веточка лаванды

— Фруктовый омега! Юнги поднимает голову с подушки и улыбается. Чимин закрывает глаза и закрывает дверь за своей спиной. — Я пришел за информацией. — О, информация… Юнги подходит к парню вплотную, смотрит в глаза, скалясь словно дикий зверь, и припечатывает младшего к стене. — Малыш хочет получить информацию? — Юнги улыбается, проводит тонкими пальцами по нежной щеке Пака. — Что я получу взамен? — Ты не в том положении, чтобы что-то требовать. Чимин одергивает руку Юнги, толкает того. Он ненавидит его, потому что Юнги — враг, убийца. Он его не переносит, хочет уничтожить, но в то же время понимает, что без Мина он не сможет получить важную информацию. — Малыш, — Юнги рывком прижимает Чимина к стене, держит его за шею, а Чимин чувствует дыхание на своей шее и аромат мяты. — Ты слишком сладко пахнешь. Юнги не любит парней, предпочитает девушек-омег, но этот цитрусовый омега очень заинтересовал его. Кажется неподступным, но так даже интереснее. Чимин пытается двинуться, но Юнги упирается коленом между ног Пака, лишая возможности пошевелиться. — Когда предложишь мне что-то интересное, я подумаю над тем, чтобы рассказать тебе что-нибудь интересное. — Ублюдок, — рычит Чимин. Юнги сжимает волосы парня на затылке, оттягивает их, тем самым заставляя Чимина запрокинуть голову назад. Чимин хочет оттолкнуть Юнги, снова сковать его руки наручниками, чтобы его блядские пальцы не касались его лица, но он продолжает стоять, прикованным к стене, вдыхая еще больше дикой мяты. — А теперь проваливай, сладкий. Юнги отходит от парня и толкает язык за щеку, вскидывает брови, смотря на потерявшегося омегу. Чимин отталкивается от стены, презрительно смотрит на парня а потом выходит, оставив после себя шлейф аромата цитрусовых фруктов. * * * — Воу, цитрусовый омега! Сегодня твой запах еще сильнее и насыщеннее обычного. Неужели скоро течка? — Заткнись! — рявкает Чимин и подходит к парню. Юнги встает с кровати и подходит к парню. Юнги знал, что омега вернется, потому что у него не было выбора. Нужную информацию может дать только Юнги, потому что он знает гораздо больше тебя, что играет на руку Чимину и остальным военным. А Чимин слишком хороший и преданный мальчик. Юнги смотрит в глаза, закусывает губу, вдыхает аромат апельсинов. — Уже придумал, что можешь мне дать? — По морде могу тебе деть. — Ответ неверный. Чимин снова не может пошевелиться. Юнги так влияет на него. Чертов убийца и дикая мята, заполняющая легкие. Юнги скользит взглядом по напряженному лицу омеги, облизывает пересохшие губы, а потом Чимин дергается. — Тише, малыш, — низко шепчет Юнги, смотрит, как тонкая струйка крови стекает по шее, скрывается под воротов формы. — Будешь хорошо себя вести — будет небольно. Юнги собирает пальцами кровь и облизывает их, все так же скалясь. Все должно быть не так. Чимин должен управлять им, но все наоборот. Чимин — зверек, загнанный хищником в тупик, а Юнги — хищник, который сожрет Чимина. Он уже делает это. — Сладкий, — цокает Мин, вынимая пальцы изо рта. — Жаль, что меня не интересуют парни. — Тебе повезло, потому что ты и Т/и можете быть полезными, — произносит Чимин, чувствуя жжение в области пореза, он закрывает глаза, сглатывает, а Юнги продолжает давить на свежий порез. — И? Продолжай. — Ты будешь под наблюдением и будешь помогать армии, а потом тебя будут судить. — Хороший мальчик, — шепчет Юнги в губы омеги, сильнее сдавливая его шею. — Но меня это не интересует. Мне плевать, что со мной будет, как ты уже заметил... Лицо меняется, становится мрачным, шоколадные глаза смотрят прямо в душу Чимина, он видит в них свое отражение. Он выглядит никчемным, слабым, подавленным. Невольно вдыхает запах дикой мяты и давится им. Мяты слишком много, а здравого смысла слишком мало. У Чимина впервые такое. Впервые не может ответить, он даже пошевелиться не может. Юнги так на него влияет, сбивает с толку. — Будешь выпендриваться, — шипит Чимни. — Сдохнешь здесь прямо сейчас. — Да? Я сомневаюсь в этом, — Юнги проводит окровавленными пальцами по щеке омеги, пачкая ее в крови. — Если бы хотел это сделать, то не стоял столбом. Если тебе нечего сказать, то проваливай, я хочу спать. Юнги поглубже вдыхает воздух, пропитанный апельсинами, и отходит от омеги, предоставляя ему возможность скрыться. У Чимина кровь на шее, рана щиплет, а от достоинства откололи кусок. Чимин ненавидит альфу всем сердцем, презирает его, но мята не исчезает, заполнила легкие и осела на стенках, а глаза Мина не выходят из головы. На следующий день Чимина назначают ответственным за Юнги и в его обязанности входит присмотр и контроль. Чему Чимин не рад. Могли назначить кого-нибудь другого, но назначили именно его, а это намек на то, что Вселенная играет против него на стороне Юнги, который уже в курсе всего происходящего. — Вкусно пахнет, — первое, что слышит Чимин, когда входит в комнату Юнги. — Неужели течка? — Может хватит играть со мной? Говори! — Что ты хочешь услышать? Юнги снова издевается, смеется, заставляя злиться еще сильнее. Чимин открыто злится, совсем не скрывая этого. Пак еле на ногах стоит, но стоит до последнего. Он отказался от выходного, чтобы пережить первый день течки, направился к Юнги, чтобы наконец выбить из него информацию. Но течка его подставляет, а взгляд альфы становится темнее. Юнги хочет вышвырнуть омегу за дверь и закрыть ее прямо перед его носом, чтобы не соблазнял своим сильным запахом, которого для Юнги становится слишком много. — Проси, что хочешь, — произносит омега, отрывая взгляд от пола. — Только скажи, как незаметно пробраться на южную базу. — Чего же я хочу… Юнги встает с кровати и медленно подходит к Чимину. В нос бьет дикая мята, заполняет легкие, не встречая на своем пути никакого сопротивления, а мысли Чимина путаются окончательно. Он тысячу раз пожалел, что пришел сюда именно сегодня, но ничего уже не изменится. Альфа останавливается в шагах от нее. — Готов отдать себя? — Юнги усмехается, смотря как глаза омеги становятся шире, делает шаг и прижимает омегу к двери. — Слишком соблазнительно. Не хочу отдавать тебя другим. Ну что? Убежишь и в этот раз? Или всё-таки сделаешь вклад в победу армии? — Я не шлюха! — Чимин пытается показаться стойким, но получается сипло и тихо. — А тебя так никто не называл, — улыбка стирается с лица Юнги. Он слишком долго этого ждал, а теперь цитрусовые в его легких и тормозов больше нет. — У тебя нет выбора, сладкий, — Юнги вплотную прижимается к омеге, дышит тому в губы и диким зверем скалится. — И шансов у тебя тоже больше не будет. Юнги хватает Чимина за волосы, толкает на кровать и нависает над ним. Омега потерян, слаб и испуган. Чимина учили быть стойким перед врагом, но перед Юнги он дает слабину. Юнги опасен, перед ним Чимин не может держать позицию сильнейшего. Юнги подавляет его. — Ну что, — Юнги выдыхает в пухлые и влажные губы. — Поиграем?