Доверься мне...

      ***

      Со встречи Намджуна и Джина прошло три недели. Все это время омега лежал в больнице и восстанавливался. Бао находился вместе с ним, ведь Джин не мог оставить малыша одного. Джун помог перевезти нужные вещи, а что-то докупил сам. Он постоянно навещал омег и баловал их, привозя разные вкусняшки. Первое время Джину было очень стыдно, что альфа так о них заботится и тратит свои деньги на них, но Намджун сказал, чтобы омега не волновался на этот счет, ведь все, что он делает, делается от сердца.       На счет течки Джина Намджун узнал совсем недавно, когда врач пришел осматривать омегу, и спросил у него, когда была последняя течка, на что омега ответил, что течка отсутствует три года. Это связано с тем, что Джин постоянно испытывал сильный стресс, который дал такой толчок. Конечно, а кто бы не испытывал стресс, когда дома находится маленький ребенок, которого нужно содержать, да еще и отец, который всегда избивает его, а от пьяного человека можно было ожидать чего угодно.       Врач обещал выписать Джина через пару дней и конечно же, Джун будет помогать омеге во всем, так как кости хоть и срослись, но не окрепли. Намджун очень сильно понравился Бао, тот каждый день ждал появления альфы в палате. Малыш любил с ним гулять в парке около больницы. С ним омеге было очень весело проводить время. Конечно, Джин старался уделять малышу время, старался с ним гулять и немного баловать, но из-за работы и учебы не мог делать этого часто. Ребенок был по-настоящему счастлив рядом с Джуном, и Джин был счастлив, глядя на счастливого и веселого Бао. — Джин, ты уже собрал вещи? — спросил альфа, проходя в палату Джина. — Ой, извини, я не вовремя. Альфа зашел к омеге, когда тот переодевался из больничной рубашки в свитер. Омега очень стеснялся, но благодарен альфе, что тот не стал засматриваться на него, а просто вышел. Переодевшись, Джин вышел из палаты, чтобы позвать малыша Бао переодеваться. — Бао, пошли переодеваться, нам домой пора. — малыш остановился и на его глазах навернулись слезы. — Малыш мой, ты чего расплакался? — спросил Джин, тут же садясь перед малышом, успокаивая его. — Джинни, я не хочу домой. Там мне будет грустно и одиноко. А еще там не будет дяди Джуна. — Намджун сидел рядом на скамеечке и слушал беседу омег. Услышав, что малыш упомянул его имя и расплакался, альфа решил взять все в свои руки. — Бао, ну ты чего? Почему ты решил, что я перестану вас навещать? Не переживай, малыш, я теперь от вас никуда не уйду и всегда буду гулять с тобой, обещаю. Пошли переоденемся и домой поедем, да? — малыш на слова Намджуна улыбнулся и протянул руки к альфе, просясь на ручки, и альфа исполнил просьбу малыша. Джин находился не в этом мире. Он обдумывал слова Намджуна. Омега думал, что после выписки их пути разойдутся и никто никого не вспомнит, но альфа сказал, что никогда их не бросит. На самом деле Джин был очень рад слышать это, но он не хотел, чтобы альфа содержал его и Бао. Да, у них не много денег, они не живут в роскоши и постоянно в чем-то себе отказывают, но жить за счет альфы Джин не хочет. Он ведь ему никто. И это никто болью разливается в груди омеги.

