Моё сердце в твоих клыках

Слабо освещённый коридор городской больницы был практически пуст. Изредка проходили врачи. В этой части не было видно пациентов. Быть может, потому, что им здесь быть ещё рано или вообще нечего. Сюда попадают лишь те, кому повезло намного меньше… У дверей в операционную, на лавочке, сидела Райя. Её взгляд был пуст. Стуки сердца были еле уловимыми, а иногда казалось, что их и вовсе не было. Она глядела в одну точку и ждала. Ждала, когда выйдет врач и скажет, что всё хорошо, что всё обошлось, и Намаари жива. Но он всё не выходил… С начала операции прошло уже четыре часа, и всё это время девушка молилась. Молилась всем известным ей богам. Молилась за жизнь подруги. "Подруги ли?" Этот вопрос неоднократно мучал её. Их отношения с самого начала были какими-то не таким. Эти фантазии, мысли и тот поцелуй, о котором так никто и не решился сказать – всё это заставляло Лонг постоянно думать о том, что, возможно, между ними была какая-то химия. "Но бывает ли так?" Конечно, Райя знала, что бывает. Видела в фильмах. Но достаточно ли этого? Ведь в фильмах часто придумывают то, чего не существует на самом деле. Разум девушки кричал о том, что всё это бред и ни о какой любви тут и речи идти не может. Но… Когда её сердце потеряло ритм тогда у дороги, и казалось, что душа умерла при виде окровавленной кхмеры, тогда всё стало предельно ясно. Райя никогда не ощущала ничего подобного. Рядом с этой девушкой ей всегда было необычайно хорошо и уютно. Не так, как с Сису. Это было другое. Точно не дружба… "Неужели любовь? Да бред какой-то… она сочтёт меня за сумасшедшую, если узнает…" Ключевым словом было "если". Таковым оно было во всех смыслах: если выживет; если захочет продолжить общение; если простит; если узнает… Одно сплошное "если". Слишком много неопределённости. А время всё шло. Каждая минута, отсчитанная настенными часами, казалась вечностью. И вот наконец дверь операционной распахнулась. От неожиданности Лонг тут же встала, наблюдая за тем, как медсёстры куда-то везут каталку с Намаари. Она лишь проводила их взглядом, чувствуя, как дрожат ноги. – Простите, мисс! Вы знакомы с этой девушкой? – спросил подошедший врач. – Д-да, мы…учимся в одном классе. Как она, доктор? – Состояние стабилизировали. У неё сотрясение головного мозга, но не критичное. Также имеется перелом правой руки со смещением. Кость мы вправили, но на её восстановление уйдёт чуть больше времени, – мужчина обрисовал всю ситуацию в целом, и девушке немного полегчало от мысли, что Намаари жива. – А к ней сейчас можно? – Она сейчас в триста тринадцатой палате, но скорее всего ещё не отошла от наркоза. Вы можете к ней зайти, но только ненадолго. – Хорошо, спасибо! – Райя уже хотела ринуться в указанном направлении, но доктор её остановил. – Подождите, мисс! – она обернулась. – Мы не нашли её данных в базе нашего города. Она не местная? – Оу, да. Она студентка по обмену из Камбоджи, – слегка дрожащим голосом ответила Лонг. – А имеете ли вы доступ к её документам? Просто нам надо её оформить по всем правилам, но без документов никак, – пояснил мужчина, пожимая плечами. – Мы даже её имени не знаем. – Её зовут Намаари Дара, а документы я принесу вечером, не волнуйтесь! – бросила девушка и, не задерживаясь больше ни на минуту, отправилась к Намаари. Слишком долгим было её ожидание… Палаты сменялись одна за другой, а слишком светлые стены длиннющего, как показалось Райе, коридора сильно давили на мозг, вызывая очередную волну мигрени. И вот, наконец, заветная дверь. Девушка остановилась. Не решалась зайти. Ей было страшно. Она прожигала взглядом табличку "Палата 313". Слышала непонятный шум в ушах. Чувствовала дрожь в коленях. Ей казалось, что ещё чуть-чуть и она грохнется прямо здесь, так и не дойдя до кхмеры. "Что если она она уже очнулась? Что мне ей сказать? Будет ли она рада меня видеть?" Снова вопросы. Снова сомнения. Снова неуверенность. Прошло ещё минут семь, прежде чем Лонг всё же протянула руку к двери, немного её приоткрыв. В палате никого из персонала не было, чему Райя была несказанно рада. Ей вовсе не хотелось объясняться