Стокгольмский синдром

Женщина плакалась в плечо мужчине, пока тому приходилось делать вид сильного и спокойного. Он поглаживал жену по спине, пытаясь успокоить, заранее зная, что поможет только время: - Татьяна Григорьевна,- подал голос рядом стоящий парень,- успокойтесь, с ним всё хорошо, его разыскивают лучшие детективы,- парня порядком раздражали слёзы, хотя он понимал, что текут сейчас не зря. - Рома, ну как же… он же…- всхлипы мешали спокойно говорить реплики, но парню приходилось терпеть, закатывая глаза,- он же никогда и на день не исчезал… а тут… а тут его… нет почти целую неделю…- женщина снова уткнулась в плечо мужа захлёбываясь слезами и дрожа в крепких руках. Новость о том, что за данное время нашли только выпавший мобильник мальчика, который ничего не дал, что, скорее всего, работал профессионал, вывела Татьяну из колеи, заставляя думать о худшем, о том, что она целую неделю старательно выкидывала из своей головы, не поддаваясь истерики. Почему именно её мальчик, он же в жизни никому плохого слова не сказал, мухи не обидел, он же у неё такой прилежный, он молодой, у него вся жизнь впереди! Если он жив… Женщина притянула мужа поближе к себе, пытаясь скрыться от мыслей в её таком сильном мужчине. У них была почти идеальная семья, Татьяна смело преодолевала любые невзгоды и радовалась жизни, а что теперь?.. Как жить, если её сына больше… нет?.. Мужчине тоже приходилось, мягко говоря, нелегко. Будучи главой семьи, ему нужно было быть в форме, не поддаваться эмоциям, которые так и выгрызали внутренности. Если бы не Роман, который взял на себя большую часть ответственности за поиск парня, мужчина бы уже не мог так стойко стоять и держаться. Роман… Мужчина до сих пор не мог свыкнуться с мыслью, что его сын гей, а Рома не просто друг… Мужчина всегда корил в этом себя, считал, что не дал должный уход, не показал какого это быть главой семьи и он вырос не просто маминьким сынком, а… парнем с нетрадиционной ориентацией. Сейчас это всё казалось настолько неважным, что хотелось рвать и метать. Подумать только, все дни напролёт он то и делал, что орал на мальчика, который мило улыбался в ответ, и изматывал себя виной, а сейчас… Каким же неважным может быть то, над чем ты так сильно заморачиваешься. Насколько неважным может быть всё, когда ты не знаешь, что ждёт твоего ребёнка. Ребёнка, для которого ты так много работал, видел его первые шаги, ругал за первую двойку… Слеза покатилась сама… Мужчина почувствовал себя слабым, но ничего не мог с этим поделать… Парень смотрел на то, как семья скорбит по Яну, и в его душёнке тоже что-то кольнуло. Как же ему не хотелось никому помогать, договариваться с милицией, обещать большую прибыль за найденного мальчика (на которую конечно же раскошелиться Михаил Львович – отец Яна), но нельзя было пускать всё на самотёк. И даже не потому что остатки совести не позволяли, а потому как какое-то чмо посмело прикоснуться к тому, чего он старательно добивался и уже почти добился. Сейчас глядя на потерявшую смысл семейную пару хотелось найти этого подонка побыстрей. Телефон нарушил кромешную обстановку печали своим неприятным пиликаньем.

