Время править

Глава 67. Лето 1547 Лес. Окраина Стамбула - Бежим, скорее!-кричал Султан Селим, убегая все дальше в лес. За ним спешил Хайретдин Паша. Всё больше прибавляя шаг, он отдалялся от нападающего зверя.             Животное кружилось над лесом, высчитывая расстояние, чтобы точнее, нанести удар. Хлынул дождь, лошади заржали и покинули своих хозяев, поднялся огромный ветер, напоминающий бурю. Деревья пригнуло к земле. Характерным звуком отразилась эхо раскатывающего грома по всему лесу. Вдали, на тёмном небе, показалось яркая молния.             Мустафа Паша посмотрел на небо. Гриффон скрылся из виду. Это значило, что опасность близка. Мужчина даже не успел предупредить всех, как Грифон стремительно направлялся к рыжеволосой голове Султана.  Визирь достал меч, и не мешкая, бросил его в животное.  Удивлённый Султан остановился и повернулся. С громким визгом огромный зверь брязнулся о землю, закрыв навсегда свои маленькие жёлтые глазки. - Ты спас мне жизнь, Паша,-благодарно похлопал по плечу Селим. -Проси что хочешь.- Мустафа направил взор карих глаз на Султана. В который раз он слышит эти слова. Ведь и покойного Султана Сулеймана Мустафа Паша спас, когда Шехзаде Мустафа напал на дворец и ышел на поединок с отцом. Тогда они схлестнулись в жестокой битве :-Повелитель, ничего не нужно-ответил Паша. Именно так, как требовал этого этикет. -это честь -благодарю тебя, Мустафа. Хайретдин Паша,  - обратился Султан к второму Визирю, - нужно забрать это чудовище -сказал Султан, - пусть наши мастера над оружием и ведуны придумают как убить гриффона. Если Эльпида направит этих тварей против нашей армии, то исход битвы известен. – Конечно. Как пожелаете-  ответил Хайретдин Паша, раздумывая над тем, как забрать такое огромное животное во дворец.    Венеция. Покои Оливии   Покои, что находились в теневой стороне дворца, осветило солнце. Это значило, что наступает вечер. Оливия перебралась во внутреннюю  комнату, и удобно расположилась на софе.  Кивнув служанке удалиться, женщина открыла книгу.          Старинный фолиант, который закрывался на железный замок. Обложка пестрила россыпью камней. Здесь золотой краской были выведены буквы: « Дожи Венеции».  Книга содержала информацию о всех управляющих семьях.  До Антонио Веньеро правил Пьетро Ландо, перед ним Андреа Гритти. В Венеции правитель не выбирал Дожа и не передавал трон по наследству. После смерти действующего Дожа собирался совет из четырёх знатных семей, и выбирали голосованием следующего правителя из присутствующих. Оливия читала очень внимательно и запоминала мелкие детали, такие как: кто входил в совет знати, кто были их дети, как становились правителями претенденты.  Она понимала, что скоро, имя её сына запишут в эту книгу.          Себастьян ворвался в покои, словно разбушевавшаяся морская буря. Не постучавшись и не оповестив перед приходом, мужчина начал свою речь с порога. Он тяжёлыми громкими шагами прошёл к матери поближе и вынудив её встать, произнёс взволнованным тоном. - Мама, собирайся. Мы уезжаем.          Оливия не успела дочитать страницу, где писали о семье Пьетро Ландо. Услышав стук кожаных сапог сына, она отложила фолиант в сторону. После,  закатив глаза под лоб, свела брови к переносице, сопровождая это тяжелым вздохом. Женщина выпрямила спину и сложила руки перед собой. Мать Себастьяна стала. Она была одета в ярко-красное пышное платье. Лиф расшит узорами бардовой ткани. Верхняя часть платья украшена плетёными веточками и цветочками, у которых в качестве сердцевины алмаз. Светлые волосы собраны в прическу и украшены диадемой с рубином в центре.          - Но что случилось? – недоумевая, произнесла Оливия. Она взяла руки сына в свои и отметила, что они холодны. Себастьян про себя оценил восхитительный наряд матери. Он совсем не думал о внешнем виде. Его карие глаза искали спасения. Мать взяла его мужественные  руки в свои. Мужчина на миг прикрыл карие глаза и ответил ей: - Это всё я виноват. Я изменил жене. Ты это знаешь – Себастьян тяжело вздохнул и, глядя в мамины глаза, которые в данную минуту полнились теплом и заботой, рассказал ей всю правду. Он опустил тот момент, где Паолина обвинила Оливию в преступлении. Сейчас это не имело ни малейшего значения. Паолина скоро уедет, и эта история останется только в его памяти, как и любовь к девушке.          Оливия внимательно выслушала сына, не выпуская его рук. Поджав губы, женщина покивала головой. Куда они поедут? Как будут жить? А её мечты? Себастьян должен был стать следующим Дожем. В чем дело? Где она просчиталась, ведь всё шло по плану. Этого сказать сыну она не могла. Оливия обязана поддержать Баша. -  Не волнуйся, сынок – заверила его женщина, ее карие глаза уверенно смотрели на Себастьяна.- Я что-нибудь придумаю. Мы уедем, собирай вещи. - Мама, но куда мы поедем - Мы поедем в Стамбул, к Сессилии – изрекла Оливия. Она и не ожидала, что жизнь так повернётся. Оливия ненавидела падчерицу всем сердцем и душой. Она продала её с радостью османам, даже не удосужившись узнать, что с ней будет. Её могли казнить за побег. По правде сказать, Оливия именно на это и надеялась. А сейчас женщина вынуждена просить принять их во Дворце. Себастьян такой новости был несказанно рад. Османска Империя. Стамбул. Топ капы Покои управляющей гаремом.        - сестра, как ты? - произнес Селим, поставив позолоченный кубок со шербетом на стол. -я в порядке, Селим. Мне лучше -  ответила Михримах, сделав глоток чая с ромашкой. За несколько дней болезни султанша постарела: в холодных глазах больше не было того остального блеска, золотистые волосы утратили лоск, в  них просела седина. Голос надломился и стал грубее. Возле носа пролегли морщины. - Может стоит съездить в лечебницу Айше Хавсы? - предложил султан, он переживал за сестру. Но Михримах отмахнулась. Она считала  себя вполне здоровой. - я в своём уме, повелитель - резко произнесла Михримах. Она вскочила  с софы. В утреннем свете её фиолетовое платье без излишеств блеснуло. Молодая женщина поставила руки на бок. - Я не сумасшедшая - в которой раз вторила султанша, как бы уверяя больше себя, чем кого-либо. - тише - встал Повелитель и подошёл поближе к Михримах. Он взял её за плечи и взглянул в глаза: -  Я просто предложил, Михримах. Без твоего согласия никто не посмеет выслать тебя.  - он дотронулся до лба женщины. Селим понял, что у сестры жар. В эту же секунду Султанша пошатнулась - Ты же вся горишь, сестра. У тебя жар  - Повелитель подбежал открыл двери и приказал позвать лекаря. Верна Дильшах Хатун отдала полномочия Назлы Калфе и занималась только Султаншей. В этот момент она стола у дверей и ждала приказа господ.        Султан очень печалился подобному состоянию сестры. Они не были близки с самого детства. Михримах любила больше всего Шехзаде Баязида, но она продолжала являться сестрой Селиму.         Повелитель ввернулся в покои и сел у изголовья Михримах. Он видел её лицо, искажённое болезнью. Он слышал хрипы и тяжелое дыхание. Его сознание полнилось болью, а из глаз текли слёзы. - Сестричка, прошу тебя, выздоравливай поскорей – он обнял сестру. Лицо Госпожи озарила улыбка. Она ласково погладила мужчину, и отметила, что он отрастил колючую бороду. Нежные слова поразили Рустема, ведь они предназначались не ему: - Рустем, ты пришёл – сквозь слёзы шептала Султанша,-  в порядке. Не беспокойся, любимый – бредила Госпожа.        