Кури, пей, еби гусей

      Ну вот и что с ним делать? Приперся, понимаешь. И это в такое утро, когда лучше бы полежать, думая о том, что эх, здоровье уже не то так отдыхать, и глядя, как перед мысленным взором проносится вся жизнь...       И колдовать нельзя - потолок на голову обрушится, и зелья сварить не из чего.       Альбус прижал ко лбу широкий лист подорожника. Как ни странно, помогло: головная боль отступила.       - Я же говорила, - зевнула хмурая медсестра. - У моих пациентов всегда: либо полное выздоровление методом самовнушения, либо на кладбище.       - А с ним как получается, уже можешь сказать? - раздраженно спросил Альбус.       - Рада бы, - развела руками Печень Алкаша. - Но до сих пор применять настойку прям по рецепту никто... Э-э... Не догадался. У всех есть чувство самосохранения.       Альбус вцепился в собственную бороду и изрек пару душераздирающих пророчеств, плюнул и перестал. Провозглашать великое и грядущее надо при подобающей публике, а фикбуковская медсестра к таким вещами равнодушна. Будущее в ее картине мира ясно и без грозных предсказаний, события в настоящем имеют лишь два варианта развития: "нам пиздец" и "нам пиздец, но чуть позже".       - Чуть позже, - решительно сказал директор. - Приведи его в чувство, мне неважно, как.       Печень Алкаша зазвенела бутылками на столе. Нашла кем-то недопитый стакан со Снарри, в котором плавала дохлая муха, и мастерски влила его в бесчувственного Гарри, так наивно поверившему этикетке на заветной бутылке из оранжевого чемодана. Этикетка утверждала, что бутылка содержит отличное успокоительное, а о том, что это правда, но страшная, знали только приятели Печенки и те, кому не повезло быть ее пациентами.       Мальчик-Который-Выжил судорожно заскреб пальцами по полу, вполне осмысленно выплюнул муху и издал такой вопль, что кактус на окне сначала мгновенно засох и съежился, а затем также быстро ожил обратно, чтобы посмотреть, какой дурак так орет.       Перед глазами Гарри Поттера горели миры, с алых небес хлестал кровавый ливень вперемешку со змеями, армии зомби механически дергались под завывания оркестра бензопил и перфораторов, а посреди этого Апокалипсиса выплясывал гопак автор чрезвычайно рейтингового Снарри.       - Кх-х...       - Приходит в себя, - оптимистично сообщил один из зомби, сотрясающийся как от электрического удара. - Значит, выживет.       - Ага, если к тебе лечиться не пойдёт, - язвительно заметил другой.       - Анаша, повторяю, - флегматично ответил другой, невероятно похожий на Амбридж, - у меня еще никто не умирал. Все успели убежать, и этому вот испортить статистику не удастся! Спорим, как только он продуплится и прочитает состав выпитого, сразу так рванет, что наши обновления не догонят?       Гарри молчал, хотя уже ощущал в себе силы ответить и даже начал понимать, где находится. Но ему еще мерещились черно-алые грозовые облака и кровожадно скалящаяся луна, окруженная свитой колючих звезд.       Здесь, в царстве зомби и торчащих из земли вен, лопнувших и истекающих кровью, Гарри Поттера настигло озарение. Он понял, что: во-первых не надо пить неизвестные зелья и мало ли что написано на этикетке, на двери в туалет Плаксы Миртл тоже написано... А на самом деле там туалет и не более. Тем более не надо закусывать странную настойку из бутылки, от руки подписанной: "говно и палки", таблетками из блистера с наклейкой: "говно и шишки". Во-вторых, Дамблдор при встрече вел себя странно... Как будто он...       Другой.       Не такой как раньше, куда естественнее и понятнее, пусть это понимание и неприятно: особенно здесь, в мире кровавых облаков, под которыми пляшет автор Снарри, явно не так давно отпивший из треклятой бутылки.       Это...       - Неправда, - прошептал Гарри, не желавший мириться с открывшейся ему истиной. И открыл глаза, чтобы для начала просто избавиться от жуткого мира вокруг. Но был ли он иллюзорным?       Десять глаз на длинных стебельках, склонившихся прямо к лицу, намекали, что нет. Галлюцинации от говна и палок явно последовали за ним в реальность. Может ли такое быть?       -Уруру, - согласилось с невысказанным странное, маленькое существо, состоящее из клубка щупалец, ложноножек и разноцветных глаз.       Оно чувствовало в Гарри Поттере большой потенциал и хороший шанс на карьерные перспективы. А какой же детеныш пиздеца не мечтает вырасти в большого, пушистого и упитанного полярного лиса?