***

Последнее что сейчас хотелось Михаилу Львовичу это заботиться о работе. Он раздражённо шёл в кабинет, разбивая стуком туфлей тишину коридора просторного здания. Оттолкнув массивную дверь, он, даже не включая света, прошёл к человеку, который рассматривал горизонт ночного города сквозь большие окна, во всю длину стены: - Надеюсь, что вы сумеете меня заинтересовать,- порыкивающе произнёс мужчина. - Уверен,- улыбнулся в ответ человек, одетый в чёрное пальто. Он развернулся на носках лицом к собеседнику. Его руки были в карманах того самого пальто, когда большие пальцы были выдернуты на свободу. Лицо было плохо видно из-за слабого освещения, даваемого от огней не спящего городка, но хорошо виднелись поблескивающие зубы в ухмылке: - Чего вы хотели?- Михаил насторожился от вида человека и в очередной раз пожелал, чтобы это побыстрее закончилось. - Поговорить о Яне Лебедеве, который пропал около недели назад. - Что?- опешил мужчина. (Дальше адаптированная сцена из другого рассказа с такой же темой) — Ваш любимый сын в безопасности. Он в хороших и надёжных руках. Это единственное, что вам надо знать. Но в этих руках жизнь Яна. И если вы хотите сохранить её, то я требую от вас прекращения расследования пропажи вашего сына. Не просто так конечно, а за плату, — достав из-под стола свой чемоданчик, мужчина положил его на стол, открыл замки, и повернул к Михаилу. — Тут сто тысяч долларов. Забудьте о своём сыне и прекратите расследование, если хотите, чтобы он жил. — Но… что… — Где он и с кем он? — предположил мужчина вопрос. — Вам это знать не обязательно. Всё, что вас сейчас должно интересовать, это взять деньги и забыть о своём сыне, или же не брать их и больше никогда не увидеть своего Яна, — мужчина сделал небольшую паузу, давая подумать. — Ну-у, раз вы отказываетесь, так тому и быть. Когда крышка почти закрылась, Михаил резко выкрикнул: — Согласен! Я согласен! Я возьму деньги, — мужчина ликовал, слушая обреченный голос. — Только скажите одно. Я… увижу его снова? Мужчина немного наклонился, притягивая Михаила к себе и шепча на ухо: «Вы его увидите. Возможно. Больше ничего не знаю. Прощайте». (вот такая я плохая, не придумала ничего нового, но как говорится, если велосипед уже изобретён, прошу не судить) Михаил Львович остался наедине со своими мыслями, не зная, чего ещё ожидать от жизни.

***

- Что?! И вы так просто взяли деньги?! Ничего не предприняли, не вызвали полицию, не… - Успокойся,- Роман дёрнул за плечо оравшего на Михаила Русика,- Михаил Львович поступил верно, у него не было другого выбора. - Не было?! Да… По приходу домой мужчина видел, как его жена уже плачется Руслану, а Роман всё так же стоял в стороне, время от времени нервно пересекая комнату туда-обратно. Тяжело вздохнув, он решил рассказать о происшествии. Жена просто сидела в шоке, Руслан нервно дёргался и орал на Михаила, который молча стоял, а Рома, оставаясь самым спокойным, пытался притушить никогда не нравившегося ему парня. Нелюбовь эта, кстати, была взаимной, но Ян их всегда мирил, а теперь с Яном не понятно… - Не понятно что, а вы стоите, ничего делая, и собираетесь прекратить поиски! - Послушай,- поднимал тон Роман, желавший достучаться до парня,- если у него нашлись такие деньги, значит, у него есть и большие связи. Не стоит рисковать. - А что вообще стоит?!- вскрикнул Руслан, быстрым шагом идя к выходу из квартиры. Он схватил курточку и громко хлопнул дверью, оставляя троицу наедине с молчанием.

***

Мужчина весь вечер проклинал себя и по итогу не мог заснуть. Прекращение поисков пало на плечи Романа, и в этот момент Михаил даже был несколько благодарен сыну за то, что нашёл себе такого парня, как бы конфузно это не звучало. Между таблетками успокоительного и коньяком он выбрал коньяк. Коньяк обжигал горло, но кажется вовсе не помогал. «Прости, Ян, прости за то, что у тебя такой никчёмный отец» Снова слеза. Снова слабость. Даже шаги жены сейчас не заставят взять себя в руки. Всё. Он устал, устал сдерживаться. - Милый?- голос жены заставил опустошить стакан. Не надо слов. Женщина подошла к мужу и положила его голову к себе на грудь, обнимая и поглаживая. Поцелуй в макушку. Она всё понимает. И это понимание заставляет мужчину не сдерживаться. Прижимать свою женщину ближе к себе и бесстыдно показывать себя. Такой привилегией обладает только она. Только она может увидеть его слабым, рыдающим и потерянным.