Факультетские баллы

Публичная бета включена

      Низкие чувственные стоны одного из Главных старост Хогвартса эхом раздавались по гостиной; между его ног на коленях стояла вторая староста, в то время как он сидел на диване, запрокинув голову от удовольствия. Приоткрыв глаза, он запустил пальцы в шоколадного цвета кудри своей любовницы. В ответ девушка подняла голову и открыла свои большие глаза, смотрящие на него обманчиво-невинно, несмотря на то порочное удовольствие, которое ему доставлял её рот.       — Гермиона!       Крик разнёсся по уютной комнате, он буквально утопал в наслаждении. Гермиона Грейнджер, с ухмылкой любуясь своим парнем, оправляющимся от удовольствия, которое она ему только что доставляла, медленно села на пятки.       — Ты выглядишь такой самодовольной, — усмехнулся Драко Малфой, медленно приоткрыв глаза и наблюдая за Гермионой Грейнджер, гордо смотрящей на него.       — Просто радуюсь, что все тяжёлые труды окупились, — ответила она, пожав плечами. — Я имею в виду, моё обучение того стоило.       Поняв, о чем говорит Гермиона, Драко не смог удержаться от смеха. В начале года, когда они только начали свои отношения, Гермиона призналась, что неопытна в сексуальных вопросах. И хотя Драко был счастлив научить её всему, что знал, она всё равно провела небольшое исследование. Благодаря Драко и книгам, которые прочитала, Гермиона теперь была чрезвычайно талантлива даже в вопросах о сексе.       — Конечно, — признал Драко. — Ты была очень хороша, за это десять очков Гриффиндору.       Эти баллы были внутренней шуткой у пары, и с самого начала своих отношений они шутливо награждали друг друга факультетскими очками, тем самым «хваля» свою вторую половинку.       — Всего десять очков? — надувшись, спросила Гермиона.       — Для того, чтобы заработать больше, нужно ещё что-нибудь сделать, — с ухмылкой ответил Драко, предвкушая, как именно его возлюбленная будет зарабатывать очки.       — О, уверена, мне это удастся, — заявила Гермиона.       Прежде чем Драко успел спросить, что именно она собирается делать, Гермиона начала медленно расстёгивать школьную блузку. Откидываясь назад, дабы насладиться представлением, Малфой одобрительно ухмыльнулся, когда Грейнджер начала потихоньку стягивать её с плеч, обнажая тем самым мягкую кожу и безупречную грудь, заключённую в кружевной зелёный бюстгальтер с низким вырезом. Затем она расстегнула молнию на юбке и позволив ей съехать до щиколоток, переступила через неё, обнажая кружевные зелёные трусики в тон бюстгальтеру.       — Миленько, — тихо присвистнув, заметил Драко, пожирая взглядом свою полуобнажённую половинку. — И очень по-слизерински. За это ещё десять очков Гриффиндору.       — М-м-м, интересно, сколько я заработаю, если всё сниму, — пробормотала Гермиона, её глаза были прикованы к Драко, она потянулась и расстегнула бюстгальтер.       Пока Гермиона снимала кружевную ткань со своей груди, бросая её на ближайший стул, возбуждение Драко росло. В считанные секунды трусики Гермионы встретились с выброшенным несколькими секундами ранее бюстгальтером, и она стояла перед Драко, полностью и совершенно обнаженная.       — Ещё десять очков Гриффиндору, — прошептал Драко, заёрзав на диване.       — О-о-о, сегодня будет весело зарабатывать очки, — усмехнулась Гермиона, повернувшись и неторопливо направившись к лестнице. — Ты идёшь? — крикнула она через плечо, начав подниматься по лестнице.       — В этом же весь смысл, — парировал Драко, вскакивая с дивана и следуя за своей обнажённой любовницей в спальню, на ходу сбрасывая одежду.

