Я сделаю так, что ты сможешь меня полюбить.

      — Так, ну что, ты готова? — спросил Драко Гермиону, которая стояла рядом с ним и рассматривала поле, в которое они вышли.       — Да, — твёрдо ответила она и улыбнулась ему самой лучезарной улыбкой.       Услышав её ответ, он взмахнул палочкой, и они мгновенно трансгрессировали. И буквально через считаные секунды они оказались перед высокими кованными воротами, вверху которых красовалась большого размера фамильная буква «М».       Не тратя и секунды, Драко открыл ворота и, пропустив девушку вперёд, пара направилась к главному входу в особняк, в окнах которого мерцало множество огней. С обеих сторон были расположены высокие фонари, которые освещали длинную и широкую дорожку.       Дойдя до двери, Малфой посмотрел на Гермиону, по лицу которой можно было сразу понять, что она волнуется. Хоть и скрывает это за маской своей неизменной гордости.       — Не переживай. Я уверен, что всем ты понравишься, а моя мама примет тебя. Так что всё пройдёт хорошо. Кстати, ты выглядишь просто шикарно! Это платье тебе безумно идёт, — поддержал её парень и, развернув девичье лицо к себе, погладил по щеке в успокаивающем жесте.       — А с чего ты взял, что я переживаю? Но всё же спасибо за поддержку. А платье да, оно мне тоже очень нравится. И за него тебе тоже спасибо, — поблагодарила она Драко и покрутилась вокруг своей оси, демонстрируя своё изумительное платье изумрудного цвета.       — Ну, раз ты не нервничаешь, то прошу, — монотонно произнёс он и ладонью указал на вход.       Пройдя почти весь особняк и оказавшись в коридоре, который разделял их от большого зала, в котором сейчас был самый разгар праздника, Гермиона резко остановилась и рефлекторно сжала платье.       — Драко, а можно мы пойдём с другого входа? Чёрного. Просто, как я поняла, это главный и в нем имеется большая лестница, по которой мы должны спуститься.       — Нет. Мы обязаны пойти именно по ней. И уступать в этом я не буду, даже не проси. Да и вообще, ты же так рьяно доказывала, что не волнуешься, так поддержи тогда свои собственные слова. Или ты не хозяйка своего слова, м?       — Ну… — протянула она и опустила глаза в пол.       — Грейнджер, пошли.       — Ладно, — взволнованно вздохнув, она всё же собрала всю свою смелость и теперь уже подошла под руку с Драко к лестнице, на которой они стояли по середине.       Обведя всех присутствующих взглядом, Драко нашёл глазами свою мать, которая стояла в небольшой компании чопорных аристократов и о чем-то разговаривала. Мысленно связавшись с ней, отчего она сразу же обернулась в его сторону, юноша приподнял подборок и теперь смотрел на стоявшую и прижавшуюся к нему как маленький котёнок Гермиону. Он слегка, чтобы этого никто не видел, пихнул её в бок, дабы она пробудилась и вышла из своего дома волнений и тревог.       — Всё будет хорошо. Я тебе обещаю, — шёпотом произнёс Драко, и, выпрямив спину, что сделала и сама девушка, они начали спускаться по лестнице вниз.       Пока они шли, на них были устремлены глаза буквально всех присутствующих. Со стороны сверстников самого Драко они были завистливые, а со стороны сверстниц — опечаленные. Но сам он не обращал на них совершенно никакого внимания. Он был погружён в океан мыслей только об одной прекрасной девушке, которая сейчас шла рядом с ним под боком.       Как только они спустились, то сразу направились к матери Драко.       — Драко, ты уверен, что она одобрит твой выбор касаемо меня? — шёпотом спросила девушка.       — Уверен, — твёрдо ответил он, не переставая смотреть на свою мать, улыбка которой просто не сходила с лица. — Здравствуй, мама, — поприветствовал сын мать и поцеловал тыльную строну ее ладони. — Прошу внимания! Позвольте представить вам мою девушку, по совместительству будущую невесту — Гермиону Грейнджер, — торжественным тоном сказал Драко и перевёл лукавый взгляд на девушку, которая слегка склонила голову, но выражение лица которой было просто ошеломительное, она была просто в шоке от того, что сказал её парень и, как он выразился, будущий муж.       — Гермиона, знакомься, это моя мать — Нарцисса.       — Почту за честь познакомится с матерью моего… Моего будущего мужа, — слегка улыбнувшись, Гермиона скосила на него проницательный взгляд.       — Взаимно. Ну что ж, раз такое дело, то я просто обязана объявить об этом всем присутствующим гостям. Как считаете?       — Эм…       — Мы только за, — быстро ответил за Гермиону Драко и придвинул её за талию ближе к себе.

