Непреодолимое

День подошёл к концу. Мы тепло попрощались с девушкой, я также попрощалась с мужчинами и уехала на такси домой. Ну а дома меня ждал сюрприз в виде Ваутера. Сложно описать эмоции, что были внутри. Он улыбнулся, широко и встав с дивана, прошёл ко мне с вытянутыми руками. Его зелёные глаза отдавать тёплым карим цветом. Все движения были ладные и отточенные. - Иди к папочке, малышка Кики, - прошептал он, маня меня к себе. Я не осмелилась его ослушаться и медленно подошла, - умница, - его руки обняли моё тело, прижав к его. Он будто бы вдохнул мои запах, запах моих волос, затем прошептал, - я видел тебя, Кики и тебе не отвертеться, - его голос был также тихим, но уже с ноткой надменности. Сглотнула лишнюю влагу, от волнения слюна выделялась в разы больше. Желудок свело при этой его интонации, - специально... Ночью. Я притворился твоим поклонником, Мяу, - продолжал он, - заплатил три сотни долларов и меня перекинуло на чат с тобой. Ты торгуешь своим тельцем за чёртовы триста баксов? - недоумённо, но также тихо, сказал отец. - Тебе так нужны были деньги, но своего родного отца ты попросить не хотела? - внезапно, когда я хотела вырваться и убежать, его пальцы вцепились мне в горло. - Нет, моя дорогая, ты никуда не пойдёшь. Сядь, - приказал он, указав на диван. Я же послушно села, - ты меня очень разочаровала Ники. Очень, - его длинные, тонкие пальцы музыканта скользили по спинке дивана. - Папа я... - он оборвал меня, не дав договорить. - Ничего не хочу слышать, Ники, - его тон голоса не менялся, - ты фактически торговала своим телом. Ты забыла как я к этому отношусь? Да и в целом, о чём мы говорим?! - он повысил тон. - Мне нужны были деньги, чтобы заплатить за жильё и поесть. Страна новая и... - Довольно этих оправданий, - голос вернулся в тот же тон. Мужчина обошёл диван и сел рядом, скрестив ноги, возложив одну на другую, - вот скажи мне, что мешало тебе сказать мне о проблемах с деньгами? - спросил он достаточно нейтрально. - Ты боялась осуждения? А сейчас, Ники, а сейчас? Сейчас что, лучше по-твоему? - нахмурился. - Я очень тобой недоволен, - помотал головой. Затем, взглянул на меня. Я сидела как школьница, которую отчитывают, опустив голову. Пальцы мужчины крепко схватили мой подбородок, - смотри на меня, Ник, не прячь взгляда, - серьёзно сказал, - а если тебя смотрели знакомые? Я-то не боюсь осуждения и прочего, ты знаешь, мне всё равно. Однако, что если так? Думая о том, что какие-то мужики дрочат на мою дочь. Ник, это отвратительно. К тому же, я видел, что у тебя как минимум один фанат нарисовался. Который ещё и сам здесь живёт, - он о Патрике. Чёрт подери, он явно о нём, - чего ты так занервничала и заёрзала? Ты что, уже с ним встречалась? - недоумённо спросил, но я не ответила. - Так я и думал. В эти минуты, когда отец отчитывал меня, щёки горели от стыда. Мне действительно было стыдно перед ним. Желание спрятаться от его надменного взгляда и осуждающей речи преследовало постоянно. Всё ведь было хорошо... Только Сет ушёл, только все испарились, кто вредил мне. Чёрт подери... - Вот скажи мне одну вещь, Ники... - начал он вновь. - Я тебе сейчас скажу, что заплачу лям зелени, - кивнул, - ты устроишь мне "интересное шоу" и могу ли я рассчитывать на массаж? Тот самый, Ники Мяу, тот самый, - я молчала, - я жду ответа. - Нет, конечно нет, я... - его палец коснулся моих губ. - То, что ты делала на камеру, - прикрыл глаза. Его жилка на виске начала пульсировать, - для каких-то мужчин, непонятно каких... Я это уже видел, этим я пресытился, Кики, - он открыл глаза, распахнул их внезапно, - однако, массаж я не пробовал. А скажи, оттрахать в рот или в щёлку. Это тоже входит в массаж? - его слов меня действительно ранили, мне стало обидно и больно. Разумеется, что сдержать потока слёз я не смогла. Он говорил и с каждым словом мне становилось всё больнее, - так... - он выдохнул. - Марш в душ, после душа бегом в спальную... - он прикрыл глаза, затем открыл их. - Ты ещё здесь? - я начала подниматься, следом получила несколько ударов по заду, от отца, - давай-давай, Ники, быстрее. Максимально в подавленном состоянии я стояла под струями воды. Я надеялась, что никто и никогда об этом не узнает. Но, всё когда-нибудь всплывёт, особенно правда, хотим мы этого или нет. Закончив с душем, я переоделась, затем направилась в спальную комнату. По дороге я вновь стала думать о том, что поступала неправильно. Отца можно понять, думаю, он растил меня совсем не для такого, чтобы я крутила своим лицом в сомнительных нарядах и на сомнительных