Я хочу предложить один день

Гет
NC-17
В процессе
145
автор
Atwy12 бета
Размер:
планируется Макси, написано 78 страниц, 14 частей
Описание:
После победы Гарри Поттера над Тёмным Лордом Мальчик-который-выжил решил, что война факультетов - бесполезная трата времени. Он предложил своему главному конкуренту забывать о вражде хотя бы один раз в год, и в этот самый день собираться для дружелюбного времяпрепровождения. Для бывших Пожирателей Смерти это хорошая возможность реабилитироваться в глазах всего Магического Мира.
Примечания автора:
Я не притрагивалась к теме написания подобных работ последние 5 лет. Я хочу, чтобы вы почувствовали это вместе со мной. Увидели это так, как вижу это я. Надеюсь, эта работа зацепит кого-то, потому что я слишком сильно вдохновилась и все-таки решилась это написать.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
145 Нравится 66 Отзывы 78 В сборник Скачать

Глава 14

Настройки текста
28 сентября, 1998 Понедельник – особенно тяжёлый день из-за большого количества занятий, которые ни в коем случае Гермиона не могла пропустить. Первые два урока МакГонагалл мучила студентов длинной нудной лекцией; на Зельеварении новый преподаватель, чьего имени Гермиона так и не запомнила, требовал мёртвой тишины от студентов, выдавая задание из учебника и молча наблюдая за их работой, а на занятиях Прорицания гриффиндорка считала минуты, ожидая окончания. И весь этот день Гермиона провела в компании слизеринцев, которые на удивление действительно перестали конфликтовать с гриффиндорцами. А она только и делала, что пыталась незаметно повернуть голову, надеясь наткнуться на холодный взгляд парня. Только он не смотрел на неё. Его глаза прожигали дыру в деревянном столе на уроке Зельеварения, пока он наглаживал ладонью покрасневшие щёки. И этот насыщенный румянец появился точно не из-за смущения, ему как будто дали пощёчину, даже ни один раз. А когда его рука замирала, словно ощущая обжигающий взгляд девушки, Гермиона торопилась отвернуться и продолжить создавать видимость изучения страниц учебника. Она благословила Мерлина, когда её правая нога перешагнула порог кабинета Прорицания, и Гермиона смогла спокойно выдохнуть, зная, что этот день почти закончился. Студенты радостно хохотали, спускаясь вниз по лестнице Северной башни, и этот гул уже не так напрягал и раздражал. Возможно, потому что сейчас внутри девушки не сидит постоянная паника. Разговор с Джинни позволил Гермионе выдохнуть, скидывая небольшой груз с плеч, а потом тот документ… если Яксли действительно мёртв, то есть надежда на то, что вся эта история может закончиться не так уж и плохо, как девушка думала. Покинув кабинет Прорицания, Грейнджер заметила, что за окном уже темно. Огромная луна начала выглядывать из-за горизонта, придавая и так волшебному месту ещё большей загадочности. Гриффиндорка стучала каблуками по плиточному полу, и звук, раздававшийся из-под её ног, эхом разносился по стенам Хогвартса. Студенты быстро разбежались по гостиным своих факультетов, и сейчас Гермиона наслаждалась спокойствием тишины. Действительно наслаждалась, а не бегала в её поисках, чтобы погрузиться в свои тяжёлые мысли, от чего эта тишина начинала казаться невыносимо громкой. Но ей всё еще не давали покоя вопросы, которые, подобно рою мух, кружились у неё в голове. Например, мёртв ли Яксли на самом деле или его кто-то прикрывает? А если он действительно мёртв, то кто решил втянуть Гермиону в эту непонятную игру? Одно было совершенно ясно – придёт время, и она определённо заставит противника играть по её правилам. А ещё этот высокомерный, наглый и невоспитанный слизеринец. С первого разговора в этом учебном году, там, под ивой, он словно пиявкой присосался к мыслям Гермионы, не позволяя ей расслабиться, и хотя бы