Муж и жена (глазами мужа)

Утром я проснулся и с удовольствием потянулся. Усталость прошла и я почувствовал прилив свежих сил. Я посмотрел на часы:можно было еще больше часа поваляться в постели. Я повернул голову: Мэри лежала спиной ко мне и еще спала. Я лежал на спине, положив руки за голову. Мэри зашевелилась и повернулась ко мне лицом. Наши глаза встретились и мы потянулись друг к другу. Я обнимал ее, а ее головка лежала на моей груди. Мэри рисовала что-то пальцем на моем животе. -Ты еще не встаешь? - спросил я. -Нет, сегодня полежу еще немного. Ты вчера рано лег, а я постирала твой халат, почистила тебе сапоги и еще кое-что сделала, что обычно делаю утром. -Пчелка ты моя! - я целовал ее. -Ренвик, ты реши, кто я:пчелка или наседка? - Мэри продолжала рисовать на моем животе. Я расхохотался. В нежном, светло розовом дорогом ночном белье, отделанном кружевами, Мэри была красивее богини утренней зари. Какие пчелы или наседки могут с ней сравниться? Розовый цвет очень шел к ее черным локонам и карим глазам, но мне больше нравилось видеть набухшие розовые соски на белом теле и красные изнемогающие от страсти складочки в окружении черных густых шелковистых волос. Обнаженная Мэри была прекрасна всегда, а сейчас утром полусонная, но отдохнувшая за ночь, она была божественна. -Ты - моя жизнь! - я прижал ее к себе. - И почему я когда получил твое письмо, не поехал за тобой в Лондон и силой не привез обратно? -Ренвик, а куда ты меня сегодня повезешь? -Сегодня? Я тебе обещал сегодня куда-то тебя повезти? - удивился я. -Нет, не обещал, но когда ты на меня сердишься, ты потом меня куда-то везешь гулять. Обещаю кудахтать весь вечер. -Ты обещала меня поцеловать. У меня от смеха началась икота. -Но я в долгу не останусь. Я снял с Мэри то, что на ней было и положил руку на розовый сосок. Мэри застонала и согнув ноги в коленях, широко их расставила. Поласкав её грудь, я захватил губами набухший сосок, а руку положил на ее бедро. Мэри взяла мою руку и положила себе между ног. -Как хорошо! А так будет лучше. Мои пальцы проникли в горячее мокрое сокровенное место, лаская нежные складочки и бугорок. -А теперь поцелуй! – прошептала моя жена, шепча мне на ухо какую именно ласку она хочет получить. -Э нет, девочка моя, не сейчас. Я снял с себя белье и мое возбужденное тело соединилось с телом жены. Вечером, я подъехал к нашим воротам. Мэри вышла из дома и спустившись по ступенькам, вышла из ворот. На ней было светло-серое платье, под цвет обувь, перчатки и шляпка. Сверху была надета темная пелерина. Ее черные густые локоны падали сзади на спину. Я все-таки заставил ее полностью обновить ее летний гардероб так, чтобы ее одежда соответствовала ее положению в обществе и теперь, когда я с ней появлялся на людях, моя жена блистала не только своей красотой, но и изысканными нарядами. Мне казалось, что с облаков спустилась богиня. Мэри подошла ко мне и подставила мне лоб для поцелуя: -Добрый вечер, дорогой! -Какая ты у меня красавица! - восхищенно вырвалось у меня. Я усадил ее в экипаж. -Куда ты меня повезешь? -Давай поедем на набережную. - предложил я. -Давай! Ренвик, где ты был сегодня? - хитро спросила Мэри. -Как где? - удивленно ответил я. - В больнице. -Не похоже. - Мэри покачала головой. - Ты хорошо выглядишь, не уставший. Я расхохотался: -А ты у меня еще и лисичка! Приехав на набережную, я поставил экипаж на стоянку и мы гуляя, искали где поужинать. Проходящие мимо нас люди с восхищением смотрели на мою красавицу жену, а Мэри взяв меня под руку, не отрывала глаз от моря, которого она до приезда в Эдинбург никогда не видела. Через несколько минут, я понял, что совершил ошибку, приехав сюда, с моря дул пронизывающий ледяной ветер. -Так, дорогая, возвращаемся в экипаж и едем в другое место. - я решительно обнял жену за плечи и повернул обратно. - Ты слишком легко одета. Мы сели в экипаж и я направил Тима в ближайшее кафе. -Мэри, дорогая, ты не замерзла? - беспокоился я. - Только такой болван как я, мог не подумать, что на море сейчас сильный ветер. Я прижимал к себе ее хрупкую маленькую фигурку, чтобы согреть. Я поставил Тима на стоянку и увлек Мэри в кафе. На входе я столкнулся с Кетелингом, выходящим из кафе с женой. -О, какая встреча! - замурлыкал он, смотря на Мэри и облизываясь как кот на сметану. Кетелинг галантно поцеловал Мэри руку. -Мы пришли в это кафе, зная, что здесь собираются самые уважаемые люди Эдинбурга. - я, как всегда, мило улыбнулся, хотя Кетелинг вызывал у меня большее отвращение, чем крысы. Мы сели за столик и прежде чем сделать заказ, я попросил принести горячий чай. -Ренвик, да не переживай ты так! - смеялась Мэри. - Со мной все в порядке. -Все равно попей горячий чай. - рассеянно ответил я, погружаясь в меню. -Ренвик, куда мы пришли? -В кафе. - ответил я, думая что заказать. -А какие уважаемые люди города здесь? -Я и ты. - отмахнулся я. - Я, пожалуй, закажу себе бифштекс, давно его не ел. Ни ты, ни мама давно мне его не готовили. А ты что хочешь? -Тут вкусные бифштексы? Тогда я тоже закажу. -Понятия не имею, что здесь вкусно, а что нет. Я здесь первый раз. -Так ты же сказал про знаменитых людей. - Мэри хлопала глазами. -Я сказал, чтобы этот идиот заткнулся. Я привел тебя сюда потому, что это было первое кафе, которое я увидел. Я хотел, чтобы ты согрелась и я такой голодный, что сейчас тебя съем! -А он твой начальник? -Я работаю под его руководством. Нам принесли аппетитно пахнущий заказ. -Гм! А бифштекс очень даже неплохой! Не хуже, чем твои и мамины. - уписывал я ужин за обе щеки. Мэри положила свою руку на мою. -Ренвик, я, наверное, не должна тебе это говорить, ты - мой муж. - робко сказала она. -Именно потому, что я твой муж, а ты моя жена, у нас не должно быть секретов друг от друга. Даже если заведешь себе любовника, можешь мне рассказать. - брякнул я. Мэри недовольно скривилась. -Мэри, я же пошутил. - я расправился с бифштексом и гарниром и принялся за десерт. - Между прочим очень приличный ужин и пудинг неплох. Как-нибудь придем сюда еще. Да, так что ты хотела мне сказать? -Про любовника. -Какого любовника? А, так ты завела себе любовника? - я еле сдерживался, чтобы не расхохотаться. - И где вы встречаетесь? Он приходит к нам домой? Слушай, мне нравится твой любовник. Это он помог тебе забить кладовку банками? Я вчера туда еле между ними протиснулся. Мэри засмеялась. -Вообще я имела ввиду Кетелинга. Меня передергивает от того, какими глазами он на меня смотрит. -Он такими глазами смотрит на всех красивых женщин. - пожал я плечами. - А ты - самая красивая. Мэри смутилась. -Опять конфузишься? - смеялся я. - Посмотри вокруг. Все на тебя смотрят с восхищением. Никак не могу понять: где были глаза у лондонских мужчин? Или ты по Лондону в парандже разгуливала, как восточная женщина? Я расплатился и мы вышли на улицу. -Ты была уже в этой части