***

      Наконец-то Джин добрался домой, спасибо большое Джуну, что помогает со всем. Достав все вещи из машины, раздался звонок телефона, и Джин, поставив сумку на землю, принял его. — Алло, я вас слушаю. — мягко сказал Джин. Номер был незнакомым, поэтому Джин отошел от Намджуна в сторону, чтобы тот не слышал разговор. — Здравствуйте. Вы сын Ким Чосока? — спросил его собеседник. Джин думал, что его отец опять выпил в каком-то баре и сейчас его попросят забрать пьяного отца, но нет… — Да, это я, что-то случилось? — с волнением в голосе спросил омега. — Ваш отец умер, примите мои соболезнования. Он выпивал в баре и ввязался в драку, а там ему нанесли удар, после которого выжить он не смог, умер на месте. Вы можете приехать в морг по адресу ***. Еще раз, примите мои соболезнования. — бета, говорившая по телефону, сбросила звонок. Сказать, что Джин в шоке, ничего не сказать. В его душе все опять сломалось. То смерть папы, сейчас ему еще и отца хоронить. Осознание того, что он и Бао сироты пришло не сразу. Первое время Джин вообще стоял и думал, что он находится в страшном сне, но нифига это не сон, это просто жестокая реальность. Они остались одни в этом большом и злом мире. Конечно, Джин и до этого момента чувствовал, что он никому не нужен, но после смерти отца он ощущает боль и…пустоту? Как бы его не бил и не унижал альфа, он был его отцом. Благодаря ему он и любимый малыш Бао появились на свет. Именно он и их папа смогли воспитать и вырастить Джина, правда после смерти папы Чосок спился и стал жестоким пьяницей. Все очень сложно. Руки опускаются и юный омега не знает, с чего ему начать. В голове полная каша.       Намджун заметил перемену настроения Джина и решил узнать, что случилось: — Джинни, что-то случилось? — тихо спросил альфа, чтобы малыш Бао не услышал их разговор. — Нет, все в порядке. Можно тебя попросить погулять с Бао, мне нужно уехать на несколько часов, пожалуйста? — с мольбой в глазах спросил омега, на что получил положительный ответ. Он старался сдерживать слезы, но от внимательного и заботливого Намджуна ничего не скрыть. — Джинни, если понадобится помощь или поддержка, ты всегда можешь на меня положиться. Я посижу с Бао, но обещай мне позвонить, когда доберешься до нужного места, хорошо? — Намджун сразу понял, что произошло что-то плохое и обнял Джина, показывая, что он рядом. — Спасибо, Джунни, я постараюсь быстро. Вот ключи от квартиры, занесите вещи и можете идти гулять, только не долго, пожалуйста, на улице прохладно. — Джин отдал альфе ключи, развернулся и пошел к остановке ждать нужный автобус.