раз не думать о нём. Его мнение слишком непостоянно. Сначала приказывает никогда к нему не прикасаться. Потом прижимает к груди всё крепче и крепче, не давая возможности свободно выдохнуть. На лестнице в Северной башне. Она всё помнит. И, пожалуй, именно эта резкая смена его настроения заставляет гриффиндорку снова и снова прокручивать в своей голове их встречи. Одно лишь присутствие Малфоя давало Гермионе возможность расслабить мышцы, а мысли улетучивались, и тогда её голова казалась пустым сосудом. Ноги сами принесли девушку к Чёрному озеру, поверхность которого отражала яркий свет луны. Вода была спокойна, учитывая ветерок, тихо гуляющий по зелёному холму и легонько подталкивающий девушку ближе к озеру. Она сделала шаг вперёд, серьёзно намереваясь зайти в воду. – Решила поплавать? Голос, раздавшийся со спины, заставил волну мурашек пробежать по всему телу. Неожиданное появление – талант, который точно принадлежит Драко Малфою. А ветер, дующий прямиком в спину, словно специально донёс до носа Гермионы запах зелёных яблок и хвои. И чёртовых маггловских сигарет. Она решила не поворачиваться, только лишь сделала ещё один шаг навстречу холодной воде. – Я думаю, что тебя это не должно касаться, – проговорила девушка, одновременно стаскивая обувь с ног. – Почему когда я хочу побыть одна, ты всегда появляешься буквально из воздуха? – делает ещё один уверенный шаг, пальцы на ногах соприкасаются с лёгкой волной, от чего Гермиона задерживает дыхание, свыкаясь с низкой температурой воды. – Если бы я был романтичным идиотом, то мог бы назвать это судьбой. И, спасибо Мерлину, таковым я не являюсь, – из-за спины послышался шелест травы, и высокая фигура появилась сбоку, по правую сторону от гриффиндорки. Драко никогда не был особо эмоционален, и даже сейчас, заходя в воду в ботинках, он наверняка ощутил прохладу озера, однако его лицо не выразило ни единой эмоции. Словно он в своей среде обитания. Он что, поплавать сюда пришёл? Драко Малфой усмехнулся, словно он только что залез в голову к Гермионе и услышал её вопрос. – Вероятнее всего тебе интересно, – начал слизеринец, протягивая руки к своей рубашке и расстёгивая пуговицы, – я люблю плавать под луной, – последняя пуговица была успешно расстёгнута, и белоснежная ткань упала на землю. Драко снял свои туфли, отталкивая их подальше от воды, и стремительно направился в озеро, в школьных брюках, которые моментально прилипли к его ногам. Гриффиндорка застыла. Она сдерживала себя изо всех сил, чтобы не позволить парню заметить её пристальный взгляд, поэтому Гермиона не позволила себе повернуть голову, пока парень раздевался. А сейчас он идёт вперёд, вынуждая девушку изучать его оголённую спину. И сейчас она лишний раз убедилась, что его тело значительно изменилось – из слабенького паренька Малфой превратился в подтянутого мужчину. Его фигура была действительно очень привлекательной. – Может, прекратишь пялиться и пойдёшь купаться? – Ты слишком много на себя берёшь, – проговорила Гермиона, потирая покрасневшие щёки ладонями. Её словно только что поймали на лжи, и от этого ей хотелось провалиться сквозь землю. – Я не пялилась на тебя. Слизеринец повернулся лицом к девушке и развёл руки в разные стороны, ступая в глубину озера спиной. – Тогда почему ты пришла сюда, но всё ещё не в воде? Боишься? – парень усмехнулся. Вызов? – Ещё чего, – Гермиона задрала подбородок, поглядывая на Малфоя из-под опущенных ресниц. Она шмыгнула носом и направилась в воду, чувствуя, как ледяная вода окружает её ноги. И когда она была уже по колено в воде, девушка остановилась, свыкаясь с ощущениями. – Это всё? Да уж, Грейнджер, я ожидал от тебя большего, – Драко сделал несколько шагов навстречу ей, и этого хватило, чтобы почти вплотную подобраться к девушке. Он