Полукровка

Пронзительно звон будильника. Джин прихлопнул его: будить было некого. Проснулся он два часа назад, и от мрачных мыслей уже сносило крышу. С приходом дня ночной дурман рассеялся, пришло горькое похмелье. Самое время взглянуть правде в глаза. Небезопасный секс с незнакомцем, вот как это называется. О чем думал? Такого ни разу еще не случалось. Будь свидания почаще, такого бы не произошло. Сто лет он ни с кем не спал. Да за такое время у любых презервативов пройдет срок годности. Великая сушь в личной жизни Джина установилась не по моральным соображениям, а из-за отсутствия интереса. Секс не занимал верхнюю строчку в списке его приоритетов. Ему отводилось место внизу, между чисткой зубов и техническим обслуживанием давно проданной машины. Мысль, что с ним что-то не так, приходила в голову, когда на улице встречались парочки, держащиеся за руки. Большинство сверстников ходили на свидания, как на работу, отыскивая достойных кандидатов себе в пару. Джин был настолько безразличен к этому, что порой задавался вопросом: нормальный ли он? Прошедшая ночь стала открытием. Джин потянулся, по телу разливалась приятная усталость. Закрыв глаза, он представил в себе его плоть, вздымающуюся и отступающую, дарящую волны наслаждения. Особенно последний, девятый вал, когда, после мощного рывка, Джун дернулся и почти сломал его пополам. Фантазия была настолько реальна, что поясница непроизвольно выгнулась, а внутри все налилось жаром и затрепетало. Эхо ночных оргазмов заставило прикусить губу. Джин со стоном поднялся и пополз в ванную. Заметив рубаху, он нагнулся и поднес ее к носу. Черный шелк хранил терпкий запах хозяина. Жар внутри стал просто невыносимым. Откуда он взялся? Такие как Джун не ищут спокойной жизни, вечно-то норовят надрать чужую задницу. Краснея, как шестнадцатилетний подросток, Джин спрятал рубаху под подушку. Наскоро приняв душ и еще быстрее расправившись с завтраком из двух овсяных лепешек, горсточки крекеров и коробочки сока, он направилась в офис. Джин уже полчаса сидел на своём месте, тупо пялясь в монитор, когда зазвонил телефон. Это был детектив. — Еще одна неслабая ночка, — протянул он, подавив зевок. — Бомба? — Труп. Проститутка с перерезанным горлом. Приезжай, поглядишь фото, почитаешь отчеты. Неофициально, конечно. Джин повесил трубку и через две минуты уже стоял на улице, планируя сначала зайти в участок, а после — направиться к детективу. Глупо было притворяться: он сгорал от желания снова увидеть полуночного незнакомца. Утреннее солнце немилосердно жгло глаза. Джин порылся в сумочке в поисках темных очков. Но и в них от яркого света спасения не было, так что пришлось заслоняться рукой. Добравшись до мрачного здания полиции, Джин перевёл дух. детектива на месте не оказалось, зато в коридоре его встретил Хантер. Он сухо улыбнулся, вокруг карих глаз собрались морщинки. — Что-то мы часто встречаемся. Пора с этим завязывать. — Слышал, вы завели новое дело? — Ты, как всегда, в курсе. — А комментарии будут, детектив? — Мы опубликовали заявление сегодня утром. — Которое, как всегда, ни о чем. Брось, Хантер, неужели ты не уделишь мне пару минут? — Официально — нет. — А если не для печати? Он вынул из кармана жевательную резинку, медленно развернул ее, сложил пополам и сунул в рот. Джин знал, что он курит, но последнее время ни разу не видел его с сигаретой. Теперь понятно, откуда взялся этот неспешный ритуал с жевательной резинкой. — Не для печати — подтвердил Джин. — Клянусь. — Тогда уединимся. Он кивнул в сторону кабинета. Тесная комнатушка была размером с его закуток в редакции, но с окном и дверью. Мебель была попроще. Хантер швырнул на стол папку и сел. — Тело нашли за мусорными контейнерами. Почти вся кровь стекла в канализацию, но парни из убойного отдела обнаружили в ней следы героина. Девица перед смертью занималась сексом, что неудивительно. — Боже мой, да это же…! — вскричал Джин. Не отрывая глаз от жуткой фотографии, он упал в кресло. — Двадцать один год. — Хантер чертыхнулся. — Допрыгалась. — Я ее знаю. — Встречал в участке? — В детстве. Мы жили в одном приюте, правда недолго. И потом пару раз сталкивались здесь, у вас. «— Я слышал, что ты из приютских», — сказал Хантер, с интересом разглядывая Джина. — Можно узнать, как ты туда попал? — А что тут знать? Нет родителей. Джин захлопнул папку и положил на стол. — Оружие найдено? Он добродушно прищурился, прикидывая, разрешить ли ему сменить тему. — Оружие, — повторил Джин. — Снова кинжал. Со следами крови, но не жертвы. Две кучки пепла, как если бы кто-то жег на земле фальшфейеры. Хотя непонятно, зачем убийце привлекать внимание к телу. — Ты думаешь, убийство связано со взрывом? Хантер пожал широченными плечами. — Может быть, может быть — Хотя — может быть, это совпадение. Джин услышал, как отодвинулся стул, и поднял глаза. Коп обогнул стол и подходил к нему. — У тебя есть какие-нибудь планы на вечер? Поужинаем? — По... ужинаем? — Да. Вдвоем. Хантер приглашает его на ужин? Опять? Джин поднялся, чтобы чувствовать себя увереннее. — Э-э.