The Ashes

      Больше всего Чану не нравилось быть в центре прокуренной помойки, но обстоятельства, под названием "жизнь", вынуждают. Эта атмосфера дешевых клубов, баров и мотелей освобождала его от самобичевания, лишь на несколько мгновений, пока действует эффект наркоты. Только она была спасательным кругом в море разбитых надежд. Так думал Бан. Говорить о том, что он пытался вылезти из этой пучины, то есть социального дна, нет смысла. Многие пробовали, у кого-то получилось, у кого-то... нет. Чан был из этого числа.       Он сидит на облезлом диване в душном помещении, светодиоды переливались едкими огнями, давя на глаза. Интерьер клуба не мог похвастаться роскошью, лишь некоторые декорации разбавляли мрачную комнату, наполненную опустошенными фигурами. Людей было битком, кто-то выпивал уже 10 стакан хрен пойми чего, кто-то решил, что можно прямо тут начать заниматься сексом, а кто-то, уже проблевавшись, спал. Чану было похуй, сейчас он получал кайф, а это самое главное. Бан разложил руки на спинке дивана, запрокинув голову назад. Его ноги покоились на столике, где перед этим стояли какие-то напитки, но Чан опрокинул их на пол. Не он устанавливает правила. ***       День в офисе выдался тяжелым. "Несколько человек из соседних районов пропали, следов, как и подозреваемых, нет" , то и дело было написано в отчетах. Намджун устало потер переносицу и откинулся на скрипучее кресло. Его тело мелко дрожало от недостатка сна и отдыха, а глаза еле улавливали нужное перед собой. Дело о пропавших без вести уже хотели передать в другой отдел, однако Ким настаивал на том, чтобы он занялся им. Конечно же, Намджун не жалеет, ведь помогать людям это его долг, к исполнению которого он стремился всю жизнь. Тем не менее, сейчас, без единой улики, работа приносила только усталость и предпосылки нервного срыва. Немного задумавшись, Ким прикусил щеку со внутренней стороны. – Должна же быть хоть какая-то зацепка...       Намджун привстал со стула, чтобы дотянуться до стопки бумаг. Быстро пробежавшись по отчету, он начал разглядывать фотографию места, где якобы был последний пропавший человек. Ничего интересного: кругом редкие деревья, дорожка, с уличными лавками по бокам, здания, что требовали срочного внимания строителей к себе. Вот оно. Не благополучный район, в котором не то что жить, просто пройти опасно. Теперь Ким сдвинулся с места, завтра же он поедет туда и расспросит об этих случаях очевидцев. А пока Намджун может ехать домой и хорошенько отоспаться, ведь на часах уже пол третьего ночи. ***       Прошло неизвестно сколько часов, пока Бан хоть немного оклемался. Он сфокусировал взгляд на людях, которые вроде никуда не девались за такой промежуток времени. Чан собрался встать, но головокружение дало о себе знать. Пошатнувшись, он оглянулся в поисках выхода из этой преисподнии. А на ад это действительно смахивало, ведь огни в помещении горели красным, делая лица людей устрашающими. Ну или это последствия наркоты, парень пока не понял. Завидев заветную дверь, Бан пошел к ней. Пока тот пробивался через толпу, его уже покрыли трехэтажным матом, однако среди этой ругани, Чан своим окаменевшим мозгом разобрал какие-то женские вопли. Оглянувшись, парень заметил какого-то здорового мужика, с татуировкой на руке и волосами, забранными в короткий хвост. Тот тащил бедную девушку куда-то наверх здания, под гогот других своих друзей, которые ничуть не уступали ему в крупном телосложении. Бан ни за что не полез бы в не свое дело, но его разум был еще затуманен, а храбрости было хоть отбавляй. Шаткой походкой он направился в сторону компашки, уже готовясь героически спасти девушку. – Эй, мудозвон