сайтах. Чувство вины всё росло и росло. Медленно я подошла к двери его спальной, постучалась и вошла. - Ник, - он взглянул на меня, - проходи, - кивнул. Отец лежал на кровати, полуобнажённым, в брюках, - подойди ко мне, - поманил меня. Сейчас в его голове читалась строгость, но не злоба и агрессия, - присядь, - ладонью постучал по краю кровати и я села. Его пальцы сразу пали на мою ногу, вырисовывая прикосновениями узоры на ткани моих джинсов, - я хочу, чтобы ты знала - допустить то, что произошло, было ошибкой. Как и оставлять тебя одну, это очевидно. Это моя ошибка, - кивнул, а его пальцы двигались всё выше, - Ники, я не спал ни с кем очень давно. Очень давно. Я думал, что сломался, - его взгляд был на мне, словно изучал меня, - но, в какой-то момент я взглянул на тебя с другой стороны. Я подумал том, что зачем мне женщины если у меня есть моя дочь? Самая родная, любимая девочка. А ты, - его ноздри увеличились, он тяжело задышал, - вот так поступаешь с отцом, - сейчас я понимала, что нужно что-то делать. Нужно как-то просить прощения, но как? Что мне сделать? - Мармеладная моя девочка. Почему ты не усвоила этот урок? Почему ты до сих пор считаешь, что свободна? Что у тебя есть право крутить своё тельце перед камерой для каких-то обрыганов, - он снова начинал злиться. Мужчина поменял позу, разместившись на крае кровати, рядом со мной и внезапно взял меня за запястье. Отец потащил меня на себя, на свои колени, ничком вниз, я лежала на его ногах животом, - я тебе устрою, маленькая паршивка, - прошипел, стягивая с меня джинсы и оголяя мои бёдра. Вскоре я почувствовала кожей удары его ладони. Это было больно, я зажмурилась от неприятности ощущений, - маленькая, грязная дрянь... - его ладонь не останавливалась и он наносил удары, которые становились всё больнее. Я не выдерживала и уже начала вскрикивать, но это его не остановило. Так продолжалось ещё около минуты, затем, он столкнул на меня пол, и встал с кровати, смотря на меня сверху вниз, - разведи ноги, - приказал он. Я же, попятилась от него назад. Лицо моё было зарёванное, наверняка весь макияж поплыв, - мне повторить? - он начал идти ко мне и мне пришлось сделать то, что он просит. В руках отца появилось что-то небольшое, похожее на секс-игрушку. Он присел на колено и отодвинул ткань моего белья, - ты заставила меня это сделать, - проговорил он, трогая пальцами меня, - дьявол, всё же могло быть по-другому, Ники, ты ведь и сама знаешь, - он поднёс пальцы к своему рту и облизал их, - по-хорошему, облокотись на кровать, встав на колени, - и в этот раз, пусть медленно и нехотя, но я послушалась. Вскоре, почувствовала его влажные пальцы своим телом. Внезапно, я почувствовала через секунду, что в меня что-то вторглось. - Что это? - тихо спросила, вытирая глаза от влаги. - О, это, девочка моя, прекрасная вещь, - он отошёл от меня и через пару секунд внутри себя я ощутила что-то необычное. Я сопротивлялась, но тело само будто шло на поводу у этой штуке и отца, - сегодня у нас вводятся новые правила. Живёшь ты со мной. Ходишь в костюме горничной и не носишь белья - я хочу всегда иметь доступ к твоей щелки, - кивнул, а я уже чувствовала, что вот-вот и сорвусь. Тело дрожало, это было приятно, ужасно стыдно, - ну а это твоё наказание, - кивнул, - и наказание будут с каждым разом ужесточаться, Кики, - кивнул снова, - а теперь, ложись, - послушно легла на кровать, на спину и в эту же секунду меня пробило волной. По коже прошли мурашки, а тело мелко трясло. Глаза закатывались от этого чувства, а оно всё не прекращалось. Внезапно, я заметила нависающее надо мной тело отца. Он улыбался, - ну вот и прекрасно, - как я поняла, он выключил эту штуку и я смогла отдышаться, - мы с тобой многое попробуем, моя сладость. А сейчас, перевернись, - с трудом мне удалось лечь на живот. Рука отца пролезла под меня и подняла мой корпус, точнее, бедренную часть. Почувствовав кожей что-то холодное, поняла, что это гель или смазка. Ну а следом, пальцы отца начали наминать меня выше того, где уже была штука внутри. Пару минут и пальцы мужчины погрузились вовнутрь. Это было неприятно, но я стерпела. После этой процедуры, он вынул пальцы и следом я почувствовала что-то большое и холодное. Едва вскрикнув от боли, поняла, что что-то мотается и щекочет кожу, - это хвостик. Тебе идёт. Вынимать его только при крайней нужде и вынимать его буду я, - внезапно, он снова шлёпнул меня по коже, куда сильнее, чем раньше, - уже скоро полночь. Спишь, кстати, ты со мной. Посему, устраивайся поудобнее, малютка Мяу, нас ожидает долгая ночь...