… да... Нет, то есть, спасибо, нет. Полезно укреплять деловые связи, но голова занята сегодня другим. Представить только: все мысли — лишь о ночном незнакомце, который обещал, но не смог вернуться к утру. А вдруг, да и нанесет визит ближе к вечеру?.. Ну что за черт: переспал один раз и уже заявляет на него права? Надо быть реалистом. Хантер цинично улыбнулся. — Рано или поздно я выясню, почему ты меня отшиваешь. — Почему? Ты мне нравишься. Умеешь за себя постоять. Правда, я не в восторге от твоих методов. Не скрою, мне противно было узнать, как ты отделал Вилли Стока. Резкие черты лица Хантера смягчились. Он пожирал его глазами. Джин подумал, что нормальный уже давно бы ему уступил. — Спасибо за информацию Джин направился к двери. Хантер схватил его за руку, до того, как Джин успел выскользнуть за дверь. — Когда-нибудь ты всё равно согласишься на ужин со мной. - Или ты кого-то сегодня ждёшь к себе в гости на ночь глядя? -Никого я не жду! Резко отрезал Джин и выскочил за дверь. Он бросился вон из здания; сердце колотилось в горле. Выскочив наружу, Джин дернулся, ослепленный ярким солнечным светом. Планы менялись: теперь никакая сила не заставит его сунуться в дом незнакомца, ни днем ни ночью, будь это трижды фешенебельный район города. К четырем часам дня Джун был готов взорваться. Он не смог вернуться к Джину прошлой ночью. А днем он сам не соизволил прийти. С Джином либо что-то случилось, либо... он дал ему отставку. Кончики пальцев коснулись часов. До заката еще далеко. Проклятые летние дни так длинны... Он прошел в ванную, сполоснул лицо и оперся о мрамор. Вглядевшись в свое отражение, в отблеске свечей Джун различил только полоску бровей на светлом пятне лица. Он был измотан. Бессонный день и сумасшедшая ночь. Только и радостей — недолгие часы, которые он провел с Джином... Джун вытер лицо полотенцем. Как же он так оплошал? Очутиться с ним в одной постели оказалось серьезным испытанием — худшим из всех, пережитых за вчерашнюю ночь. Из-за этой ошеломляющей интерлюдии мысли в голове зациклились на сексе, тело находилось в постоянной готовности, а настроение было мерзопакостным... Слава богу, хоть последнее было нормой. Прошлая ночь закончилась катастрофой. Джун и Хосок отправились в одно из мест что тот нарыл. Оно было заперто. Проверив все снаружи, они проникли внутрь и покопались там. Ничего похожего на присутствие нежити не обнаружили. Ветхое здание оказалось слишком маленьким, без потайных подвалов, а само место — беспокойным. Через дорогу располагалось круглосуточное кафе, в которое частенько заглядывали копы. Чересчур заметно. По дороге домой они решили заглянуть в «Стрей», чтобы утолить желание Хо выпить; тут их и накрыла проблема. Ситуация резко скакнула со «среднепаршивой» на «совсем хреновую». В переулке они заметили две нежити, избивающих девушку. На убийство потребовалось время, дохляки оказались сильнее чем выглядели, и к моменту, когда схватка закончилась, молодая девушка была уже мертва. С ней обошлись круто: тело было исколото, как решето. Джинсы на коленях изорваны, ладони в песке — похоже, она пыталась уползти. На лице живого места не осталось от побоев. Сразу после того, как нежить отправились на тот свет, воздух взорвался звуком полицейских сирен. Ночной концерт разбудил соседей, и они набрали 911. Джун с Хосоком еле успели убраться оттуда подальше. Джун только начинал мстить. Он не остановится, пока не увидит мертвыми всех ходячих дохляков. Закрыв глаза, Джун вслушивался в ритм мелодии льющейся из колонок проигрывателя и пытался расслабиться. Аккуратный стук прорвался сквозь музыку. Джун позволил двери открыться. — В чем дело? Дворецкий внес большущий серебряный поднос. — Я взял на себя смелость принести вам поесть, господин. Он поставил еду на низкий стол перед диваном и поднял крышку; Джун уловил аромат цыпленка, приправленного зеленью. А ведь и вправду же он проголодался. Джун уселся за стол и взял серебряную вилку. Поднес ее к самым глазам. — Черт, Хан был не так прост. — О да, господин. Он любил все самое лучшее. Дворецкий молча наблюдал, как Джун орудует столовыми приборами, пытаясь отрезать кусок мяса. Мелкая моторика быстро утомила его, и он схватил куриную ножку рукой. — Вам понравился цыпленок, господин? Джун кивнул, не переставая жевать. — Ты чертовски ловко управляешься на кухне. — Я так рад, что вы решили остаться. — Это ненадолго. Но не беспокойся, тебе будет за кем ухаживать. Джун подцепил вилкой гарнир — С ним тебе будет гораздо легче поладить, чем со мной. — Мне приятнее заботиться о вас, господин. Джун вытер рот льняной салфеткой. — Слушай, не пытайся ублажать меня: даром теряешь время. В ответ прозвучал тихий смех. — Хан был совершенно прав относительно вас, господин. — Что я — грубиян? Да, он был чертовски проницателен. Джун откинулся на спинку дивана, все еще сжимая в руке вилку. Господи мне сейчас не нужна забота Жажда мести — вот что мне сейчас необходимо...