схватил её за запястье, притягивая к себе, тем самым заставляя гриффиндорку погрузиться в воду ещё глубже. – Вода ледяная, тебе не кажется? – прошептала Гермиона, на что слизеринец лишь усмехнулся, после чего дёрнул девушку с такой силой, что она повалилась в воду. От её столкновения с гладью озера капли воды полетели в разные стороны, попадая на оголённый торс Драко, и он слегка напрягся из-за соприкосновения голой части тела с холодной водой. Мокрая макушка Гермионы выглянула из воды, и она начала быстро дышать, набирая кислород в лёгкие. – Малфой, ты придурок? Это был не вопрос. Буря эмоций снесла крышу гриффиндорке, и она набросилась на парня, стоящего в метре от неё. Тот явно не ожидал такого, потому что повисшая на его плечах девушка, утянула Драко вниз. Они вынырнули почти синхронно, и через несколько секунд тишина окончательно растворилась в воздухе, после чего тихий смех гриффиндорки эхом разнёсся по глади озера. А он усмехнулся, как-то по-особенному, искренне. Его ухмылка не казалась злой или раздражённой, на самом же деле это больше походило на настоящую улыбку. Эта детская шалость развеселила Гермиону, и она подняла глаза, натыкаясь на светлые глаза, которые горели от падающего света луны. Лицо парня было расслаблено, и война, которая была между ними, сейчас не ощущалась так сильно, как раньше. Сейчас эта война напоминала детскую игру. Гермиона улыбнулась слизеринцу и через мгновение размахнулась и шлёпнула ладонью по воде. Брызги разлетелись по разным сторонам, но большая часть попала на парня, стоящего по пояс в озере. Он прикрыл лицо руками, стараясь избежать столкновения с водой. – Правда думаешь, что у тебя хватит сил, чтобы сопротивляться мне? – прошипел парень, накидываясь на Гермиону и утягивая её с собой под воду. Это, казалось, длилось почти целую вечность. Они пытались доказать друг другу, что у них обоих хватит сил противостоять, поэтому ни Гермиона, ни Драко не заканчивали этот своеобразный бой. Изредка останавливались, чтобы набрать воздуха в лёгкие, а потом снова начинали утягивать друг друга за собой под воду. – Ты точно не продержишься под водой дольше меня, – заявила Гермиона, бросая победоносный взгляд на Драко. – Зря ты так думаешь, – заговорщически ответил парень и провёл руками по волосам, заправляя мокрые пряди назад. – Не расплачься только, когда проиграешь. – Это ты не расплачься, когда проиграешь! На счёт три, – Гермиона выдохнула и снова глубоко вдохнула, стараясь привыкнуть к такому количеству воздуха в её лёгких. – Раз, – выдох, – два, – вдох, – три! – слизеринец резко оказался перед девушкой, и как только Гермиона проговорила последнюю цифру, он быстрым движением коснулся её губ своими, на мгновение, после чего скрылся в глубине озера. Глаза гриффиндорки напоминали две монеты, потому что от неожиданности она распахнула веки так широко, что её очи вот-вот выпрыгнут из орбит. О соревновании Гермиона вспомнила только тогда, когда Драко вынырнул из воды и посмотрел на неё сверху вниз – на застывшую, мокрую и с горящими щеками. Малфой потряс головой в разные стороны, разбрызгивая капли воды, которые слетали с кончиков его мокрых волос. На его лице красовалась широкая улыбка, а глаза были немного прищурены. – Я же говорил, что ты проиграешь. – Ты сжульничал! – Какая разница? Победа есть победа, – сказал парень, делая шаг к Гермионе. – Не переживай, я придумаю желание позже. – Что? Какое желание? – лицо гриффиндорки выражало искреннее непонимание. – Желание, которое ты только что проиграла мне, – выражение лица Малфоя походило на то, с которым он ловил снитч и приносил своей команде победу. – Мы не договаривались! – в груди Гермионы закипало негодование и чувство несправедливости. Она сложила руки на груди, не замечая, как её кожа покрылась