Сладкое отрицание

Чем больше времени проходило, тем легче становилось мириться с тем, что еще несколько месяцев придется провести рука об руку вместе с Вэй Ином, от которого голова кругом шла не только у персонала, помогающего в сьемках, записях, подборах костюмов и макияжа, а и у Ванцзи. Каждый раз, вернувшись домой после очередного выматывающего дня, мужчина старался забыть как он выглядит, какой у него сегодня был парфюм, как звонко звучал его голос, и как близко он находился. Снова и снова парень продолжал свои «пытки» над Лань Чжанем, которые каждый раз заканчивались невинным личиком и звонким смехом, словно только что ничего не происходило, а все эти непонятные взгляды, подшучивания, прикосновения — это лишь странные шутки старых знакомых. Как можно не запутаться в этих сетях? Жизнь знаменитости белая и блестящая лишь на экранах, на публике. Человек, сияющий среди вспышек фотокамер, всегда должен улыбаться, всегда должен иметь хорошее настроение — одним словом стать «идеалом», на которого многие захотят равняться, многие станут восхищаться, а некоторые вовсе влюбятся, умирая от чувств к непостижимому «божеству», продолжая любоваться им на страницах глянца, на огромных рекламных вывесках, или же на плакатах, коими обклеена вся стена комнаты. Но фанатам не стоит знать, что это лишь солнечная сторона медали, над которой каждый день старается огромный штат сотрудников, «натирая» ее то тут, то там, чтобы она нигде не испачкалась. Все восходящие звезды буквально тряслись над своим имиджем, хватаясь за каждый лучик славы… Только не он. — Я слишком много думаю об этом. Очередной скучный вечер в стенах квартиры для Ванцзи снова превратился в вереницу раздумий о происходящем, от чего мужчина завел привычку иногда беседовать с самим собой, дабы привести разум в порядок. И сколько бы раз он не пытался понять, чего на самом деле добивался этот взбалмошный парень, однозначного логичного ответа отыскать не получалось. — Это для него не более чем очередное развлечение, которое должно быстро наскучить. Цзян Чэн, хоть и обладал достаточно пылким нравом, но при этом всегда оставался профессионалом своего дела, постоянно прикрывая огрехи его подопечного. Тем не менее, ни одному человеку во всей вселенной не удастся обуздать буйный и достаточно упрямый нрав Вэй Усяня, который привык всегда делать так, как задумал именно он, и пусть хоть весь мир горит синим пламенем от разрушительных последствий этих действий, главное — он получил свое. Закрытые вечеринки, подозрительные компании, провокационные фотосессии — скандалы не успевали взрываться с разрушительной силой, но воды в решете не удержать — всегда отыщутся длинные языки, способные за круглую суму поведать о самых разных развлечениях бомонда. А о развлечениях восходящей звезды — Вэй Усяне, всегда кружились самые горячие и откровенные слухи. Кто-то говорил, что парень совсем потерял голову от славы, и начал принимать наркотики, решив, что ему все дозволено; кто-то обвинял в том, что он пользуется своей популярностью во зло, мороча голову молодым девушкам, которые бегали за ним толпами; кто-то утверждал, что за столь молниеносным успехом стоит некто влиятельный, уличая парня в торговле телом, которое он не стеснялся показывать напоказ… Ванцзи никогда не верил в подобные сенсации, осознавая, что это все лишь чьи-то грязные проделки. Но также он понимал, что дыма без огня не бывает, и Вэй Ин словно нарочно делал все возможное, чтобы вокруг него всегда кружилось много интриг, скандалов и тайн, правду о которых никто никогда не узнает. Он хитро ведет свою игру, не делясь ни с кем правилами, втягивая в нее людей без их на то согласия. Лань Чжань тоже оказался частью этой масштабной игры. Странным было лишь одно… Усянь сам оставил в руках мужчины оружие, способное уничтожить всю его репутацию. Он никогда не прятал его снимки… Очертания оголенного тела, по которому столь соблазнительно стекали капельки пота. В тот день, в той комнате было необычайно жарко. Вечернее солнце очаровывало красками заката, создавая необычное освещение. Они оба изрядно выпили, празднуя событие, которое Ванцзи уже даже не мог вспомнить. Было так весело, Лань Чжань никогда так много не смеялся, и никогда его сердце не билось так сильно. Дыхание перехватило, потому что ему запретили дышать. Тело к телу, уста к устам… Вэй Ин снова громко хохотал, все сильнее и сильнее прижимаясь к Ванцзи. — Я не хочу это забыть. «Зачем я только сказал это?» — задал себе вопрос мужчина, не отводя взгляда от конверта с фотографиями, что раз за разом служили напоминанием о сумасшедшем прошлом. — Не забудешь. Лань Чжань в тот день впервые оказался в квартире Усяня, удивляясь тому, насколько она светлая и просторная. Рассматривая жилье своего спутника, мужчина не заметил, как в его руках оказалась камера. — Я знаю, ты хорош в этом — видел пару раз твои работы на выставках, — парень в очередной раз хитро улыбнулся. — Не так уж сложно разгадать твой творческий псевдоним, Ванцзи. Каждая буква его собственного имени, слетела с его уст, словно только этот человек имел право произносить его в слух. — Помоги мне… — прошептал Вэй Ин, оставляя на шее мужчины влажные следы от поцелуев. — Убери все лишнее. После этих слов, настало настоящее безумие. Лань Чжань не мог прекратить целовать губы, которые произнесли сегодня слишком многое, отравляя рассудок мужчины. Воздух пропитался запахом Вэй Ина, от чего сознание Ванзци находилось в полном тумане. Он запомнил это — полностью обнаженное тело на черных атласных простынях, красную ленту в его волосах, отметины на идеальной коже и серые глаза, которые неотрывно смотрели в сторону объектива, словно пытались что-то сказать фотографу. «Ты никогда этого не забудешь, Ванзци… Никогда… Я не дам тебе забыть. Ведь я так сильно…» На следующее утро Лань Чжань проснулся у себя дома. Все, что происходило ночью, можно было принять за бурный сон, если бы не одно «но» — на столе лежал конверт, перевязанный красной лентой, в которой были те самые снимки. Мужчина закрыл ладонями лицо в очередной раз стараясь избавиться от картин прошлого, которые настойчиво не хотели покидать его память. — Чего ты хочешь от меня, Вэй Ин? Но парня рядом не было… Рядом были только те фотографии. Это очередная загадка, потому что Лань Чжань никогда не поверит в то, что мальчишка настолько глуп, как и он сам. Усянь не мог в него влюбиться. Просто не мог.