херов, – Почти четко крикнул Чан, ставя одну руку на бок, а другой подпирая стену. На его оскорбительный отклик повернулся тот самый хер с хвостиком. Он сначала не поверил, что это обращение в его сторону и решил переспросить. – Чего? – Приподнял бровь. – Что слышал. Отпусти девчонку, – Процедил Бан с высоко поднятой головой и смотря прямо в глаза. Маленькая сирена в голове Чана уже разрывалась от истошного воя, но тот был непреклонен. Громила оттолкнул испуганную девушку, а сам подошел вплотную. Видимо сегодня Бан решил умереть, что ж, то, что он и хотел. – Ты видимо не понимаешь, куда лезешь. Ну ничего, я научу тебя, как нужно вести себя со взрослыми, – После этих слов, компания громко засмеялась, а Бана потащили на выход из клуба.       Первый удар был отрезвительным, но от последующего все поплыло. Один громила держал его сзади за локти, а другой, что с татуировкой, наносил удары. Чан только и мог, что сплевывать кровь и кое-как держаться на ногах, хотя может это благодаря амбалу за спиной. Ему было абсолютно поебать на своё положение. Хоть какое-то разнообразие. Действие наркоты уже почти закончилось и удары начали приносить невыносимую боль, от которой Бан иногда вскрикивал. – Почему здесь такой скромный? – Пинок в живот, от чего Чан согнулся, – Решил перед бабой выпендриться? – От еще одного удара Бан окончательно осел на колени. – Если ты не знаешь куда еще свой хуй пихнуть, я не виноват, извини, – Чан сплюнул кровь на ботинки громилы. Это действие было лишним. Мужик схватил за волосы Бана и оттянул назад, заглядывая в глаза, в которых не было ничего. Пустота, подпитываемая зарождающейся злостью. – Хорошо, тогда позволь мне запихнуть его в твой грубый рот, малыш, – Громила резко отпустил его волосы и одним кивком приказал остальным держать Чану руки. – Пошел нахуй, – Бан стал вырываться, толкаясь, но ему отвесили тяжелую пощёчину, от которой потемнело в глазах. Слишком быстро он сдался, но если только физически. – Будешь меньше говорить, сука, быстрее отделаешься, – Мужик с татуировкой начал расстегивать свою ширинку и приспускать штаны. – Соси, – Тыча членом в сильно зажатые губы, говорит громила. Не найдя отклика, он грубо берет Бана за подбородок, заставляя разжать челюсть. От боли Чан открывает рот, сразу же задыхаясь. Ему пихают не щадя. Бану, кажется, уже вывернули руку, но пытка продолжается. С его окровавленного носа течет кровь, перемешиваясь со слезами. Но они были скорее от нехватки воздуха, нежели от самого действия. Даже в этой ситуации парень винил себя. Плюс в копилку с названием "депрессия". После пятиминутного недо минета, мужик вытаскивает член из горячего рта, наслаждаясь зрелищем. Бан пытается захватить как можно больше воздуха, он закашливается, не в силах больше сопротивляться. Горло болит так, как будто у него сильная ангина, а на языке вкус чего-то солёного. – Что? Уже выдохся? – Его взяли за подбородок, проведя по пухлым губам большим пальцем, – Не против, если я кончу тебе в рот? Громила вновь заполнил глотку Чана по максимуму, ускоряясь. От сильных толчков, Бан чуть не потерял сознание, пока по его горлу не распространилась горячая жидкость, от которой чуть не вырвало. Его лицо было похоже на месиво слез, крови и спермы, но теперь этот ад закончился. Чан упал обратно на землю, закрывая глаза и теряясь в пространстве. Вся толпа еще немного постояла, кидая оскорбительные слова, а затем скрылась за зданиями, будто ничего не произошло. Бан пожелал умереть в тот день, но судьба вновь решила нагнуть его. ***       В достаточно приподнятом настроении Намджун возвращался домой из участка. Теперь есть зацепка, а значит дело сдвинется с места. Ким увидел