Без тебя я не дышу

Тёплый ветерок играл волосами Вика, едва касаясь его кожи, будто подталкивал к тому, что должно было случиться давно. Солнце слепило глаза, но он всё равно не моргал — не хотел потерять ни секунды, ни одного мгновения, когда перед ним стояла она. Айлин. Она смотрела прямо в него — так же пристально, так же заворожённо, будто весь шум мира исчез. Только они двое. — Привет, — тихо сказал Вик. Голос чуть охрип — слишком много эмоций пришлось удерживать внутри. — Привет… — едва слышно ответила Айлин. Он сделал едва заметный вдох, будто собирался с духом. — Когда ты приехала? — Позавчера. — Надолго? — в голосе Вика невольно дрогнула надежда. Она прозвучала слишком явно, и он тут же пожалел, что не смог скрыть её. — Навсегда. — Лёгкая, почти неуловимая улыбка тронула губы Айлин. Она исчезла так же быстро, как появилась, но Вик успел заметить — и этого было достаточно, чтобы внутри что-то теплее загорелось. Впрочем, тень облегчения, промелькнувшая на его лице, тоже не ускользнула от неё. Он сглотнул. — Лео уже ушёл? Глупый вопрос. Смешной. Неловкий. Но лучший из тех, что он мог выдавить, чтобы хоть как-то нащупать почву. — Да, — просто ответила Айлин. — Ты не ушла с ним? — Вик нервно выдохнул. — На его месте я бы не оставлял… свою девушку там, где находится её бывший. Его взгляд стал жёстче, будто он сам услышал, что сказал. — Бывший? Девушку?.. — тихо переспросила Айлин. — Разве он не твой парень? Или… уже жених? Я видел статьи. — Вик отвёл взгляд вниз, будто внезапно его обувь стала предметом огромного интереса. Айлин покачала головой. — Ни то, ни другое. Вик резко поднял глаза. В воздухе появилось напряжение — лёгкое, хрупкое, почти болезненное. Он не подходил ближе. Боялся. Казалось, если сократит между ними расстояние, видение растворится. А она стояла, будто пригвождённая к месту, загипнотизированная его взглядом. — Ты похудела… — выдохнул Вик. Она замолчала всего на пару секунд, но ему показалось — вечность. — Это так сказывается твоё отсутствие в моей жизни… — её голос дрогнул и почти сорвался. У Вика перехватило дыхание. Что-то горячее и колющее поднялось к горлу. Он сделал осторожный шаг вперёд — маленький, неуверенный. Айлин подняла руки чуть в стороны, едва заметно, но достаточно, чтобы он понял: она ждёт. В следующую секунду Вик сорвался с места и заключил её в крепкие, отчаянные, почти жадные объятия. Айлин закрыла глаза, уткнулась лбом в его грудь, и слёзы тихо скатились по её щекам. — Прости меня… прости, что уехала… что бросила… — прошептала она, едва не всхлипывая. — Нет, нет… — Вик потрясённо покачал головой, прижимая её ещё крепче. — Это я виноват. Я был идиотом. Между мной и Джессикой ничего не было. Ты ведь веришь мне? — он взял её лицо ладонями, заставил посмотреть в глаза. — Я знаю, — шепнула она. — Знаю. Мне надо было выслушать тебя… а я просто сбежала. И так жалела. Всё это время. Он опять прижал её к себе, будто боялся отпустить. — Мне было так плохо без тебя… — прошептала Айлин ему в грудь. Вик зажмурился, борясь с комом, который угрожал прорваться. — Я люблю тебя, Айлин, — произнёс он тихо, но так, будто каждое слово резонировало в воздухе. — С первой встречи… Нет, ещё раньше. Я полюбил тебя, даже не понимая этого. Она отстранилась ровно настолько, чтобы он видел её лицо. — А я полюбила тебя ещё до нашей первой встречи, — улыбнулась она сквозь слёзы. — Я смотрела только на тебя, когда ты даже не замечал меня. Слёзы защипали в глазах Вика. Он поднял голову к небу, пытаясь справиться с переполняющими эмоциями, чтобы не расплакаться прямо сейчас, посреди двора, в солнечном свете. Они стояли, прижимаясь друг к другу, шепча слова любви, которых так долго боялись и так долго ждали. И эту картину, от начала до конца, можно было описать только одним-единственным словом. Счастье. Неподалёку от них скопились все их друзья. Они наблюдали за Виком и Айлин с улыбками на лицах — у кого-то шутливыми, у кого-то тёплыми, почти трогательными. Даже Норд, обычно сдержанный как скала, стоял с чуть заметной мягкостью во взгляде. Только Джим хмурился, бурчал себе под нос, что этому Кейджу доверять нельзя. Пара ребят услышала его, переглянулась — и благоразумно промолчала. Никто не стал напоминать Джиму, что он сам почти такой же, такой же Казанова, просто более шумный. Разница была в одном — Вик уже встретил ту, кто смогла выбить у него почву из-под ног и превратить хищника в верного, если не идеального, то настоящего мужчину. А Джиму ещё предстояло узнать, что такая встреча рано или поздно происходит с каждым. Но это уже совсем другая история. И очень вероятно, что весьма громкая. С того дня Вик и Айлин стали неразлучны. Жизнь не щадила ни одного из них, но они держались друг за друга так крепко, словно боялись потерять хоть на мгновение. Когда Айлин потеряла отца — Вик был рядом. Он не говорил громких слов, просто держал её за руку, пока она училась заново дышать. Когда спустя пару лет её мама выходила замуж за Джоша — он стоял рядом с ней в толпе гостей и улыбался, зная, как важно для Айлин было принять это новое счастье. Когда пришло время встать во главе компании, слишком большой и слишком требовательной — Вик поддерживал её, не давал сомневаться в себе ни секунды. Он слушал её ночные переживания, подставлял плечо, встречал из офиса с кофе, забирал на тренировки, а иногда просто напоминал, что она сильнее любых обстоятельств. Айлин же, со своей стороны, была с ним так же преданно. Она присутствовала на каждом его выступлении — даже если ради этого приходилось отменять встречи, переносить совещания и лететь через полстраны. Она радовалась за него искреннее, чем за себя. Когда его пригласили в национальную сборную, счастье в её глазах сияло так ярко, что затмило вспышки камер. С годами у них случались недосказанности, обиды, трудные периоды и редкие ссоры. Но неизменным оставалось одно — любовь, которую они сумели не только сохранить, но и вырастить. Она не была идеальной. Она была настоящей. И много лет спустя, когда их внуки забирались к ним на диван и спрашивали, как же они встретились, Виктор каждый раз рассказывал свою любимую историю. Он вспоминал тот самый день в лобби отеля, когда увидел девушку в бордовом платье — и мир встал на паузу. Он описывал её так детально, так живо, что казалось, будто он всё ещё видит её перед собой: взгляд, лёгкую улыбку, шаги, ровный ритм дыхания, дрожь в собственных руках. И каждый, кто слушал этот рассказ, понимал одно — эти двое были связаны чем-то большим, чем просто случайность или молодость. Это была судьба. Та, что соединяет тех, кто сможет дышать только вместе.