Amor omnia vincit

      Тэëн был вне себя от ярости, когда он покинул школу. На самом деле, он не должен сильно злиться, зная не понаслышке, что в школах Южной Кореи на первом месте стоит успеваемость учеников, но никак не их благополучие. Хулиганы, что преследовали Чону, нарвались на один день отстранения от занятий и выговор от учителей и директора. Тэëн был оскорблëн за своего брата, о котором привык заботиться больше, чем о себе.       Чону шëл быстро, исподтишка наблюдая, как старший чуть ли не дымился от переполняющего его гнева.       Они добрались до стоянки и сели в фургон. Донхëк и Сычен играли в камень-ножницы-бумагу вместе с Лукасом, а в качестве наказания за проигрыш использовали щелбаны. Игра прекратилась, когда Тэëн захлопнул за собой дверь.       — Как всë прошло? — вкрадчиво спросил Сычен.       — Они получили один день отстранения и предупреждение, — поведал Чону. Донхëк выглядел ошеломлëнным, а Сычену не верилось, что хулиганы отделались так легко.       — Это нелепо, — подал голос он. — Они должны были, по крайней мере, компенсировать утрату телефона, их должны были отстранить как минимум на неделю, а учителя — позвонить их родителям и в каждом классе провести лекцию о последствиях запугивания!       — Не сомневаюсь, что Чону — не единственный, кто стал жертвой травли, — согласился Донхëк.       Тэëн просто нажал на газ, и они двинулись в путь.

***

      Когда семья прибыла домой, старший усадил всех на диване в гостиной.       — Я хочу вам кое-что сказать, — начал он. — Я знаю, наша жизнь — не идеал, и я считаю, что мы сильно отличаемся от других людей в нашем окружении. Но я так же верю, что вы все — мои независимые, замечательные, уверенные в себе братья. Каждый из вас по-своему уникален и хорош на свой лад. Так то что не допускайте, чтобы кто-то отзывался о вас иначе, ладно? — Тэëн едва сдерживал слëзы. — Возможно, вы считаете, что я сейчас звучу как самое клишированное клише, но я вам обещаю, вы будете по-настоящему счастливы, если будете оставаться собой, а не притворяться кем-то другим и пытаться загнать себя под рамки стандартов. Вы не можете изменить мнения большинства. Зачастую жизнь несправедлива, но мы должны относиться к ней по-взрослому. Будьте лучшими, отряхнитесь и встаньте, если вас сбили с ног. Не забывайте об этом, окей?       Его братья были очень тронуты словами старшего, хотя Ченлэ и Джисон, определëнно, были сбиты с толку в силу своего маленького возраста, но мальчики уловили настроение и поняли суть.       — Спасибо, хëн, — прошептал Чону. Тэëн лучезарно улыбнулся.       — Всë будет хорошо, — пообещал он и раскрыл руки в приглашающем жесте.       Незамедлительно братья спрыгнули с дивана и набросились друг на друга с объятиями, слепившись в капусту.

***

      Вторник был одним из наискучнейших дней для Доëна. Его наименее любимыми предметами были химия, история и английский язык, из-за которых часы по вторникам тянулись мучительно долго. Единственным плюсом было то, что на историю он ходил вместе со своими лучшими друзьями. Это значило, что уроки проходили так: в их групповой чат присылали пошлые мемы вместо того, чтобы слушать заунывные лекции учителя.       Учитель продолжал без передышки болтать о чëм-то, что, вероятно, никогда не пригодится в жизни учеников. Доëн осторожно поглядел по сторонам и понял, что большинство учеников в аудитории были заняты своими телефонами, которые прятали между колен, переписываясь и листая соцсети. Ли Тэëн сидел позади, не так далеко от Доëна и его друзей. Названный Снежный принц, не мигая, уставился в пустоту перед собой, деликатно проворачивая махинации с ручкой покрытыми вздувшимися венами руками. То и дело он облизывал вишнëвые губы, когда те пересыхали, и Доëн задавался вопросом, знает ли этот чертëнок, что делает. Вероятно, он делает это намеренно, чëртов ублюдок, соблазняющий всех незатейливыми и в какой-то мере элегантными движениями, чтобы потом загнать жертву в угол и наброситься на неë с клыками и когтями. Доëн придерживался своего мнения.       — Окей, класс, встаëм, — заговорил учитель в своей манере, без капли энтузиазма, многие из учеников оторвались от экранов и обратили на неë внимание. — Сегодня мы начинаем работу над групповыми проектами. Это грандиозный для вас проект, он закончится презентацией, на которой выставят треть ваших оценок за текущий класс.       Единодушный стон прокатился по классу, а Доëну хотелось биться головой о парту. Он пересëкся взглядами с Джонни, мол, прикончи меня сейчас, прежде чем учитель заговорил снова:       — Я сама распределю вас по группам и выберу вам темы проектов, после чего вы можете уходить, а на следующей неделе вы официально начнëте работать над своими проектами. Эту неделю вы можете потратить на то, чтобы индивидуально кратко пройтись по теме, найти что-нибудь интересное, с чем можно будет поделиться со своими партнëрами.       Она улыбнулась во все тридцать два, довольная тем, что следующие пять недель не будет проводить у этого класса уроки. «Везунчик», — с горечью подумал Доëн. Он выпал из реальности, пропуская мимо ушей имена одноклассников, которые одно за другим говорил учитель, пока та не назвала его имени.       — Вторую мировую нам представят Ким Доëн, Со Ëнхо, Чон Джэхëн, Тэн, — почти все учителя опускали руки, пытаясь произнести настоящее имя тайца, — Мун Тэиль, Накамото Юта и Ли Тэëн.       Аудиторию заполнил волнительный ропот, а у Доëна глаза сделались по пятьсот вон от удивления. Его взгляд скользнул туда, где сидел Тэëн — последний оставался невозмутимым, никак не среагировав на слова учителя. У Джэхëна, что сидел рядом с Доëном, челюсть отвисла — он до конца не мог поверить, что им придëтся работать вместе с этим загадочным новеньким.       — Хорошо, класс! На сегодня всë. Начинайте работать со следующей недели и не отлынивайте. — Стоило учителю произнести эти слова, как Тэëн тут же скрылся за дверью, оставив друзей наедине с переполнявшими их мыслями и эмоциями.       — Ну, у нас хотя бы тема интересная, — резонно заметил Тэн.

