Казино Историй

Над Мидгардом крадется луна. Заглядывает в чужие дома, словно предлагая незнакомцам сыграть с ней, и притворяется то фишкой на покерном столе, то игральной костью. Наконец ей улыбается удача, когда она останавливается напротив переплетчатого окна: ей удается разделить спальню на квадраты и превратить ее в игровое поле. Один из участков, особенно яркий, очерчивает кровать, и посреди этой клетки, посреди ночи, посреди луны Верити Уиллис вдруг открывает глаза и вздрагивает. Ей холодно и неуютно от этого света, потому что она умеет отличать правду от лжи и знает, что луна никогда не играет честно, тем более во сне. И тогда на нестерпимо белом фоне, словно на карте, появляется темный силуэт. Может быть, король, а может, и джокер, ведь над его короной виднеются рожки, если, конечно, все это не чудится в зыбком неверном свете луны. Или же освещение ни при чем, а ночной гость просто нетвердо стоит на ногах? Верити с трудом переводит дыхание: - Ты в темноте похож на черта. Это ты сам? Или иллюзия? - Н-не знаю... не ув-уверен... - На этот раз даже не смешно. Куда ты опять пропал? Где ты был все это время? - Там... там... и там, - Локи неопределенно машет в разные стороны, один раз, кажется, даже показав на небо. - Ты в порядке? - осторожно спрашивает она. - И вообще... трезв? - Д-да, - не нужно обладать даром, как у Верити, чтобы распознать в его ответе вранье. - Голова кружится, - жалуется Локи. - Неудивительно. Кажется, в его дыхании намешано всего - тут и мартини, и виски, и еще какие-то напитки, которые Верити определить не может. А если вспомнить, сколько нужно алкоголя, чтобы довести асгардского бога до такой кондиции... - Дело совсем не в этом, - Локи присаживается на край кровати, обхватывает себя за плечи: - Кружится потому, что все кружится, и все одно и то же... Один Рагнарек за другим, один за другим. Столько перерождений, а колесо все время приносит обратно... Видишь, опять к тебе принесло... Верити вздыхает. Нашаривает на столике таблетку, кидает ее в стакан: - На, выпей, протрезвеешь. И душ прими. Холодный. У черной тени загораются ярко-зеленые глаза - Локи с интересом наблюдает, как шипят пузырьки, разлетаясь в разные стороны то цепочками, то облачками: - Похоже на метель у нас в Йотунхейме, только вверх тормашками. - Не вздумай переворачивать стакан! Верити начинает чувствовать себя заботливой мамашей, чей великовозрастный сын заявился в родительский дом после долгого отсутствия, возможно, перепутав его с каким-нибудь клубом. В этом весь Локи. Он вроде кошки, которая гуляет сама по себе - может исчезнуть на неделю, месяц, год, и вернуться только тогда, когда ему от тебя что-то нужно. Верити очень хочется сказать ему что-нибудь мстительно-ядовитое, но она на это не мастер. Вместо этого она лишь выговаривает со вздохом, который не получилось сдержать: - Полотенце там только одно, возьми его. Перед тем как закрыться в ванной, ее невозможный друг останавливается вдруг в дверях, смотрит на нее пристальным взглядом, который слишком ясен и остер для его нынешнего состояния. Не выдержав, Верити отводит глаза, делает беззаботное лицо и притворяется, будто ищет что-то на столе, надеясь, что Локи быстро отвлечется на что-нибудь другое. Кажется, ей везет - он просто не в состоянии долго молчать ни в комнате, ни в душе, ни во сне, ни наяву, и начинает мурлыкать песенки. Их тексты подозрительно знакомы, и через минуту Верити возмущенно кричит через дверь: - Ты зачем утащил мои наушники? В них вода попадет! Локи, разумеется, ничего не слышит и продолжает осваивать музыкальные новинки: So sick and tired of being alone So long, farewell, I'm on my own I'm sorry mom, I've got to go I dug this grave I call my home! Слова песни невольно заставляют Верити наморщить лоб, хотя до этого она слышала эту песню, наверное, несколько сотен раз, прокручивая ее снова и снова. Она тянет свою и без того растянутую майку, опускает голову, пока не упирается лбом в колени. Да, все так. У нее нет жизни за порогом ее собственной квартиры. У нее нет друзей, кроме Локи. У нее нет приключений, кроме тех, в которые она попадала с ним. А он не может быть всегда рядом. Не может долго стоять на одном месте, не может оставаться одним и тем же, ведь Локи не просто Бог Историй, он сам - история, которая закончится, едва на последней странице напишут: "И жил он долго и счастливо". Шум воды стихает. Верити запоздало соображает, не предложить ли Локи одну из футболок, однако он выходит уже переодетый и усаживается в кресло, закинув ногу на ногу. Но в спальне Верити нет кресла... не было до этого момента. Или это уже не... - Где мы? - встревоженно спрашивает она. Ответ совершенно непредсказуем - как и вся ситуация, как и сам Локи: - В личном кабинете одного скромного владельца казино. Что? Они вломились в чье-то казино? Верити запоздало вспоминает, что ничему не удивляться не следует, но она уже успела отвыкнуть и потому все-таки удивляется. Заодно она наконец-то замечает, что Локи выглядит не так, как прежде. Его мокрые волосы зачесаны назад, а может быть, залиты гелем, и одет он теперь в зеленый атласный смокинг, который на ком-нибудь другом смотрелся бы вульгарно. Верити хочет было спросить, почему он так вырядился, и вдруг до нее доходит - а сама-то она во что одета? Она натягивает свою майку еще ниже на ноги, краснеет по самые уши и глубоко забирается в кресло - да, она тоже каким-то образом переместилась в кожаное кресло, кровати же и след простыл. Кабинет, в котором они сидят, находится, как и одежда Локи, на грани царственной роскоши и безвкусицы. Окна закрыты тяжелыми бархатными портьерами, и комната освещается пламенем мраморного камина и огоньками на верхушках массивных подсвечников. На ковре и обоях поблескивают золотые вензеля. Но самый главный и самый интересный предмет интерьера - непонятный круглый стол, занимающий весь центр комнаты. Верити вытягивает шею, чтобы посмотреть, потом спохватывается и снова тонет в кресле, слыша, как старенькая заношенная футболка предательски трещит. Локи смотрит на нее непривычно долго и серьезно и наконец произносит: - У тебя в ванной на полке весьма обширная коллекция таблеток. Судя по ярлыкам, их действие куда интереснее, чем у той шипучей. И песни тоже как на подбор. This shit messes with my head The only home I know is my bed Too lazy for suicide I just watch the days pass hoping to die, - напевает он. Чертов Локи с его божественной памятью. - Тот, кто поет, он неправду говорит, - сбивчиво выговаривает Верити, - он так не думал, пока пел... Ну невозможно ведь стоять в застекленной кабинке у микрофона с кучей других людей, или как там еще записываются песни, и в то же время молча плакать от одиночества, от безысходности, от того, что хоронишь себя в собственном доме, но тебе панически страшно открыть дверь, а еще страшнее - окно... - Зато ты сама думала именно так? И для тебя слова этой песни - правда? Что с тобой случилось за это время, храбрая Верити Уиллис, когда ты успела позабыть все цвета этого мира? Чертов Локи с его божественной проницательностью. - Тебе просто необходимо сыграть, - решительно говорит он. Встает и манит ее к столу: - Иди сюда. Верити мотает головой. - Честное слово, мне все равно, во что ты одета - в набедренную повязку или в костюм вампира. Она против своей воли нервно смеется сквозь слезы, протирает кое-как очки и подходит к Локи. Оказывается, посреди комнаты вовсе не стол. Это рулетка, но странная, сделанная в виде гигантской паутины; секции на ней есть, однако они не красные и не черные, они все серебристые и мерцают слабо и бледно. - Вот все твои истории, перед тобой, Верити. - Но тут ничего нет... - Пока нет. Главное - сдвинуть колесо с места. - А сам ты будешь играть? Локи качает головой: - Моя игра сложнее. Я уже говорил, мне нужно придумать, как выйти за пределы колеса. Возможно, даже сломать его, - размышляет он. - Ломать и затем начинать с самого начала у меня всегда получалось лучше всего... - Ты это сделаешь сейчас? - Раз ты здесь, со мной - нет, значит, время для этого еще не пришло. Ох уж эти люди, - усмехается Локи. - Мое призвание - разрушать, а вы меня вечно заставляете творить! Она смотрит в его обманчиво юное лицо, пытаясь разобрать, искренен он сейчас или лжет, а может, и шутит... но в его глазах она видит только отражение рулетки. Верити нерешительно касается гладкой поверхности: - Просто крутить? Локи кивает и улыбается: - Удачи. Она легонько подталкивает колесо, и оно неожиданно резво разгоняется. Откуда ни возьмись появляется шарик, вприпрыжку несется по