Доверься мне...

***

      Все шло в какой-то суматохе: скорая, крики Чимина, взволнованность обоих родителей и непонимание Юнги. Он просто не мог прийти в себя, он словно в каком-то тумане. Но он должен взять себя в руки ради Чимина и малыша, который вот-вот родится.       По приезду в больницу Чимина увезли в родильную комнату, а Юнги и родители Чимина остались сидеть за дверью. Всем было очень сложно слушать крики Чимина, Юнги хотел бы сам принять всю ту боль, что испытывает его любимый и маленький мальчик, лишь бы тому не было так больно. От его криков сердце Юнги разрывалось на кусочки, и он ничем не может ему помочь, только ждать…       Родители Юнги и семья Ким тоже приехали в больницу. Все очень сильно любили Чим-Чима и готовы поддержать его в любую минуту, как сейчас. — Здравствуйте. Как Чимин? — спросили только что прибывшие с отдышкой. — Еще идут роды. — ответил папа Чимина и из комнаты донесся очередной болезненный крик Чимина, отчего все присутствующие сжались. Так они просидели еще час, вздрагивая от каждого крика, а после раздался громкий детский плач, от которого тепло разливалось по всему телу.       Юнги подорвался и подбежал к двери, из которой скоро должен был выйти врач и сказать, как там Чимин и здоров ли малыш. Словно по щелчку пальца вышел доктор-омега: — Доктор, как они? — спросил Юнги. Все его тело свела дрожь, но ему все равно. Сейчас его волнует состояние его любимых мальчиков. — С ними все хорошо. Роды прошли отлично, омега хорошо постарался. — у всех присутствующих словно гора с плеч рухнула. Все вздохнули с облегчением. — А когда их можно навестить? — спросил Юнги. Он очень хотел увидеть Чимина и малыша, хотел ему сказать спасибо за все. — Я думаю, что через минут тридцать их можно будет навестить, а сейчас извините, мне нужно идти. — доктор-омега поклонился и покинул присутствующих. Только Юнги стоял около двери и ждал команду «можно», чтобы сорваться к своим любимым.       Время шло очень медленно, так казалось Юнги, но когда последний вышедший врач разрешил пройти в палату к Чимину, то счастью Юнги не было предела. Он аккуратно приоткрыл дверь в палату и прошел внутрь, прикрывая ее за собой. Никто не был против, что именно Юнги войдет в палату первым, так как видели, как сильно переживал альфа за свою омегу и сына. Да, сына. ЕГО сына. Чимин лежал на кровати, весь потный, лохматый, очень уставший и держал маленький сверточек, который тихо посапывал на руках у папы. Юнги подошел к Чимину, присел аккуратно на кровать и посмотрел на малыша, попутно поглаживая волосы Чимина, убирая взлохмаченные волосы. — Чиминни, солнышко мое — шепотом начал говорить альфа, целуя омегу в открытый лоб — спасибо тебе за все. За то, что не сломался полностью, за то, что не сделал аборт и оставил нашего малыша в живых. Спасибо, что пережив боль, ты родил такого замечательного альфочку. Я люблю Тебя, люблю Вас. Теперь вы моя семья и я сделаю все, чтобы вы были счастливы, спасибо… — по щеке обоих начали течь слезы. Слезы счастья… — Я тоже люблю тебя, Юнги. Люблю и малыша. Спасибо, что принял нас обоих и не бросил меня одного с ребенком. Спасибо...Юнги-я, поцелуй меня. — попросил Чимин. Да, за те два месяца, что они встречались, они ни разу полноценно не поцеловались. Со стороны омеги были только робкие поцелуи в щечку, а со стороны альфы были поцелуи и в щечки, и в носик, и в лобик, и в животик, но только не в губы. Омега боялся и на попытки альфы всегда уворачивался, отчего поцелуи приходились в пухлую щечку омеги. Альфа не расстраивался, он понимал, что Чимин еще не готов и терпеливо ждал нужного момента и вот он настал. Чимин сам попросил его поцеловать, а альфе два раза повторять не нужно. Он наклонился к губам омеги и посмотрел в его глаза, в них читалась усталость, но помимо