Кровь с молоком

      Спустя несколько дней Руэри окончательно успокоился. Он возился с обедом на кухне, пока Каролин играл с детьми. Вернее, он свернулся на полу волком, пока Марь и Дарь ползали по нему, таская его за шерсть и уши. Надо было отдать должное тому, что Лин сохранял непоколебимое спокойствие и почти не шевелился, позволяя малышам безобразничать.       Руэри наконец понял, насколько же сильно ему повезло, что он оказался там, где оказался. Страшно было думать, что он мог навсегда связать жить с таким человеком, как Аерн. Ему и его малышам было куда лучше с Каролином. После случившегося Эри даже позвал Каролина спать с собой в одну постель. Так ему было спокойнее. Переплетаясь ногами, обняв друг друга, так было правильно.       — Рури, — тихо позвал альфа сзади. Эри обернулся и сразу получил поцелуй в губы. — Мне нужно уйти. Я чувствую запах охотника.       — Ты же не ходил зверем в последнее время у дома, твоих следов нет, зачем уходить? — Эри вытер руки об себя, хмурясь.       — Мне кажется, он идёт прямо сюда, если он зайдёт в дом...       — Кто бы его пустил, Линлин, — омега фыркнул. — Это мой дом, и у меня тоже ружьё есть, что он мне сделает? Если он придёт, я сам его прогоню, будь с детьми. Я не хочу, чтобы с тобой снова что-то случилось.       — Я тоже не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, — альфа погладил его по волосам и поцеловал в лоб. — Позови меня, если что.       Омега кивнул и вернулся к готовке, хотя теперь из-за беспокойства никак не мог собраться. Поставив кастрюльку на плиту, он вымыл руки и вышел в коридор, покусывая губы. Руэри прихватил ружьё и плащ, а потом вышел на улицу и удивлённо раскрыл глаза.       — Привет! — радостно поздоровался Каир, остановившись в двух шагах от крыльца. — Я так рад тебя видеть!       — Зачем ты пришёл? — Эри завязал плащ под горлом и отставил ружьё, вздохнув.       — Ты в порядке? Выглядишь хорошо, поправился... Такой красивый, — Каир натянуто улыбнулся, но увидев, что омега не реагирует, опустил глаза. — Прости. Прости, что я с тобой так поступил, я думаю об этом каждый день, и давно понял, что я должен был защитить тебя тогда...       — Ты пришёл ко мне с ружьём поговорить о прошлом? — с ехидством спросил Эри, спустившись с крыльца.       — Нет, на самом деле... Аерн, несколько дней назад вернувшись из города, начал всем рассказывать, что ты водишься с чудовищем.       — И ты поверил? Пришёл проверить? — омега чуть улыбнулся, качая головой, и заправил волосы. Снег хрустел под ногами, когда он перетаптывался, чтобы не замерзнуть. — А хоть и вожусь, что с того?       — Нет, в основном, поверили омеги, они и раньше тебя недолюбливали, а теперь считают тебя ведьмаком, или что-то такое, — альфа махнул рукой. — Плевать на них, они сумасшедшие. Я пришёл повидаться с тобой. Я соскучился.       — Каир, не нужно ко мне приходить, больше никогда. Я не хочу знать о том, что происходит там, в деревне, об Аерне и омегах. Это не даёт мне ничего хорошего... — Руэри запнулся, когда альфа взял его за руку. Спрятав его ладонь в свои две, Каир только кивнул.       — Не беспокойся, я понимаю, больше такого не будет. Я решил, что хочу быть с тобой. Мне горько слушать то, как о тебе говорят, но ещё горше, что тебя нет рядом, — он чуть сжал пальцы, не давая омеге вырваться. — Ты же здесь сам, тебе тяжело, я помогу тебе со всем.       — Не трогай меня, — Эри дёрнулся и высвободил руку, которую прижал к своей груди. — Целый год тебя не тревожило, один ли я, трудно ли мне, а теперь что? Ты не защитил меня тогда, когда я нуждался, а теперь, когда меня защищать не от чего, ты герой?       — Ты сам сказал, чтобы я не приближался к тебе!       — Если бы ты меня по-настоящему любил, ты бы не стал этого слушать! — закричал в ответ омега, чувствуя, как краснеет, а к глазам поступают злые слёзы. — Ты бы не смог смотреть, как мне страшно и больно, защищал бы меня, ушёл бы вместе со мной!       