свет круглосуточного кафе и решил, что купленный стакан кофе спасет его завтра, поэтому припарковался и вышел из машины. Он проходил мимо полок с продуктами и думал на счет завтрашнего патруля: нужно ли брать еще людей, каким образом ему спрашивать очевидцев и в каких местах лучше всего проверить наличие улик. Выбирая себе сухой завтрак и стакан горького американо, Намджун заметил странную компанию за стеклом окон кафе. Она бурно что-то обсуждала, и полицейский не придал этому великого значения, однако у одного парня были сильно содраны костяшки пальцев и, кажется, поблескивали капли крови, что наводило на плохие мысли. Но сегодня Ким уже закончил свою смену и собирался как следует отдохнуть оставшиеся пять часов, поэтому он заплатил за покупку и вышел обратно к машине. Намджун поставил кофе и кашу на сидение, собираясь уже завести автомобиль, но какое-то холодное чувство не покидало его тело. Ударив по рулю и выругнувшись, полицейский резко вылез из авто. Он убедился, что те подозрительные люди ушли, а сам двинулся в самый темный переулок, что был на этой улице. Как показывает статистика – именно тут совершается большой процент убийств и преступлений. Осторожно пробираясь через темноту, Ким уловил звуки музыки из какого-то притона, но около самого здания было тихо, в плане драк и потасовок. Намджун остановился, чтобы оглядеться, но ничего не намекало на какое-то правонарушение. Последний раз осмотревшись, он решил пройти к машине через другой путь, дабы еще проверить это гиблое местечко. ***       Тихо постучав в дверь, девушка робко зашла в комнату мальчика. Она включила свет в комнате и поставила поднос с чаем на прикроватную тумбочку. Мальчик сидел на кровати, подмяв ноги под себя и держа большую книгу перед собой. Он увлечённо бегал наивными глазками по строкам, даже не обращая внимания на сестру. – Сколько раз я говорила тебе не читать в полумраке, – По-доброму сказала девушка, потрепав брата по голове. Мальчик наконец повернул голову к ней, счастливо улыбаясь. Он выглядел впечатленным содержанием книги и уже было хотел поделиться им с сестрой, но она его перебила. – Мне нужно поговорить с тобой, Чани, – Девушка подсела на кровать и ее лицо обрело задумчивый и грусный вид. – О чем? – Мальчик положил книжку сбоку от себя. – Ты уже взрослый у меня... Тебе скоро четырнадцать и, – Она на секунду замолчала, – Я тебя очень люблю... Мальчик сделался обеспокоенным сестрой, он подсел поближе к ней и приобнял. – Что такое? Ты чем-то расстроена? – боясь за состояние самого близкого человека, спросил Чан. – Нет... Просто... Я хочу дать тебе один совет, – Девушка сдержала слезы и приняла вновь собранный и серьёзный вид, в ответ приобняв братишку, – Я хочу, чтобы ты вырос хорошим человеком, пойми, читать книги это хорошо, но то, что там написано, редко совпадает с реальностью. Они могут дать тебе надежду, но все зависит от тебя. Ты не представляешь, какой у тебя потенциал... Делай всё, чтобы выбираться даже из самых трудных ситуаций, иначе будешь жить только в надеждах и мечтах, которые ослепляют реальность. – Она сильнее прижала тело брата, – Не забывай, что говорила мама. Девушка взяла лицо мальчишки в обе руки и посмотрела ему в глаза. – Вспоминай эти слова в самых сложных для тебя ситуациях и не забывай: чтобы попасть на вершину, нужно оттолкнуться ото дна. Она обратно прижала к себе ничего не понимающего Чана и наконец, заплакала. На следующий день сестра не пришла домой. Как и в последующий. Это воспоминание всплыло в голове у Бана именно сейчас, он услышал какой-то голос, что раздавался эхом. Приоткрыв глаза, Чан заметил чью-то мутную фигуру и снова провалился в темноту.