокруг и убедиться, что он не упустил тех, кому возможно было поручено держаться позади и наблюдать за любым, кто бы начал их преследовать. Не заметив никого подобного, Дилюк ускорил темп. Он нагнал их в переулке позади таверны, где они укладывали едва сопротивляющегося Кэйю в заднюю часть крытой повозки. Точно направленный пиро-заряд пробил кусок одного из задних колес повозки, таким образом гарантируя, что эти ублюдки не ускользнули бы вместе с его братом. Затем Дилюк разобрался с двумя наемными головорезами, которые вытащили Кэйю из «Доли ангелов». Они упали, как бумажные человечки, когда Дилюк разбил одному из них нос, а другому сломал челюсть, при этом болезненно повредив костяшки своих пальцев. Торговец попятился назад, но он уже упустил свой шанс сбежать. Не то чтобы побег принес бы ему хоть какую-то пользу. Точно не после того, как он попытался похитить брата Дилюка. Кстати говоря, Дилюк должен был его проверить. Он схватил торговца за шею, чтобы удержать его на месте, а затем ударил под углом своей ногой, ломая голень ублюдка и фактически оставляя его без возможности ускользнуть. После этого Дилюк подошел к Кэйе. Когда Дилюк нашел его, оказалось, что Кэйя был в сознании, но был близок к тому, чтобы отключиться. Изо всех сил он боролся с последствиями своей передряги, и ему даже удалось ухватиться за задний борт повозки и подтянуться к нему, повиснув на нем верхней частью тела. Когда Дилюк показался в его поле зрения, он запрокинул голову, и выражение его лица сменилось с отчаяния на облегчение. — Дилюк… Его голос был невнятным, а единственный глаз выглядел странно. Его звездчатый зрачок был неестественно расширен. Некоторое мгновение Дилюк с некоторой озабоченностью смотрел на своего брата, а затем вернулся к торговцу, который в это время плакал от боли. — Что ты ему дал? Торговец только хныкал. Дилюк недовольно нахмурился. У него не было времени на это дерьмо. Он сократил расстояние между ними и вновь поднял торговца за шею. — Что ты подмешал ему в напиток? — Я– Простите меня, я– — Что это было? — Маковая эссенция! Простите меня! Маковая эссенция. Не совсем яд. Болеутоляющее, но вызывающее сильную зависимость. Смешавшись с вином Кэйи, она фактически превратилась в опиум. Очень плохой опиум. Дилюку нужно будет присмотреть за ним, пока наркотик не расщепится в его организме, а когда Кэйя придет в себя, предупредить его об этом. Чем больше его приходилось использовать, тем были выше риски начала зависимости. — Ее было не так много! Ровно столько, чтобы он отключился, я клянусь, он поправится! Прошу, не убивайте меня! Дилюку надоело его нытье. Теперь, когда он узнал то, что ему нужно было срочно знать, дальнейшие вопросы могли подождать. Он вырубил торговца ударом в затылок и потащил его дальше в переулок, туда, где выстроился ряд пустых бочек из-под вина. Он запихнул бессознательное тело торговца в одну из них и закрыл ее, а затем вернулся за своим братом. Кэйя все еще цеплялся за реальность, но был явно не в состоянии идти. Дилюк не стал тратить время на то, чтобы даже попытаться поставить его на ноги. Он поднял своего брата и понес его через плечо к конюшне, где их ждала другая повозка и упряжка лошадей. Кучер спал, что было хорошо. Дилюк запряг повозку своими лошадьми и направился прочь из города. Он ненадолго остановился в переулке за «Долей ангелов», чтобы загрузить полную мусора бочку в заднюю часть повозки, дважды проверив, что та была надежно закрыта. После он коротко переговорил с Паттоном, который затем вошел внутрь, чтобы занять место бармена вместо Дилюка. И наконец, Дилюк поехал к выходу из города, пока Кэйя сидел рядом с ним. Его брат до сих пор был в сознании, но едва ли понимал происходящее и был неспособен сидеть самостоятельно. Он упал на Дилюка, положив голову ему на плечо, и Дилюк вспомнил времена, когда они были детьми, а их отец еще был жив и тащил их в собор. Кэйе никогда не удавалось выдерживать всю службу, и Дилюк, сидевший между своим братом и их родителем, как бы прикрывал его, пока Кэйя дремал, прислонившись к нему и положив голову ему на плечо, прямо как сейчас. Дилюк скучал по тем временам и не мог отрицать, что ему нравилось вновь чувствовать себя в подобной ситуации, какой бы ни была предыстория. Он считал, что иногда было полезно вспоминать лучшие моменты прошлого… и он бы хотел, чтобы им подвернулись и другие хорошие моменты, когда судьба вновь сведет их вместе.