***

      После смерти отца прошел месяц. Джин попрощался с ним, смог простить все, что он с ним вытворял. Простил всю боль и обиды. Джун активно помогал Джину справляться с утратой. Очень неправильно так говорить, но их отношения стали намного теплее друг к другу. Омега стал больше с ним разговаривать о том, что у него на душе. Он делился своей болью с альфой и ему становилось в разы лучше, за что Джин ему благодарен. Помимо смерти Чосока у Джина всплыла новая проблема. Бао могут забрать в детский дом, пока Джин не сможет получить опеку. Да и Намджуну он сказать не может, не хочет обременять его еще сильнее. Они и так свалились альфе на голову, как огромный комок снега с крыши, и почему альфа еще не ушел от них, этого Джин еще не понимает. А тут понимать нечего, просто альфа влюбился в Сокджина, а малыш Бао стал ему собственным сыном. Джун чувствовал, что Джин и Бао не просто ему знакомые, а что-то большее. Может быть семья? Скорее всего. Он не может быть в этом полностью уверенным, но он определенно чувствует связь между ним и Сокджином. В Джине альфа полюбил все: его внешность, доброе сердце, пальчики, губы, и смех стеклоочистителя. От него сердце альфы начинало биться в бешеном темпе и кончики пальцев начинали покалывать. Необычное чувство…       Всему приходит конец, и терпению Джина тоже пришел конец. Он устал в себе держать мысль о том, что Бао могут забрать. Это его убивало изнутри медленно и мучительно. Он боится, что однажды он придет домой и не найдет своего мальчика, а ведь Бао для него хоть и брат, но любит он его еще и как папа. Он очень жалеет, что их папа умер так рано и малыш никогда не узнает, что такое теплые и нежные объятия папы, нежный шепот перед сном, чтобы приснился добрый и незабываемый сон, он не попробует еды, приготовленной его руками. Джин все это испытал и попробовал на себе, а вот малыш Бао был лишен всего этого. Поэтому Джин старался быть ему и братом, который поддержит, поможет в случае чего, и папой, который подарит безграничную любовь и нежность. Конечно, когда Бао подрастет, он все поймет, но сейчас он маленький ребенок, который нуждается в любви и родительском внимании.       Намджун и омеги гуляли по вечернему парку, и пока Бао бежал впереди них, играя со своей новой игрушкой динозаврика, Намджун решил узнать, что так беспокоит Джина. — Джинни, могу я спросить у тебя кое-что? — спросил альфа, на что Джин не сразу, но ответил. — Да, конечно спрашивай. — отозвался омега, переводя свой взгляд с Бао на Джуна. — Что тебя так сильно беспокоит в последнее время? Прошу, доверься мне. Я смогу тебе помочь, только попроси — альфа нежно взял руку омеги в свою, передавая свое тепло ему. Джин стоял с минуту и смотрел на землю, после чего решил открыться. — В том-то и дело, Джуни, о чем бы я тебя не попросил, ты всегда это делаешь. Я уже говорил, что не смогу тебе ничем отплатить. Я так сильно тебе благодарен, правда. Ты самый лучший человек. Почему ты еще не ушел? Я ведь никто. Я никому не нужен, зачем все это? Зачем ты даешь надежду мне и Бао на светлое будущее? — слезы ручьем катились с глаз омеги, отчего щеки щипало, потому что низкая температура давала о себе знать. Джун нежно коснулся щеки омеги, вытирая слезы, что продолжали катиться по нежной коже. — Я все это делаю, потому что люблю вас, глупенький. — глаза Джина увеличились в размерах. Он никак не ожидал, что альфа признается в своих чувствах. — Я хочу, чтобы вы оба были счастливы. Я говорил, что никогда от вас не уйду, и я это сделаю. Ты мне веришь? — Джуни…я…я пока что не могу ответить тебе взаимностью. Я еще не готов ко всему этому. У меня есть проблемы, которые нужно решать, а на любовь времени не остается. И я не знаю, что я чувствую к тебе. Мне нужно время. Я верю тебе, что ты желаешь нам с Бао только счастья, и я тоже этого желаю, но…я боюсь. Я никогда никого не любил и не знаю, то, что я к тебе чувствую и есть любовь, или это что-то другое. Ты подождешь моего ответа, да? — с надеждой в глазах спросил омега. Все, что он сказал альфе, было сказано от всего сердца. Омега и правда не знает, что за чувство поселилось у него в груди. Может быть это оно и есть, это маленькое ёк, от которого обретают счастье? — Хорошо, Джинни, я буду ждать столько, сколько тебе нужно. А теперь излей мне свою душу. Что тебя беспокоит? — спросил альфа, беря омегу за руку, догоняя недалеко убежавшего малыша. — Ну…мы с Бао теперь сироты, так ведь? — альфа кивнул головой. — Меня то уже никуда не возьмут, я скоро совершеннолетним буду, а вот Бао… — Джин пытается не заплакать — а Бао еще маленький и его могут забрать от меня в детский дом, и опеку над ним я получить не могу. Я не хочу, чтобы его у меня забирали. Он мое дитя, понимаешь, Джун-и? — омега вновь расплакался. Намджун подошел и обнял омегу, поглаживая по спине и шепча, что придумает что-нибудь. В объятиях альфы Джин быстро успокоился. Ему было очень приятно в его руках, что нежно гладили спину, отчего мурашки бежали по всему телу и разливалось тепло в душе. Это и есть любовь, когда только от касания твое сердце готово выпрыгнуть из груди?..

