Капкан

      Весь день прошёл как в замедленной съёмке. Андреа ответственно просидела на занятиях, хотя не уловила ни единого слова. Все её мысли вращались вокруг проблем, которые за последние дни посыпались как из рога изобилия. Спокойная, размеренная жизнь подошла к концу, и Дреа чувствовала себя не умеющим плавать ребёнком, которого скинули с лайнера прямо посреди бушующего шторма в океане.       Она очень соскучилась по Тому. Прокручивала в голове их последнюю встречу и думала, могла ли тогда чему-то помешать. Насильно потащить его с собой на вечеринку, держать рядом, ходить везде хвостиком, чтобы уберечь от беды. Но Андреа понимала, что это мало бы изменило. Том любил влипать в неприятности. Иногда закрадывались подозрения, что он в карманах носит специальные магниты, притягивающие различные авантюры. А Дреа всегда была голосом разума в их небольшой команде. Правда, саму её от ошибок и неправильных людей эти навыки не уберегли.       С Томом они с детства были близки, практически неразлучны, поэтому сейчас Андреа казалось, будто от неё оторвали живой кусок. Пустота рядом чувствовалась особенно сильно, и ничего поделать она не могла. Только проверяла телефон каждый час в ожидании звонка от полицейских или хоть какой-то информации о том, как продвигаются поиски самого родного ей человека.       Она снова осталась одна. Попала в западню, из которой не выбраться. Потирая неприятно ноющую кожу шеи, Андреа радовалась, что Хизер одолжила ей свою водолазку. Высокий ворот скрывал наливающийся красным след от чужих зубов, выглядящий как самое настоящее клеймо.       Кэмпбелл скривилась от отвращения. Он снова её пометил, как какое-то животное, а она даже не сопротивлялась. Была слишком увлечена, двигаясь на его пальцах. Захотелось поехать к психотерапевту, который полгода выкачивал из неё деньги. Спросить у него, какого хрена она всё ещё такая слабая и никчёмная, если, наоборот, должна была стать сильнее. Этот урод уверял, что вылечил её. Давал слово, что с ней всё в порядке и больше его услуги не нужны. Лжец, как и все остальные.       Андреа, никто не сможет помочь тебе, если ты сама не захочешь бороться.       Он повторял эту фразу по несколько раз за сеанс, словно Дреа была обделена мозгами. Это ведь совершенно глупо — говорить подобное человеку, который ходит к мозгоправу. Разумеется, она хотела, чтобы ей помогли. Хотела избавиться от пагубной зависимости в лице одного человека. Она ведь боролась: пыталась оттолкнуть его, говорила «нет», хотела сбежать, но он не позволил. Он просто снова пролез в её голову и устроил там настоящий беспорядок.       Эдриан Ньюман — чёртов шторм в её спокойном океане.       — Думаешь, мы справимся? — звонкий голос Хизер прозвучал прямо возле уха, и Андреа вздрогнула, резко вынырнув из размышлений.       Они стояли посреди разгромленной гостиной, где всё было перевёрнуто вверх дном. Хизер вызвалась помочь ей навести порядок, за что Кэмпбелл была благодарна. Сама справиться с таким погромом в квартире она бы не смогла, к тому же постоянно отвлекаясь на мысли о Томе.       — Конечно, у нас просто нет выбора. Ты же не оставишь меня одну посреди такой разрухи? — попыталась пошутить Андреа, проходя вглубь квартиры.       — Знаешь, я могла бы попросить что-то взамен за такую услугу.       — И что же конкретно? — с любопытством спросила Дреа, чуть повысив голос, чтобы обладательница коралловых волос её расслышала. Сама Кэмпбелл быстро переодевалась в своей комнате, натягивая удобные джинсовые шорты и футболку. Волосы пришлось оставить распущенными, чтобы прикрыть синяк на шее. Дреа надеялась, что Хизер окажется не особо внимательной к таким мелочам.       — Сегодня в «Under World» особая вечеринка, они пригласили какого-то крутого диджея. Сходим вместе?       — Нет! — крикнула Андреа, пожалуй, громче, чем следовало.       Когда она вернулась в гостиную, Хизер смотрела на неё удивлённо. Кажется, ей было невдомёк, как человек в здравом уме и памяти способен отказаться от похода в один из самых престижных клубов города. Андреа могла назвать как минимум миллион причин, но главной из них являлся банальный факт — это место принадлежало Ньюманам. Соответственно, риск встретить там Эдриана был велик, а это последнее, чего сейчас хотелось девушке.       — Но почему? — нахмурилась Хизер, непонимающе хлопая большими глазами. Она подошла ближе к подруге и с тревогой всмотрелась в её лицо.       — Потому что там будет Эдриан, — честно сказала Кэмпбелл, сама же себя удивив.       — Для тебя это всё ещё… болезненная тема, да? Ну, в смысле видеться с ним после расставания.       