***

      Донхëк был в столовой один. Он увидел в другом конце помещения Тэëна, спокойно жующего яблоко, от популярного столика доносились шум и оживлëнные разговоры, впрочем как и обычно. Должно быть, именно поэтому всех словно притягивает к этому столику. Простая психология, что людей тянет ко всему, чем они хотят быть, что обычно общительно и забавно.       Донхëк считает, что люди, которые являются противоположностью, оттого не менее прекрасны, а человечество в целом универсально.       Он неспеша положил в рот немного риса, параллельно листая ленту соцсети. Джемин, Джено и Ренджун опаздывали с урока, но Донхëк подумал, что под этим зашифрованы поцелуи в туалете, в то время как Марку нужно было переодеться после урока физкультуры, что почему-то заняло больше времени, чем обычно.       Он упорно избегал Марка на протяжении целых трëх дней; старший, казалось, волновался всë больше и больше с каждым донхëковым резким отказом. «Извини, я не смогу прийти на твою тренировку сегодня, семейные дела» или: «Нет, я не могу остаться сегодня, мне нужно делать домашку, и это не по тем урокам, с которыми ты можешь мне помочь, ещë раз извини». Хотя каждый раз Донхëк в чëм-либо ему отказывал, Марк только становился решительнее и предпринимал всë новые попытки, что заставило Донхëка ещë больше ценить парня, его страсть и чувство решимости, а это отнюдь не шло на пользу его бедному сердцу и не исключало шанса влюбиться в натурала.       Внезапно палец ткнул его в плечо. Донхëк выключил свой телефон и поднял взгляд с невозмутимым выражением лица. От представшего зрелища у него перехватило дыхание. Это оказался тот самый младший хулиган, только по бокам от него стояли двое старших. Донхëк старался принять максимально непринуждëнный вид.       — Чем могу помочь? — саркастично спросил он, откладывая в сторону палочки для еды. Хулиган презрительно прищурился.       — Я вижу всë, что ты делаешь, — начал последний с отвращением. — Вижу, как ты расхаживаешь в своих девчачьих шмотках, с блядским макияжем и в дурацких рубашках. Вижу, как ты прячешься за уверенностью. Но на самом деле тебе стыдно, так ведь? С чего бы подобным тебе быть уверенными в себе, а? Наверное, поэтому ты прячешься за тоннами косметики. Ты уродина. И внутри, и снаружи.       Донхëк чувствовал, как нижняя губа предательски дрожала. Он быстро встал, отчего задира сделал шаг назад. Он заметил, что в столовой воцарилась необычайная тишина. Он собирался было открыть рот, как хулиган усмехнулся и, повысив тон, заговорил снова:       — Почему кто-то должен быть уверен в себе, если он уродливая, жирная и глупая скотина, как ты, а ещë гомо? Ты отвратителен, — выплюнул он. Глаза Донхëка постепенно наливались слезами. Боковым зрением он увидел, как Тэëн встал из-за стола и как другие подтягивались к месту происшествия, чтобы лучше расслышать. Увидел также тех девушек, что на днях пришпилили его: они выглядели очень довольными.       — Ага! Ты грëбаный мудак! Ну что, возражений, как на прошлой неделе, у тебя больше нет? Конечно же нет, потому что я прав, я всегда прав.       Донхëк ещë раз попытался вставить слово, но его прервали — дверь в столовую распахнулась, Марк, Джено, Джемин и Ренджун вошли вместе. Их весëлая беседа мигом закончилась, когда они поняли, в чëм дело.       — Ха! Ну, всë понятно, что происходит. Ты втюрился в Марка Ли. — Хулиган засмеялся, будто это было самой жалкой вещью, которую ему пришлось лицезреть. Донхëк окончательно потерял дар речи.       В этот момент чья-то рука схватила его за запястье и слегка оттащила назад. Тэëн остановился прямо там, при виде него и под его пристальным надзором хулиган перестал смеяться. Тэëн угрожающе посмотрел на младшего задиру, вокруг него витал мертвецкий холод. Хулиган грубо сглотнул, прежде чем заговорить с напускной храбростью:       — Тебе не напугать меня, немой ушлëпок, на этот раз я не один. Думаю, двое против одного будет самую малость не справедливо.       Тэëна трясло от гнева, Донхëк, ощутив это, сжался в комок позади своего брата.       — Трое против двух тоже несправедливо, не находишь? — по столовой пронëсся дружный вздох, потому что, вашу мать, Тэëн только что открыл рот и заговорил.

