Охотник из Гриффиндора

— Не понимаю, декан, как это работает. Без магии даже. Это ведь казалось несусветной глупостью, но опять удалось. Откуда вы всегда знаете, что нужно сделать, чтобы он не смотрел на меня, как на пустое место или неразумное дитя, а реагировал? Кому-то могло бы показаться действительно странным, что в столь поздний час студент в цветах слизеринского факультета вольготно развалился на стильном кожаном диване декана. Покачивал ногой, то и дело отпивая что-то из подозрительной на вид пузатой бутылки. В перерывах говорил, икал пару раз. — Всему-то вас учить, мальчуки, — довольно хихикнул мужчина в строгой черной мантии. Откинулся на спинку роскошного стула, больше напоминающего трон какого-нибудь короля преисподней. Поднял свой прозрачный бокал, наполненный какой-то многослойной цветистой жидкостью, разглядывая содержимое в свете сотен свечей, горящих повсюду — на массивных книжных полках, на столе и вдоль стен, десятки парили в воздухе. Удивительно, но воском при этом не был залит ни пол, ни древние книги. Наверное, — следствие какого-то бытового заклинания. Студенты в Хогвартсе таких изучали немало. Вот только не все давали себе труд их запомнить. В семьях волшебников вся работа по дому обычно приходилась на эльфов. — Запомни, Пити, если тебе интересен объект, не надо идти напролом, как ломящийся через подлесок дракон, которому под хвост попала вожжа или дохнул неосторожно собрат. Надо действовать филиграннее, хитро. Пэн, да мантикора тебя затопчи, ты же в прошлом году внушил всем профессорам школы, что сдал все экзамены на отлично, хотя на половину вообще не явился! Это — высший уровень мастерства. А теперь тушуешься перед каким-то там Джонсом. Не стыдно? Мальчишка нахально закинул ноги на спинку дивана и буквально улегся, щелчком пальцев заставив бутылку левитировать возле его головы. — Ну, вы же меня не сдали, профессор. Можно сказать, экзамены я все-таки сдал. А Киллиан — это другое, — вздохнул он несчастно в конце. — Стал бы я топить свой же курс, как считаешь? Вот устрой такое Винчестер... — Хотите сказать, не сделали бы поблажки для Дина? Пф... Да он же ваш главный любимчик. Даром что Гриффиндор, — на названии факультета мальчишка скривился, как будто его заставили целиком проглотить жабу, и та теперь резво принялась скакать у него в животе. — Будешь умничать, в следующий раз посоветую подарить Крюку охапку водяных роз, встав на колено. Посмотрим, кто из нас после такого будет выглядеть идиотом. Причем перед всей школой сразу. Даже в "Пророке" напишут, — зло зыркнул декан. Питер тут же притих и даже принял сидячее положение — от греха подальше. — Все-таки не пойму, почему я каждый раз делаю, как вы говорите? Вы же советуете полный мрак и отстой. Вот как сегодня. Испортить план его лекций на год вперед. Я думал, он меня изжарит на месте, даже палочку поднял, затрясся весь, побелел. А если бы его хватил удар, спасти не успел бы никакой колдомедик... — Он крепче, чем кажется. Ну поорал. А потом, стиснув зубы, назначил тебе отработки на каждый вечер до Рождества. Будешь под его неусыпным присмотром переписывать труды великих нумерологов и составлять планы. Скука смертная... Вроде бы, этого ты и хотел? Смотри, пацан, первый шаг сделан. — А он не уписался от радости? Эдак свезло. Ик... Добрый вечер, профессор. Или мне называть тебя — Великий сводник? — ввалился в комнату еще один ученик, как в собственные апартаменты в родимом поместье. — А этот, вроде, не Слизерин. Не уразумею, в кого столько наглости у гриффиндорца? — буркнул Кроули, когда Дин Винчестер, пошатываясь, молча отобрал у него бокал, сделал три быстрых глотка и скривился. — Мерлинова борода, что это за дрянь? У тебя жопа не слипнется, мистер декан? Заозиравшись, обнаружил на загроможденном склянками и мензурками столе одну с жидкостью, похожей на воду, подхватил. К счастью, Кроули, хоть и декан Слизерина, молниеносно оценил перспективы