***

      — Юнги-я, помоги мне встать, я не могу — вредничал Чимин от безысходности, ведь девятый месяц он такой…ты даже встать без помощи не можешь из-за огромного живота. Как с отношениями Чимина и Юнги? Сейчас узнаем…

FLASHBACK

(Два с половиной месяца назад)

Чимин: Юнги, а ты приедешь завтра к нам с малышом? Юнги: Конечно, приеду, солнышко. Люблю тебя, спите сладко, мои малыши ❤ Чимин: Ты тоже спи сладко, Юнги. До завтра ❤ Юнги: До завтра. Утром в часов 9 по дому Паков раздался звонок в дверь и ничего не понимающий папа семейства пошел открывать, сегодня гостей они не ждали точно. Открыв дверь, старший омега увидел знакомое лицо, и был уверен, что это тот самый Мин Юнги, о котором рассказывал Чимин. — Здравствуйте, мистер Пак. — альфа поклонился и встал в исходное положение. — Я прошу прощения, что пришел без предупреждения и потревожил вас, могу я увидеть Чимина, пожалуйста. — альфа решил не тянуть кота за я… и перешел сразу к делу, ведь именно из-за Чим-Чима он пришел в этот дом, но и конечно он давно не видел семейство Пак, с ними повидаться тоже нужно. — К-конечно, про… — договорить ему не дал радостный крик Чимина, который спускался по лестнице в большой пижаме, поглаживая животик. — Юнги-я, наконец-то ты пришел. Я устал ждать. Папочка, это я попросил Юнги приехать ко мне, ты ведь не против? — с глазками как у кота проговорил Чимин. — Что ты, солнышко, нет конечно. Только в следующий раз предупреждайте, я ведь даже стол не накрыл. — Извините, в следующий раз мы вас точно предупредим. — виновато улыбнулся альфа, проходя в дом. Альфа, поздоровавшись с отцом Чимина, в сопровождении омеги пошел в его комнату, где они провели весь день. Альфа расположился в кресле, которое стояло напротив кровати Чимина, а сам Чимин расположился в кровати, так как малыш давал о себе знать и поясница начинала ныть от долгого нахождения в вертикальном положении. Конечно, омега в первое время очень сильно волновался, стеснялся и переживал, что он сделает что-то не так и альфа уйдет от него, но все шло как по маслу, и омега расслабился. Так они болтали несколько часов, после чего в комнату вошел старший омега и принес перекусить, ведь омежке нужно питаться, да и гостя голодным оставлять нельзя. После перекуса Чимин, смущаясь, попросил Юнги лечь с ним, чтобы подышать его природным запахом и насладиться теплом альфы. Юнги не мог ему отказать, потому что тоже желал почувствовать омегу всем телом, и нет, тут не в пошлом смысле. Альфа лег позади Чимина и аккуратно прижал его к себе, чтобы не навредить малышу. Альфа не знает, как вести себя с беременными, поэтому и волнуется, что может как-то своими движениями навредить омеге. — Юнги-я, а ты хочешь погладить мой животик? — с красными щечками спросил омега, на что альфа активно закивал головой и очень аккуратно опустил руки на животик, с позволения омеги задирая легкую кофточку. Ох, как же Чимин смущался, да и альфа тоже, но они понимали, что это ни к чему, ведь они истинные и чувствуют себя прекрасно рядом друг с другом. — Ты такой красивый, Чимина, а животик тебя делает воздушным и нежным. Ты такое солнышко — шептал альфа, глядя в глаза омеге и поглаживая животик, получая слабое шевеление в ответ. Приятно это однако… В глазах Чимина можно утонуть, они просто пропитаны любовью, искренностью и…надеждой? Надеждой на светлое и хорошее будущее, где будут только они с Юнги и их маленький альфочка-малыш, который еще не появился на свет. Будущее, где Чимин больше не вспомнит о том, что случилось с ним в прошлом, будущее, где они будут счастливы…