***

      Джэхён совершенно не находил слов. Сначала этот малолетка бросался в Донхёка оскорблениями, а теперь Тэён открыл свой грёбаный рот.       «Трое против двоих тоже несправедливо, не находишь?»       Его голос был спокойным, мягким и хриплым, но сдержанным, точно лёгкий ветерок, предвещающий бурю. У Джэхёна челюсть чуть не отвисла. Остальные, что сидели за популярным столиком, были ошеломлены не менее. Эмбер трижды стукнула Джонни по плечу от нахлынувшего на неё волнения вперемешку с удивлением, не зная, куда ещё девать свои руки. Джонни даже не понял этого, он был слишком увлечён тем, что во все глаза следил за развернувшейся картиной.       Хулиган не находил себе места после слов, слетевших с уст старшеклассника. Старшие, что оставались по бокам от него, неловко ёрзали на месте. Тэён снова открыл рот, и вся школа в унисон втянула побольше воздуха в лёгкие.       — И напасть на того, кто младше? Вот что действительно отвратительно. — Тэён весь кипел, глаза горели жаром, а ладони сжаты в кулаки. Он не отличался ростом, был примерно так же высок, как Донхёк, если не ниже, и выглядел хрупким физически, но его поза и то, как стойко он держался за своего брата, делали его самым сильным человеком из всех, что на данный момент находились в столовой. — Думаю, тебе стоит свалить отсюда прямо сейчас, и если я еще хоть раз увижу, что ты трогаешь моего брата, ты об этом пожалеешь, понял меня? — он декламировал громко и ясно. Хулиган нервно фыркнул на грани истерики.       — Тебе меня не напугать, ещё раз говорю. Ты кроха. Думаю, я смогу взять тебя, — уверенно провозгласил он. Тэён прищурился.       — Ну, попробуй.       Теперь задира выглядел ещё более потрясённым, и Джэхён точно понимал, каково это. Он искренне боялся за благополучие Тэёна, ведь сломать его — раз плюнуть. Младший был атлетически сложен и мускулист, в отличие от самого Тэёна, худощавого дистрофика. Похоже на охоту льва за газелью.       Младший нерешительно шагнул вперёд и махнул кулаком. Джэхён съёжился, предвкушая удар. Но этого так и не произошло. Тэён резво уклонился, схватил парня за руку, заставив того потерять равновесие, и пожелал счастливого полёта прямо на стол, за которым до этого обедал Донхёк. Еда запачкала одежду хулигана, тот был в откровенном шоке. Он выпрямился и вновь замахнулся, в этот раз удар был обращён к Донхёку, который был ближе; Тэён быстро вытащил мальчика из перекрёстного огня, одной правой заехав по лицу бунтаря, последний с громким треском полетел на свидание с полом. Джэхён, пребывая в шоке, разинул рот. Чёрт, он не только говорить, но ещё и драться умеет.       — Даже не смотри на моего брата, не говори с ним и никогда не прикасайся к нему. Или нарвёшься на такие неприятности, что первый круг ада будет казаться благословением, — прошипел Тэён скорчившемуся на полу парнише. «Подкрепление» незаметно отступило, оставив своего предводителя один на один с хищным зверем.       — Как бы то ни было, твой брат омерзителен, так что мне бы не хотелось приближаться к этому отродью даже в своих самых страшных ночных кошмарах. — Хулиган сплюнул, кровь стекала по подбородку.       И тогда Джэхён заметил, как первая слеза покатилась по щеке Донхёка, и ему стало очень жаль младшего. Все остальные заметили, как бунтарь победоносно усмехнулся.       — Ха! Теперь он ещё и плачет, ну что за киска, — Тэён даже не удостоил ответом колкое замечание. Он просто схватил Донхёка за руку и повёл его как можно дальше от этого проклятого места, сердито нахмурившись. Донхёк ни разу не поднял с пола глаз, особенно проходя мимо Марка, Джено, Ренджуна и Джемина у двери.       Джонни, Тэиль, Доён, Джэхён, Юта и Тэн обменялись недоверчивыми взглядами.       — И какого хуя сейчас произошло? — только и сумел произнести Тэн.