мурашками из-за ветра, обдувающего её мокрое тело. Драко закатил глаза, после чего направился в сторону берега, медленно передвигая ногами по дну озера. Не поворачиваясь лицом к девушке, он лениво кинул: – Вылезай, а то заболеешь. – Заботишься, Малфой? – вопросительно изогнув бровь, спросила Гермиона. Её вопрос остался без ответа, и девушка зашагала в сторону берега. Лишь только потому, что она замёрзла. Выбравшись из воды, Грейнджер вытащила из засыпанной песком мантии свою волшебную палочку, после чего заклинанием высушила волосы. К этому моменту Драко уже оделся и направился в сторону одинокой ивы, единожды обернувшись к девушке и дав понять одной рукой, что ей нужно идти за ним. И она пошла. Они опустились на скамью, не проронив ни слова. Сейчас Гермиона не чувствовала никакого напряжения между ними, когда их поглотило молчание. В какой-то степени ей было даже приятнее наблюдать за природой, когда рядом с ней находился Драко Малфой. Гермиона слегка повернула голову в его сторону: тот закинул ногу на ногу, а руки покоились на спинке скамейки. – Есть новости от Яксли? – начал Драко. – В Министерстве я перераспределила его домашнего эльфа, – проговорила девушка, делая глубокий вдох, – причиной чему послужила смерть хозяина. – То есть… он мёртв? – непонимающе спросил Малфой, поворачивая голову в сторону Гермионы и устремляя на неё внимательный взгляд. – Так указано в документах, – она пожала плечами. – Тогда нам нужно понять, кто решил так интеллектуально пошутить, – слизеринец поковырялся в кармане брюк, и через несколько секунд в его губах красовалась подожжённая сигарета. – Нам? – переспросила девушка. – Если это не несёт такой опасности, тогда зачем тебе мне помогать? – Потому что ты сраная липучка, – он замолчал. – Хер его знает, почему я тебе помогаю. Конец их диалога показался Гермионе тяжелым и неприятным. Она закрывает глаза. Под веками проступает образ, и девушка сильно жмурит глаза, чтобы избавиться от него – но всё ещё видит пустые фоторамки в доме родителей, на которых раньше была изображена их дочь. Сердце было готово разорваться в клочья. В своих воспоминаниях Гермиона садится на диван, ожидая, когда Министр Магии зайдёт в комнату – в знак благодарности за участие в войне и помощь он обещал вернуть их память. И тогда, ¬– Грейнджер могла поклясться, – она услышала самый прекрасный в её жизни звук. Мелодию. Голос мамы. Она вскочила с дивана и побежала обнимать родителей. Сквозь слёзы и слова: «мне так жаль», «я люблю вас» и «простите» Гермиона оборачивается и видит рамки, чёртовы пустые рамки. На которых она видит себя, маму и папу. И где они находятся сейчас – она не знает. Грейнджер закусила губу, отвлекаясь от воспоминаний. Безусловно, ей очень больно думать о том, что она может снова их потерять. И сейчас она чётко для себя решила, что никаким обстоятельствам она не позволит отнять у неё кусок её жизни. Он обещал, что её никто не тронет. Сдержит ли? Она знала ответ. Только что-то заставляло её отрицать это. *** 2 октября, 1998 Мелкие капли дождя бились об окна в комнате девочек. Гермиона потянулась в кровати, распахивая глаза. Судя по тому, что остальные всё ещё спали, время было ещё раннее. Девушка оторвала голову от подушек, усаживаясь на кровати, и её внимание привлёк пергамент, лежащий на прикроватной тумбе. Гермиона нахмурила брови, пытаясь понять, как он тут оказался, ведь она строго следила за порядком своих вещей. Появившийся интерес заставил гриффиндорку схватить лист бумаги в руки. «Доброе утро, милая мисс Грейнджер. Надеюсь, я Вас не напугал, ведь скорее всего Вы уже поняли, что я лично доставил Вам это письмо. Мне показалось, что такая прекрасная волшебница заслуживает особого внимания. Если ближе к делу, то я бы с огромнейшим удовольствием