в чьём-то присутствии, если вдруг это потребуется. Она не спеша подошла к кровати, не сводя глаз с лежащей на ней девушки. Перебинтованная голова. Гипс на правой руке. Капельница, присоединённая к катетеру на левой руке. Всё это неприятно отзывалось где-то внутри у виновницы всего этого происшествия и подкатывало неприятным комом к горлу. "Это моя вина…" Смуглая обычно кожа сейчас казалась очень бледной, придавая ещё более нездоровый вид. Райе захотелось дотронуться. Просто убедиться, что она живая. Что в её сосудах всё ещё теплится кровь. И она дотронулась. Это прикосновение током прошлось по венам обоих, причём в прямом смысле. Это ощущение было скорее странное, чем болезненное, но насторожило девушку не на шутку. Все эти странные ощущения после, почти, каждого их соприкосновения всегда были ей непонятны. Она не знала, что так бывает. По крайней мере, никто из знакомых никогда ни о чём подобном не рассказывал. И она не знала, правильно ли это. Или это какой-то дефект? И чувствовала ли то же самое Намаари? Или только она какая-то бракованная? За всеми размышлениями она не заметила, как слегка дёрнулась рука кхмеры в попытках ухватить её ладонь свободными от гипса пальцами. А когда Намаари распахнула глаза, Лонг замерла, не зная, что делать. – Ну привет, dep la! – уголки губ Дары приподнялись в лёгкой улыбке при виде Райи, а глаза блеснули еле заметным огоньком. Девушка вдруг почувствовала, как по венам сильнее зациркулировала кровь. Как тот самый мир, что, казалось, рухнул в момент происшествия, вновь начал оживать. И эти чувства, ощущения накрыли её с головой. Из глаз покатились слёзы, и она припала к груди кхмеры, озадачив её не на шутку. – Прости меня… – сквозь солёные реки произнесла Лонг. – Прости! Прости! Прости! Это всё из-за меня… – Райя рыдала навзрыд, не зная, как остановиться, а у Намаари даже не было возможности обнять её. – Хэй, ну ты чего, принцесса? Всё в порядке! Не вини себя, – её голос звучал мягко, успокаивающе, но недостаточно, чтобы прекратить истерику. – Я боялась, что потеряю тебя… И вовсе не из-за того, что несу за тебя ответственность. Это…это другое… – в перерывах между всхлипами выговаривала Лонг. – Я не знаю, как это объяснить… – И не нужно. Я понимаю. Чувствую то же, что чувствуешь ты. Это нормально, – размеренно отвечала Дара. – Но запомни одну вещь! Ты никогда меня не потеряешь… Она нежно поцеловала её в макушку, и в этот момент Райя почувствовала, как с высоких горных выступов вновь хлынули водопады, наполняя душу прежней жизнью. Что-то в этот момент брякнуло в её голове. Она не знала, что именно, но это что-то заставило её пойти на отчаянный поступок. – Я люблю тебя! – быстро выпалила Лонг, взглянув в глаза кхмеры, и, прежде чем она успела как-то отреагировать, девушка накрыла её губы своими. В этот момент всколыхнулись не только волны внутреннего моря. Казалось, что начал оживать весь оставшийся мир. В душе словно распустились миллионы цветов, заполняя местность своей красотой и умопомрачительными ароматами. Из гущи раскидистых цветущих деревьев вылетели стаи невероятно красивых птиц, затуманивая разум своими песнями. Всё это настолько сильно переполняло Райю, что ей казался этот миг чем-то райским, чем-то возвышенным. И даже когда поцелуй был прерван, это послевкусие, эти эмоции никуда не делись. Лонг смотрела на Намаари искрящимися, но виноватыми глазами, ожидая её реакции. Сама кхмера никак не ожидала такого порыва с её стороны, но сама уже очень долго ждала. И этот миг был для неё намного дороже и счастливее, потому что она искала ту самую несколько лет. Но молчание затянулось, и Райя начала нервничать. – Прости! Я не должна была… – Ты прекрасна! – прервала её Дара, проводя левой рукой по щеке девушки и игнорируя неприятные ощущения от катетера на сгибе локтя. – Я люблю тебя сильнее, чем ты можешь себе представить… – прошептала она, потянувшись за новым поцелуем. И они вновь сливаются в одно целое, наслаждаясь трепетпнием вселенной внутри. Все опасения Райи оказались ложными. Намаари жива. Её чувства взаимны. И теперь всё будет хорошо. Нет, всё уже хорошо…