Андреа захотелось громко рассмеяться. О, да. Эта тема была очень болезненной. Настолько, что заставляла всё тело покрываться колючими мурашками, а сердце за рёбрами биться гораздо быстрее нормы.       — Хиз, я просто не знаю, как себя с ним вести. Это странно, понимаешь? Я и так провела две ночи в его доме, и это не добавило мне очков к самоуважению, — она говорила прямо, умело обходя острые углы.       — Но ты никогда не справишься с этим, если продолжишь его избегать, — Хизер положила миниатюрные ладони ей на плечи, немного сжимая. — Мы можем не идти туда, можем запереться здесь, обложиться попкорном и до утра смотреть какой-нибудь дурацкий сериал, но… разве это решит проблему? Ты сбегаешь, прячешься, но это не проходит. Может, тебе просто нужно посмотреть в глаза своему страху?       Хизер говорила правильные вещи, резонные, только она не знала большей части той грязи, что окружала Андреа последние годы. С того момента, как она познакомилась с Эдрианом, её жизнь кардинально поменялась, стала лишь жалким суррогатом себя прежней. Отвечая на вопрос «почему они расстались», Дреа не могла рассказать всей правды. Не могла признаться, что была слишком слабой, чтобы вовремя от него уйти. Они бы не поняли, осудили. Или, кто знает, сочувствующе покачали головой и похлопали по плечу, пожелав удачи, потому что… Это был Эдриан. Не простой парень с соседней улицы, а единственный наследник семьи, о которой в городе знал каждый. Его слушались, его уважали, ему не смели возражать. Никто бы ей не поверил. Чёрт, временами она и сама себе не верила, убеждённая в том, что оставалась с ним по своей воле.       — Думаешь, мне стоит попробовать? — неуверенно спросила Кэмпбелл, на что тут же получила утвердительный кивок.       — Да. Тебе нужно рискнуть. Но обещаю, что как только почувствуешь себя плохо или тебе захочется уйти, мы сразу же покинем клуб.       — Ладно.       Возможно, она совершала самую большую ошибку, но сейчас Андреа хотелось верить, что она способна с этим справиться. В конце концов, Хизер права — она не сможет избегать его вечно, они ведь учатся в одном университете. Удивительно, как они раньше не сталкивались, что подтверждало слова Эдриана — он просто давал ей время. Маленькая передышка, прежде чем ударить с новой силой.       Дреа качнула головой и натянуто улыбнулась.       — Давай поскорее здесь всё уберём.       Дело продвигалось быстро. Хизер подключила свой телефон к небольшой колонке и включила какую-то попсовую песенку, поднимающую настроение. Они убрали осколки ваз и прочий мусор, подмели и вымыли пол, а затем протёрли все поверхности, чтобы избавиться от ощущения чужого присутствия в квартире. Кто знает, что похитители трогали и где оставили свои следы. С комнатой Тома оказалось сложнее, потому что Андреа застыла на пороге, рассматривая пустую стену, где ещё совсем недавно красовались результаты исследования проекта, которым брат занимался. Сердце болезненно кольнуло, а руки задрожали, но на помощь снова пришла Хизер. Она буквально насильно вытолкала её из комнаты и отправила на кухню приготовить кофе, пока сама устраняла следы погрома.       — Спасибо, ты очень мне помогла, — сказала Андреа позже, когда они сидели за небольшим столиком с чашками ароматного напитка. Обе немного устали, но это была скорее приятная усталость, стягивающая мышцы.       — Кажется, я скинула целый килограмм, — Хизер самодовольно улыбнулась, едва ли не подскакивая на месте от предвкушения. — Сейчас я поеду домой и быстро приведу себя в порядок, а через пару часов мы встретимся у клуба. Идёт?       Андреа кивнула. Вскоре она проводила подругу до двери и в очередной раз пообещала ей, что обязательно придёт. Хизер наклонилась и оставила на её щеке быстрый поцелуй. Отстраняясь, она мазнула взглядом по лицу Андреа, опустилась чуть ниже и замерла. Она ничего не сказала, но по её увеличившимся зрачкам Дреа поняла, что волосы сместились в сторону, обнажив след на шее.       Быстро попрощавшись, она захлопнула дверь и прислонилась затылком к твёрдой поверхности. Отвратительно просто, настроение, которое и так держалось на тонких нитях, окончательно рухнуло вниз. Андреа потёрла ненавистный синяк, мечтая сорвать его с шеи вместе с кожей, если потребуется.       Хизер была права. Она не сможет бегать вечно и делать вид, будто всё нормально. Если Эдриан будет там, она уверенно посмотрит ему в глаза и покажет, что её совершенно не заботит его навязчивое внимание. А произошедшее утром она вовсе считает недоразумением. Так, всего лишь остаточная реакция на бывшего парня, которого она давно вычеркнула из своей жизни.       Да, прекрасный план. Дреа собиралась придерживаться его.

