мои стихи и некотрые вещи, которые чешут руки

я вышел из дома, стараясь не скрипеть старыми деревянными ступенями. отцовская ряса тянулась за мной длинным черным хвостом - с тех пор как этот жирный ублюдок занял место городского священника и отъел себе пузо я так и не поправился - в одеянии рядом со мной поместится бы еще один человек. я осторожно поправил крестик на шее и побежал по тихим улочкам к городскому монастырю. осень выдалась пасмурная. тучи соревновались за право быть первыми, кто в этом году выпустит из себя молнии, похожие на рыжих котов, что царапали крыши домов своими острыми когтями. Ависия уже ждала меня там - как всегда прекрасная, держала в руках рукопись "исповеди" святого Аврелия (старая книженция, уже разваливающаяся на части, автор которой первые семь глав сокрушается перед Б-гом за то, что украл груши у соседа - то же мне, чтиво нашла!) . я подошёл к ней, сорвав на повороте вьюнок - красивое растение, причисленное к лику сорняков. мы пошли к пшеничному полю. по дороге она своим тихим голосом рассказывала мне сплетни из монастыря. только скрывшись от любопытных окон домов, я осторожно взял ее за руку. остаток дня мы лежали среди сена и лениво обсуждали разные вещи. Ависия подвинулась ближе и обняла меня - стало тепло и уютно. я постараюсь не скучать по ней. какое-то время она пыталась отговорить меня от побега. но я не видел других путей, хотя говорят у Господа их много и они неисповедимы. любимая оставила на моей щеке поцелуй и вложила в руку странный плетёный браслет. я усмехнулся с её детской наивности, но одел его и пообещал не снимать. мы расстались на перекрестке. без слез, сильной грусти. я побежал домой, оставляя секундные следы в старых лужах на главной площади. отец дома ждал меня с длинной палкой и библией в левой руке. - За что ты мне такой неродивый сдался! Завтра же отправляешься к нам в храм на служение! Тебя там воспитают как надо! - на мою спину обрушился удар, попав в том самое место, где с прошлого раза остался синяк. я скрипнул зубами и бросил взгляд на иконы. я знал, что это последние побои, которые терплю от него - скоро я буду далеко. отец погнал меня в комнату. боль в спине была невыносимая. я шептал славословие, собирая оставшиеся вещи в небольшой сундук. надеюсь, когда-нибудь его застанут с маленьким мальчиком в комнатушке для исповедей и навсегда отлучат от церкви. когда мои сестры в соседней комнате заснули, а родители задули вечернюю свечу, я осторожно выбрался в окно. на столе лежала детская библия - когда я был младше, всегда листала ее перед сном после молитвы. я открыл сундук и положил ее сверху на все свои вещи. пришло время уходить. около ворот меня встретил Иероним. он убегал вместе со мной и знал точную дорогу. - ты готов? - шепотом спросил мой друг. - конечно! - Сен-Викторское аббатсво ждет нас! до франции топать пару месяцев, наши лошади стоят за поворотом. - аминь - аминь