встретился бы с вами в ближайшее время. Но мой плотный график не позволяет пригласить Вас на встречу в этом месяце уж точно. Надеюсь, Вы простите мне эту наглость, я обязательно сообщу Вам, когда нам придётся пообщаться. До скорой встречи! Искренне Ваш, К. Яксли.» – Что за херня, – прошипела Гермиона, опуская ноги с кровати. Она нащупала пальцами ног на полу свои тапочки, и, засунув ноги внутрь них, поднялась со своих покоев. Надоело. Эта загадка мучает гриффиндорку почти месяц, только вот Министерство ничего не делает для того, чтобы решить данный вопрос. Гермионе искренне надоело это бездействие, поэтому она решила действовать самостоятельно. И ей обещали помочь. Ноги сами несли гриффиндорку по пустынным коридорам, и она надеялась дойти побыстрее, пока мозг не осознал происходящее. Пока она полна решительности. Она идёт, нет, почти бежит в подземелья. К гостиной Слизерин. Шарканье её тапочек было слышно, кажется, на другом конце замка. Сейчас девушку не беспокоил её внешний вид – мятая пижама, опухшее лицо и спутанная копна волос. Гермиона торопилась, и в какой-то момент ей захотелось, чтобы кто-то позвал её, отвлёк, потому что в глубине души ей не хотелось заявляться в такую рань в место, где ей точно не рады. Сейчас раннее утро. Она даже не подумала о том, что в подземельях все спят. И почему гриффиндорка поняла это только сейчас, когда она почти дошла до двери, которая замаскирована и её не так уж и просто разглядеть на фоне каменной стены? Деваться некуда. Она стояла около входа в гостиную, и осознание происходящего приходило постепенно. Не успела Гермиона опомниться, как за спиной послышались чьи-то быстрые шаги. Она резко повернулась, натыкаясь на удивлённый взгляд знакомого слизеринца. – Грейнджер? Что ты тут делаешь? – спросил высокий брюнет. Теодор Нотт уже был одет в школьную форму, и весь его внешний вид говорил о том, что он давно не спит. – Я… я проснулась и обнаружила это, – Гермиона покрутила пергамент в руке, наблюдая за пристальным взглядом парня, – и я подумала, что стоит рассказать об этом вам. – Поправлю тебя. Ты подумала, что стоит рассказать об этом Малфою, – слизеринец обошёл Гермиону, однако он остановился очень близко к ней, и это заставило девушку сделать шаг назад. – Меня и Забини это не интересует. Меня уж точно. Гермиона замешкалась, ощущая всю неловкость этой ситуации. Щёки моментально покраснели, и она почувствовала, как они наполнились горячим жаром. – А ты почему ещё не спишь? – девушка почувствовала резкую необходимость задать этот вопрос, хоть ответ на него её мало интересовал. – Я смотрю, всё тебе надо знать, да? – Теодор сунул руки в карманы, и, развернувшись спиной к стене, облокотился на неё. – Если ты забыла, я работаю в Министерстве. И моя работа вынуждает меня иногда просыпаться рано, передавая разные документы, – слизеринец закатил глаза, вскидывая подбородок. – Яксли был тут. В моей комнате, – уверенно проговорила Грейнджер, снова теребя в руке пергамент, полученный чуть ранее. – Ты сама показывала мне бумажку, где было указано, что он мёртв. – Кто-то разговаривал со мной по каминной сети, и кто-то шлёт мне эти письма, – напряжение повисло в воздухе, и Гермиона поспешно выдохнула. – Ты же понимаешь, что, если тебя увидят в такую рань около входа в гостиную Слизерин, то тебя могут не так понять? – Нотт усмехнулся, облокачивая голову на левое плечо, от чего он мог лучше рассмотреть Гермиону. – Разберёмся. Не паникуй. Парень оттолкнулся от стены, и, оглядев гриффиндорку с ног до головы, одним движением оказался к ней спиной. Слизеринец уже хотел проговорить пароль, но дверь открылась сама, а с противоположной стороны показалось ещё одно лицо. Сонный Блейз Забини был одет в форму для квиддича, а в руке он держал метлу. – Что