***

      Удивительно, но она смогла расслабиться. Сидя за барной стойкой и допивая второй по счёту коктейль, Андреа покачивала ногой в такт звучащей музыке. Атмосфера в клубе на этот раз была куда более располагающей. Людей собралось много, но они в основном занимали танцпол и отдельные столики, а барная стойка была практически пустой. Хизер о чём-то громко трещала, заставляя Кэмпбелл улыбаться. Она даже почти перестала озираться по сторонам, боясь наткнуться в толпе на знакомый взгляд стальных глаз. Позволила себе отвлечься и сосредоточиться на куда более приятных вещах.       — Нам чаще надо выбираться куда-то вместе, пока ты окончательно не стала затворницей, — Хизер смешно насупилась, явно всё ещё обижаясь на то, что в последние месяцы Андреа уделяла ей мало времени.       — Когда Том найдётся, обещаю — я восполню все пробелы. Будем развлекаться втроём, как раньше, — при мысли о брате в груди опять что-то болезненно кольнуло, но Дреа быстро отогнала это ощущение.       Тома обязательно найдут. С ним будет всё в порядке, он ведь умный парень — сможет заболтать любого и выйти сухим из воды. Андреа уже представляла, как крепко-крепко его обнимет и возьмёт обещание больше не пропадать вот так внезапно и не оставлять её одну.       — Тебе стоило надеть платье. Почему ты вечно скрываешь свои шикарные ноги?       Андреа закатила глаза. Она никогда не разделяла любовь Хизер к коротким платьям, считая их неудобными и непрактичными. Куда увереннее девушка чувствовала себя в обычных узких джинсах, которые, к тому же, подчёркивали шикарные, по мнению Хизер, ноги.       А ещё платья нравились Эдриану. Он как-то сказал ей, что это особенно приятное чувство — знать, что он в любой момент может затащить её куда-нибудь за угол, приподнять короткий подол платья и коснуться её обнажённой кожи. Железный аргумент, чтобы отказаться от платьев раз и навсегда. Андреа бы предпочла облачиться в рыцарскую броню, а на голову намотать чадру, лишь бы избавить себя от пристального внимания Ньюмана. Раньше ей это нравилось — его грязные словечки, произнесённые на ухо интимным шёпотом. Но теперь она понимала, что они никогда не несли в себе ничего важного. Просто очередной способ, как заставить её чувствовать именно то, что нужно было ему.       — Смотри, там Мёрфи и… Эдриан.       Слова Хизер имели все шансы потонуть в общей какофонии звуков, если бы не имя, сорвавшееся с её пухлых губ. Андреа зажмурилась, как при самом страшном кошмаре, а когда распахнула глаза, наткнулась на виноватый взгляд Хизер.       Попросив у всевышнего выдержки и терпения, Дреа чуть повернула голову и посмотрела вглубь зала. Мёрфи куда-то ушёл, смешавшись с толпой, а Эдриан, судя по всему, оказывать ей такую добрую услугу не собирался. Он медленно шёл прямо в их сторону, не сводя взгляда с девушек. Кэмпбелл захотелось слиться со стулом или научиться просачиваться сквозь отверстия в полу, чтобы избежать этой встречи.       В памяти так некстати всплыли собственные стоны и громкие вздохи, когда она утром сидела на столе в доме самого ненавистного человека. И чувствовала себя прекрасно, отвечая на его поцелуи и получая удовольствие от касаний чуть шершавых ладоней.       — Привет, Хиз, — он остановился совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. — Как вам вечеринка? — и хотя вопрос его адресовался Хизер, серые глаза в упор уставились на притихшую Андреа.       — Диджей классный. Как вы вообще смогли затащить его сюда? Я слышала, что он предпочитает только частные тусовки, — восторженно протянула Хизер, сохраняя натянутую улыбку, хотя напряжение, повисшее в воздухе, чувствовалось буквально кожей.       — Просто я умею убеждать и договариваться. У каждого человека есть своя цена. Предложи её, и он будет готов на всё.       