Селим приглашал самых лучших целителей, самых искусных врачевателей, но ни один не смог помочь Госпоже. Руки опускались и Султан больше не знал, как помочь сестре.        В это время  тяжёлые двери отворились, и в покои вошла лекарша. Она поставила чемодан на прикроватную тумбочку. Селим рассказал причину и удалился, позволив лекарше провести осмотр в полной мере.         Спустя некоторое время Султан вошёл в покои не один, а с Нурбану Султан, которая поддерживала своё зелёное платье. Назлы Калфа услышала от девушек, что Михримах стало хуже, и сообщила своей Госпоже. Нурбану сразу же направилась поддержать сестру Султана. Заходя в покои управляющей, краем глаза Султанша заметила семенящую Турхан Султан, которая была облачена в изящное красное платье. Но этот цвет не входил в число любимых Султаншей. Турхан часто в гареме можно было увидеть либо в белом, либо в чёрном. Михримах даже говорила, что женщина облачается в белое, чтобы скрыть свои грехи, ведь она сущий дьявол. Михримах сама выбрала Турхан и подарила её ту жизнь, что она имеет сейчас.        - Как Михримах Султан? – спросил Селим, держа за руку возлюбленную. Он и не замечал в последнее время, как преобразилась Нурбану. Она была  очень красивой: её золото-зелёные глаза светились любовью и счастьем,  черные реснички прикрывали большие глаза. Её фигура с годами стала немного полнее и формы налились, однако это прибавляло  Госпоже лишь красоты. Селим подумал, что давно не приглашал любимую жену в покои и решил после ужина позвать её.        - Она очень слаба, Повелитель. Госпожа на грани жизни и смерти.        - Делайте всё, чтобы моя сестра жила – приказал Селим. Он поцеловал любимую Нурбану и покинул покои, встретившись у входа с Турхан Султан. Они не произнесли ни слова.         Турхан Султан  стояла и смотрела вслед уходящему Султану. Они растили сына, но была ли любовь? Султан, будучи Шехзаде, принимал несколько раз Турхан. А после вновь вернулся к Нурбану.        Когда девушка попала в рай к Шехзаде, она думала, что это навсегда. Нурбану  в то время была в ссылке. Селим был зол на неё и согласился на уговоры сестры, которая предлагала ему отдохнуть и развлечься. Попав в рай Шехзаде, она влюбилась в него. Рыжеволосый, голубоглазый молодой юноша. Он был нежен, ласков с ней. Наивная Турхан решила, что Нурбану в прошлом. Но скоро её сказка закончилась. Её соперница вернулась из ссылки, и Турхан оказалась не нужна Селиму. Про неё забыли, выкинули, словно ненужную игрушку.        Нурбану вернула себе место подле Шехзаде Селима. Она стала управляющей гарема в Конье. Вскоре Турхан забеременила и решила, что Селим снова вернётся к ней, но её наивные девичьи мечты разбились о суровую реальность.        Когда женщина родила мальчика, Шехзаде подарил ей поместье в Конье и послал целых три сундука подарков. После этого Селим общался только с сыном, игнорируя третью жену. Всё что ей доставалось – это обсуждения достижений сына. Турхан уже привыкла к безразличию Султана.  Но снова Нурбану не оказалось рядом с Селимом. Она сбежала в Венецию, и Шехзаде вновь обратил внимание на Турхан, а когда та появилась, то забыл жену, хоть и пытался быть внимателен к ней и справедлив.  В последнее время женщина замечала, что при мыслях о Господине, её сердце больше не «ёкало». Любовь прошла и подарила Турхан Султан долгожданный покой.        