Людские пороки и заблуждение

      — М-м-м, кстати, а где мы вообще? Неужели у тебя дома?       — Можно сказать, что дома. А так это мой кабинет.       — Так вот, где устроились члены «Смерти Небожителей». И спешить никуда не нужно, потому что мы на месте, — с интересом оглядывая кабинет, проговорил Дазай, — а босс твой где?       — Он занимается тем, что заражает половину населения Земли вампиризмом, — ответил Фёдор и закатил глаза.       — Это было его идеей меня сюда привести?       — Нет, исключительно моей.       Осаму встал и начал мерить шагами темный кабинет Достоевского, оглядывая все его убранство. Особо ничего интересного он не приметил: каменный камин, дубовый стол, стул, большие шкафы: один из них книжный, а другой, вероятно, гардероб. Но убранство было не предметом его размышления. Он думал, почему же все-таки Дос-кун притащил его сюда. Чтобы сразиться? Нет. Точно нет, потому что ему предложено вступить в организацию. Тогда зачем? зачем он здесь?       Фёдор тоже встал. Он взял свой коричневый плащ с белым мехом, который лежал на подлокотнике кресла, накинул его, взял свою белоснежную шапку-ушанку, которая лежала рядом с плащом, надел её и начал было направляться к двери, как вдруг шатен-бывший-мафиози спросил:       — Куда это ты?       — На меня покушение готовится одним очень одержимым человеком.       — Надо же, и кто это? — усмехнулся Осаму.       — Николай Гоголь.       — А разве он не был твоей пешкой, которая должна была умереть от бензопилы? — поинтересовался член уже оскверненного детективного агенства.       — Я его недооценил.       — Ха-ха! Как это на тебя не похоже! Что же, выходит, он сильный соперник, что делать будешь? — заливался смехом Дазай.       — Пока спрячусь, а там посмотрим. Ты со мной? — ехидно улыбнувшись, спросил Дос-кун.       — Меня здесь ничего не держит. Вот только ты переодел эту ужасную одежду для тюремных заключенных, а я-то нет, — промолвил Дазай, вопросительно уставившись на Достоевского.       — Могу подыскать что-нибудь из моего гардероба, если ты не против.       — О да, пожалуйста! Хуже этой одежды и быть не может! — теребя себя за рубашку, воскликивал Осаму.       Фёдор улыбнулся, подошел к одному из шкафов, который был точно не книжным, открыл его и стал рыться. Он достал вешалку, на которой висел элегантный белый костюм с чёрной рубашкой. Дазай с интересом наблюдал, какой же костюм его новый компаньон достанет ему. Он был приятно удивлен, когда увидел что-то красивое и элегантное.       — Вот, я нашел это. Сложение тела у нас схожее, так что тебе подойдет. Я подожду тебя за дверью, пока ты переоденешься.       — Как хочешь.       «Что значило это "как хочешь"? Неужели тут есть скрытый смысл? Он раскусил меня, что я в него... кхм... влюблен? или же он сам в меня... кхм... влюблен?» — вздумалось вдруг Федору, однако он удалился из своего кабинета, прикрыв за собой дверь.       Через несколько минут дверь отворилась, и оттуда вышел Дазай Осаму, бывший мафиози и нынешний детектив-преступник, блистая своей соблазнительной красотой и улыбкой. Костюм Федора сидел на нём как нельзя лучше.       — Куда двигаем? — спросил Дазай, взглянув на Федора.       — Первым делом нужно покинуть это здание и уйти от него подальше. Сюда Гоголь придет первым делом.       — Ты сказал, что не дооценивал его. Выходит, ты не знаешь, на что он способен. Получается, мы вообще ничего не знаем об этом человеке, — заключил Дазай, вопросительно смотря на Достоевского.       — Хм-м-м-м, выходит, так. Но я могу предполагать. Тем более, мои прогнозы в большинстве случаев верны.       Место, в котором находились наши герои, представляло собой темный коридор, перекликающийся дизайном с кабинетом Достоевского. Поотдаль находилась довольно широкая лестница вниз, к которой как раз отправились Осаму с Федором.       Только они ступили на первую ступень, как снизу послышался чей-то очень громкий смех.       — Тц, опоздали, — пробормотал себе под нос наш герой с белоснежной шапкой.       — А где же мой любимый Дос-кун? — доносился снизу голос Гоголя, который спрашивал это у посторонних работников организации. Все ему отвечали, что, мол, сидит у себя, никого не пуская. Николаю понравился такой расклад, поэтому он скорее отправился к кабинету Дос-куна, чтобы поскорее получить удовольствие от сцены убийства.       — Быстрее, в окно! — крикнул Дазай, открывая форточку окна. Федору ничего не оставалось, как послушать нынешнего напарника, поэтому он нырнул в окно вслед за шатеном.       Они приземлились на ноги, так как прыгать было совсем невысоко.       — Ты в порядке? — запыхавшись, спросил парень с ушанкой.       — Да, а ты?       — Я тоже. Нам нужно спешить, пока Гоголь не обнаружил пропажу.       — Побежали! — крикнул Дазай, и они побежали друг за другом, почти не разбирая дороги, с мыслями: «Подальше бы от этого проклятого места».