Глава 7. Смелые поступки
19 июня 2021 г., 07:40
Большой зал был полон как никогда. Ученики Хогвартса занимали свои столы согласно факультетам, а вот гости толпились у входа, не зная куда сесть. Шармбатонцы немного погодя выбрали стол Когтеврана, а Дурмстрангцы во главе с Виктором Крамом присоединились к слизеринцам.
— Вот же, Мерлин… Они все-таки туда сели, вон Малфой болтает с Крамом, — с досадой произнесла Алисия, поглядывая вглубь зала.
— Можешь пригласить Виктора ночевать в нашу гостиную, пока не поздно, — сарказм Софи не совсем удался, потому что подруга восприняла слова всерьез и очень воодушевилась этой идеей.
— Она шутит, успокойся, скорее всего, гости будут ночевать в своих… — начала говорить Анджелина, но раздался громкий голос Дамблдора.
— Добрый вечер, леди, джентльмены и приведения, а главное, наши гости, — он лучезарно улыбнулся. — С превеликим удовольствием приветствую вас в Хогвартсе! Уверен, что вы хорошо проведете у нас время. Не сомневаюсь, вы уже успели оценить удобства нашего замка!
— Официальное открытие Турнира, — переведя дух, продолжил директор, — состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие друзья, на славу. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома!
— Сегодня эльфы-домовики превзошли самих себя, — Эренберг с интересом рассматривала новые блюда, появившиеся на столе.
— Подай-ка мне то, что рядом с пудингом стоит, слева, — Спиннет принялась дегустировать заморские кулинарные шедевры.
— Это буйябес, — пояснила Софи, подавая тарелку.
— Наверно, вкусно…
Через минут двадцать, когда все потихоньку заканчивали трапезу, в зал вошли двое мужчин. Откуда-то сбоку донеслись слова Грейнджер, — подружки Гарри Поттера, — что это организаторы Турнира. Неожиданно зал замер в ожидании: Дамблдор встал со своего кресла и хотел что-то объявить.
— Торжественный миг приблизился, и Турнир Трех Волшебников вот-вот будет открыт, — директор оглядел лица учеников, обращенные к нему.
К профессорскому столу явился школьный завхоз Филч, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустированный жемчугом. Зал зашумел и оживился.
— Как известно, в Турнире участвуют три чемпиона, по одному от каждой школы-участницы. Чемпион, набравший во всех турах большее число баллов, становится победителем. Участников отбирает беспристрастный выборщик — Кубок огня, — Дамблдор достал из ларца деревянный кубок, покрытый грубой резьбой. Ничего примечательного — не будь он до краев наполнен пляшущими синеватыми языками пламени.
***
— Запретная линия, видите ли! — со злобой воскликнул Фред, выходя со всеми из зала после ужина. — Ее наверняка можно будет обмануть зельем, — Джордж возмущенно сверкнул глазами. Невольными слушателями этого разговора стали наши гриффиндорки: Софи, Анджелина и Алисия, шедшие за близнецами. — А вам не страшно будет участвовать в таких сложных испытаниях, ну, например, если кто-то из вас пройдет? — высокий голос Спиннет заставил ребят обернуться. — Подслушивать нехорошо… — Тебе разве об этом не говорили? — Джордж, усмехнувшись, продолжил фразу за братом и уставился на девушек. — Так что же насчет вопроса Алисии? — Андж с вызовом поглядела именно на Фреда, удостоив младшего брата лишь мимолетным взглядом. — Ты намекаешь на трусость? — Уизли исподлобья посмотрел на Джонсон, оценивающе заглянув в ее карие глаза. Между ними чувствовалось такое напряжение, что кажется, хватит небольшой искорки, и все взлетит на воздух. Но одно мгновение в корне изменило ситуацию: Фред стремительно подошел к Анджи, слегка нагнулся, оказавшись в сантиметре от ее лица, и поцеловал. Это было настолько неожиданно, что как-либо среагировать не смог никто. Отрицать бесполезно — пара из них выйдет очень контрастная, но от этого не менее красивая. Фред одной рукой нежно отодвигает темно-каштановые волосы девушки, а другой держит Джонсон за руку, переплетая их пальцы. Но романтичному поцелую не суждено продлиться долго — Андж резко отстраняется от парня, и по коридору разлетается звук звонкой пощечины, привлекающей к себе внимание любопытных