Каир раскрыл рот, но его взгляд поднялся выше головы Эри, и он сделал шаг назад, отступая от него. Омега обернулся и шмыгнул носом, сразу чувствуя, что гнев проходит. Каролин, как обычно наклонившись, чтобы не стукнуться головой, вышел на крыльцо. Он казался ещё внушительней, чем обычно.       — Малыш, — позвал Каролин, из-за чего по всему телу омеги прошлись мурашки. Обычно он звал его по имени, по своей версии его имени, но сейчас в этом ласковом прозвище прозвучало больше, чем одно беспокойство. Это была ревность, желание показать, что у этого омеги уже есть альфа, — он обижает тебя?       — Так это правда... Всё, что ты говорил, всё, что говорил Аерн, — смотря на дёргающиеся уши, бездыханно сказал Каир, дрожащими руками сняв с плеча оружие. — Руэри, спрячься за мной. Я убью его, всё будет как прежде.       — О, да, попробуй, — прорычал Вервольф, подходя к ним ближе, ступая по снегу босыми ногами.       — Ничего не будет как прежде, да и я этого не хочу, — Эри встал перед нелюдем, не давая приблизиться им друг к другу, и тот обнял его сзади. — Ты такой же как все. Думаешь, я безмозглый омега, за которого можно всё решить. Никто и никогда не спрашивал меня, как мне будет лучше. А мне лучше вот так! Линлин, — Руэри отвёл руку назад и прижал ладонь к пояснице альфы, — мой альфа. Он не человек, это правда, он гораздо лучше, чем люди.       — Как ты можешь так говорить? — бледнея, спросил альфа, пытаясь нацелить ружьё на вервольфа трясущимися руками. Руэри не успел испугаться, как запах нелюдя изменился, стал таким успокаивающим и тёплым, что беспокоиться не хотелось. — Он что-то с тобой сделал, чтобы ты так говорил?       — Сделал. Линлин был со мной рядом всё это время, когда мне было так трудно, он любил меня и берёг, — Руэри ощутил, что альфа прижимает его к себе ближе. — Он много чего сделал. Каир, оставь нас, я не хочу быть с тобой, я не хочу возвращаться в деревню или что-нибудь ещё. Здесь мой дом и мой альфа.       — Но ты же человек!       — Не совсем, — Лин поцеловал омегу в висок и выпустил его из рук, подходя ближе к альфе, что не спускал его с прицела. — Рури мой омега. Навсегда. Даже если ты убьёшь меня, он никогда не полюбит тебя, ты не сделаешь его счастливым, — Каролин медленно отвёл дуло ружья в сторону. Каир, испугано глядя на него, опустил оружие, а потом выпустил его из рук. — Я не собираюсь тебя убивать, я чувствую, что ты не безразличен Рури, он бы этого не хотел... в отличие от меня. Но послушай, если ты действительно любишь его, возвращайся откуда пришёл и скажи всем, что тот, первый, он безумец, и волков в лесу нет. А после собери и сломай все ловушки, которые расставил.       — Зачем? Тебе от них ничего...       — Так это ты расставил их все? — с замешательством спросил Эри.       — Я пытался поймать того, кто сделал с тобой это, — с глазами полными слёз, ответил Каир. — Я думал, что если убью его и притащу в деревню, тебе поверят и ты сможешь вернуться, вернёшься ко мне.       — У нас подрастают дети. Они такие, как я, — Каролин повернулся к Эри и навострил уши, когда тот подошёл ближе, обнимая его. — Когда они чуть подрастут, они смогут превращаться в волков, я не хочу, чтобы они попали в эти ловушки. Мне действительно от них ничего, но они совсем малыши. Я бы сломал их все сам, но боюсь, что не замечу какую-нибудь и она навредит детям.       — Я сниму, — сморгнув слёзы, ответил Каир, смотря на омегу. — Если это то, чего ты хочешь.       — Да, Каир, это то, чего я хочу, — кивнул омега. — Меня устраивает то, как всё повернулось. Если я что-то для тебя значу, сделай для меня это одолжение, хорошо? Я не держу зла на тебя, но у меня теперь своя жизнь, не такая, как у обычных людей, и я не хочу другой.       Когда Каир ушёл, только молчаливо кивнув в ответ, Каролин подхватил Руэри на руки, как ребёнка, и улыбнулся, смотря в его глаза.       — Твой альфа? — счастливо спросил нелюдь, неся его к дому и качая хвостом, как сумасшедший. Омега рассмеялся, полагая, что именно эти слова звучали в его голове всё это время, и он сохранял каменное лицо, пока ему хотелось бегать счастливым щенком вокруг Руэри.       — Разве ты можешь быть чьим-то ещё? — спросил в ответ омега, обнимая альфу за шею и целуя в краешек губ.