Адам Льюис

Первые несколько месяцев учебы в школе волшебства пролетели, словно один день. Хотя оно и неудивительно, учитывая тот объем работ, который охватил Адам. Все же он далеко не одни лишь зелья изучал. К примеру, он очень заинтересовался принципами создания местных заклинаний (судя по оригинальной истории, мрачный британский зельевар еще в школе умудрился создать несколько собственных заклинаний, и Адаму было безумно интересно, как ему это удалось, ведь другие не могли похвастаться подобным достижением). Также мальчик не забывал проводить незаметные исследования организма волшебников (ничего серьезного, так банальный поверхностный анализ, основанный на нескольких разновидностях магического зрения, исследования ауры и поверхностного сканирования организма с помощью парочки специфических духов) и как показала практика – не зря. Организм волшебников поттерианы имел ряд крайне занимательных особенностей. К примеру, элементы, отвечающие за поглощение маны из окружающей среды, и ее усвоение организмом находились у местных кудесников… в зачаточном состоянии. Адам вполне обоснованно считал, что виной тому стал воистину уникальный магический фон. Дело в том, что в подавляющем большинстве случаев маг не может использовать в своих заклинаниях непосредственно ману из окружающей среды – вытянутая из окружающего мира мана претерпевает в организме мага ряд изменений, становясь уже его собственной силой (разумеется, есть обходные пути, и их довольно много, но речь сейчас не о них). Однако в этой безумной вселенной, мана в окружающее среде УЖЕ пригодна для использования в заклинаниях волшебников, вследствие чего развивать соответствующие элементы структуры было просто незачем. Это же частично объясняло и крайне слабую чувствительность местных волшебников (без шуток – лишь такие зубры как Дамблдор способны ощущать следы магического действа, о чем, собственно, косвенно упоминалось в оригинальной истории) к мистической грани мира. Правда, он так и не смог объяснить отсутствие у волшебников поттерианы даже зачатков магического резерва, ведь местный магический фон пусть и был куда выше, чем в немагических мирах, но все равно силой не отличался, вследствие чего организм волшебников просто обязан был делать запасы энегрии… чего Адам не наблюдал! А вот элементы, отвечающие за контроль маны, были у местных волшебников развиты очень и очень неплохо, но опять же из-за слабой чувствительности совершенствовались в мистических искусствах волшебники крайне медленно. Для Адама местные волшебники были подобны слепцам, поэтому он искренне уважал тех из них, кто смог достичь хоть каких-то успехов в ремесле. Помимо собственных исследований не стоит забывать и о внушительных объемах домашних заданий (видимо профессора надеялись, что хоть таким образом заставят отложиться немного полезной информации в головах своих учеников). Да и отработка практических навыков в заклинаниях отнимала порядочно времени. К тому же Адама не собирался забрасывать свои тренировки, которые уже давно (угу, еще с прошлого мира) стали для него привычны. Так что нет ничего удивительного в том, что мальчик и не заметил, как быстро пролетело время. Впрочем, как раз таки стремительно пролетевшее время волновало его меньше всего – проведя несколько месяцев в школе волшебства, Адам уже и не знал, смеяться ему или же плакать. Менталитет волшебников поттерианы лично у него вызывал стойкое желание побиться головой о стену (а еще лучше постучать об нее головой окружающих), в надежде на то, что его мозги станут под нужным углом и он начнет понимать окружающих. Вот как можно, так наплевательски относится к магии, как это делают местные кудесники? Ведь в этом неправильном мире даже потомки древних магических династий имеют весьма посредственную подготовку (что вызывало у Адама жуткий разрыв шаблона, поскольку он привык, что в подобных семьях крайне щепетильно относились к вопросам образования и подготовки будущих магов)! А хуже всего было то, что наследники этих «чистокровных» семей воспринимали свой магический дар как данность, не предпринимая абсолютно никаких попыток его развить! И вот эти граждане считали не одаренных магией людей вторым сортом, что Адам находил весьма ироничным, ведь нынешний уровень развития маглов ощутимо превосходил волшебников (особенно в военном направлении). Впрочем, выходцы из не магических семей тоже хороши – они в полной мере перенимали наплевательское отношение чистокровных к учебе (как раз тогда, когда этого делать не стоило). К тому же очень немногие из них стремились изучить реалии волшебного мира (к большому удивлению Адама). Особенный