От двусмысленности этих слов в горле застрял колючий комок негодования. Захотелось громко прокашляться, но вместо этого Дреа лишь демонстративно закатила глаза и отпила немного сладкого напитка. Язык скользнул по нижней губе, слизывая цитрусовый привкус коктейля. Она была готова поклясться, что его серые глаза, проследившие за этим простым жестом, стали на пару оттенков темнее. Чёрт возьми, она ведь делала это неспециально.       — Потанцуем? — Эдриан оказался совсем рядом и протянул ей руку с распахнутой ладонью.       Дреа уставилась на неё, как на скорпиона, готового ужалить в любой момент. Он же не мог предложить это всерьёз? Она недоумевающе хлопала глазами, а потрясённое лицо Хизер как нельзя лучше описывало её собственное состояние.       — Эдриан, тебе не кажется, что это не лучшая идея? — неуверенно спросила девушка, пытаясь влезть между ними, но он заставил её заткнуться одним быстрым взглядом.       — Я не могу просто пригласить на танец девушку? — если бы ядом в голосе можно было убивать, то Хизер бы уже валялась на полу с посиневшими губами и замершим сердцем.       — Можешь, но…       — Дреа.       Он повысил голос и, кажется, совсем забыл о присутствии третьего человека. Смотрел прямо на Андреа, прожигая взглядом. Она отрицательно покачала головой, не собираясь поддаваться на его уговоры. Эдриан просто развлекается. Ему стало скучно, и он придумал очередную игру, только чтобы потрепать ей нервы и вывести на эмоции. Он как энергетический вампир — питается чужими переживаниями, получая особый заряд бодрости.       — Это просто танец. Я не укушу тебя, обещаю, — на последних словах его голос дрогнул, а губы растянулись в широкой улыбке.       Он казался искренним. Нет, пожалуйста, только не это.       Не поддавайся. Не ведись на его уговоры. Он снова играется. Это всё не по-настоящему.       Андреа замялась, смотря на его распахнутую ладонь. Он ведь ничего не сделает ей при куче людей? Она в любой момент может прекратить это, уйти и оставить его одного.       Эдриан как-то странно махнул второй рукой, подавая знак диджею, и громкая энергичная музыка разом сменилась на более размеренную и плавную. Дреа вздрогнула, услышав первые ноты любимой песни. Чёрт, этот мерзавец помнил, что ей нравилось.       — Просто танец, — наконец согласилась она и вложила руку в его ладонь.       Длинные пальцы мигом сжались на нежной девичьей коже, но несильно. Он аккуратно обхватил её руку и, развернувшись, повёл за собой прямо в центр, где уже танцевали люди.       Его ладони легли ей на талию и, чуть надавив, рывком притянули ближе к подтянутому мужскому телу. Дреа едва не задохнулась, почувствовав знакомый кедровый запах, от которого ноги становились ватными, а голова начинала медленно отключаться. Ласковый бархатистый голос солиста заполнил помещение, завораживая присутствующих и окуная их в особую атмосферу. Андреа не стала противиться. Поддалась этому мимолетному моменту и, обхватив руками крепкую шею Ньюмана, прижалась к нему ближе и начала медленно раскачиваться в такт песне.       Это было так странно — снова чувствовать его рядом. Слышать собственное сердцебиение, набатом стучащее в ушах. Она могла сотни раз стоять напротив зеркала, смотреть на своё отражение и повторять, как сильно его ненавидит. Как проклинает день, когда они впервые встретились. Как ей омерзительны воспоминания о его поцелуях и прикосновениях. Как ей неприятны все его слова, сказанные вкрадчивым голосом.       Но всё превращалось в труху, пеплом рассыпалось по ветру, когда он просто оказывался рядом. Улыбался ей так искренне и смотрел, не отрываясь, словно она единственная, кто в этом мире имеет значение. Его личный центр вселенной, точка, на которой сосредоточилось всё.       