Тихо

— Не пинайся. — Прости. Кун Лао повертел головой, укладывая ее на твердую подушку поудобнее, и вздохнул. За окном накрапывал дождь. Совсем маленькие капли легонько стукались о стекла окон небольшого дома и стекали по стенам вниз. Уютно, но ненадолго. Буквально несколько минут назад на улице чуть подуспокоился страшный ливень, что бушевал, наверное, во всей провинции уже с неделю и не думал заканчиваться. Скоро опять шибанет. Рейден медленно лег на левый бок и подложил под подушку руку. — У тебя ноги холодные, — сказал он тихо. Кун Лао хмыкнул. Во всей комнате в целом было прохладно (спасибо ужасной погоде), но синее одеяло помогало хоть как-то согреться. Жалко, что оно только одно — приходилось постоянно перетягивать его на себя. Потому что они с Рейденом лежали в одной кровати. Вальтом. — Давай я их тебе под футболку засуну? Согреются. — Отстань. Я спать хочу. Они жили вместе. В доме рядом, но крыша там прохудилась настолько сильно, что его буквально затопило. Кун Лао бы посмотрел, что можно с ней сделать, но сумел только попасть под поток воды с потолка и искренне обалдеть. Остались они без дома, в общем. Не навсегда, но на какое-то время, поэтому мадам Бо приютила их у себя. Проблема была только: лишняя койка нашлась одна, а что Кун Лао, что Рейден, донельзя широкие. Приходилось ютиться, чуть ли не утыкаться носом в чужие загорелые пятки и бухтеть, как дед Ли с соседней улицы. Рейден вовсю жаловался хриплым голосом на усталость и угрожал спихнуть на пол. Он жутко хотел спать, но не мог из-за дождя и комплекции того, с кем делил кровать. Кун Лао тоже мучился. Смотрел в темный потолок, сложив руки на груди, и старался лишний раз не двигаться, а то принцесса на горошине Рейден снова начнет возмущаться. Вообще, он не особо хотел спать. Десять вечера на часах, но он весь день просидел дома и не работал, потому и не вымотался. Рука сама потянулась к чужой стопе. Ладонь коснулась пятки, пальцами руки Кун Лао потер пальцы ног Рейдена. Они у него тоже прохладные. И дрогнули с непривычки. — Что ты делаешь? — Мы все равно заснуть не можем. Давай займемся сексом? — А? Рейден замер. Потом приподнялся и в темноте едва сумел разглядеть очертания лица Кун Лао. Тот ухмыльнулся, прищурив глаза, и подобрался ближе. Скомкал в процессе всю простыню, коснулся оголенного из-за мятой футболки плеча и сказал вполголоса: — Давай, а? Мадам Бо не услышит. — Она нас с самого детства тренирует, ты думаешь, она не услышит, как ты стонешь? — На улице дождь, а она спит, — пальцы плавно заскользили от плеча к предплечью. Кун Лао лег рядом, Рейден повернулся к нему лицом. Нахмурился, и внезапная вспышка за окном — молния — позволила увидеть, как он чуть-чуть, совсем капельку смущенно глядел в глаза. Он хотел. Кун Лао бы не настаивал, если бы тот был против, а так выдалась прекрасная возможность побыть… еще ближе, чем есть сейчас. Во время дождя, в тесной постели со скрипучим матрасом — все это подарит новый потрясающий опыт и сногсшибательные ощущения. — Только тихо. Кун Лао кивнул. Подвинулся ближе, подальше от края кровати. Закрыл глаза и прильнул, приоткрыв рот. Рейден огладил его щеку и скулу, коснулся уха и переместил ладонь на затылок. Он такой мягкий. Теплый, податливый. Вкусный. Свой. Родной, перебирающий подрагивающими пальцами жестковатые волосы на затылке и целующий медленно, пока слабый дождь за окном в очередной раз за ночь превращался в жуткий ливень, в целую плотную стену из воды. Так хотелось прижаться теснее, ощутить всем телом, но дальше уже некуда. Матрас начал жалобно поскрипывать, заглушая тихие чмоки. Рейден уже не хотел спать. Хотел большего, двигал бедрами и выгибал спину, шумно сопел и хмурил брови. Ему, молодому парню, чтобы возбудиться, хватало самого малого: хрипловатый шепот, мягкие касания и близость теплого тела — и в результате Рейден поддался. Не устоял, поплыл, словно сам попал под мощный ливень. Дождь за окном усилился. Кун Лао просунул руку Рейдену под просторную футболку. Тот приподнял брови и простонал в рот, мазнув языком по нижнему ряду зубов, когда широкая ладонь ощупала бок и двинулась к спине; погладила позвоночник и опустилась вниз. К белью. В комнате стало невероятно жарко. Воздух будто загустел, перемешавшись с едва заметным запахом геля для душа; с шумом капель дождя, ударявшимися о стекла окон, воедино сливались звуки причмокивания. От этого возбуждение росло, собиралось теплым комком внизу живота — каждый раз, как их с Рейденом влажные губы касались друг друга, Кун Лао словно совсем слабо било током. Любое прикосновение Рейдена распаляло, что аж в кончиках пальцев покалывало: темно, горячо, желанно и так рискованно заниматься сексом дома у того, кто может услышать взмах крыла бабочки. Но это подстегивало. Побуждало стянуть белье, исцеловать не только пухлые губы, но и все лицо; двигало к тому, чтобы обхватить ладонью отвердевший член, размазать выступившую смазку и тихонько постанывать в унисон с дождем. — Кун Лао… Рейден охнул. Просунул руку, чтобы обласкать тоже, закинул длинную ногу на крепкое бедро. Так нежно прошептал имя, что сердце затрепетало. И вообще все вокруг было нежным. Романтичным, медленным, тягучим и уютным даже несмотря на отвратительную погоду и тесную кровать. Кун Лао любил Рейдена, Рейден любил Кун Лао, оттого они так неспешно целовались и помогали довести друг друга до заветной разрядки. Медлили, чтобы распробовать, дать удовольствию растечься по венам и разлиться дальше. Скрипнула дверь. Рейден моментально потянул одеяло и зажмурился. Оно распласталось по постели и скрыло оголенные участки тел. Зашла мадам Бо. Они замерли. Кун Лао почти утыкался своим носом в кончик носа Рейдена, держа руки на нем под плотной тканью. От испуга он едва дышал: вблизи мадам Бо, в этой ситуации, запрещено громко сопеть, иначе она услышит и все поймет. Она медленно вошла в комнату и прошла в дальнюю ее часть, к окну, где стоял комод. Выдвинула первый ящик и стала там что-то искать. Возможно, крем — от такой погоды у нее часто болели колени. Так стыдно. Очень стыдно. Хочется продолжить, но неловко до ужаса, хотя… это ведь не его вина. Кун Лао не знал, что мадам Бо проснется. И придет сюда в самый разгар… в самый разгар. Как ей потом в глаза смотреть? Как тренироваться? Как обедать у нее? Какой кошмар, нужно было постараться заснуть! Лечь на пол, возможно, или еще что… Но уже поздно. Необходимо просто переждать. Не потерять запал и дождаться, когда она уйдет. А пока стоит лишь лежать и не двигаться. Да, хорошая идея, и она чуть-чуть поубавила дикое чувство стыда за свое дурацкое предоставить расслабиться в чужом доме прямо посреди ночи. Ну а что поделать? Молодой организм хочет ласки. Кун Лао мысленно ударил себя по лбу, а потом вдруг крупно вздрогнул. Рейден сжал ладонь вокруг его члена, вызвав новую волну дрожи по телу. Внизу прошибло горячим — возбуждением вперемешку со стыдом и боязнью быть застуканным, — и рука продолжила поглаживать влажную от смазки головку. Черт! Кун Лао едва сдержал шумный выдох на грани со стоном. Нельзя подавать виду, нужно держаться… но так тяжело. Рейден уверенно двигал кулаком по стволу вверх-вниз, лежа с безмятежным выражением лица — только ресницы подрагивали. Он был заведен, надрачивал сам себе и ласкал Кун Лао, ничуть не стесняясь, вел себя так, будто ничего такого не происходило. Ему не было неловко, наоборот, он был на грани оргазма, но при этом не палился, лежа почти неподвижно. Балбес, пронеслось в голове, когда Кун Лао поджал губы. Сердце стучало так сильно, что он даже не слышал, как мадам Бо закрыла ящик. У него наверняка покраснело все лицо, он вспотел, жмурился, мокрый, как мышь. Еще чуть-чуть, еще немного, и… Мадам Бо вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь. Кун Лао моментально закрыл рот рукой, и за окном где-то вдалеке грозно прогремел гром. Пальцы на ногах поджались, он запачкал ладонь Рейдена вязкой спермой, когда внезапно кончил. Бурно, так, что ему пришлось сцепить зубы. Негативные ощущения тут же смело резкой волной наслаждения, оргазм накрыл с головой так же неожиданно, как и тот самый поток воды с потолка дома — в том случае, правда, было очень неприятно. — Что это было? Когда Рейден довел до разрядки и себя, то стянул с себя футболку и вытер семя, и свое, и чужое, об нее. Облизнул губы кончиком языка, хитро сощурился, думая, что бы ответить. — Мой способ расслабиться. Понравилось? — Я чуть не поседел! — шикнул на него Кун Лао, перевернувшись на спину. — А если бы мадам Бо услышала? — Ну мы же тихо были, — Рейден лег рядом. Сиротливо пристроился на свободном участке матраса и приобнял. — Раз она ничего нам не сказала, то все хорошо. — Утром посмотрим, как тихо мы себя вели.