Реставрированный дубликат

      Звук был приглушенным, но я всё равно отчетливо слышал бодрый голос спортивного комментатора, доносившийся из динамиков телевизора, а яркая полоска света от настольной лампы для меня была подобна слепящему солнцу даже через плотно закрытые веки. В голове сразу всплыла недавно прочитанная статья о том, как улучшить качество сна. В ней говорилось, что организму необходима помощь в выработке мелатонина, который обеспечивает крепкий сон и здоровье, а для этого следует придерживаться нескольких правил: в спальне должно быть темно и прохладно и никаких электронных приборов и других отвлекающих вещей. Но как, скажите на милость, можно уснуть при таком раскладе? «Финальный свисток! "Челси" одержал победу в первом матче с "Порту" – 2:0. Ребята заработали отличную фору перед ответным матчем! На этом наш вечер будем завершать. Увидимся на футболе!»       — Ты ложишься? — наконец вырвалось у меня.       — Через пятнадцать минут.       Паша работал за компьютером и одновременно поглядывал в телевизор, следя за окончанием матча.       — Я не могу уснуть из-за тебя, — пробормотал я. — Мне мешает всё это: звуки телека, постукивание клавиатуры, постоянное щелканье мышки. Про свет вообще отдельный разговор!       — Уже выключил, — спокойно ответил Павел, погасив настольную лампу и нажав кнопку на пульте телевизора. — Я чищу зубы и иду спать.       Он поднялся со стула и вышел из комнаты.       Меня окутал приятный сумрак и долгожданная блаженная тишина, только слабый звук работающего системника немного отвлекал, будто мошка билась о стекло где-то вдалеке. Я глубоко вдохнул, выдохнул, пытаясь понизить градус своего раздражения и расслабиться, чтобы настроиться на сон. Как Павел ложился, я уже не слышал.       Будильник прозвенел ровно в шесть утра. За незашторенным окном брезжил мутный рассвет. Мне нравилось, когда я успевал запечатлеть это мгновение, словно вместе с собой он приносил жизнь этому миру. Я отключил будильник и сел в постели, широко зевая. На ночь я всегда ставил телефон на беззвучный режим, поэтому все новости смотрел с утра. На экране высветилось несколько уведомлений. Еще не до конца проснувшись, я открыл первое приложение, переходя к сообщениям. Мне потребовалось несколько раз пробежаться по тексту, чтобы вникнуть в смысл написанного: «Совершенно случайно впервые за десять лет, наверное, будучи в командировке, включил ящик, а там концовка "Криминального чтива". А до этого я единственный раз смотрел его с тобой. Не удержался и отыскал твой профиль, чтобы поделиться воспоминаниями».       Я узнал адресата… В груди резко сдавило, стало нечем дышать. Я попытался пару раз сглотнуть образовавшийся в горле ком и успокоиться. Слегка трясущимися пальцами удалил сообщение, заблокировал телефон и, положив его на тумбочку, направился в душ, в дверях обернувшись, чтобы взглянуть на мирно посапывающего Пашу.

11 лет назад

      — Эй! — неожиданный звук голоса сестры заставил меня резко дернуть рукой, отчего задетая мною кружка упала и остаток ее содержимого оказался вылитым на мои конспекты.       — Сонь, какого черта?!       Я посмотрел на сестру, застрявшую в дверном проеме, а потом перевел взгляд на темно-коричневую лужицу, растекавшуюся по бумаге, отчего записи прямо на глазах становились размытыми. Теперь они будто принадлежали человеку с болезнью Паркинсона.       — Ой, ну подумаешь! — она встряхнула своими русыми волосами, но, встретившись с моим прожигающим взглядом, добавила: — Ладно, прости, у меня и в планах не было тебя пугать. Просто, когда ты сидишь за своими книжками, то ничего не слышишь вокруг.       — Это называется процессом учебы, так в большинстве случаев занимаются нормальные люди, — раздраженно произнес я, вытащив несколько салфеток из коробки и стараясь хоть как-то устранить беспорядок на своем столе. — Что ты хотела?       — Хотела предупредить тебя, что ко мне сегодня Костик зайдет… — я продолжал на нее смотреть, ожидая второй части, так как обычно она меня не уведомляет о приходе своего парня, — и… парочка его друзей.       А! Вот и оно.       — Если ты хочешь, чтобы я тактично свалил, то обойдешься – у меня вступительные на носу. Ты не забыла, что я тоже здесь живу?       — Так говоришь, будто они у тебя завтра! Школу закончи для начала! — фыркнула она. — Если бы ты ушёл, это было бы чересчур любезно с твоей стороны, — притворно вздохнула она, — наоборот, можешь присоединиться к нам – хоть расслабишься, как это делают нормальные люди, — делая акцент на предпоследнем слове.       — Спасибо за внезапную доброту, — бурча, я выкинул скомканные салфетки в мусорную корзину. — А теперь можешь валить!       Софа показала средний палец и скрылась за дверями комнаты.       — Пиздец какой-то, — констатировал я, глядя на пустую кружку и растекшиеся на бумаге формулы.       Где-то около восьми вечера стали собираться друзья Сони. Поначалу было относительно тихо. Доносившиеся из гостиной звуки и голоса мне даже не мешали вникать в смысл изучаемого материала, но потом шум стал сильнее. Я решил закончить с подготовкой на сегодня и передохнуть. Кого-то я знал из окружения своей сестры: например, ее парня Костю, с которым она начала встречаться, только поступив в институт, ее ближайших подружек со школы, Веронику и Олю, и еще парочку общих друзей – они частенько наведывались к нам в гости, когда родители уезжали на дачу. Не то чтобы я негативно относился к ее компании – скажем так, я не находил с ними ничего общего, кроме как переброситься парой незначительных фраз. И дело было не в разнице в возрасте, составлявшей всего три года между мной и сестрой, – просто я был этаким ботаном, который любил научную литературу, философские дискуссии, артхаусные фильмы с нелинейным сюжетом, обожал рок, джазовую музыку и очень пекся о своей учебе.       Я покрутил головой в разные стороны, пока не услышал характерные щелчки в шее от долгого сидения над учебниками и ноутом. Решив посмотреть какой-нибудь фильм, чтобы дать передышку своим мозгам, я направился на кухню взять себе чего-нибудь перекусить и налить чаю. Наша кухня была соединена с гостиной, лишь барная стойка служила неким подобием перегородки. В гостиной было людно. Соня с Костей сидели на диване и о чём-то оживлённо беседовали. К ним примостились ещё по три человека с каждой стороны. Никого из них я не знал и видел впервые.       — А это мой брат, — известила сестра, когда разговор чуть стих и несколько пар глаз уставились на меня. — Не обращайте на него внимания. — Она сделала небольшой глоток красного вина из бокала.       Я только ухмыльнулся и двинулся к холодильнику. Достал сыр с колбасой, сделал себе четыре бутерброда, выложил их на тарелку и поставил в микроволновку чуть подогреться, одновременно щёлкнув чайником. Пока у меня была пара минут, решил наведаться в туалет. В каком положении находится выключатель в ванной комнате, я никогда не слежу, ориентируюсь всегда на запертую или открытую дверь, поэтому, войдя, не ожидал увидеть там незнакомца.       — Сори, не знал, что здесь кто-то есть, — извинился я, сдавая назад.       Брюнет озадаченно смотрел на меня несколько секунд, словно приведение увидел, а потом, слегка прокашлявшись, выдавил:       — Всё нормально, входи. Я всего лишь курю.       Парень выпустил очередную струйку дыма изо рта и чуть улыбнулся с какой-то грустинкой во взгляде.       Туалет был совмещен с душевой кабиной. Отец установил в помещении мощную вытяжку и курил здесь, так как в нашей пятиэтажке балконов не предусмотрели. Папа частенько ленился одеваться и спускаться на улицу. Видимо, Соня взяла с него пример и как гостеприимная хозяйка разрешила своим гостям дымить в квартире.       — Стесняешься, что ли? — теперь брюнет широко улыбался.       Я, ничего не ответив, переступил порог, закрыл дверь и подошёл к унитазу. Из-за громко работающей вытяжки было шумно. Я мог только краем глаза наблюдать за незнакомцем, который расслабленно стоял, вытянутой рукой облокотившись на душевую кабину. Он был среднего роста, строен, широкоплеч, крепко сложен. Одет в чёрные джинсы и серую хлопковую футболку с растянутой горловиной. Из-за ворота виднелась татуировка – змея. Ее голова была прорисована прямо на шее под ухом, а туловище с хвостом прятались под футболкой. Меня привлекли его руки, тоже татуированные, рисунки на них из-за моего ракурса сложно было достаточно хорошо разглядеть. Было похоже на какие-то символы.       Я нажал на кнопку слива и подошёл к раковине.       — Будешь? — раздался хрипловатый голос, когда я вытирал руки полотенцем.       Обернувшись, я увидел протянутую мне сигарету.       — Спасибо, не курю, — мой ответ был слишком резок.       — Да это ж всего лишь косяк, — вновь улыбнулся во все тридцать два парень. — Расслабишься, а то твоя сестра весь вечер трещит, что ты погряз в учебе, даже головы не поднимаешь. Я решил помочь. По-дружески. — Он продолжал стоять с вытянутой рукой. — Ты ведь тот самый Ян, да? Брат Сони? Я Иван.       