Горячие ладони гладили обнажённую кожу поясницы, не прикрытую коротким топом. Она покрывалась мурашками, плавилась и трепетно реагировала на каждое малейшее касание. Андреа прикрыла глаза, вдохнула этот крышесносящий запах, позволяя ему в очередной раз отравить лёгкие. Хуже, чем никотиновая зависимость. Опаснее, чем любая психологическая болезнь.       Эдриан наклонился и прижался лбом к её лбу, продолжая раскачиваться под музыку, убаюкивая девушку этими простыми движениями. Она становилась такой маленькой в его руках, беспомощной и беззащитной. Хотелось увести её отсюда, запереть в безопасном месте и никуда не выпускать. Подобно дракону, охранять своё самое ценное сокровище.       Здравый смысл рядом с ней растворялся. Сменялся инстинктами и первобытными порывами — подчинить себе, привязать насильно, чтобы ни на шаг отойти не могла. Чтобы принадлежала только ему, улыбалась только ему, любила только его. Чтобы её большое сердце сжалось до крошечных размеров, оставив место только для него. Остальные её не заслуживали. Остальные были недостойны даже просто смотреть на неё.       — Я люблю тебя, — тихо сказал он. Слова сорвались с языка так легко и просто. Давно заученные наизусть и вбитые в саму подкорку.       Андреа, кажется, всхлипнула. Распахнула веки и посмотрела на него своими зелёными глазами, в полумраке клуба похожими на два сверкающих от слёз изумруда. Её губы дрожали, а лицо стало таким несчастным. Эдриан поднял руку и аккуратно коснулся ладонью её щеки, размазывая по коже солёную влагу. Дреа снова послушно прижалась к нему, чтобы продлить этот момент.

Прикоснись ко мне, да, Я хочу, чтобы ты прикасалась ко мне там. Дай мне почувствовать, что я дышу, Чувствовать, что я человек.

      Она приподнялась на носочках и поцеловала его. Сладость её помады смешалась с лёгким алкогольным привкусом коктейля и солёными слезами. Эдриан улыбнулся, не отстраняясь от её губ. Зарылся пальцами в мягкие пепельные волосы, по цвету так сильно похожие на его собственную прядь. Малышка повторяла за ним, копировала его, даже сама этого не осознавая.       — Прости за это, — прошептал он, пальцем проводя по шее, где под слоем тонирующего крема красовалась отметина, оставленная им утром. — Я не хотел делать тебе больно, звёздочка. Никогда не хотел.       — Но ты это делаешь, — Андреа снова всхлипнула, радуясь, что его руки держат её крепко, иначе бы точно упала прямо на пол из-за того, как сильно тряслось тело.       — Поверь мне ещё раз, — он снова наклонился, оставляя поцелуй на её виске. Начал плавно спускаться ниже, мазнув губами по влажной щеке, слизывая капельки слёз. — Ещё один раз, Дреа. Я обещаю, что всё будет по-другому.       — Это неправда, — девушка замотала головой, продолжая дрожать. — Я опять что-то сделаю не так, а ты разозлишься. Ты всегда злишься, Эдриан. Ты… — она замолчала, не в состоянии продолжить.       Песня подходила к концу, но Дреа её уже не слышала. Она всё ещё плакала, а Эдриан прижимал её к себе и гладил по голове, как ребёнка. Им было наплевать, что подумают окружающие. Что подумает Хизер, которая глаз с них не сводила, чтобы прийти на помощь, если потребуется. Что подумает весь мир. Да даже начни он гореть, утопая в пламени, они бы всё равно не смогли оторваться и отойти друг от друга.       Андреа слишком сильно по нему соскучилась. Андреа слишком сильно не ненавидела его, чтобы найти в себе силы сопротивляться.       — Мне с тобой плохо, но без тебя ещё хуже, — тихо сказала она, цепляясь пальцами за его чёрную рубашку. Прижимаясь ухом к его груди, девушка была готова поклясться, что слышит быстрый стук сердца. — Ты никогда меня не отпустишь, да?       — Разве ты этого хочешь? — Эдриан склонил голову набок, задумчиво наблюдая за ней. Демоны за рёбрами ныли, когтями разрывали плоть, мечтая вырваться наружу. Наброситься на то, что по праву принадлежит им. Но Эдриан сдерживался, потому что был искренним, когда сказал, что никогда не хотел делать ей больно.       Она этого не заслуживала. По правде говоря, она заслуживала кого-то гораздо лучше.       — Я не… не знаю, — Кэмпбелл запнулась и нервно закусила внутреннюю сторону щеки. Ладони вспотели от напряжения.       — Ты мне веришь?       Ещё утром этот вопрос заставил бы её рассмеяться, но теперь девушка оставалась серьёзной. Она смотрела на него снизу вверх, разглядывая причудливые блики, сверкающие на серой радужке глаз. Секунды тянулись медленно, превращаясь в бесконечность, но Эдриан не торопил её. Терпеливо ждал, когда до Андреа дойдёт очевидный факт, с которым он сам смирился давным-давно — порознь им нельзя.       — Я не хочу, чтобы было как раньше, — наконец ответила она.       — Не будет.       — И я смогу уйти в любой момент, если… если захочу побыть одна и отдохнуть?       — Сможешь, — спокойно сказал Эдриан, хотя стоило ему это больших усилий.       — Хорошо, — уголки её губ дрогнули в подобии улыбки, когда она потянулась к нему и снова поцеловала. — Тогда докажи мне. Докажи, что я могу тебе верить.       Перемена в настроении была стремительной. Зелёные глаза, ещё минуту назад печальные и растерянные, вмиг окрасились другой эмоцией. Она бросала ему вызов и даже не скрывала этого. Эдриан вздохнул, но не стал возражать. Позволил ей почувствовать себя победительницей на сегодня.       — Пойдём, — он потянул её за собой подальше от толпы людей.       У стойки их встретила Хизер, переводя испуганный взгляд с Эдриана на Дреа и обратно. Заметив размазанную тушь на щеках подруги, она обеспокоенно спросила:       — Ты в порядке?       — Ей нужно немного отдохнуть. Я отвезу её домой, — сухо сказал Эдриан не терпящим возражений голосом.       — Но…       — Веселись дальше, Хизер.       Андреа успела только шепнуть, что потом ей всё расскажет, прежде чем её повели по длинному коридору. Прохладный ночной воздух помог немного прийти в себя и успокоиться. Эдриан открыл пассажирскую дверь своей машины и помог ей сесть, как всегда демонстрируя идеальные манеры. Жаль, что они не распространялись на другие вещи.       — Ты сказал, что отвезёшь меня домой? — спросила Дреа, когда машина утробно заурчала и тронулась с места.       — Домой — это значит в твою квартиру. У тебя есть другие предложения? — он усмехнулся, бросив на неё быстрый взгляд.       — Нет, всё правильно.       Остаток пути в салоне царило молчание, но оно не давило. Скорее давало время обдумать произошедшее и ещё раз убедиться в своей невменяемости. Андреа понимала, что снова повелась. Снова захотела рискнуть, наивно решив, что выучила правила игры. Только она прекрасно понимала, что правила меняются каждую минуту, и привыкнуть к ним невозможно.       Она дала ему шанс. Она дал шанс им обоим. И надеялась, что не пожалеет об этом. Просто любить его на расстоянии было ещё больнее, чем не любить вообще.       Машина остановилась возле многоквартирного дома. Они вышли на улицу, и Дреа поморщилась из-за ветра, обдувающего обнажённые плечи и живот. Эдриан не стал церемониться, подошёл к ней и рывком притянул к себе, впиваясь в мягкие губы. Грубее, чем в клубе, но ей подобное нравилось.       — Заеду за тобой утром.       Он снова стал собранным и сосредоточенным. Андреа провожала взглядом машину, пока та не скрылась за ближайшим поворотом. Она медленно задрала голову и посмотрела на звёздное небо, которое бескрайним полотном раскинулось над городом.       Красиво, если не задумываться о том, что все звёзды рано или поздно гаснут. Потухают, отдав всю свою энергию.

Она искала смерти на двуспальной кровати, А он сказал: «Дорогая, убийственно выглядишь, Так что теперь ты мертва.»