Слабая

      Мир никогда не делился только на черное и белое, как и люди не делились, к примеру, только на плохих и хороших. Потому что жизнь так не работает, и устроена она гораздо сложнее. С этой простой истиной сталкивался каждый и наверняка, так или иначе, принимал её.       Но Такер было плевать на законы жизни, оттого она и устанавливала свои правила, поделив всех людей так, как сама того хотела. Неважно, было ли это каким-то обдуманным важным решением, или же просто в жилах играло подростковое бунтарство и желание установить свои собственные порядки. Поделить в короткое время всё свое окружение на две категории не составило ни малейшего труда. И в её маленьком тихом мирке всё было легко, просто, а главное — логично.       Потому и люди для неё делились элементарно: на сильных и слабых. Почему именно так? Сложно сказать. Вероятно, просто потому что так захотелось. Крэйг и этому не придавала значения, принимая всё, как должное. Захотелось делить именно так — что ж, так тому и быть.       И вы можете часами с пеной у рта доказывать, что разделение это плоское и нихрена не работает, что жизнь устроена иначе, но она и бровью не поведет, лишь гордо вскинет средний палец — излюбленный жест и прекрасная защита от нежелательных бесед.       Деление на сильных и слабых ложилось на людей вокруг просто идеально. Абсолютно все вписывались в эти рамки, становились мелкими шестеренками в едином механизме системы, прекрасно сочетались и не нарушали негласно установленные Такер правила. Каждый человек в её видении был либо сильным, либо слабым. Никаких поблажек и исключений. Крэйг не мастер в чтении людей, но для неё достаточно и простых наблюдений со стороны, чтобы отнести человека к той или иной категории. Работало безотказно. Она, к слову, и не отрицала то, что это работало исключительно за счет лишь поверхностных наблюдений. Потому что уж что-что, а копаться в чужих мозгах не хотелось от слова совсем. Кому оно надо? Да и какая к черту разница, если все и без того прекрасно работало.       Крэйг не особо задумывалась над тем, зачем ей вообще это нужно. Самое простое объяснение — так было легче выбирать тактику ведения диалога. С теми, кого по своей душевной организации Такер считала слабыми, она не вела себя столь прямолинейно и не прикрывалась напускным равнодушием. Была, ну, почти что собой, но чуть более сдержанной. С сильными было в точности, да наоборот: выдвинутый на первое место природный похуизм и абсолютная несдержанность в правдивых высказываниях. Тоже, в принципе, её обычное состояние, только чуть более гиперболизированное. На самом деле, был лишь один единственный человек, помимо самой Крэйг, с которым она позволяла себе не склоняться к какой-либо крайности. Но не всегда, конечно, ибо со слабыми всё же стоит быть сильной, чтобы вовремя становиться опорой и поддержкой.       Так, наверное, и строятся нормальные отношения, да? Хотя, лично её отношения всё же сложно было назвать нормальными. Они такими никогда не были и, вероятно, не будут. Но тем не менее, первый постулат Крэйг Такер был неопровержим.       Второй же постулат её мира, соответственно, гласил: для каждого слабого человека найдется сильный. Сильные нужны слабым для защиты от внешних раздражителей и сохранения их внутреннего баланса, а слабые нужны сильным, дабы обеспечить тишину и спокойствие для восстановления душевного равновесия. Абсолютная идиллия. Как Инь и Ян, в принципе, только Крэйг ненавидела сравнение своих идей с восточной философией. Тот ещё бред. Однако, как бы того не хотелось, это всё не означало, что слабые могут быть лишь с сильными, как и наоборот. Просто именно это сочетание создавало наиболее стабильную и гармоничную пару, взаимоотношения без лишних разбирательств и истерик. Примеров у Такер было достаточно, чтобы составить внятную картину.       Попробуем разобраться:       Марш — слабая, Тестабургер — сильный.       Тут все просто: Стэнли не может существовать в одиночку, и ей обязательно нужен кто-то сильный рядом. Кто-то, кто может успокоить в моменты полной растерянности, взять на себя лидерство и твердо стоять у штурвала, задавая нужный курс. До их отношений с Вендалом вокруг Марш всегда вились подруги, которые своей аурой не только поддерживали её, но и постоянно подбивали на разного рода безумства. И это частенько держало девушку на плаву даже в самые тяжёлые времена. Теперь есть Тестабургер, и все у них прекрасно. Стэнли души не чает в своем парне и в любой момент может делиться с ним страхами и переживаниями, а тот, в свою очередь, всегда готов поддержать и утешить её. Взамен он просит немного — всего лишь быть рядом, когда нужно, и оказывать поддержку в его либеральных идеях и начинаниях. Да и приятно, когда под боком есть тот, кто без ума от тебя. Возможно, немного странные у них отношения, но кому судить? Уж точно не Такер.       Тем не менее, схема ведь работает? Работает. Едем дальше.       Блэк — сильная. Дэниелс — слабый.       Здесь разница проглядывается не столь сильно, как с предыдущей парой. Как минимум потому, что они оба весьма тихие и уравновешенные. Просто решения в их отношениях чаще принимает Токен, а Ник с ней никогда и не спорит, потому как просто не видит в этом смысла, если все и без того хорошо. Признаться честно, это самые неконфликтные люди, с которыми Крэйг только доводилось встречаться. Хорошо быть с ними друзьями и хоть иногда наслаждаться тишиной и спокойствием в их компании. Хотя, учитывая, что компания зачастую собирается немного в другом составе, ни о каком спокойствии не может быть и речи. Но Такер не жалуется, она любит своих друзей, какими бы гиперактивными порой они ни были. Так вот, эти двое, магическим образом удачно сведенные Эрикой Картман, как ни странно, состоят в очень счастливых отношениях. Тут и говорить нечего, у них в тандеме царит взаимоуважение и всепоглощающая любовь друг к другу. Почти что приторно-сладкая атмосфера витает вокруг этой парочки, если честно. А еще, выражение «счастье любит тишину» — в точности про них. Не ввязываются в передряги, не ссорятся по пустякам. Может показаться, что это скучно, но зато стабильно. Порой Крэйг им даже завидует.       Видите, как легко всё работает? Но, конечно, абсолютно всё не может быть совершенным даже в идеальном мире Крэйг. Стоит признаться, всегда есть исключения.       Донован — слабая. Стивенс — сильный.       Ну уж по ним двоим сразу видно, кто лидирует в количестве закатанных в день истерик, а кто эти вспышки пытается устранить. Донован и в их компании нуждалась в том, чтобы её постоянно опекали и поддерживали, и прежде Крэйг с Токен прекрасно справлялись с этой задачей. Но потом появился Бейб и Клара будто с катушек слетела. Бегала за ним, всячески пыталась обратить на себя внимание, а он и не был против. Контролировать всё вокруг он любил не меньше своего друга Тестабургера. Казалось бы, могли стать такой красивой парой, вместе они смотрелись ну просто идеально. Только вот характерами все никак не могли сойтись, уж больно ветренные оба. Для многих друзей уже стало своеобразным развлечением делать ставки, сколько же раз эта парочка сойдется в этом месяце. В позапрошлом, например, всего два раза, а в прошлом — три с половиной. В этом месяце они уже успели вновь сойтись. Посмотрим, надолго ли хватит. Возможно, дело не в том, что второй постулат здесь не работал, а в том, что не сработал именно для этих двоих. Надо бы попробовать свести их с кем-нибудь другим, да не очень-то горит вмешиваться в чужие отношения.       Но все же стоит вернуться к более удачным примерам. Допустим, к тем, которые работали даже несмотря на то, что втайне пытались всех обмануть.       Стотч — слабая. Маккормик — сильная.       Не-а.       Марджорин никогда не была слабой. Да, она кажется хрупкой и беззащитной на первый взгляд, но внутри нее титановый стержень. Мало кто знает достаточно о её жизни, чтобы понять это, но Стотч пережила немало дерьма. Бешенные деспотичные родители с манией наказывать свою дочь по поводу и без, издевательства над бедолагой в школе, подставы той же Картман не раз перед законом — всё это стало нормой еще много лет назад. Такой судьбы и заклятому врагу не пожелаешь, но Стотч своей наивностью и природным добродушием легко попадается на любые уловки. Слишком уж доверчива. И хоть она жестоко платит за каждую ошибку в доверии не тем людям, она никогда не сдаётся. Никогда Мардж ещё не опускала руки, продолжая искренне улыбаться каждому в этом унылом городишке, а ещё лезть в разные передряги, стоит только её долбанутым подружкам попросить об услуге. Она ни за что не сломается. Никогда. Стотч слабая только внешне, но на самом деле она одна из сильнейших.       Чего не скажешь о Кенни.       Маккормик плюет на всех и каждого, на завистников и недоброжелателей, на «крутых и обеспеченных». Плюет на занудство и скуку, предпочитая днями веселиться в пьяном угаре. Она вечно лезет на рожон; выживает, как может; крутится, как белка в колесе; делает все, чтобы обеспечить себя всем необходимым, хоть надо немного. Кенни свободна в своих действиях и не скована предрассудками. Она делает все, что только душе угодно и не заботится о чужом мнении.       На первый взгляд это очень весело, на второй — пиздец как грустно.       Маккормик никогда не скажет о своих проблемах кому-либо, но она не вывозит, и это заметно. Она может смело усмехаться проблемам в лицо при свете дня, но ночью будет заливать слезами подушку. Кенни никогда никому не признается, но она стыдится своей бедности, хоть и сама способна над ней посмеяться; ещё она давно хочет слезть с иглы вредных привычек, хоть и выкуривает по пачке дешевых сигарет каждый день; и, боже, как же она ненавидит спать с каждым, кто хорошо платит, хоть и рассказывает о своих похождениях, как об удивительных подвигах. Кенни никогда никому не признается, но она давно бы избавила себя от всех страданий, была б только такая возможность. Жаль, что этому не бывать. Жизнь так распорядилась, что Кенни не способна умереть. Оттого она и слаба, потому что бессильна.       И как же ей помогает присутствие Стотч рядом. Возможно, Кенни и старается наслаждаться жизнью только ради неё. Потому что Марджорин — это её всё. Она её свет, её проводник к верному пути, золотой ключик от её закованного в стальные цепи сердца. Стотч выручает, как никто другой, она поднимает со дна и крепко удерживает от падения вниз. Такова натура хрупкой Мардж, которая никогда не оставит безбашенную Кенни в беде. Даже если эта беда сидит внутри самой Маккормик.       До сих пор оставалось загадкой, как они пришли к этим отношениям, но было, видать, что-то такое, чего не знали остальные. Но кому какое дело, когда каждый раз по коридору за сияющей Марджорин, что спешит куда-то чуть ли не вприпрыжку, размеренно плетётся Маккормик, блаженно улыбаясь и не выпуская руки своей девушки. Они счастливы и не зависят от мнения других, вечно вытворяя какие-то странные вещи, понятные только им двоим. Пусть этот случай более сложный, но и он безотказно подчиняется правилам Такер.       Разумеется, есть и примеры того, как уживаются друг с другом не особо идеальные пары. Как минимум, один из них настолько громкий и всем известный, что его просто невозможно игнорировать. Потому что эта парочка буквально представляет собой катастрофу вселенского масштаба.       Картман — сильная. Брофловски — тоже.       Никто бы не доказал обратного просто потому, что не рискнул. Всем известно, что если ни одна из заклятых подруг не контролирует ситуацию в данный момент, то это значит, что где-то неподалеку они пытаются набить друг другу морды за право стоять у руля. Как правило, их стычка приводит к тому, что во главе всего они стоят вдвоем, но настолько часто сталкиваются во мнениях, что ситуация постоянно выходит из-под контроля. И одному только Богу известно, как с ними вообще можно нормально общаться. Это только Марш и Маккормик такие же отбитые, что терпят рядом с собой эту бомбу замедленного действия.       Самая взрывоопасная пара в Южном парке. Между ними царит вечная борьба за первенство во всем. За авторитет, лидерство мнений, уважение со стороны, последнее слово в спорах, положение в классе, положение в постели — за все, блять, они так и норовят сцепиться в жестокой схватке. До безобразия громкие, взаимно ненавидящие и презирающие друг друга, но до безумия влюбленные. Вдвоем они могли подчинить своей власти не только гребанный Колорадо — всю Америку, черт побери! Но до тех пор, пока они не научаться действовать сообща, без вечных пререканий, мир может спать спокойно. Наверное. Никто не говорил про то, что их ядерная любовь-ненависть вполне может уничтожить полпланеты.       Эти две ненормальные выпадали из понимания Крэйг. В принципе, они вообще из всех правил выпадали. Как деталь из другого пазла, мистическим образом затесавшаяся в твою коробку. Глаза мозолит, а сделать ты все равно ничего не можешь. Ну и хрен с ним, лучше уж не трогать совсем, а не то так жахнет, что мало не покажется.       Но даже они подчинялись чёткому разделению Крэйг и безукоризненно следовали своей роли. Никаких исключений и сбоев системы.       Потому что Такер любит, когда все четко, логично и понятно.       Но еще Такер любит Твик, и это ставит под сомнение предыдущее высказывание.       Твик — не простая. Она сложная, очень сложная. Не вписывается в рамки, не укладывается в единый механизм. Твик непостоянная и нервная, иногда очень шумная и импульсивная. ВСЕГДА очень шумная и импульсивная. Нельзя предугадать её слов или действий, оттого совершенно внезапно вброшенные фразы так и норовят ввести в ступор. В ней куча странностей, она жутко неудобная, угловатая и какая-то… неправильная, что ли? В общем понимании этого слова. Не многие с ней могут сладить, но Крэйг к ним и не относится.       Такер обошла уйму сложностей в общении со своей девушкой во многом благодаря тому, что имеет титаническое терпение и огромнейшее желание любить её. Только Твик, другим такой снисходительности от неё в жизни не добиться. А вот ради этой нервозной девушки Крэйг действительно готова на многое, к тому же, обычно её старания с лихвой окупаются волной любви и нежности, которой Твик способна захлестнуть, если только она для этого в подходящем настроении.       Тем не менее, несмотря на все сложности, даже она исправно занимала свое место в отлаженной системе Такер. Потому что, какой бы непредсказуемой Твик не была, Крэйг знала её достаточно хорошо, чтобы присвоить тот же ярлык, что и другим в своем маленьком принципиальном мире.       Потому что никто не смеет пошатнуть её убеждений. У Такер все работало идеально. Не было никаких переходных оттенков, сложных угловатых форм или непонятных характеров. Всё уже давно распределено.       Такер — сильная, Твик — слабая.       Крэйг всегда была уверена в том, что она такая же сильная, как и вся её семья. Так уж суждено быть, так она и привыкла. Такер не ведется на витиеватые провокации, не лезет за зря в пекло и не поддается панике. Она считала себя сильной хотя бы потому, что вообще способна выносить весь тот пиздец, что обрушивался на их треклятый город день ото дня. Крэйг вообще многое была способна стерпеть. И ей абсолютно не нужны все эти сопливые проявления чувств, чтобы справляться с внутренними переживаниями. Потому что все, как она сама думала, легко решалось простым холодным расчетом, без лишних истерик. Оттого и сложилось мнение, что Крэйг Такер совершенно не имеет представления о том, что такое эмоции.       Вот у Твик Твик с этим проблем никогда не было, но именно в этом, как считала Такер, и была её главная слабость. Она всегда выплескивает эмоции наружу, становясь уязвимой и беззащитной к внешним угрозам в лице той же Картман, поэтому Крэйг и должна быть рядом. Потому что Твик слабая, а она — сильная. Потому что, когда на её девушку вновь нападают панталонные гномы, Такер просто обязана отстаивать честь своей дамы. Потому что, если у Твик проблемы с бурной фантазией и верой в бредовые конспирологические теории, то Крэйг готова в любой момент бросить все, лишь бы только успокоить свою психованную.       Что она получает взамен? Ну…       Она получает Твик. В купе со всеми её странностями всегда идет та загадочная личность, которую мало кто способен заметить, если она сама того не захочет. Крэйг знала, какой её девушка может быть нежной, милой и веселой, иногда очень смелой, иногда даже боевой. А еще Твик способна возвращать всю любовь, что даёт ей, казалось бы, сухая в плане эмоций Такер, в том же объеме, если даже не в большем. И возможно она одна единственная, кто способен вызывать в вечно холодной Крэйг хоть какие-то чувства. Неважно, будь то недоумение или же внезапная трепетность. Твик давала ей возможность чувствовать, и Крэйг этого было достаточно. Не так важно, что за Твик давно закрепились прозвища «невротик», «чокнутая» и «психованная», а за Такер — «сухарь», «похуистка» и «грубиянка», они всё равно любили друг друга, даже со всеми недостатками.       И всё в жизни Крэйг работало отлично, так же вписывалось в рамки и подчинялось негласным законам. Но кто бы мог подумать, что очередная мелкая неприятность способна вдребезги разбить устоявшиеся порядки и перевернуть её тихий и спокойный мир с ног на голову?       Это должно было однажды случиться.