нее была огромная любовь и уверенность. Юнги легонько коснулся губ Чимина, наблюдая за реакцией омеги, но когда Чимин приоткрыл ротик для альфы, Юнги углубил поцелуй. Он не был резким, жадным или диким, нет, поцелуй был очень нежным, чувственным. Через поцелуй они старались передать все свои чувства, которые не возможно сказать словами. Хоть Чимин и не умел целоваться, но он старался отвечать альфе, а Юнги очень нравилось осознавать то, что именно он научит Чимина целоваться, и не только… Они целовались долго и наслаждались друг другом, пока не услышали громкое сопение и кряхтение малыша. Юнги, оторвавшись от поцелуя, посмотрел на малютку, который морщил носик и готов был вот-вот заплакать. — Минни, можно мне взять малыша? — шепотом спросил альфа, глядя с любовью в глаза омеги, которые светились от счастья. — Конечно, только аккуратнее, пожалуйста. — опухшими после поцелуя губами прошептал Чимин.       Юнги под присмотром омеги взял альфочку на руки и начал укачивать, чтобы тот не плакал и спал крепко. Поцеловав своего сыночка в лобик, альфа положил его рядом с омегой, укрывая Чимина одеялом, чтобы тот чувствовал себя комфортнее. — Минни, а как мы его назовем? — тихо спросил Юнги, поглаживая руку Чимина и любуясь спящим малышом, который смешно морщил носик. — А какое бы ты хотел придумать ему имя? — спросил омега, не открывая глаза. Он очень устал, и приятные поглаживания Юнги только сильнее усыпляют. — Мы должны придумать вместе. Ты сейчас очень устал, засыпай мой маленький, отдыхай. — Юнги поцеловал Чимина в лобик и хотел встать и уйти, но омег взял его за руку. — Юнги-я, не уходи от нас, пожалуйста — омега не отпускал руку альфы. — Куда я от вас уйду? Вы теперь мое все, ради вас я буду жить. Давай я лягу с вами. — альфа пристроился с другого бока омеги, обнимая и Чимина, и малыша. Теперь Чимина ни что не беспокоило и он провалился в глубокий сон, прижимаясь ближе к альфе, хотя казалось, ближе уже некуда.

***

      Джин себе места не находит. Он никогда не думал, что его полюбит какой-то альфа, да еще и такой красивый, добрый, любящий и внимательный. И чувства альфы оказались взаимные. Омега постоянно утверждал сам себе, что ничего не чувствует к альфе и так он выражает благодарность, но разобравшись со всем он понял, что это не просто благодарность, это настоящая любовь. Джин уже два дня ходит и думает, как признаться альфе в своих чувствах, но подходящий момент не появлялся.       Одним из вечеров, когда Джун пришел в гости к Джину и к Бао, омега решил, что обязательно признается ему во всем, но он не знал, что альфа пришел не просто так в гости, а с хорошей новостью.       Бао, сидя за столом, рассказывал, как прошел его день в детском садике и Джин с Джуном были счастливы за малыша, что тот познакомился с другими омежками и они вместе играли в песочнице. Когда Бао покушал, то он убежал смотреть вечерний мультик, после которого умоется и ляжет спать. Оставшись в кухне наедине, оба начали говорить в одно время: — Джин, я хотел сказать… — Джун-и, я хотел сказать… Оба засмеялись от неловкости и Джин сказал: — Говори ты, я потом скажу. — Джин даже был рад, что они заговорили вместе, потому что он все еще не собрался и волнуется сильно… — Хорошо. Джинни, я придумал решение проблемы с Бао. — глаза Джина округлились — Я хочу его усыновить, но мне нужно твое согласие. Ты все обдумай и скажешь ответ, когда будешь готов. — Джин не верил в услышанное. То есть альфа хочет усыновить чужого ребенка? Готов взять всю ответственность на себя? — Джун, ты…ты серьезно? Ты уверен, что хочешь взять на себя ответственность за ребенка? — на глазах Джина уже были слезы, но они не стекали по щекам, омега их старался сдержать. — Да, Джинни, я в этом полностью уверен. Я готов взять на себя ответственность