Сейчас её волновал больше Шехзаде Коркут, на которого женщина возлагала большие надежды в будущем. Проводив мужа за угол взглядом, Турхан вошла в покои управляющей, где Нурбану сидела у ложа сестры Султана и поила её лечебным отваром.        Султан подходил к своим покоям. Терзания в его хрупкой душе продолжались. Селим понимал, что надежды на выздоровление сестры мало. Угрюмо опустив голову и заложив руки за спину, Повелитель вошёл в покои, где полным ходом шла уборка и подготовка к ужину. Назлы Калфа следила за порядком и исполнением приказов. - Нилюфер, цветы лучше в середину стола поставить – послышался строгий голос калфы. Девушка торопливо исправляла ошибку, отчего цветы упали и ваза разбилась. - Ну, аккуратнее – спокойно помогала собрать осколки от вазы Назлы. - Повелитель – произнесла служанка, и они поклонились. Селим поднял вверх руку. Это значило, что нужно продолжать работу и не отвлекаться. Сам Султан отправился на террасу.        Его мысли занимало одно решение, которое Султану предстояло принять относительно Глафиры. Девушка находилась в его власти уже долгое время. Пленённая, обиженным шехзаде Селимом ( на то время юноша был Шехзаде), который даже не думал о последствиях, она оказалась в руках Султана ( стал, когда вернулся домой после пленения) игрушкой. Селим мстил ей и её семье за своё заточение и лишение свободы. Но понимал, что поступил безрассудно и необдуманно.        Похищение Глафиры развязало войну с Эльпидой. Ах, если бы он мог знать, к чему всё это приведет. Селим поймал себя на мысли, что потерял интерес к Глафире. Она надоела ему, теперь только Нурбану занимает все его мысли. Он вновь, в который раз, воспылал необъяснимой любовью к Султанше.        Но что же делать с пленницей? Он не может отпустить её, иначе Эльпида объявит всему миру о своей победе. Все станут презирать Османскую Империю за слабость и самодурство Султана. Народ даже может ополчиться на Правителя. Но и жить просто пленницей родовая Принцесса не может. Селим уронил голову в руки и тяжело вздохнул, прикрыв веки.   Бурса. Покои Махидевран Султан          Светлые протёртые занавески скрывали солнечный свет, исходящий от многочисленных окон. Комната утопала в полумраке. На тахте с пяльцами в руках сидела седовласая женщина. Она вышивала нежный цветок на светлой салфетке. Стежки ложились ровно и податливо.        В голове Махидевран Султан роились весьма недобрые мысли. Она мечтала отомстить семье покойного Султана Сулеймана за смерть сына. Шехзаде Мустафа был смыслом её жизни. Мир Султанши крутился вокруг своего первенца. Когда его убили, женщина пообещала себе, что отомстит за предательство и годы страданий. Но Султан Сулейман покинул этот мир. Кому теперь мстить? Некому. Но одно Султанша знала точно – эпоха скоро сменится.         В покои вошла Разие Султан с привычным бокалом красного виноградного вина, беспощадно вырывая мать из раздумий. На прошлой неделе Султанша приехала навестить мать. Её муж – Мурад Паша – наместник Египта позволил ненадолго навестить Валиде. - Мне сообщили, что Альруз Шах  и Айше Хюмашах уже в Манисе. через неделю они прибудут в Столицу – произнесла елейным тоном Султанша. Она вспомнила, как счастливо и весело провела время с сестрой и племянницей. Она полюбила Айше Хюмашах и помирилась с Альруз. - Прекрасно – печально произнесла Махидевран. А ведь к ней Альруз так и не приехала. Она скучала по найденной дочери, мечтала хотя бы раз прижать её к сердцу, вдохнуть аромат волос. - Мама, ты скоро увидишься с сестрой. Обещаю тебе – присев перед Госпожой на корточки, произнесла Разие. Её руки держали ладоши Махидевран . Когда-то также она смотрела брату в глаза и обещала выйти замуж за Мурада. Она сдержала своё обещание. А сейчас заверила мать. Разие сделает что угодно, лишь бы мать увидела Альруз.        - Я очень жду того момента – устало проговорила Махидевран, и стёрла с глаз слезинку. – Как наше дело? Мурад Паша собирает армию? - Собирает, Валиде, но … - Разие видела, как слаба здоровьем Махидевран, но не могла утаить от неё проблемы. Султанша вновь тяжело вздохнула, она понимала, что после казни сына втереться в  доверие Пашам будет очень сложно и была готова к отказам. - Не переживай за меня, Разие. Говори как есть. Обещаю, я выдержу. - Не все соглашаются на восстание. Многие отказываются, даже смерть им не страшна. - Тогда шантажируйте смертью близких. Я  не могу потерять ещё и внука – стальным голосом отчеканила Султанша. Она вспомнила те счастливые дни, когда Шехзаде Мустафа был ещё жив, и его фаворитка Сечиль Хатун родила девочку Кесем Султан и мальчика. Мальчика Махидевран и Мустафа спрятали, и не зря, как видимо. Остальных детей спасти не удалось, хотя бы Осман будет жить. Мустафа просил мать оставить внука в покое в случае его смерти. Мальчика назвали Османом. Шехзаде жил в приёмной семье. Сечиль и Мустафа навещали малыша, а Кесем Султан опасность не грозила. Она росла во дворце рядом с бабушкой и отцом. После смерти сына Махидеран навестила мальчика, она рассказала ему всю правду и познакомила с Кёсем Султан. - Шехзаде Осман еще ребенок. может быть есть другой путь? – попыталась, в который раз, отговорить мать, Разие Султан. Она была против того, чтобы маленького мальчика, её племянника использовали в таких серьёзных делах. - Другого пути нет, Разие и точка – Султанша сделалась твердой и жестокой. Она жаждала занять трон, пусть даже используя внука. - Когда я стану регентом, то решу проблему с Мурадом пашой. Я освобожу тебя от этого брака. – произнесла Махидевран теперь уже сама сжимала ладонь дочери. Она знала, как Разие ненавидит мужа и мечтает от него избавиться. Ведь вышла замуж лишь ради брата. Тогда они не сообщила даже в столицу, и скрыли это от Султана.         Спустя несколько месяцев в Стамбуле узнали о тайной свадьбе Разие Султан и Мурада Паши. Султан Сулейман так разгневался на дочь и приближенного, что отослал их на задворки Империи, сделав Мурада Пашу наместником Египта.        Султан Сулейман являлся Разие Султан отцом, но сильного притяжения и любви Госпожа не испытывала к нему. Султанша любила мать и брата, а больше никого. Сейчас у неё родилась дочь – прекрасная Айлин Султан. Она имела ясные голубые глазки и тёмные волосы, доставшиеся ей  от обоих родителей.        - Как Вам будет угодно, мама – согласно закивала Разие, сделав последний глоток из бокала. В этот момент  покои вбежала двухлетняя Султанша в красивом розовом платьице. На её губах сияла улыбка. Девочка расправила руки в стороны, чтобы вбежать к бабушке в объятия. - Моя родная – с улыбкой постаревшая Махидевран захватила, словно в плен, внучку. С течением лет и от радикальных потерь, Махидевран очень сильно изменилась: на лице пролегли морщины, глаза впали и осунулись от постоянных рыданий, волосы окрасила седина. Женщина отказалась от украшений и изысканных причёсок. Она одевала самые простые платья и заплетала волосы в пучок. Руки её огрубели, кожа состарилась. Теперь сложно было разглядеть в ней Султаншу.        Кёсем Султан и Шехзаде Осман с Разие Султан только грели её душу теплом. Она хотела жить ради них и мести. Она мечтала вернуть былое уважение и славу. Она уничтожит семью Селима: Шехзаде Осман сядет на престол, а Махидевран Султан будет регентом. Лаская любимую внучку, Госпожа обдумывала свои действия.