тут происходит? – поинтересовался он, зевая. Смуглый слизеринец вышел в коридор, а Теодор Нотт лишь покачал головой, расплываясь в улыбке. Он обошёл Блейза и вошёл внутрь помещения. – Спасибо, – прошептала Гермиона, и это вынудило слизеринца замереть, однако он не повернулся, только лишь опустил голову вниз, погружаясь в раздумья. – Пока ещё не за что, – дверь за его спиной задвинулась, и высокая фигура исчезла за каменной плиткой. – Грейнджер, не заставляй Драко ревновать, – проговорил Забини, устремляя взгляд на только что закрывшуюся дверь. – Что? – Что? – он усмехнулся, заглядывая прямиком в глаза девушке. – У нас тут что, дружба факультетов намечается? – Я искала Малфоя, – сквозь зубы процедила Гермиона. – В такое время нормальные люди ещё спят. Или ты проснулась в его кровати, а его не оказалось рядом, поэтому решила пойти его искать? – Что за бред ты несёшь? Я проснулась в своей кровати, а на тумбе было это. – Гермиона протянула лист бумаги мулату, и тот поспешно взял его свободной рукой, вчитываясь в текст. – Это какая-то херня. Он что, был в школе? Типа, он, по сути, должен был стоять над тобой, пока ты спишь? – вопросительно проговорил Блейз, не отрывая взгляд от пергамента. – Получается, так. В Министерстве его определённо кто-то прикрывает, раз по документам он мёртв. – Какие документы? – Если вкратце, то я стажируюсь в Министерстве, и в мои обязанности входит перераспределение домашних эльфов. И мне попался эльф Яксли, причиной перераспределения которого является смерть хозяина, – Гермиону уже начинал напрягать факт того, что она делится важной информацией с людьми, с которыми мало того, что она не здоровалась никогда в жизни, так ещё между ними была вечная борьба. Война. – То есть с тобой разговаривал кто-то другой? – предположил мулат, протягивая пергамент обратно Гермионе. – Я тоже об этом подумала. Но тогда возникают вопросы, например, кому и зачем понадобилось всё это делать? И если даже со мной разговаривал не Яксли, то у кого-то должен быть приличный запас его волос, чтобы постоянно готовить оборотное зелье. – Я спешу на тренировку, поэтому лучше нам встретиться после занятий в библиотеке и обсудить это, – слизеринец подбросил метлу в воздух, хватая её у самого основания, и быстрым шагом устремился в глубину коридора. Гермиона сжала пергамент в кулаке, опуская голову и натыкаясь взглядом на свой наряд. Только сейчас она осознала, что стоит около двери, ведущей в гостиную Слизерин, в коротких шортах и футболке. Да, надо бы привести себя в порядок, потому что день обещает быть долгим. *** Напряжение, сидевшее внутри Гермионы целый день, проявлялось через пальцы рук, которые никак не могли перестать теребить ткань на юбке. Для девушки казалось абсурдным решение позвать на встречу со слизеринцами Гарри и Рона, но скрывать от них что-то дальше было невыносимым. Грейнджер шла впереди, когда сзади лениво плелись два её друга. Для них это, кажется, было обычной возможностью утереть нос Малфою, не более. Может не для Гарри, но для Рона точно. Он давно потерял связь с Гермионой, которая была между ними все эти годы. Сейчас он был обычным человеком, постоянно оказывающийся рядом, но она не ощущала понимания и поддержки с его стороны. Гермиона остановилась около двери, ведущей в библиотеку, и обернулась, устремляя взгляд на друзей. – Давайте хотя бы сегодня без конфликтов и выяснения отношений, хорошо? – сказала гриффиндорка. Её брови почти сошлись на переносице, от чего взгляд казался хмурым и серьёзным. – Господи, Гермиона, за кого ты нас принимаешь? – ответил рыжий парень, сглатывая образовавшийся ком в горле. Его потерянное выражение лица могло заставить рассмеяться кого угодно, но сейчас Гермионе было не до шуток от слова совсем. – Может, пойдём? Аккуратный