за Бао. Я люблю его как своего сына, и тебя очень сильно люблю. Я хочу, чтобы вы оба были счастливы… — Джунни, я… — омега расплакался, он дал волю слезам, а заодно и своим чувствам — я тоже тебя люблю, Джунни, спасибо тебе за все. Мы с Бао счастливы с того момента, как ты появился в нашей жизни. Спасибо, Джунни. Я не против, чтобы его усыновил, но нужно будет рассказать Бао об этом. — сказал омега. Да, омега смог это сделать. Он признался альфе в своих чувствах. А альфа встал в ступор от услышанного. Он не верил, что омега и вправду сказал, что любит его. Джин тихонько подошел к альфе и обнял его за талию, укладывая свою голову на его крепкое плечо. А Намджун думал, что это сон, но тихий всхлип его омеги доказал, что это реальность и его омега плачет. Внутренний альфа готов рвать и метать, потому что как ты мог заставить своего омегу плакать? — Джинни, сладкий мой, не плачь, все же хорошо. Мы со все справимся, просто доверься мне. — альфа крепко-крепко обнял омегу, прижимая ближе к себе. — Я доверяю тебе, мой альфа — Джин поднял свой заплаканный взгляд на альфу, обнимая его крепче. Джун медленно начал приближаться к Джину, чтобы поцеловать его но…в кухне раздался детский голос: — Джинни, почему ты плакал? Дядя Джун тебя обидел? — спросил вошедший Бао, держа в руке плюшевую игрушку-цыпленка. — Что ты, радость моя, — Джин отошел от Джуна, подходя к малышу и присаживаясь на корточки перед ним — Просто дядя Джун сказал очень хорошую новость и я от нее заплакал. Не переживай за меня. Ты уже умылся? — в ответ на вопрос последовал кивок. — Отлично. Пойдем спать. Джунни, пошли вместе уложим Бао спать — Джин взял за руку альфу и они вместе пошли в сторону спальни.       Спустя полчаса Бао уснул и альфа с омегой тихонько вышли из спальни, прикрывая за собой дверь. — Пошли со мной — омега взял руку альфы и повел его в ванную комнату. Он хочет за все отблагодарить альфу, пусть и таким способом… — Джинни, куда ты меня ведешь? — спросил альфа, недоумевая. — В ванную. — игриво ответил омега. — Ну это я и так вижу, а зачем? — интерес брал свое. Омега игнорил вопрос альфы до тех пор, пока они не пришли в нужное омеге место. — Джунни, я недавно проходил обследование и мне доктор сказал, что моя течка будет проходить сегодня, но она будет проходить в два раза больнее, чем раньше. А еще доктор сказал, что только проведя ее с альфой я могу снизить боль, и я хочу, чтобы ты мне помог. Ты ведь не против? — спросил омега, поднимая на него свой взгляд. Альфа стоял с минуту и обрабатывал информацию и когда омега начал уходить, виня себя за свою необдуманную выходку, альфа притянул его к себе. — Джинни, я не против. Если тебе и правда будет легче, то я готов помочь тебе. Спасибо, что доверил себя именно мне, я не сделаю тебе больно, обещаю. — Джун решил продолжить то, что он начал еще на кухне. Взяв омегу за подбородок и приподняв его лицо, альфа впился в губы омеги нежным, но в то же время страстным поцелуем. Джин целоваться не умел, но все схватывал на лету и спустя минуты три он сам активно посасывал и покусывал губы альфы. Лизнув нижнюю губу омеги, альфа дал намек, чтобы тот открыл свой ротик и пропустил альфу внутрь, омега так и сделал. Альфа начал хозяйничать во рту у Джина, проводя языком по небу и играясь с его языком в бешеном танце, от которого по подбородку омеги потекли слюнки. Обоих это очень заводило и Джун, приподняв омегу за талию, усадил его на стиральную машинку, не разрывая поцелуя. Все же им пришлось разорваться, потому что очень резко по животу Джина прошлась резкая режущая боль, от которой из глаз омеги потекли крупные слезы. — Джунни, ужасно больно. Сделай что-нибудь, умоляю. — рыдал Джин. Нет, такой боли он еще никогда не испытывал. — Джинни, твой запах… — омега пах лесной малиной и он прекрасно сочетался с запахом альфы — ель после дождя. Все это создавало впечатление, что ты находишься в чаще леса после дождя и ешь спелую малину, которую вырастил не человек, а природа. — Мы… Мы истинные, Джинни. — Джин тоже был в шоке от услышанного, но очередной приступ боли в низу живота не дал долго насладиться услышанной новостью. Джин всегда мечтал встретить истинного и никак не думал, что им окажется Намджун.        