интерес ситуации придавало стремление маглорожденных волшебников лезть в политику (что лишь добавляло им нелюбви со стороны чистокровных). А почтовая служба волшебного мира это вообще отдельная пьеса. Когда Адам увидел как всевозможные посылки, письма, газеты и прочее юным волшебникам доставляют совы, у него откровенно задергался глаз. Мало того, что способ доставки давно устаревший, так еще и его надежность оставляет желать лучшего (и ведь не скажешь, что создать достойную альтернативу сильно сложно, просто это никому не нужно). К тому же он так и не смог понять, каким образом, совершенно обычная сова умудрялась находить адресата в любой точке земного шара, даже под защитными заклинаниями (он трижды проводил исследование пернатых почтальонов, и трижды получал один и тот же результат – «подобное невозможно!»)! Сам мальчик так и не обзавелся данной зверушкой, предпочтя им услуги духов (шаман все же). Поэтому он крайне удивился, когда утром пятницы, прямо за завтраком, гордый представитель данного отряда хищных птиц сбросил ему письмо, едва не попав при этом в тарелку с едой (чем вызвал у мальчика жгучее желание сделать чучело из наглой животины). На краткое мгновение он даже подумал, что почтовая сова умудрилась ошибиться адресатом, впрочем, содержимое письма быстро развеяло эти сомнения. - О, и кто же этот отважный герой, решивший спасти нашего книжного червя из плена учебников и прочей жути, - поинтересовался Крис, изобразив притворное восхищение, стоило ему заметить письмо в руках у Адама. – Я бы этой отважной личности букет подарил! - О, я думаю, букет алых роз очень порадует нашу уважаемую директрису, - он многозначительно подмигнул своему другу. - Э-э-э, пожалуй, с букетом я погорячился, - заметно поскучнел Крис. - Что от тебя потребовалось директрисе? – удивился Фред, который беспокоился, как бы регулярные стычки Адама с сыновьями влиятельных волшебников не вылезли ему же боком. - Без понятия, - пожал плечами Адам. – На месте и узнаю. Вечером того же дня, сразу после занятий, молодой человек постучался в двери Аланы Дораду – действующего профессора и директора Кастелобрушу. - Добрый вечер профессор Дораду, - поздоровался мальчик, зайдя в кабинет директрисы. – Вы хотели меня видеть? - Садитесь, мистер Льюис, - пожилая, но все еще крепкая женщина кивнула ему на один из стульев, смерив мальчика усталым взглядом. Дождавшись, когда юный волшебник займет свое место, она вновь заговорила: - Прежде всего, позвольте вас поздравить молодой человек, - желчно начала директриса, показательно поднимая одну из папок на своем столе. – Более четырех десятков стычек с другими учениками в течение пары месяцев – это новый школьный рекорд! – взгляд янтарных глаз рентгеном прошелся по сидящему напротив первокурснику. – Вот только это весьма сомнительное достижение. Положив одну папку на стол, директриса открыла другую и без интереса пробежала по хранящимся в ней документам равнодушным взглядом. - И словно в издевательство большинство преподавателей отмечает ваши незаурядные способности, хваткий ум и на редкость спокойный, неконфликтный характер, - директриса перевела на Адама тяжелый взгляд. – И как я, по-вашему, должна на это реагировать? - В свое оправдание могу сказать, что это была самозащита, - Адам приподнял в защитном жесте руки. - Кости своим сокурсникам вы тоже ломали в целях самозащиты? - ядовито поинтересовалась директриса, которая имела сомнительное удовольствие пообщаться с родителями пострадавших. - А я значит, по-вашему, должен был терпеливо переносить насмешки и издевательства лишь бы не доставлять проблем окружающим? – тихим, глухим голосом отозвался мальчик, что было первым признаком надвигающейся бури. - Что?! Нет, конечно! – возмутилась, словно налетевшая на стену директриса. – Послушайте, мистер Льюис, у вас есть потенциал стать очень неплохим волшебником, но сокурсники, с которыми вы постоянно конфликтуете, в будущем могут заметно усложнить вам жизнь. Учитесь лавировать, а не действовать как слон в посудной лавке. - Я Вас услышал, - ответил мальчик, по-новому взглянув на директрису, все же зерно истины в ее словах присутствовало (и то, что она в первую очередь беспокоилась за репутацию школы, этого не меняло). - Надеюсь на это, - ответила женщина, выискивая что-то во взгляде мальчика. - Это все? – несколько нервно поинтересовался Адам, внезапно осознав, что директриса может оказаться неплохим легилиментом (пусть в защите своего разума он был уверен, но сам факт его весьма нервировал). - А Вы куда-то торопитесь? – ехидно улыбнулась женщина, по-своему истолковав переживание мальчика. - Поверьте, у нас и