Клап и Краски

***

      Аромат цветов витает в воздухе, пронизывая всё насквозь и создавая какую-то невероятно уютную атмосферу. Из окна на втором этаже доносится музыка — кто-то играет на фортепиано. Как сказали бы умники: кто-то учиться играть. Прохожим нравится эта мелодия, хотя, играющий человек иногда сбивается и начинает заново, но это ничего не портит. На самом деле местные уже привыкли — тут музыкальная школа. Даже пара ребят забежала в здание с огромными сумками, там, вероятно, лежат их инструменты. — Не получается! — подросток резко опускает клап, звучит громкий хлопок. — Арсений, что ты делаешь?! — повышает на него голос женщина, его учитель, — Кто тебя учил так с инструментом обращаться? — Извините, — он признаёт свою ошибку и, немного насупившись, открывает клап и проводит по клавишам пальцами. — Давай сделаем перерыв, — учительница выходит из кабинета. Кабинет — большое помещение с несколькими фортепиано и роялями, а также партами и стульями вдоль стены, чтобы другие ученики не просто стояли. Сегодня никого нет, у класса Арсения нет занятий. Он один приходит дополнительно, чтобы выучить больше произведений или попрактиковаться. Парень бережно ведёт пальцами по клавишам, заставляя старый инструмент пролить приятную мелодию вновь. Надо бы наверное описать самого подростка. Это парнишка, лет пятнадцати, худощавый, уже довольно таки высокий, с тёмными волосами и голубыми глазами. Наверняка за ним бегают девчонки, он же красавец. В класс фортепиано он пришёл позже всех, в двенадцать лет, все его бывшие одноклассники уже закончили музыкальную школу, а он только в третьем классе. Заканчивает третий класс, если быть точнее; сейчас май, у него скоро экзамены. — Эх, — он останавливает руки. У Арсения никак не получается исполнить один элемент, да ещё и его любимый. Он тянется в карман и достаёт оттуда сигарету без кнопки, ему так больше нравится, и припадает к подоконнику. Окно открыто, как вы уже поняли, из-за духоты. Парень закуривает; сизый дым витает туда сюда, пока, в конце концов, не растворяется в солнечных лучах. Вдруг слышится резкий грохот и отборный мат, это падают краски и рюкзак неродивого художника из соседнего здания. Паренёк явно хотел нормально дойти, но не удалось, увы. — Блять! Что же это такое, сука! — он садится на корточки и начинает всё собирать. Арсений, наблюдавший за этой картиной, сначала усмехнулся, а потом решил выйти ему на помощь, всё равно перерыв. Потушив бычёк и выкинув его же в окно, он выбегает на улицу: — Помочь? — сразу стал на коленки, не дождавшись ответа, и принялся помогать сворачивать бумагу в рулон. — Да, спасибо, — парень засмущался и немного даже помялся, но потом вновь приступил к сбору баночек в разные коробочки. Они потратили на это всего три минуты, а казалось, целых пол часа, так солнечное марево давило на сознание. Оба встали на ноги и пожали руки: — Спасибо, ещё раз. — Да не за что, тебя как? — Антон. — Арсений, будем знакомы, — он улыбается и ещё раз пожимает руку парню напротив, немного даже приобнимая за плечо. И каждый замечает, что другой заходит в соседнюю дверь. И каждый понимает, что раньше не видел другого, потому что не ходил дополнительно. И каждый даст себе обещание стать друзьями и встретиться снова. Сколько ещё раз у Антона выпадет краска, а у Арсения не получится сыграть этот бесючий элемент. Сколько ещё раз они пересекутся, когда будут идти на занятия. Сколько ещё раз по субботам они будут чередовать где проведут свой выходной.

***