Пару секунд я смотрел на него не отрываясь. Весь его вид говорил о добродушии, лишь карие глаза были холодными, мерклыми, словно взяты и посажены от совершенно другого человека. Память тут же услужливо подкинула когда-то прочитанную информацию, что такая странность может служить признаком злого характера или глубокой постоянной грусти. Я отвёл взгляд и, ничего не ответив, вышел из ванной комнаты. Знакомиться с какими-то непонятными знакомыми своей сестры я не считал нужным.       Забрав чашку с чаем и бутерброды, я заперся у себя, щёлкнув задвижкой на двери. Сгрузив всё на стол, взял ноут и, усевшись на кровать, стал искать фильм для просмотра. Не знаю, как много я потратил времени на поиски, пролистав несколько страниц и ознакомившись со множеством описаний, но так и не нашёл ничего зацепившего меня, поэтому решил пересмотреть уже знакомую ленту. Переложил чашку с тарелкой рядом на тумбочку, погасил свет, устроился поудобнее и включил кино. Доносившиеся через стену разговоры, смех, музыка были чересчур громкими, поэтому я стянул со стола наушники закрытого типа и надел их, чтобы избавиться от посторонних звуков.       Я увлечённо включился в начало действия, но тут приметил маячившую за моей дверью тень. У меня в комнате было сумрачно, а поскольку по ту сторону везде горела иллюминация, то через стеклянную вставку в двери был отчётливо виден чей-то силуэт. Я поставил фильм на паузу, снял наушники. Спустя пару секунд послышался аккуратный стук. Видимо, градус в крови моей сестры достиг определённого уровня, пробудив в ней необъяснимую заботу о младшем брате. Не слезая с кровати, я потянулся к двери и, щёлкнув замком, приоткрыл её.       — Со мной всё отлично! Я смотрю кино, и мне ничего не надо! — крикнул я, не убирая руку с дверной ручки.       — Как называется? — мужской голос заставил соскользнуть мои пальцы, и в дверях появился татуированный брюнет.       — Что? — удивился я, будучи уверенным, что надоедает мне Соня.       В мою обитель никогда не заходили её друзья, особенно незнакомые.       — Фильм, — он вошёл и прикрыл за собой дверь. — У него есть название?       — Что ты здесь забыл? — я ощетинился, встав с кровати.       Нет, этот парень меня не пугал, просто не хотелось, чтобы в моей комнате находились посторонние люди. Ещё меня бесило то, что я не понимал причины, какого хрена он ошивается здесь?       — Полегче, — он миролюбиво поднял руки вверх. — Там все изрядно выпили. У меня голова разболелась от этого дурдома. Ну, знаешь, когда ты один трезвый среди кучки алкоголиков, то их разговоры кажутся нудными, а шутки плоскими.       — Типа, ты не пил?       — Не-а, — улыбнулся парень. — Только один косяк, помнишь?       — Супер, — выдохнул я. — И ты решил завалиться ко мне в надежде, что я тебя развеселю?       — Просто подумал, что тут можно посидеть в тишине, потусоваться с адекватным человеком, пока мы не соберёмся сваливать. Если ты не против, конечно.       Я неопределённо вздёрнул бровями.       — Криминальное чтиво.       — Что? — не понял брюнет.       — Кино, — я указал на экран ноута с застывшими на нем героями, рассекавшими на Chevrolet Chevelle Malibu 1964 года. — Ты знал, что Квентин Тарантино при создании этой картины подошел серьезно не только к выбору актеров, но и машин?       — Теперь да, — ухмыльнулся Иван. — Интересная деталь… Так я присоединюсь к просмотру?       — Подожди, — вытащив из разъёма свои наушники, я подошел к столу, выдвинул верхний ящик и взял обычные наушники-вкладыши. — Держи, а то с таким гамом за стеной нереально будет сосредоточиться на фильме.       Я забывал обо всем, когда дело касалось качественного кинематографа. Внутри меня с отчаянной силой начинал работать какой-то движок, словно я искал последователей в секту. Я подключил провод и плюхнулся на кровать.       — Логично.       Иван взял один наушник и сел рядом. Он облокотился на подушку, а одну ногу свесил на пол. Хоть я и прижался к стене, но односпалка была такой узкой, что всей правой стороной тела я чувствовал его тепло на своей коже. Я вставил вкладыш и снял просмотр с паузы.       — Тебе повезло, фильм только начался. Есть шанс, что ты сможешь оценить его по достоинству.       — Да, мне повезло, — согласился Иван, и мы погрузились в атмосферу Квентина Тарантино.