учеников. Девушка растерянно оглядывает подруг и бросается в сторону лестницы, ведущей к родной гостиной. — Это не достаточно смелый поступок для тебя, Анджелина Джонсон?! — ей вслед кричит, срывает голос рассерженный Фред, потирая красное пятно на всю щеку. Выйдя из оцепенения, обескураженные Софи и Алисия, не видя никого, со всех ног мчатся на седьмой этаж. — Андж, как же так? — тихо приоткрыв дверь в их общую комнату, зашла запыхавшаяся Алисия. — Разве ты не хотела, чтобы он сделал первый шаг? — вкрадчиво спросила Софи, сразу влетевшая за подругой в спальню, и подошла к ее кровати. Девушка сидела, отвернувшись к окну, и распознать ее эмоции было трудно, но казалось, что она еле-слышно плачет. Во всяком случае, ее следует поддержать, так что Алисия, присев на угол мягкой кровати, убранной в цвета факультета, кладет руку на плечо Анджелины и по-дружески сжимает. — Его губы просто космос… — бормочет про себя Джонсон, словно опьяненная огневиски, поворачиваясь к гриффиндоркам. — Что, п-прости? — Спиннет пребывает в удивленном ступоре от мечтательной улыбки на устах Анджелины и исходящего от нее чувства эйфории. — Drama Queen… — вздыхает Эренберг, привычным движением закатывая глаза. Спустя четверть часа, что девушки провели в непрерывном обсуждении произошедших событий, они, уставшие от насыщенности дня, а кое-кто еще и счастливый, улеглись в уютные кровати.***
По субботам ученики спускались завтракать в Большой зал позже, но в эту субботу можно лишиться пары часов сна, дабы попасть к Кубку пораньше. Дело в том, что Анджелине две недели назад исполнилось семнадцать, и она вполне может бросить бумажку со своим именем в синее пламя. Главный выборщик Турнира стоял на табуретке в самой середине зала. Вокруг, как и обещал Дамблдор, была начерчена золотая линия, которая не должна подпускать к Кубку учеников, не достигших нужного возраста для участия. — Готова? — Софи и Алисия окружили подругу, которая с замиранием сердца смотрела на играющие языки пламени, нервно теребя в руках клочок бумаги. — Да! — сделав глубокий вдох, уверенно ответила Джонсон и шагнула к золотой линии. Остановившись на секунду, она с улыбкой обернулась к своей группе поддержки и не глядя заступила в круг. Как уже можно было понять, гриффиндорка без проблем добралась до Кубка, и наша троица в прекрасном расположении духа направилась к длинному столу, над которым, слегка покачиваясь, висело алое знамя с величественным львом. — А вот и утренняя почта, — Софи устремила взгляд вглубь замка, туда, откуда начал доноситься шорох крыльев сотни сов, а уже через миг птицы летели над головами учеников, скидывая письма, газеты и посылки. Эренберг редко получала весточки из дома (а журналы не выписывала уж точно), так что в те моменты, когда все с нетерпением искали под потолком знакомое оперение своей совушки, Софи просто рассматривала этих удивительно красивых птиц. — Мне кажется, или там ваш Мотя летит? — Алисия обратилась к Софи с некоторой растерянностью в голосе, указывая на темное пятно, направленно приближающееся к столу гриффиндорцев. Птица Эренберг представляла собой редкую черную сипуху невероятного оперения: чернильного цвета перья покрыты крошечными белыми крапинками, а мордочка окаймлена рыжими перышками, которые ближе к сверкающим зорким глазкам, переходят в глубокий черный цвет. Софи, слегка прищурившись, узнала своего питомца, и нервно сжала под столом вспотевшие руки, впившись до боли острыми ногтями в ладони. Сердце же ее начало биться в унисон со взмахами крыльев совы. — Бегемот, Бегемотик, что случилось? — ласково пробормотала девушка, испуганно глядя на сипуху, которая быстро и довольно неуклюже приземлилась на стол. Эренберг стала нежно поглаживать Мотю по мягким перышкам, а тот лишь невесело ухнул, моргнув печальными глазками. — Да он с письмом… — произнесла Анджелина, показывая на лапку совы. Софи перевела туда взгляд, и кровь за секунду отхлынула от ее лица, сделав девушку похожей на бесплотного призрака, а сердечная мышца в груди точно пропустила один удар.