без вашего ужасного поведения хватает тем для разговора. К примеру, меня очень интересуют причины, заставившие Вас искать уединение в ночном лесу за пределами охраняемой школьной территории, - профессор Дораду улыбнулась мягкой, располагающей улыбкой, вот только ее взгляд вызывал навязчивую ассоциацию с главным калибром линкора. Адам изобразил непонимание на лице, мысленно ругая собственную неосмотрительность – стоило сразу подумать о том, что директор школы волшебства будет, не так проста, все же он слишком расслабился и уверовал в собственное превосходство над волшебниками этого мира. Посверлив взглядом нерадивого студента еще немного, директриса тяжело вздохнула: - Как бы там ни было, но в облюбованном вами лесу мистер Адамсон обнаружил следы оборотней, в связи, с чем я настоятельно рекомендую вам прекратить свои прогулки под луной, - директриса вновь смерила суровым взглядом первокурсника, - в противном случае я буду вынуждена принять меры. Адам мысленно вздохнул – предупреждение несколько запоздало. В густом тропическом лесу, невысокая фигура, облаченная в зеленую мантию, спешно очищала местность, подготавливая ее к одному специфическому ритуалу. Любой сторонний зритель мог бы с удивлением наблюдать, как под взглядом юного волшебника растительность спешно отступала, оставляя после себя лишь голую, идеально ровную землю. Оценив результат своих деяний, волшебник в очередной раз взглянул на тусклый диск луны, после чего вновь принялся за работу. Достав из кармана мантии, пузырек со специальной смесью он начал рисовать ею ритуальный круг. Закончив, он внимательно осмотрел свою работу на предмет ошибок, и не найдя их признал ее удовлетворительной. Закончив с кругом, он достал специально подготовленные для данного ритуала свечи, которые стал устанавливать в строгом порядке, попутно поджигая их. И вскоре в ночи замерцали крошечные огоньки разных цветов. В очередной раз проверив свою работу и не найдя в ней изъяна волшебник перешел к следующему этапу. Достав из кармана горсть различный драгоценных камней, тускло сияющих в ночном мраке, он начал раскладывать их в одном лишь ему известном порядке. После чего он достал очередной пузырек со специальным зельем, которым все это окропил. Прислушавшись к окружающему миру, и ощутив отголосок начинающегося ритуала, волшебник облечено вздохнул, поняв, что все сделано правильно. Впрочем, он быстро собрался – расслабляться было рано. Достав из кармана небольшую грубую деревянную чашу, всю изрисованную разными рунами он установил ее в центр круга и до краев заполнил обычной родниковой водой. Ритуал, который собрался провести юный волшебник, был не только весьма специфичен, но и крайне опасен, вследствие чего юноша предельно внимательно проверял собственную работу на предмет ошибок, ведь малейшая неточность могла привести к катастрофическим последствиям. В большинстве случаев, данный ритуал использовался для увеличения магического потенциала мага, проводившего его, и в своей основе был до безобразия прост – он позволял установить связь с заданным измерением и частично адаптироваться под него, что позволяло магу приобрести целый ряд уникальных особенностей (которые зависят от выбранного измерения). Подобная связь во многом напоминает взаимодействие спидстеров с Силой Скорости (есть отдельное измерение (возможно даже разумное) со своими законами, подключившись к которому обычные люди приобретают ряд уникальных сил характерных для жителей данного измерения). Поскольку маги устанавливают связь с измерением, в котором ярко выражены магические свойства – это ощутимо увеличивает их магический потенциал. Впрочем, если правильно все рассчитать и с умом использовать особенности выбранного измерения, то можно даже изменить свою видовую принадлежность (к примеру, установив с помощью данного ритуала связь с каким-нибудь темным измерением – стать демоном не составит большого труда). Чем же опасен данный ритуал? Дело в том, что устройство различных измерений может весьма существенно различаться между собой, поэтому даже частичная адаптация под условия другой реальности может иметь далеко идущие негативные последствия. Предупреждая об опасностях данного ритуала, Грохар всегда рассказывал одну крайне наглядную историю. Один из его учеников, эльфенок с весьма низким как для его вида магическим потенциалом решил исправить этот свой недостаток с помощью данного ритуала. Он решил установить связь с измерением Страданий (почему парень решил черпать силы оттуда, он уже, к сожалению, не расскажет). Вот только эльфенок пренебрег несколькими защитными элементами обязательными для данного