грозящих здесь разрушений, если пьяный в дым ученик хлебнет жидкую версию веселящего газа, смешанную с кислотой. Экспериментальное зелье для матерых драконов в острой фазе маниакальной депрессии. Он отнял пробирку и ловко заменил ее бутылкой легкого сливочного пива. Дин, не обратив на подмену внимания, хлебнул. — Лучше огневиски, конечно. Но тоже сойдет. — Винчестер, ты обнаглел? Шатаешься где-то весь день, не явился ни на одно из занятий. В львятнике тебя тоже не видели с самого утра. Я, знаешь ли, истощил для тебя отговорки. Чак начинает что-то подозревать. С чего бы _м н е_ нянчиться с борзым львенком? Хотя, какой ты лев — линялая белка. Вообще не понимаю, зачем я устроил здесь внеурочные ясли?.. — Потому что ты меня любишь, а Питер — мой друг? — хмыкнул Дин, отбирая уже у друга бутылку. И получил в ответ тонкий щелчок по носу. — Совесть имей. Вон под столом целый ящик. Оторви свою царственную жопу от стула, — пробурчал Пэн, отчего-то совершенно беззлобно. Кажется, продвинувшись на пару шагов в отношениях с профессором Джоносом, он временно лишился способности долго на кого-нибудь злиться. Наверняка прямо сейчас мечтал, как уже завтра они останутся только вдвоем в его тесной, засыпанной подзорными трубами и свитками каморке... — Можешь взять завтра с собой тыквенный сок. Киллиан его страшно любит. Добавишь в кувшин пару капель, не больше, — не прекращая говорить, Кроули достал из ящика стола закупоренную пробирку, швырнул через всю комнату Питеру. Тот ловко поймал. Глаза предвкушающее блеснули азартом. — Приворотное? — Ты совсем идиот? Хочешь, чтобы он все сразу понял и выставил прочь? Это... скажем так, мое изобретение. Позволит ему расслабиться возле тебя и даже проникнуться симпатией... В меру. Две капли, Питер! Ты меня понял? — Так точно, сэр! — тот нетерпеливо заерзал, пряча подарок в карман. — Изобретение, значит? — Дин внимательно посмотрел на декана, кивнул чему-то, но решил не продолжать. Кроули дернул неловко плечом и отвел глаза в сторону. — А ты чего так нажрался, Бельчонок? Тебе бы не пива с огневиски сейчас, а антипохмельного и баиньки в обнимку с подушкой да тазиком рядом. С тобой даже наш план сейчас не обсудишь нормально. Случилось чего? Дин после этих слов сразу же помрачнел, надулся, забираясь в широкое кресло у камина с ногами и присосался к новой бутылке. Шепнул что-то в огонь, и пламя взвилось, разгораясь с новой силой и громко треща на весь кабинет. — Дал Салазар учеников-пьяниц, — закатил глаза Кроули. — Стой-ка. А Бенни тоже весь день не было, — вскинулся Пэн и наклонился к другу, изнемогая от любопытства. — Выкладывай, вы помирились? О, я вижу у тебя на шее. Это засос? И рядом с ним еще один? Пресвятой Годрик... Кроули аж поперхнулся, услышав подобное кощунство от ученика. — Еще раз, Пити, и я пущу тебя на перегной мандрагорам. Запомнил? — Простите, сэр. Я случайно, — пискнул тот и втянул голову в плечи. Декан перевел внимательный взгляд на второго. — А у тебя, Винчестер, и губы, как будто по ним били лопатой. Или скажешь, словил бладжер на тренировке? О, а тренировки-то ведь не было вовсе. Или жахнула в теплицах пчела? Хотя, постой, ты же прогулял Гербологию, — съехидничал он, наблюдая, как его подопечный заливается краской и одновременно мрачнеет. Хотя, казалось бы, куда уж сильней? — Это как-то связано с тем, что юный Сэмми Винчестер этим утром попался мне на пути в подземелья Слизерина, а после явился в Большой зал на обед с самым несчастным в мире лицом? Кажется, так ничего и не съел. А вишневый пудинг, скажу я тебе, был просто отменным. Дин, не говоря ни единого слова, встал. Прошел через весь кабинет к тайному сейфу, виртуозно замаскированному среди стеллажей с ингредиентами для простых зелий. Погладил серебряный капюшон кобры, поднимающей голову из стены. Нажал на изумруд злобного глаза. Дверца открылась без единого звука. Бутылка крепчайшего огневиски попалась первой под руку.