***

      Еще месяц Юнги навещал Чимина практически каждый день, а потом и вовсе переехал к Пакам. Родители Чимина сами попросили Юнги об этом, ведь рядом с альфой Чимин будто расцветает, да и в его глазах читалась огромная любовь к альфе, как и у альфы, и он был не против переезда. Юнги и Чимин начали встречаться, все в их отношениях было прекрасно: малыш рос и развивался хорошо, Чимин много кушал, что не могло не радовать Юнги и родителей Чимина, а Юнги был просто счастлив, счастлив от того, что счастлив Чимин. Ему больше ничего не нужно в его жизни, лишь бы Чимин всегда улыбался и ни в чем не нуждался, лишь бы маленький альфочка родился здоровым и крепким, чтобы радовал родителей.       Сейчас Чимин на последнем месяце беременности и ему совсем не сложно, ведь рядом Юнги, который готов сделать для Чимина что угодно, лишь бы тот не напрягался и не уставал. Для Юнги на первом месте забота о Чимине и малыше, а остальные дела не важны. Альфа их и потом сделать может, а вот увидеть улыбку Чимина и почувствовать нежную ручку на голове альфы, пальцы которой поглаживают кожу головы, альфа не может упустить. Если бы была такая возможность, то альфа бы ни на секунду не отходил от омеги, наслаждаясь его запахом, пальчиками и тихим пыхтением, когда тот пытается встать. Они счастливы. Именно о таком и мечтал омега. Неужели, чтобы стать счастливым нужно пережить что-то ужасное? Почему жизнь так не справедлива…

END FLASHBACK

— Сейчас, пингвиненок мой, я уже иду — Юнги пришлось отложить свою работу по экономике и идти к Чимину. Сейчас ему и правда сложно подниматься, одеваться и что-либо делать, поэтому Чимин кричит на весь дом и просит о помощи. А альфа и не против, ему нравится, как омежка благодарит его после того, что альфа делает. Он нежно чмокает его в щечку и отворачивается, краснея. Ох, как же такой Чимин заводит Юнги, но тот не может позволить себе большего. Сейчас омега беременный, а когда родит, альфа обещает, что не полезет к Чимину со своими хотелками, когда Чимин будет готов, то сам его попросит об этом, и альфа будет ждать этого с нетерпением. — Ты куда собрался? Если тебе что-то принести нужно, то я принесу — говорит Юнги, аккуратно помогая подняться Чимину. — Ну, Юнги-я, у меня попа устала лежать в одном положении несколько часов, я вообще скоро жиром зарасту и ты меня любить перестанешь, а я не хочу этого, поэтому мне нужно прогуляться хотя бы до кухни и покушать. — вредничает омежка. У него и правда все тело затекло и нужно размяться хоть чуть-чуть. На слова омежки Юнги только нежно улыбается и говорит: — Глупенький мой малыш, даже если когда-нибудь ты будешь пухленьким, то я тебя никогда не разлюблю. Ты мой, и только мой пингвиненок. — альфа осторожно обнимает омегу, выгибаясь, чтобы не задеть большой животик и отстраняется, когда слышит тихое хихиканье омеги на свои слова. — Давай я помогу тебе дойти до кухни и посижу с тобой, хорошо? — в ответ альфа получает только кивок и нежную улыбку, от которой у альфы по телу мурашки побежали. Да, именно так омега действует на альву.       Юнги помог дойти Чимину до кухни, накормил его в прямом смысле этого слова, а все потому что омеге резко захотелось, чтобы альфа его покормил, и отвел его в спальню, укладывая на кровать. — Малыш, я сейчас доделаю свою работу и вернусь к тебе. Ты засыпай, я скоро — альфа поцеловал омегу в лоб и ушел продолжать свою работу. Закончив, альфа застал спящего омегу. Он залез под одеяло, укрыл омегу, еще раз поцеловал его в лобик и уснул.       Уже ночью по всему дому раздался крик Чимина, от которого проснулись абсолютно все. Юнги, проснувшись, напугался, почему его мальчик кричит и дрожит. Скинув одеяло альфа увидел мокрое пятно под омегой и до него не сразу дошло все происходящее, пока ему не сказал Чимин: — Юнги, я, кажется, рожаю — и в этот момент вбежали родители Чимина. Первым в себя пришел Юнги, он набрал скорую и сообщил о происходящем. Сумка для больницы была уже собрана и оставалось подождать приезда скорой помощи, которая обещала приехать через десять минут…