толчок двери открыл вид на стеллажи, располагающие строго друг напротив друга, разделяя помещение на секции. Гермиона уверенно зашла внутрь, а два друга, стоящие позади неё, обменялись взглядами, после чего направились следом. Она точно знала, где будут сидеть слизеринцы, поэтому без единого сомнения устремилась к третьему повороту. Она не ошиблась, потому что как только она прошла третий стеллаж, с правой стороны за столом расположились три фигуры. Два слизеринца сидели друг напротив друга, пока третий, белокурый парень, обхватил локтем шею Теодора Нотта и тормошил его причёску. Как только за её спиной показались Гарри и Рон, в помещении нависла мёртвая тишина. – Эти двое что тут забыли? – прошипел Драко, отходя от брюнета. – Кажется я тебе чётко дал понять, что им ничего не нужно рассказывать. – Нормально разговаривай с ней, ясно? – рыжий парень коснулся девушки, отодвигая её в сторону. Он расправил плечи, стараясь показать всю свою силу. – Уизел, если бы тебя тут не было, я бы был самой деликатностью, – Драко подошёл почти вплотную, выпячивая грудь вперёд. – У тебя проблемы? – Рон сощурил глаза, а его ноздри раздулись, как у быка. – У меня нет, а у тебя? – Мальчишки, хватит ссориться из-за песочницы. Кажется, у нас есть дела посерьёзнее, – сказал мулат, и Гермиона была искренне благодарна ему, потому что его фраза отвлекла парней от зарождающегося конфликта. Малфой усмехнулся, глядя в глаза рыжему гриффиндорцу, и, резко развернувшись, прошёл к столу, усаживаясь рядом с Забини. Рон повторил за Драко, обходя его стороной и усаживаясь с противоположной стороны от мулата. Гермиона повернула голову, натыкаясь на отчаянный взгляд Гарри, который не спешил усаживаться, лишь облокотившись на стеллаж и разглядывая присутствующих. – Я не могла не рассказать, ты должен это понимать, – сказала Гермиона, отодвигая стул и усаживаясь рядом с Теодором. – Неважно. Давайте подумаем, как нам вычислить Яксли. Или же того, кто им притворяется, – Драко не смотрел на неё. Его взгляд устремился в окно, рассматривая стаю птиц, пролетающую в небе. – Может, существует какое-то заклинание или зелье, которое приведёт к человеку? – предположил Гарри. – Если что-то такое и существует, то наверняка понадобится какая-то личная вещь человека. Вряд ли можно приготовить зелье, зная лишь имя, – ответил Блейз, теребя в руке какой-то листок. – Гермиона, а ты не можешь как-нибудь в Министерстве выяснить обстоятельства смерти Яксли? – лицо Рона было по-детски удивлённое, словно он сам не ожидал от себя такой идеи. – Правда, Грейнджер, ты же можешь поковыряться в документах, поговорить с сотрудниками, выяснить хоть что-то. Тео, ты тоже, – после упоминания Малфоем Нотта, тот знатно напрягся и, раздражённо закатив глаза, поднялся с места. – Не вижу смысла в этих собраниях. Когда что-то понадобится, дайте знать, что нужно делать, – обойдя стол, Теодор покинул библиотеку. – Странный какой-то, – сказал Блейз, облокачиваясь на спинку стула. Он надменно посмотрел Гермионе прямо в глаза. – Так что, у тебя получится что-то выяснить? – Не знаю, но попробовать стоит, – гриффиндорка сделала глубокий вдох, и от переизбытка кислорода в организме в глазах начало темнеть. В данный момент она не ощущала конфликта между факультетами. Личная неприязнь Рона к Малфою мало волновала Гермиону. Она закрыла глаза, расплываясь в тёплой улыбке, которую она слишком часто не может себе позволить. Внутри сидело воспоминание об ощущении, которое появилось в момент разговора с Джинни. Когда она почувствовала себя кем-то более важным. И она задавала самой себе вопрос: когда уже эта гриффиндорка поймёт, что она не пустое место для окружающих?

Ещё по фэндому "Роулинг Джоан «Гарри Поттер»"

© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты