В поисках жреца

Со стороны могло показаться, что огромное поместье семьи Павловских — среднивековое отродье, непонятно откуда взявшееся на русской земле. Строение было похоже на замки в Европе, от чего многие соседи воротили нос. Едва ли нашёлся бы кто-то, кто по доброй воле захотел бы направиться туда. Мрачные тёмные стены, украшенные различными скульптурами в виде гаргулий и других низших тварей, высокие и узкие окна с резными ставнями и, наконец, сад. Но нельзя было сказать точно, на что он был похож. Юная Александра была уверена, что это самый настоящий лабиринт. Она не раз хотела прогуляться по нему, но отец, при всей своей любви к дочери, запрещал ей делать это в одиночку. Девушка хмыкала, но никогда не шла наперекор родителю. Князь Павловский был известным патологоанатомом, медицинским экспертом. Его имя часто мелькало в газетах, когда очередное убийство раскрывалось не без помощи талантливого учёного. Нельзя было даже сказать, где он бывал чаще — дома или на местах преступлений. В последние годы в губерниях, что находились недалеко от столицы, участились убийства. Поэтому отец часто оставлял Александру одну. А девушка тем временем никогда не сидела без дела. Чаще всего она зачитывалась книгами, изучала анатомию человека, желая пойти по стопам отца. Едва ли женщину могли серьёзно воспринять в обществе учёных, но Александра не теряла надежды. Она упорно трудилась, помогая отцу проводить экспертизы и вскрытие. Мать поседела бы от ужаса, увидев, как ловко её дочь управляется со скальпелем. К её же счастью, княгиня Павловская уже ничто и никогда не увидит. Александра стояла на небольшой террасе, открывающей прекрасный вид на окрестности, и пила крепкий чёрный чай. На улице было достаточно тепло, чтобы не брать в руки шаль или меховую накидку, хотя погода то и дело предупреждала о наступлении осени. Девушка держала под рукой огромную книгу в кожаном переплёте, в котором рассказывалось о самых разнообразных болезнях, которые уже успели потревожить человечество задолго до её рождения. Она с интересом читала записи очевидцев, рассказывавших о симптомах оспы, чахотки и других мерзостях. И хотя княгиня ни разу не болела ничем серьёзным помимо простуды, Александра желала знать всё, что помогло бы ей в изучении разных болезней. И даже смертей, которые эти самые болезни вызывали. Стараясь держать дыхание ровным, девушка хмурила брови. Небольшие синяки залегли под глаза из-за бессонной ночи, которую она потратила на попытки разгадать тайну смерти помещицы Астратовой. Женщину нашли в ванной комнате без дыхания спустя пару часов после смерти. Никаких признаков насилия, следов яда также не было обнаружено. Вскрытие показало, что желудок помещицы был вспорот изнутри, но никаких колких предметов не было обнаружено. Её организм был чист, как после Великого поста. И как бы отец не бился над её бездыханным телом, понять причину смерти не мог даже он. Из-за небольшой двери показалось заостроенное лицо служанки. Рита тихо просеминила к княгине, комкая в руках чуть грязный от муки фартук.  — Госпожа, — поклонившись, произнесла она, — князь Николай Воронов ожидает встречи с вами. Лицо княгини тут же просияло от радости.  — Передай ему, что я жду его здесь, Рита, — ответила Александра, мило улыбаясь служанке, от чего у той щеки покрылись румянцем, — и сделай, пожалуйста, ещё чаю и тех восхитительных пирожков с брусникой, которые я люблю. Рита кивнула, после чего, поклонившись, поспешила обратно в дом. Александра проводила её взглядом и снова повернулась спиной к двери. Почти сразу после ухода Риты появился Николай. Он был одет в темно-зелёный мундир, а на поясе можно было увидеть ножны с саблей. Почему-то именно такой вид оружия предпочитал друг детства юной Павловской.  — Душа моя, я так рад вас видеть, — улыбнулся Николай, блистая зубами, — я смотрю, ваше поместье все такое же мрачное, как и вся суть самого человека. Аккуратно подхватив запястье Александры, он оставил лёгкий поцелуй на тыльной стороне ладони. Девушка улыбнулась ему, слегка смущаясь. Её щеки покрыл девичиц румянец, а губы слегка вздрогнули. Это не ускользнуло от внимательного Николая. Но это была лишь маска. В следующую секунду она набросилась на Воронова с крепкими объятиями. Девушка буквально повисла на нем, желая показать, как ей не хватало его все то время, что он был за границей. Увидев их, люди из высшего общества посчитали бы, что между молодыми людьми полыхает пламя страсти и любви, однако все было совершенно иначе. Александра никогда не считала Николая тем самым мужчиной, который поведёт её за собой в лучшую жизнь. Вместо этого девушка предпочитала читать научные журналы, нежели грезить о Воронове. Ещё будучи подростками они поклялись друг другу хранить их дружбу до скончания времен, никогда не переходя за грани. Князь уважал её решение и никогда не переступал рамки дозволенного, хотя Александра могла поклясться, что не раз замечала, как тот тихонько наблюдает за ней, прикрываясь чтением книги. Девушка прекрасно понимала, чем это может обернуться, потому держала мужчину на расстоянии. Николай сперва опешил, не ожидая такого порыва от княгини, но в следующий момент крепко прижал её к себе, окольцевав её талию своими руками. Так они простояли пару минут, наслаждаясь долгожданным воссоединением. Воронов был в командировке, которая отняла больше двух месяцев, а потому о встречах с подругой даже и речи быть не могло. Обладая искусным умением договариваться со всеми на выгодных для него условиях, Николай быстро продвинулся по службе, а потому через несколько лет получил место в посольстве и ездил на различные дипломатические встречи.  — И чем закончилась ваша деловая поездка? — поинтересовалась Александра, когда они сидели за небольшим плетеным столиком, поедая пирожки с брусникой. Николай весь вымазался начинкой, чем вызывал хохот девушки. Она прикрывалась ладонью, дабы не растерять еду, так и наровившую выскользнуть из-за щёк от частного смеха. Князь невольно залюбовался ею, но быстро отдернул себя от явного разглядывания девушки. Александра чем-то напоминала ему младшую сестру Амалию, которая жила в другой стране. Он также заботился о ней, доверял и оберегал, хотя не мог лгать себе и говорить, что все это из-за их дружбы. Нет. Здесь было ещё одно чувство. Более глубокое, чем просто дружеская привязанность.  — Боюсь, что дело дрянь, — выругался Николай, совершенно не смущаясь присутствию дамы, — турки наровят напасть на нас в ближайшие пару лет. Александра замерла, остановив свою руку над тарелкой, когда та тянулась за новой порцией лакомства. Она терпеть не могла политические интриги, которые велись сплошь и рядом, а потому держалась в стороне, как и её отец. Однако княгиня любила слушать истории о приключениях Николая, которые происходят с ним во время каждой поездки в другую страну.  — Вы думаете, что они осмеляться? — спросила девушка, а её глаза потеряли прежний радостный блеск.  — Султан был яростно настроен против нашей власти, Александра Алексеевна, — серьёзно проговорил Николай, — его терпению подошёл конец. Он собирает войско, активно заключает союзы с Европой. Скоро он ударит по нам. Внутри княгини все сжалось. Она всегда боялась войны. И вот, та пришла на порог её страны. Девушка много читала о том, как прежде велись военные действия. И хотя она не боялась смерти, а изучала её, Александра все равно старалась избегать тем, связанных с кровопролитием на войне. Для неё было легче переносить все в холодной комнате лаборатории отца, чем столкнуться со смертью нос к носу в тёмной переулке или на поле боя.  — Не будем о грустном, — отмахнулся Николай, — лучше расскажите, как проходит ваше обучение у отца. Не успела девушка и рта открыть, как на терассу вновь выглянула Рита. Она была ещё бледнее, словно чем-то болела. Александра всерьёз начинала беспокоиться за её здоровье. Девушка быстро подошла к столу и поклонилась.  — Госпожа, ваш отец просил передать, что сегодня его не будет в поместье, — известила она, — он также просил передать вам, чтобы вы не планировали ничего на завтрашний день. Девушка нахмурилась. Отец не предупреждал её о своих планах или гостях, которых ожидал. Едва ли это было что-то серьёзно. Или?..  — Он не изволил объяснить, почему? — поинтересовалась Александра. Служанка вновь побледнела. Она нервно закусила щеку, словно боясь разговаривать с княгиней. Её поведение давно волновало Алексея Михайловича, но он не мог уволить её. Из-за своего доброго сердца, князь оставил её, зная, что одна лишь девушка сможет прокормить свою семью. Тайком он даже повышал её жалование, хоть и незначительно.  — Никак нет, госпожа, — покачала головой Рита. Княгиня перевела задумчивый взгляд на сад. Он и правда выглядел мрачноватым из-за отсутствия ярких красок. Девушка давно думала о том, чтобы предложить отцу нанять опытного садовника и превратить их мрачное поместье в цветущую резиденцию. Когда Александра приезжала в город, то многие её знакомые интересовались, не завелись ли в их подвале вампиры. Многие считали их дом жутким и не уютным, хотя даже ни разу в нем не бывали. И княгиня никогда не разубеждала их. Пусть лучше они продолжают надумывать себе небылицы, чем станут толпами ездить к ней на кофе.  — Ступай, Рита, — ответил Николай, заметив настороженный взгляд Александры. Когда служанка юркнула в дом, он чуть наклонился к девушке, — с вами все в порядке? Княгиня чуть дернулась, после чего перевела взгляд на Воронова. Тот сидел неподвижно, чинно оперевшись на стол одной рукой, сверля её глазами. Он выглядел задумчивым.  — В полном, — ответила девушка. Откинувшись на спинку мягкого стула, она задумалась над тем, чтобы отправиться в лабораторию отца этим вечером. Ему точно пригодилась бы её помощь при вскрытии тела, которое нашли в переулке столицы этим утром.

***

Карета подошла к зданию судебной экспертизы ровно в три часа дня. Грациозно выпархнув из неё, Александра поправила тёмный плащ, струившийся за её спину, разгладила длинную юбку и поспешила внутрь. Креналин, создающий вокруг княгини своеобразный купол, занимал много пространства, но деваться было некуда: высшее общество требовало соблюдения приличий. А потому девушка вынуждена была сменить свой костюм для верховой езды на темно-зелёное платье. Ступая по мраморному полу, Александра смотрела на все как в первый раз: резной потолок, который украшали прекрасные фрески, колонны, уходящие далеко вверх и множество разнообразных картин и скульптур. Со стороны могло показаться, будто девушка забрела в Зимний дворец. Её проводили до самой двери лаборатории. Таблички на ней не было, но Александра прекрасно чувствовала запах спирта и внутренностей. Значит, отец начал работу ещё до её приезда. Поджав губы, девушка поспешила зайти внутрь. Поежившись от холода, она тут же наткнулась на вопросительный взгляд отца.  — Александра, что ты здесь делаешь? — нахмурился отец. — Я ведь не приглашал тебя. На нем не было фартука для работы. Но как же? Ведь княгиня чётко ощутила запах…  — Боже милостивый, — прошептала девушка, когда её взгляд наткнулся на лежащую на столе молодую женщину. Хотя скорее, на то, что от неё осталось. Живот бедняжки был вспорот, причём так ровно, что можно было подумать, будто это сделал её отец, если бы занимался вскрытием тела. И Александра могла поклясться, что внутри умершей было абсолютно пусто. На щеках женщины были странные символы, вырезанные прямо на коже. Княгиня поморщилась.  — Зачем ты приехала? — широкая фигура отца закрыла от девушки картину ужаса. — Я не звал тебя, Александра.  — Я хотела… помочь, — борясь с тошнотой, проговорила она. — Я думала, что это будет… полезно.  — Тебе нужно на воздух, — мягко ответил отец, желая увести дочь подальше от тела, но та воспротивилась.  — Всё в порядке, — передернув плечами, сказала Александра, — какой из меня выйдет эксперт, если я буду шарахаться от трупов? Алексей Михайлович покачал головой, прикрывая глаза. Он прекрасно знал о стальном характере дочери, но сейчас, по его мнению, был другой случай. Он позвал слугу, чтобы тот отвёл Александру в соседнюю комнату, где можно было присесть на мягкий диван. Девушка последовала за ним, но мысленно она все ещё оставалась в холодном помещении лаборатории. Кто мог совершить такое зверство? Кому было необходимо убивать несчастную, причём так жестоко? Александра поежилась, кутаясь в плащ. Но затем, увидев заинтересованные взгляды слуг, гордо расправила плечи и выпрямилась. Ей принесли крепкий чай. Девушка вдохнула сладкий аромат, после чего расслабилась. Стоило ей прикрыть глаза, как перед глазами возник образ жертвы. Что за символы были на её щеках? Кто оставил их? Мысленно пронося себя по книжным страницам, что она успела прочесть за лето, девушка раздражённо сдала пальцы. Нигде она не встречала подобного. Разве что во времена испанской инквизиции, но и там с людьми обходились приличнее. Отец появился в дверях через несколько минут. Он устало прошёл по комнате, усаживаясь в мягкое кресло рядом с камином. Александра заметила синяки под глазами. Значит, он опять не спал этой ночью.  — Её нашли недалеко от канала, — предвидя вопросы дочери, сказал Алексей, — при ней не было документов, но в карманах юбки мы нашли кошелёк. Значит, это не был грабёж. Да и кому взбредет в голову убивать кого-то с такой жестокостью за пару монет?  — При ней не был ассигнаций? — нахмурилась девушка. Это казалось странным, потому что уже давно тяжёлые монеты заменила лёгкая бумага. Князь покачал головой. Внешне он сохранял спокойствие, но Александра чётко видела его нервозность. Он то и дело сжимал и разжимал пальцы рук. Алексей Михайлович выдохнул, после чего поднялся с места, направляясь к столу. Достав пару листов бумаги, он обмакнул перо в чернила и принялся кому-то писать. Александра была любопытна, но решила остаться на месте, надеясь, что отец сам поведает о том, кому будет адресовано это письмо. Но время тянулось, а князь упорно молчал, строча что-то на бумаге. Александра передернула плечами, ожидая, наконец, услышать от него ещё что-то. Сведения об уликах, образцы, что-то, что помогло бы разгадать мотивы преступника, а возможно и найти его самого. Княгиня сжала ладони в перчатках, следя за стрелками часов, которые тянулись невообразимо долго. Казалось, будто время замедлилось. Наконец закончив, князь подозвал слугу, что-то шепнув ему на ухо. Александра нахмурилась. Что за тайны скрывал от неё отец? Выслушав поручение, слуга зайцем вылетел из комнаты, а затем и из здания: княгиня увидела в окне, как он, оседлав лошадь, понесся куда-то на север. Переведя взгляд на отца, девушка выжидающе вздохнула.  — Я понимаю, что ты хочешь заняться этим делом, Александра, — начал говорить Алексей Михайлович спустя пару минут молчания. — Но я, как отец, не позволю. Это дело не похоже на предыдущие. Убийца жесток и опасен. Я не хочу подвергать тебя опасности. Княгиня ошарашенно смотрела на отца, желая услышать, что это лишь шутка. Глупая шутка. Ведь он не мог запретить ей заниматься криминалистикой? Не мог? Или?..  — Твоё обучение продолжиться, — продолжил он, а девушка с облегчением выдохнула, — но об этом деле ты и думать не должна. Александра хотела было что-то сказать, но только открыла рот и тут же закрыла его. Она не хотела начинать ссору с отцом, хотя и не была согласна с ним. Девушка понимала, что его решение не потерпит изменений, а её попытки сорвать его запрет могут закончиться тем, что она и вовсе лишиться возможности учиться.  — Как вам будет угодно, папа, — чуть улыбнувшись, ответила Александра. Время близилось к позднему вечеру, когда Александра и Алексей Михайлович решили покинуть здание лаборатории. Девушка ежилась от холода, который так незаметно подкрался с севера. Ноги покрывались гусиной кожей, и княгиня успела тысячу раз пожалеть, что не надела тёплые чулки. Голова была полна мыслей. Она никак не могла перестать думать о том ужасе, что настиг несчастную женщину, которая теперь лежала на столе в лаборатории отца. Александра пыталась вспомнить узоры на щеках. Звезда в круге. Значит, это культ, вероятнее, они преклоняются Сатане. Жертвоприношение? Кто вообще будет заниматься подобным? А что, если на самом деле убийцей является кто-то, кто хоть отдалённо, но относится к медицине. Это объясняет идеальный разрез на животе жертвы. Александра зажмурилась, чуть надавив на свои виски, чтобы унять головную боль. Она спускалась по ступенькам широкой лестницы, когда несшийся мимо слуга едва не сбил её с ног. Девушка уже полетела головой вниз, как вдруг чьи-то крепкие руки подхватили её на половине пути к полу. Она резко выдохнула, чуть не обмякнув в руках своего спасителя. Голова неистово закружилась и она подумала, что стоит позвать отца, чтобы тот привёл её в чувства. Подняв голову, Александра взглянула на мужчину. Тёмные волосы, глаза цвета яркого изумруда и усмешка. Серьёзно? Он смеётся сейчас? В такой момент? Именно тогда, когда они так близко, неприлично близко? На лестницу выглянул отец.  — Ох, Александра! Нужно же смотреть под ноги, когда спускаешься, — он поспешно спускался к ним. Какой позор. Девушка хотела было что-то сказать, но не успела. Мужчина опередил её.  — Уверен, княгиня Павловская не виновата в своей неуклюжести, — мелодично проговорил он, — местные слуги не смотрят под ноги, когда ходят с поручениями на своих плечах, а юные дамы имеют обыкновение ветать в облаках. В облаках? Она ветает в облаках? Да что он о себе возомнил? Александра поспешила отодвинуться от него: девушка не обратила внимание на то, что все ещё находилась в его объятиях. Мужчина хмыкнул, но мешать ей не стал. Подняв голову, он взглянул на её отца. Поспешно протянув ему руку, он представился:  — Князь Сергей Романов, Ваше Сиятельство, — мужчина склонил голову в поклоне, — я прибыл из Академии в Румынии на должность вашего ассистента. Александра удивлённо вытаращила глаза на молодого человека. Он был с ней примерно одного возраста. Но уже отучился и стал экспертом? Интересно. Девушка невольно закусила внутреннюю сторону щеки, тихо завидуя его возможности учиться. Его имя… Она точно слышала его имя прежде.  — Да, да, — поспешно ответил Алексей Михайлович, — приезжайте завтра утром. Я расскажу вам о крайне интересном случае, с которым нам предстоит разобраться. Александра закатила глаза. Ей не хотелось думать о том, что теперь её место займёт Сергей. Но правда неумолимо наступала ей на пятки. Отец кивнул ему на прощание, после чего многозначительно посмотрел на дочь и спустился по лестнице вниз, явно намекая, что будет ждать её в карете. И хотя князь придерживался демократических взглядов относительно молодых людей, круживших вокруг его дочери, отцовское беспокойство никуда не девалось. Сергей повернулся к девушке. Она, наконец, смогла спокойно рассмотреть его знакомое лицо.  — Мне кажется или?..  — Кажется, мы… Они одновременно начали говорить, от чего в воздухе повисла неловкость. Но мужчина быстро взял себя в руки, и на его губах заиграла уже привычная улыбка.  — Я сразу узнал вас, княгиня, — наконец, сказал он.