кругу. Деления по-прежнему блеклые, но теперь Верити каким-то образом понимает, что именно находится в этих секциях. Это ее жизнь и ее пустые дни. Это однообразная работа - читать чужие анкеты и раз за разом видеть, как люди в них лгут, даже когда вопросы незначительны, даже когда они могли этого избежать. Это скучные вечера - она не включает телевизор, не держит дома книг, ведь в них сплошной вымысел, и часто небезобидный, а музыку она слушает так же, как больной растравляет рану. Это редкие одинокие прогулки до ближайшего магазина с кассой самообслуживания и назад - случайные знакомые привирают, продавцы приукрашивают, соседи неискренни. Локи прав - что-то снова сбилось у нее внутри, ведь было же время, когда она видела мир в красках, когда кроме бесцветной правды и бледной лжи в нем были яркие истории! Вдруг она замечает, что одна ячейка, единственная из всех - ярко-зеленая. Обычно на рулетке так обозначается ноль. Или... или что-то другое? И Верити узнает зеленый цвет магии, цвет чудес и приключений - веселых, опасных, жутких, странных, увлекательных. Узкая ячейка увеличивается на ее глазах, вот она уже занимает целую треть поля! Локи склоняется к ее плечу, заглядывает ей в глаза: - Поставь на меня. Знаю, в других обстоятельствах это было бы твоей худшей ставкой в жизни, но сейчас... - Да ты мне не оставляешь выбора, - говорит Верити, глядя, как буйная зелень расплескивается по полю. - Это твой выбор, Верити, только твой. Но она все еще медлит. Среди бесцветных и зеленых ячеек начинают проступать черные секции отчаяния, разъедая их своим мраком и тоской - шарик того и гляди провалится в одну из этих глухих бездонных пропастей. Они все шире и шире. На рулетке осталась лишь узенькая цветная полоска, словно случайная капля краски, словно ветром заброшенный листок, словно самый последний луч солнца, тонущего в море. И когда черное пожирает почти все поле, Верити в ужасе выкрикивает, уже заранее зная, что опоздала, что упустила все шансы и проиграет: - Я ставлю на тебя, Локи! Шарик запрыгивает на зеленую секцию. Верити дышит так тяжело, как будто только что сама бежала по кругу. Хватая ртом воздух, она падает обратно в кресло, прилипает к нему мокрой от пота спиной и чувствует, как сердце неистово бьется то ли от смятения, то ли от радости. - Теперь ты готова играть дальше, - слышит она голос Локи сквозь шум в ушах. Она хочет возразить, что ни к чему не готова, но вместо этого неожиданно для себя произносит: - Я... я только схожу переоденусь. На это он лишь улыбается и проводит перед ней ладонью в воздухе. Верити видела этот трюк и раньше, но вот такого он ей еще никогда не наколдовывал - что-то блестящее, длинное снизу и открытое сверху. Это и есть вечернее платье? Прежде Верити не доводилось их носить - повода не было, ее никто никуда не приглашал, а на школьный выпускной бал, где самое место таким нарядам, она не пошла - не хотела слушать все то вранье, которое там наверняка лилось рекой. Платье поначалу кажется ей ужасным - неудобным, ярким, броским, выставляющим ее напоказ, а ей внезапно опять захотелось спрятаться, укрыться, забиться в самый темный угол и никогда не вылезать. Но ведь она и так всю жизнь прячется... Нет, пора уже сделать первый шаг! - Спасибо, фея-крестная, - немного неловко говорит она, выбирается из кресла, чтобы оглядеть себя со всех сторон и вдруг пошатывается и вскрикивает: - Ай! Локи, ты с ума сошел? В них даже стоять невозможно, не то что ходить! Локи довольно фыркает, наблюдая, как Верити пытается высвободить ноги из хрустальных туфелек, и начинает смеяться, когда она бурчит: - Уж лучше бы это был костюм вампира. - Настоящие вампиры могут тебя неправильно понять. - Их же не существует! - Тем не менее, если повезет, ты их сегодня встретишь. - Стой-стой, мы так не договаривались! - возражает Верити. - Ты хочешь затащить меня в место, где водятся вампиры? - А еще древние боги, инопланетяне, розовые пони и множество самых обычных людей, которым не хватает всего лишь одного маленького шанса, чтобы что-то изменить в их самой обычной жизни. - Так куда ты меня ведешь? Локи откликается вопросом на вопрос: - Ты когда-нибудь была в казино? А впрочем, не отвечай - в таком казино ты точно ни разу не была. И он настежь распахивает дверь в игорный зал.