***

      На следующее утро Драко и Гермиона вместе отправились завтракать. Из-за того, что никто не догадывался об их отношениях, Драко с Гермионой рассказали всем, что стали друзьями. Благодаря этому, когда они расскажут о своём романе, люди, возможно, воспримут его легче. Таким образом, не было ничего необычного в том, что они вместе спускались в Большой зал. Однако необычным было то, что в ​​коридоре у подножия главной лестницы стояла толпа.       — Что происходит? — спросила Гермиона, пока они неторопливо спускались по лестнице. — Почему люди не заходят в Большой зал?       — Что-то явно привлекло их внимание, — пожал плечами Драко.       Ускорившись, Драко громко объявил о том, что пришли главные Старосты и протолкнулся сквозь толпу студентов, проводя с собой и Гермиону. В конце концов они вышли впереди толпы и остановились, уставившись на то, что всех ошеломило. Рядом с дверью в зал стояло четыре гигантских песочных часов с количеством очков всех четырёх факультетов. Однако все смотрели именно на песочные часы Гриффиндора, которые были почти полны рубинов, тогда как другие часы были заполнены только наполовину.       — Что это? — спросила Гермиона у учеников поблизости.       — Жульничество, — нахмурившись, ответила незнакомая Гермионе волшебница со Слизерина. — Вчера вечером у Гриффиндора не было столько очков.       — Ага, — добавила ведьма с Рейвенкло, кивнув головой. — Вчера вечером, когда я проходила здесь, у нас было больше всех. Гриффиндор отставал от нас на двадцать очков, но сегодня утром они опережают нас на несколько сотен.       — Сотни очков? — медленно повторила Гермиона. — Гриффиндор набрал больше сотни очков за прошлую ночь?       — За всю историю Хогвартса, никто не получал за ночь столько очков, — с отвращением фыркнул волшебник с Хаффлпаффа. — Здесь точно произошло что-то сомнительное.       — Мы докопаемся до правды, — громко объявил Драко. — Так что вы все можете отправляться в Большой зал на завтрак.       Изрядно бормоча и покачивая головами, остальные ученики медленно ушли, оставив лишь Старост стоять перед четырьмя песочными часами.       — Ладно, — наконец сказала Гермиона со вздохом. — Это действительно очень неожиданно.       — Как думаешь, это мы? — спросил Драко.       — Кто это ещё может быть? — Гермиона фыркнула. — Вчера вечером ты очень щедро раздавал очки.       — Потому что ты была очень их достойна, — с ухмылкой ответил Драко, вспоминая события вчерашнего вечера.       — Я сомневаюсь, что остальная часть школы посмотрит на это под таким углом, — заявила Гермиона. — Как ты думаешь, мы всё это время могли начислять друг другу баллы?       — Оказывается, да, — пожал плечами Драко. — Я не знал, что это возможно. Как Главный староста, я знал, что могу снимать и начислять очки, но не думал, что с тобой это сработает.       — Я тоже не знала, что это работает, — призналась Гермиона. — Но сейчас это уже не имеет значения. Главное — исправить этот беспорядок.       — Как же мы будем это сделать? — спросил Драко. — Если только я просто не сниму кучу очков с Гриффиндора по какой-нибудь причине.       — Это сработало бы, если б мы увидели это первыми, но ведь сейчас половина школы знает об этом, — отметила Гермиона. — Люди захотят узнать, откуда взялось столько баллов. Я думаю, что наш единственный выход — обратиться за помощью к одному из профессоров.       Неохотно соглашаясь, Драко мысленно рассуждал, какой профессор вероятнее всего им поможет, заметив главу Слизерина — Северуса Снейпа, направляющегося в зал из подземелий. Поскольку Снейп был профессором, который был ему ближе всего как в школе так и вне неё, поскольку он фактически был его крёстным отцом, Драко решил, что это самый хороший вариант для просьбы о помощи.       — Что здесь происходит? — спросил Снейп, заметив парочку рядом с песочными часами. — А это что? — спросил он, нахмурившись, когда заметил аномалию гриффиндорских часов. — Как это произошло?       — Думаю, это был я, — со вздохом признался Драко. — Я не знал, что могу начислять очки старосте.       — Вы начислили эти очки мисс Грейнджер? — спросил Снейп, приподняв бровь. — А что же она сделала, чтобы заработать столько баллов?       — Я предпочел бы не говорить на данную тему, это личное. — пробормотал Драко, Гермиона сильно покраснела.       — Могу поспорить, что это именно так. — пробормотал Снейп, его тон голоса не оставил у старшеклассников сомнений в том, что он догадался, как именно были заработаны баллы.       — Можете помочь нам? — спросил Драко. — Мы не можем допустить, чтобы всё осталось так. Я буду линчевать.       — Это послужит вам хорошим уроком, — ответил Снейп с лёгкой ухмылкой. — Научит вас уважать систему начисления баллов. И это может научить вас контролировать свои похотливые желания.       — Я бы не зашёл так далеко, — фыркнул Драко. — Но я получу хороший урок, узнав о том, как сбрасывать очки. Клянусь, я больше не дам ни балла Гермионе за её сексуальное мастерство.       — Уверен, что это будет облегчением для всех, так как она, кажется, довольно хорошо разбирается в этой области… если можно так сказать, — протянул Снейп, отчего Гермиона смутилась ещё больше.       — Вы поможете или нет? — потребовал ответа Драко. Он прекрасно знал, что Снейп развлекается, подшучивая над ними, но ему нужно было знать, поможет им профессор по зельям или им придется искать её у кого-нибудь другого.       — Боюсь, я не могу снять столько очков без разрешения директора, — ответил Снейп. — Только профессор Дамблдор может всё исправить и вернуть в исходное состояние.       — Значит, мы должны признаться во всём этом директору школы? — в ужасе спросила Гермиона. — А что, если он лишит нас титулов старост? Я не выживу после этого!       — Думаю, это единственный шанс, которым вам придется воспользоваться, — сказал Снейп. — Подождите здесь, а я пойду за директором.       Не имея другого выбора, паре ничего не оставалось, как ждать, пока профессор Снейп отправится в Большой зал за директором. Через пять минут два профессора снова вышли в коридор, где Дамблдор внимательно рассмотрел ситуацию с песочными часами Гриффиндора.       — Что ж, вы были щедры, мистер Малфой, — заметил Дамблдор.       Это замечание заставило Драко уставиться на директора, а Гермиона смущённо отвернулась. Снейп тем временем весело фыркнул и, хотя выражение его лица было каменным, Драко заметил смешинки в его тёмных глазах.       — Я думаю, чтобы разобраться с этим беспорядком, нам следует отправиться в мой кабинет, — предложил Дамблдор, слегка улыбнувшись студентам.       — Нам очень жаль, сэр, мы понятия не имели, что можем начислять друг другу очки, — извинился Драко, когда они направились в кабинет директора.       — Я тоже не знал, что это возможно, — признал Дамблдор. — Но, может быть, другие старосты просто раньше не начисляли друг другу баллы.       — Может быть, другие старосты просто держали руки при себе. — многозначительно заметил Снейп.       — Не только руки зарабатывали очки, — парировал Малфой, прежде чем до него дошло что он сказал.       — Драко! — прошипела Грейнджер, толкая своего парня локтем под рёбра.       Она была уверена, что услышала хихиканье Дамблдора, от которого покраснела ещё больше. Было совершенно унизительно, что сначала Снейп, а теперь и Дамблдор знали о ее сексуальных подвигах, которые она разделяла с Драко. Теперь благодаря тому, что они считали шуткой, все знают, чем именно они занимались в башне Старост.       Когда они подошли к кабинету Дамблдора, тот жестом пригласил двух старшеклассников сесть, пока ковырялся на одной из многочисленных книжных полок и наконец нашёл книгу в кожаном переплете. Положив её на стол, он объяснил, что в книге волшебным образом записываются все начисленные и отнятые баллы, а также причины.       — О-о-о, ваша прошлая ночь была очень насыщенной, — пробормотал Дамблдор, найдя последние записи, принадлежащие старшекурсникам. — А, вот, — заявил он, найдя нужный раздел в записях. — Вчера в семь вечера мистер Малфой начислил мисс Грейнджер десять баллов Гриффиндору за…       К счастью, голос Дамблдора стих, он дочитал строчку заранее и понял, за что были присуждены первые десять баллов. Спускаясь вниз по списку пунктов, Дамблдор выделил каждую из них своей палочкой, но, к счастью, ни разу не упомянул за что они были даны. Хотя несколько раз его брови высоко вздымались, и не раз он лукаво поглядывал на старост.       — Я думаю, что всё, — наконец объявил он, чувствуя себя довольно неуютно после своих открытий. — Я снял баллы. Но в будущем, пожалуйста, воздержитесь от их начисления друг другу.       — Мы справимся с этим, — поклялся Драко.       — Верно, — сказала Гермиона. — У нас не будет проблем?       — Нет, я думаю, что это была случайная ошибка, — ответил Дамблдор. — Однако я предоставляю вам двоим объяснить эту аномалию с баллами своим сокурсникам.       Поблагодарив директора за его снисходительность, двое старост поспешно покинули его кабинет, оба не были уверены, смогут ли когда-нибудь снова взглянуть ему в глаза, учитывая то, что он только что прочитал о них.       — Должен сказать Дамблдору, что он повёл себя как настоящий слизеринец, — заметил Драко, когда они спускались обратно на первый этаж.       — И в чём же это выражается? — спросила Гермиона.       — Оставил нам самое сложное — искать объяснение очкам, которые Гриффиндор получил за ночь, — ответил Драко. — Либо мы в кратчайшие сроки придумываем ложь, либо говорим правду.       — Мы не можем сказать правду, — возмущённо воскликнула Гермиона. — Мы не можем сказать всем, что ты начислил мне эти очки за секс.       — Посмотри на это с другой стороны, все подумают, что ты какая-то богиня секса, заработавшая столько очков, — пошутил Драко. — Что, конечно, так и есть. — добавил он, непристойно подмигнув.       — Будь серьёзнее, — прошипела Гермиона, ударив возлюбленного по руке. — Что мы скажем людям?       — Я не знаю, но нам нужно придумать это сейчас. — заметил Драко, когда они уже спускались по главной лестнице и обнаружили, что перед песочными часами снова столпились студенты.       — Привет, Драко, — позвал Драко его лучший друг Блейз Забини, когда Малфой пробирался к подножию лестницы. — Это правда, что ты начислил все эти очки Гриффиндору?       — Кто тебе это сказал? — нахмурившись, спросил Драко, всё ещё пытаясь справиться с данной ситуацией.       — Все профессора говорят об этом, — добавил Тео Нотт, ещё один из друзей Драко, появляясь рядом с Блейзом. — И очень громко. Об этом знает весь Большой зал.       — Знает что? — осторожно спросила Гермиона, ища своих друзей, но не видя их.       — Что ты чёртова богиня секса, — сказал Блейз, ухмыляясь Гермионе. — Слухи пошли со стола профессоров после того, как Снейп пришёл за Дамблдором; и все узнали, что староста награждал старосту за внеклассную деятельность.       — И довольно активную деятельность, если уж на то пошло, — засмеялся Тео. — Так это правда? Все эти баллы — за секс?       — Да, это правда, — вздохнул Драко. — Извини, Гермиона, но слухи уже распространились, и мы не сможем придумать лучшего объяснения. Итак, вот что произошло: я в шутку начислял Гермионе баллы, не зная, что они появлялись в песочных часах. Прошлая ночь была довольно хорошей, отсюда и количество баллов. Но сейчас все очки вычислили, и всё вернулось в норму.       — Не всё, — заметил Блейз. — Теперь школа будет наводнена сплетнями о вас двоих. Классный способ объявить, что вы вместе.       — Это не было нашим намерением, — заметил Драко.       — Не было, но что сделано, то сделано. — вздохнула Гермиона. Она не была в восторге от того, как раскрылся их секрет, но, по крайней мере, теперь больше не будет необходимости прятаться и скрывать их отношения.       — И посмотри на светлую сторону, теперь все знают, что ты настоящая львица в мешке, — сказал Блейз, весело подмигнув.       — Я бы предпочла, чтобы люди ничего не знали о моей сексуальной жизни, — парировала Гермиона. — Но предполагаю, поезд ушёл. Я не думаю, что кто-то из вас видел Гарри или Рона, но всё же? Интересно, слышали ли они уже новости?       — Я думаю, что вся школа уже слышала об этом, — фыркнул Тео. — Снейп совсем не тихо искал Дамблдора, да и профессора тоже не молчали. Я думаю, что старосты ещё никогда не награждали друг друга очками за секс.       — Ты знаешь, мне нравится быть законодателем моды, — пошутил Драко.       Оставив Драко с его друзьями, Гермиона пробивалась сквозь толпу в поисках своих друзей. По дороге она слышала отрывки сплетен и поняла, что Тео был прав. Слухи распространились, и теперь почти все знали, как эти очки загадочным образом появились в песочных часах Гриффиндора. В конце концов Гермиона нашла своих лучших друзей, Гарри Поттера и Рона Уизли, стоящими с сестрой Рона, Джинни, и другим их другом, Невиллом Лонгботтомом.       — Итак, — начала она, не зная, с чего начать. — Думаю, вы слышали.       — Слышали, — заметил Рон. — Но мы не верим в это.       — Это правда. — признала Гермиона. В конце концов, не было смысла отрицать, когда ходили слухи, и сам Драко их подтвердил.       — Малфой начислил тебе все эти баллы вчера вечером? — Джинни смотрела широко раскрытыми глазами, когда Невилл впечатлённо смотрел на Гермиону.       — Да, но мы понятия не имели, что они начисляются, — призналась Гермиона. — Мы не думали, что можем давать друг другу баллы.       — И он действительно дал их тебе за… — махнув рукой, Рон, казалось, не мог закончить фразу.       — Секс, — радостно пояснила Джинни.       — В основном, — покраснев, признала Гермиона.       — Вау, ты, должно быть, была хороша, — пробормотал Гарри.       — Гарри! — воскликнула Гермиона, и от слов лучшего друга её щёки покраснели.       — Извини, но… чёрт побери, очков было реально много. Ты, должно быть, действительно постаралась для Малфоя, — сказал Гарри.       — Я не хочу говорить о своей сексуальной жизни, — пробормотала Гермиона.       — Тем не менее, все сейчас только об этом и говорят, — проворчал Рон.       — Да, ты заработала себе хорошую репутацию, Гермиона, — сказала Джинни с лёгкой завистью. — Каждый волшебник в школе будет хотеть тебя.       — Пусть хотят, — ответила Гермиона. — К слову, Драко и я не просто валяли дурака, мы действительно заботимся друг о друге.       — Он позаботился о том, чтобы начислить так много очков факультету-противнику, — усмехнулся Гарри.       — Хотя, всё же немного обидно, что их все забрали, — со вздохом добавил Рон. — Почему? Даже если он наградил тебя случайно, Малфой всё равно дал тебе эти очки. Ты их заслужила.       — Я не думаю, что считается такой заработок, — тихо сказал Невилл, всё ещё по-новому глядя на Гермиону.       — Я тоже так не думаю, — смеясь, признала Гермиона. — Мне кажется, что с этого момента мы должны просто придерживаться традиционных методов начисления.       — Жаль, было бы хорошо выиграть Кубок факультетов в этом году, — с ухмылкой заметил Рон. — Никто нас не обогнал бы со всеми этими очками.       — Значит, всё это означает, что никто из вас не злится на меня за то, что я встречаюсь с Драко? — спросила Гермиона, понимая, что никто никак не отреагировал на раскрытие отношений с их заклятым врагом.       — Это твоя жизнь, Гермиона, ты можешь встречаться с кем хочешь, — ответил Рон, пожав плечами.       — Не скажу, что твой выбор был неожиданностью, — добавил Гарри. — С тех пор, как вы с Малфоем дали нам понять, что вы — друзья, стало очевидно, что это далеко не всё. Мы просто ждали большого объявления.       — Мы просто не думали, что Малфой наградит тебя сотнями баллов за секс, — пошутила Джинни.       — Это определённо уникальный способ заявить об отношениях, — засмеялся Невилл.       — Это не было намерением, но, похоже, это сработало, — сказала Гермиона, смеясь вместе со своими друзьями. — Хотя я могла обойтись и без того, чтобы все в школе знали о нашей горячей сексуальной жизни.       — Посмотри на это с другой стороны, вы создали главную тему для разговоров в году, — пошутил Рон. — Никто не забудет день, когда староста чуть не отдал кубок своему факультету-врагу, наградив вторую старосту баллами за её заслуги в спальне.       — Не только в спальне, я заработала очки ещё до того, как мы добрались до неё, — легкомысленно ответила Гермиона, удивляясь тому, как быстро слетали слова с языка.       К счастью, её друзья видели и другие стороны вещей, поэтому вместо того, чтобы полностью смутить её в данной ситуации, они помогли Гермионе увидеть забавную сторону. Она определённо не так собиралась объявить о своих отношениях с главным старостой мальчиков, но это определённо был уникальный способ перестать скрывать отношения. В конце концов, как сказал Рон, никто никогда не забудет день, когда Гриффиндор заработал сотни очков благодаря тому, что староста удовлетворила старосту в их башне.

The End.