города? -Нет. -Отлично! Я, наконец, покажу тебе город. А то все обещаю и не получается. Мэри взяла меня под руку и мы пошли вдоль по улице. Я с увлечением рассказывал ей про Эдинбург. Я остановил экипаж возле ворот нашего дома. Мэри вышла и пошла в дом, а я направился в конюшню. Когда я зашел в спальню, то увидел Мэри в ночной рубашке, расчесывающей перед зеркалом свои роскошные локоны. -Все в порядке, дорогой? - спросила она, поворачиваясь ко мне. Ее личико разрумянилось от прогулки и в обрамлении черных густых локонов, Мэри была неотразима. Вместо розовой рубашки из плотной ткани, в которой Мэри спала прошлую ночь, она была в другой, светло лимонной. Ткань была прозрачной, легкой и почти не скрывала тело. Не знаю, кто бы мог устоять, видя такое? Я снял с себя одежду и подошел к жене: -Вечер был прекрасный! - шептал я, раздевая ее и укладывая на кровать. - Я хочу продолжения. -И я. - Мэри ласкала мое тело и возбужденное сокровенное место. - Тем более, что за тобой должок, милый. Ты сегодня провинился. -Чем? - удивился я, целуя и лаская ее шею, плечи, грудь, живот. -Еще спрашивает! - Мэри широко расставила ноги и выгнув свое прекрасное гибкое тело, подставляла мне под поцелуи низ живота. - Я вышла из дома, подставила тебе лоб для поцелуя, а ты меня не поцеловал. -Я тебя по-другому поцелую. Я ласкал языком ее набухший бугорок, чувствуя, как она изнемогает от желания. -Как хорошо! - бормотала она. Я на мгновение перестал. -Еще! Ренвик, любимый, еще! Поцелуй меня еще, вот так, так, глубже. - стонала Мэри. - Я так хочу... Я целовал ее, потом вошел в нее и мы стали одним целым. Я увеличивал темп, проникал все глубже, менял положение наших тел, пока мы оба не оказались на верху блаженства. Мэри уже знала, что она должна делать, когда я внутри нее. Я без сил лежал на спине, Мэри лежала рядом. Обычно она приходила в себя быстрее меня. Поджав под себя ноги, Мэри сидела на кровати. Ее распущенные волосы падали ей на грудь. Мэри склонилась надо мной и совершала обычную процедуру от которой я также получал неземное удовольствие: вытирала меня салфеткой. -Ты похожа на русалку, только ты красивее. - шептал я, лаская ее грудь. -Наседка, пчелка, лисичка, русалка... - хохотала Мэри. -Иди ко мне, моя дорогая! - я протянул ей руки. Мэри улеглась мне на живот. -Самое подходящее прозвище для тебя - голубка. - я прижал ее к себе. - Такая ты нежная. Только муж у тебя старый осел. -Что-о-о?! - Мэри удивленно уставилась на меня. -Дорогая моя! Твоя душа и твое тело созданы для любви. - я уложил ее на спину и провел рукой по ее груди, животу. Мэри тут же инстинктивно вытянулась и согнув ноги в коленях, расставила их. Я положил руку на ее заветное место, которое жаждало любви. -Ну вот видишь! - шептал я, лаская ее и проникая пальцем в глубину нежного тела. - Ты хочешь близости, а я прихожу домой и сваливаюсь без сил. Мэри расхохоталась. Она положила руку мне между ног и я сразу напрягся. -Это так реагирует старик? - хохотала она, лаская меня и проводя язычком по моему сокровенному месту. - По-моему так реагирует сильный юноша. Но ведешь ты себя как старая наседка. Кудахчешь, вместо того, чтобы заняться делом. Ренвик, выброси все из головы. Мне нужен ты и только ты, я люблю тебя и не хочу другого мужа. Не говори так, мне это неприятно. Мы провели прекрасную ночь снова и снова наслаждаясь друг другом. -Я люблю тебя. -И я тебя. -Я люблю тебя. -И я тебя. -Я люблю тебя...