Snapril

      Холодный и тёмный лес окружает её со всех сторон.

Безвыходность.

      Кровь стучит в висках, сердце заходится в бешеном ритме.

Страх.

      Вспышка режет тьму своим ярким светом до боли в глазах. Своих собственных и чужих чёрных.

Дезориентация.

      Слёзы катятся по её щекам, из глотки рвутся наружу невнятные слова и мольбы, пока в чёрном взгляде навсегда угасает блеск.

Одиночество. Боль. Горечь. Утрата.

      Отчаянный вскрик и липкий холодный пот на теле. Растерянность.       Лили распахивает глаза и взволнованно осматривает кровать, комнату и окно. Никого и ничего. Просто сон, напугавший её до чёртиков. Наспех вскакивает с постели и бежит вниз, накидывая мантию и думая только об одном: «Лишь бы действительно был сон».       Без стука врывается внутрь, как порыв ветра в штормовую погоду, видит испуганный взгляд, который затем становится спокойнее. — Что случилось? Почему так поздно пришла? — крепкие руки уже обняли её. — Сон страшный был, — держится, чтобы не заплакать, как маленькая, хотя хочется, потому что чувство защищённости слишком трогательно. — Я там был? — Был. — И что дальше?       А дальше первая слеза всё-таки осталась мокрым пятнышком на его плече, и он всё понял. Не продолжая разговор, он просто стал гладить её по спине, по спутанным рыжим волосам, слушая тихие всхлипывания, которые вскоре прекратятся, как только они лягут вместе.       Она не хочет уходить — боится. Он не хочет её отпускать — любит.       Северус обнимает со спины, сплетает их пальцы и думает о том, не холодно ли ей в одной сорочке. На улице ещё зима. Отвлекается и накрывает мягким одеялом, прижимая её к себе. Никогда бы не подумал, что первый раз они будут лежать вместе после её ночного кошмара. Чувствует, как она не может заснуть снова, постоянно шевелится, не давая спать и ему.       Снова видит возвращающееся спокойствие на её лице, чуть подрагивающие ресницы и плавно вздымающуюся грудь, которая прикрыта совсем лёгкой светлой тканью. Внутри пожар от её красоты и изящности. Мягко касается пальцами, проводя линию по скуле, а затем целует в ответ на открывшиеся зелёные глаза, такие тёмные в ночи.       Она отрывается и садится сверху, утягивая одеяло за собой, будто шлейф. Целует его снова, спускаясь на шею и вновь возвращаясь к губам, чувствуя его руки на своей талии, которые приподнимают сорочку и охватывают ягодицы с обеих сторон.       Распаляется ещё больше; она уже взмокла и чётко ощущает его вставший член. Волнение и азарт не дают сбавить градус — уже поздно, но она не хочет получать всё сразу, не хочет торопиться, хотя этого требует тянущее чувство внизу. Его руки сжимают грудь, ласкают напрягшиеся соски, обтянутые тонкой тканью, пока она трётся о него ритмичными движениями так умело, будто это не их первый раз. Казалось бы — ничего такого, он ведь даже не внутри, но волна оргазма всё же захлестывает с головой обоих, заставляя тяжело задышать друг другу в уши.       Он снова обнимает, сплетая пальцы и чувствуя тепло её спины. Лили совершенно забыла о том кошмаре, что привёл её сюда. Теперь они точно расслабленны и спокойны, но на сон осталось всего три часа.