Альфа долго не думал, припал к губам омеги и начал его раздевать. Сначала он снял футболку, а потом стянул и домашние спортивные штаны, опускаясь перед омегой на колени. — Джинни, солнышко, потерпи, сейчас будет очень приятно, я обещаю. — альфа стянул боксеры Джина и взял в руки его аккуратный маленький омежий член в свою руку, большим пальцем поглаживая головку, отчего Джин громко застонал. Он еще никогда себя не трогал в тех местах и все для него было в новинку, всегда обходился блокаторами и обезболивающими, но не в этот раз. — Ах, ммммн, Джунни, как хорошо, ~мпф~, но мне все еще больно, милый — сквозь стоны говорил Джин, и от его «милый» в штанах альфы дернулся член, давая о себе знать. Джун поменял тактику, в голове одна цель: «Сделать что-угодно, лишь бы его омеге не было больно». Джун медленно просунул в попку омегу один палец, одновременно с этим беря член омеги в рот, посасывая его. Омегу подбрасывало от приятных ощущений и, не увидев сопротивления со стороны омеги, альфа просунул в него еще два пальца, задевая простату, не переставая посасывать омежий член. — ~АААХ, Джунни, еще раз, потрогай меня еще раз в том месте — еще громче застонал омега, когда Джун задел особый комочек внутри омеги, принося неимоверное удовольствие. — Мгм — промычал альфа, обдавая вибрацией весь член омеги. — Мм, Джунни, аах, я…я сейчас кончу, ммм, отодвинься, прошу — просил омега, упираясь в голову альфы, пытаясь отодвинуть от себя. Но альфа не отодвинулся и омега, выгибаясь, кончил прямо в рот альфы. Отстранившись, альфа облизнулся и сказал, что омега самый вкусный, отчего Джин смутился и покрылся краской. — Раздвинь ножки, маленький мой, сейчас будет еще лучше, чем было — сказал альфа, припадая к губам омеги, чтобы тот тоже узнал, насколько он вкусный и сладкий. Альфа, пристроившись между ног омеги, смазал свой член в смазке омеги, которая обильно вытекала из попки омеги, и начал медленно проникать в нутро омеги, целуя губы, шею, ключицы, чтобы отвлечь его от недолгой боли, но на удивление альфы Джин только громко простонал и схватился за плечи альфы, царапая их своими небольшими ногтями. — Мне…ах…очень хорошо, Джунни — омега двигался на встречу к альфе, отчего по всей ванной раздавались пошлые и хлюпающие шлепки двух тел друг об друга. Ощущать узость омеги альфе очень нравилось и он постепенно наращивал темп, отчего омега начинал стонать еще громче и чтобы не разбудить Бао, Джун начал страстно целовать его, не сбавляя темп. — Джу-у-у-ни-и-и, я сей-й-час ~аааахх~ кончу — от быстрого темпа альфы омега не мог сказать нормально, получалось не так, как планировал омега, но альфа понял и начал вбиваться в омегу еще быстрее и жестче, отчего омега начал покрикивать в стонах. Спустя секунд двадцать омега выгнулся и все его тело пробила сильная дрожь, а колечко сжалось очень сильно, отчего альфа кончил прямо в омегу, давая случиться сцепке. А это говорит только об одном. Скоро у них будут бегать маленькие Джины и Джуны, но пока что они об этом не знают и наслаждаются оргазмом. Альфа упал на омегу и начал лениво его целовать, а омега также лениво отвечал. Спустя полчаса ленивых поцелуев пара помылась и Джун отнес омегу в спальню, где сладко спал Бао. Они переоделись в пижаму и уснули в обнимку рядом с Бао на огромной кровати, и никто не знает, что внутри Джина уже зарождается маленькая жизнь…