ритуала, вследствие чего энергия, щедро поступающая из данного темного измерения, отреагировала на его негативные эмоции (эльфы весьма остро реагируют на какие-либо дефекты в своих соплеменниках, в лучшем случае относясь к ним как к прокаженным) превратив паренька в сильную, живучую но безумную тварь жаждущую лишь крови и разрушений, которую Грохуру и пришлось устранять. Учитывая сложность данного ритуала (может его суть и проста, но вот механизмы, которые он задействует…) и последствия малейшей ошибки – духу его провести хватает у немногих. Даже Адам отважился его провести лишь после длительной подготовки, далеко не по одному разу проверив все расчеты (все же он не унаследовал чудовищный исцеляющий фактор своего создателя, который позволил бы ему избежать негативных последствий в случае ошибки). Как бы там ни было, но в последний раз проверив все приготовления, Адам начал читать текст заклинания. Его неестественно тихий, шелестящий голос разнесся по ночному лесу, заставляя содрогаться ткань мироздания, но вдруг он резко умолк, после чего недовольно воскликнул: - Да чтоб вас Дагон поцеловал! Осознание того что закончить сложный ритуал ему, по видимому было не суждено, было мягко говоря неприятным. Хорошо хоть он догадался использовать парочку духов в качестве охраны периметра, в противном случае узнать о надвигающейся опасности он мог слишком поздно. Адам мысленно поблагодарил свою предусмотрительность, заставившую его включить в ритуал несколько дополнительных элементов, позволяющих прервать его в любой момент, без негативных последствий. Оставшееся время юный волшебник предпочел потратить на подготовку к возможной схватке с незваным гостем, все же остаточные эманации от ритуала весьма сильно ограничили его возможности. Конечно, учитывая ситуацию логичнее было бы отступить, но мальчик сильно сомневался, что сумеет сбежать от противника. Незваный гость не заставил себя долго ждать – под лунный свет из зарослей неспешно вышел огромный черный волк. Внимательно присмотревшись к тихо рычащему исполинскому зверю, который даже стоя на четвереньках, достигал в холке 2-х метров, мальчик понял, что перед ним стоит оборотень. Едва осознав, что за существо перед ним, Адам сразу же применил «изъятие души» – все же оборотни вполне заслужено носят 5-ую категорию опасности и сопротивление магическому воздействию у них в звериной форме даже выше чем у троллей. Однако противник тоже не стал медлить – внимательно осмотрев потенциальную добычу, он прыгнул на нее стремясь разорвать. К счастью для Адама, его заклинание все же настигло противника, пусть и во время прыжка. - Задница Пазузу, - выругался волшебник, не без труда выбравшись из-под туши поверженного противника (Адам не успел избежать столкновения, все же оборотень куда быстрее человека, и его прыжок – это вам не шутки), и внимательно рассматривая длинную кровоточащую царапину, нанесенную зубами зверя. Снова выругавшись, Адам начал судорожно вспоминать все, что он знает об оборотнях в целом и о местном их варианте в частности. Мальчик припомнил, что оборотней можно разделить на целых 5-ть категорий. Первая – это так называемые естественные оборотни, и относятся к ней звери получившие возможность оборачиваться человеком. Яркий представитель данной категории это Кумо – огромные пауки-оборотни способные принимать облик красивых женщин (как вы понимаете, из-за своих размеров питаются они отнюдь не мухами). Вторая – это превращение в зверей с помощью мистических практик. Различных рабочих методик, использующихся магами существует великое множество, даже местную анимагию можно отнести к этой категории. Третья – это дар, врожденная способность существа принимать один или несколько обликов. К этой категории можно отнести всевозможных мимиков, способных принять облик любого на кого посмотрят. Четвертая – это проклятие, которое заставляет одно существо периодически принимать облик другого. Внимательно изучив имеющийся образец (угу – тот, что 2-а метра в холке), Адам пришел к выводу, что местные оборотни принадлежат именно к этой категории, и, учитывая, что слюна зверя уже попала в кровь мальчика, не сказать, что его это сильно обрадовало. И наконец – пятая категория – тотемные оборотни. Представители этой категории оборачиваются в зверя с помощью тотема – могущественного духа воплощающего в себе концепцию определенного зверя. Примечательным также является и то, что тотемные оборотни сохраняют некоторые свойства своей звериной формы даже в человеческом теле (к примеру, тотем пака дарит возможность выделять паутину даже в человеческой форме (хм, уж не тотемным ли оборотнем является товарищ Паркер?), а тотем кошки дарит невероятную гибкость и координацию движений). Постепенно оборотни из этой категории уподобляются оным из 1-й, приобретая возможность оборачиваться исключительно своими силами, не прибегая к помощи тотема (прямо птенец, достаточно окрепший, дабы покинуть гнездо). К большому сожалению юного мага, он не унаследовал способности своего создателя поглощать проклятия, сейчас данная способность весьма бы пригодилась. Снять же данную гадость своими силами он бы не смог при всем желании, все же он не малефик, а значит оставался только один реальный шанс быстро избавиться от посмертного подарка поверженного противника – стать тотемным оборотнем. Вот только прибегать к данному методу мальчик очень не хотел. Все же тотем – существо вполне живое и разумное, обладающее собственной волей, а значит, вполне может и отказать в своем покровительстве, и волшебнику очень повезет, если в таком случае он останется при своих. Но, выбирать юному магу не приходилось. Мысленно вздохнув, Адам посмотрел в сторону ритуального круга, понимая, что придется проводить другой, не менее опасный ритуал. Повторно очистив место, он принялся смешивать в свежевыращенной деревянной ступке (хлорокинез – это удобно) разные ингредиенты, в конце добавив собственную кровь и кровь поверженного оборотня (вообще рекомендовалось использовать волчью кровь, но и кровь оборотня сгодится). Дальше он принялся вырезать из дерева грубую фигурку волка, на которую особой смесью были нанесены руны. Установив фигурку в центр нового ритуального круга, он принялся наносить руны на небольшие камешки и расставлять их в соответствии с ритуалом. Когда все было готово, он зачитал заклинание, используя в качестве подношения плененную душу только что убитого оборотня. В следующее мгновение он ощутил на себе пристальный взгляд чего-то невообразимо огромного, могучего и крайне опасного, внимательно изучающего юного мага. Он понимал, что все решится именно сейчас – либо волчица признает его достойным своего покровительства и примет маленького волчонка в стаю, либо ему откажут в покровительстве и в лучшем случае просто и незатейливо сожрут (все же волки – хищники). Ощутив начавшуюся перестройку организма, походя уничтожившую древнее проклятие, свежеиспеченный тотемный оборотень понял, что его приняли в стаю. Впрочем, юный оборотень не обольщался, его приняли в стаю скорее авансом, оценив потенциал дальнейшего развития и дав шанс доказать что он достоин этой милости, но даже сейчас, если он даст слабину – его безжалостно сожрут! И все же, прежде чем его сознание погрузилось во тьму, на лице мальчика появился тот же звериный оскал, что иногда возникал и на лице его создателя. - Мистер Льюис, вы все еще здесь? – вырвал его из воспоминаний голос директрисы. - Да, простите, - отозвался Адам, возвращаясь к беседе. – Можете не беспокоиться – ноги моей в лесу не будет. - Хорошо, - степенно кивнула директриса. – Теперь касательно вашего письма. Честно говоря, вы меня изрядно озадачили. Заметив непонимание на лице мальчика, она все же пояснила: - Я совершенно не понимаю ваше желание получить образование в мире не-волшебников. - А если я не захочу разрывать контакты с не-магическим миром, - Адам пристально посмотрел на директрису. – Все же здесь я чужак, о чем волшебники не стесняются напоминать. - Понимаю, - директриса чуть задумалась. – Но в этом вопросе я мало чем могу вам помочь. - Ясно, - кивнул Адам, который и не особо и рассчитывал на другой ответ. – На этом полагаю все? - Еще нет, - директриса с едва заметным интересом посмотрела на Адама. – Как вы смотрите на то, чтобы поучаствовать в небольшом школьном соревновании по зельям? Адам вопросительно приподнял бровь, пребывая в некотором недоумении, учитывая специализацию данной школы, подобные соревнования были более чем ожидаемы, но не среди первокурсников же, только начавших изучение зельеварения. Впрочем, директрисе не составило труда правильно истолковать озадаченное выражение лица первокурсника. - Задачей данного маленького школьного турнира является подготовка потенциальных участников к международному чемпионату по зельям между юными волшебниками, который проводится в конце третьего курса, - лукаво улыбнулась женщина, для которой не являлось секретом увлечение первокурсника зельеварением. - А почему этот турнир проводится не со второго курса, - Адам не мог не задать этот вопрос. - Вот на втором курсе и узнаете, - улыбка директрисы стала шире. – Итак, каков будет Ваш положительный ответ? Подавив желание рассмеяться, мальчик, широко улыбнувшись, поинтересовался: - Где и когда будет проходить конкурс?