***

      Время тянулось мучительно долго, а Гермиона всё время почему-то нервничала. Будто у нее была клаустрофобия от такого количество людей в зале. И вот, не выдержав, она, пока Драко общался с гостями, не говоря ему не слова, накинула на плечи свою мантию, отправилась на балкон, дабы подышать свежим воздухом и развеять свою голову. POV Гермиона:       — Мда уж, не так я себе представляла первое знакомство с матерью своего… Мерлин, что?! Мне даже говорить об этом как-то странно. Да и вообще, почему он тянул до последнего? Да ещё и не сказал мне об этом заранее? Я то думала, что наши отношения продлятся хотя бы год. А он уже говорит о таком! А может это будущее наступит не скоро? Хотя, зная Драко, оно может наступить хоть сегодня вечером. Но почему меня посещает это странное чувство, будто я что-то забыла? Хм… Возможно, это то, чего я так давно жду? Да ну нет, что за бред? Но, может быть, это и есть так? По-моему, я уже превращаюсь в шизанутую дурочку, рассуждающую о том, чего ещё не было и быть не может! Но всё же. Я вообще не считаю это за что-то стоящее. Я хочу другого. Но… Нет! Да что же это такое?! Сука! Я стояла на холодном и пронизывающем все мои кости ветру ещё долгое время. — Меня даже никто не ищет. Как же всё-таки хорошо. Люблю я побыть наедине со своими мыслями, хотя бы чуть-чуть. Это помогает мне собрать своей смысловой пазл до конца и с трезвой головой понять, как действовать дальше. Но почему-то это не сильно помогает. Я всё никак не могу отвязаться от этой навязчивости касаемо нас с Драко. Мерлин, почему же мне так стыдно об этом говорить? Возможно это из-за того, что у меня этого ещё никогда не было. Хотя у него тоже. Ну если верить его словам, конечно. И кстати, что касается доверия, то у меня вызывает сомнение то, что он тоже девственник. Мерлин, вот это да, конечно. Как говорят маглы: «Бог до пары сводит». Возможно, в этом они и правы. Может у него до меня и были отношения, и он уже давно не девственник? А я как дура стою тут и не знаю, чем себя занять. Может мне уйти? А может… Я даже не знаю. С одной стороны, он выражает мне свою любовь, и я даже сама это вижу. И то, как он смотрит на меня, как теперь поступает со мной и тому подобное. Вообще всё, что он делает в мой адрес, похоже на настоящую и искреннюю любовь. Но всё равно, что-то внутри не даёт мне покоя и всячески отговаривает. Может это совесть, а может я просто себя накручиваю? Разбираться в этом сейчас у меня нет никакого желания. Да и вообще когда-либо. Я, наверное, оставлю эту чушь в сторону и просто буду жить моментом и видеть явные вещи, а не придумывать себе такое, от чего голова закружится. Конец повествования.       Гермиона стояла на балконе и уже порядком замёрзла. Но зато ей было хорошо стоять именно здесь, именно в это время и именно в такую погоду одной, со своими мыслями наедине. Но поняв, что она может заболеть, ей пришлось отказаться от дальнейшего продолжения своей одинокой идиллии. Закрыв глаза и напоследок ещё раз вдохнув морозный воздух, она уже хотела развернуться, но тут её плеч коснулись широкие и вечно холодные ладони, принадлежащие только ему одному.       — Давно ты здесь стоишь и мёрзнешь?       — Да. Но я уже собралась уходить.       — А куда именно, можно полюбопытствовать?       — Ой, я даже не знаю. Может сяду в какой-нибудь угол зала и буду смотреть оттуда на всю эту движуху. А может и вовсе пойду в библиотеку, если она здесь есть, конечно, и буду коротать время там за какой-нибудь занимательной книженцией.       — У меня есть предложение получше.       — В смысле?       — Пойдём и узнаешь, — загадочно произнёс Драко и, не дожидаясь ответа девушки, взял её за руку и повёл в известном только ему направлении.       Идя по огромному особняку Малфоев, Грейнджер отметила про себя то, что его хозяева предпочитают готический стиль. В котором всё строго и без излишеств.       Пройдя очень много длинных и полутёмных коридоров, девушка уже порядком устала и сейчас очень хотела лишь одного: лечь где-нибудь в мягкую кровать и забыться сном.       — Нам долго ещё?       — Нет, мы уже пришли, — ответил Малфой и открыл перед ней дверь.       Войдя внутрь, где ничего не было видно, даже собственного носа, Гермиона попыталась понять, куда её привёл парень. Но, к сожалению, это не увенчалось успехом.       — Готова? — послышался из темноты голос Драко.       — Смотря к чему.       Не говоря ничего в ответ, юноша включил свет. После минутного прищуривания глаз и привыкания к такому яркому свету, Грейнджер огляделась и сразу же заметила большое чёрное пианино, расположенное по середине большой комнаты, выполненной в тёмных тонах, в основном зелёных и чёрных.       — Дай угадаю, это твоя спальня?       Драко только кивнул в ответ и прошёлся до музыкального инструмента.       — Можно? — спросила подошедшая следом за ним девушка и легким движением ладони погладила пианино.       — Прошу.       Сев рядом с ним, она открыла крышку и, усевшись поудобнее и выпрямив спину, начала играть «vitalie rotaru — digital feelings. My feelings for you».       Пока она исполняла эту безумно красивую мелодию, Драко глаз с неё не спускал. Она будто очаровала его своим мастерством так изящно играть на этом инструменте, который с помощью её умелых пальцев издавал эту самую мелодию. Сама девушка была полностью погружена в музыку и будто растворилась в ней вся и полностью. Даже глаза закрыла. Юноша не стал прерывать её, вместо этого просто-напросто неотрывно любовался ею со стороны и слушал эту прекрасную композицию, исполняемую его любимой девушкой.       Когда Гермиона закончила своё мини выступление, она открыла глаза и счастливо улыбнулась. Повернула голову на рядом сидящего с ней Драко, который был в полном ошеломлении и в глазах которого ярко читалось уважение.       — Не знал, что ты умеешь так мастерски играть на пианино.       — Ещё с детства мои родители начали развивать во мне все самые главные и важные науки, искусства, музыку, и вот, пианино не обошло меня стороной.       — Мое уважение, — сказал Драко и бодро похлопал в ладоши.       — Благодарю, — ответила она, слегка склонила голову в его сторону и положила ладонь на свою грудь.       — Кстати, у меня есть для тебя сюрприз, - быстро произнёс он и, поднявшись, поспешил к прикроватной тумбочке.       Не став более сидеть на месте, девушка отправилась следом за ним и ненавязчиво стала наблюдать за тем, как парень что-то рьяно ищет в тумбе.       Не прошло и минуты, как он резко поднялся и в руке его оказалось то, что он и искал. Это была маленькая бордовая коробочка.       Сев перед ней на одно колено, Драко слегка улыбнулся и, посмотрев в глаза своей уже бывшей девушки, положил на свою ладонь эту самую коробочку.       — Драко, только не говори, что это…       — Гермиона Джин Грейнджер, ты согласна стать моей невестой?       — Считается, что если парень первый раз поцелует свою избранницу в полнолуние, то она скоро станет его невестой. А ты помнишь, тогда в библиотеке всё так и было. Ладно, прости, я люблю философствовать. Но знаешь, у меня только один вопрос к тебе перед тем, как я тебе что-то да отвечу.       — И какой же?       — Ты девственник?       — Мерлин, Гермиона, ты вот сейчас серьезно? В такой важный момент ты спрашиваешь такое?!       — Просто ответь. И желательно правду.       — Нет, — просто ответил тот и скосил свой взгляд в пол, слегка прикусив губу. POV Драко:       — «Мне так стыдно перед ней. Почему я ей все это время врал об этом? Думаю, она не станет закатывать тут истерику и винить меня во всех смертных грехах человечества. Я вообще считаю, что в этом нет ничего критичного. Как говорится: все мы не без греха. Вот и я не исключение. Да и вообще, та, с кем я её лишился, уже как год мертва. Так что теперь Грейнджер не нужно будет марать свои ручки». Конец повествования. POV Гермиона:       — «Так я и знала! Оказывается, не просто так что-то внутри дергалось-то. Возможно, это простая интуиция. Но зато теперь я знаю правду. Интересно, какие у тебя ещё имеются скелеты в шкафу, а, Драко Малфой? А может ты лишился её только вчера, а сегодня уже делаешь мне предложение стать твоей? А может я как всегда себе что-то напридумала? Хотя как обычно это не всегда правда. Но про девственность я попала в точку! Вот только как теперь мне поступить? С одной стороны, он врал мне об этом всё это время, отчего подорвал моё доверие к себе, а с другой… Что-то здесь не чисто. Но я всё же не буду кипятиться, а буду поступать немного по-другому». Конец повествования.       — Ну так что, ты согласна?       Помолчав ещё некоторое время, при этом не отводя своего проницательно взгляда карих глаз от его холодных, Гермиона всё же кивнула. И поэтому, улыбнувшись самой искренней улыбкой, она дала ответ:       — Да.       И это простое, но такое желанное лично для самого Драко «Да» прозвучало как самое лучшее, что он только слышал на этом свете.       Достав из коробочки тонкое золотое колечко, юноша одел его на безымянный палец (уже своей невесты), которая в этот момент была неподдельно счастлива, а улыбка не сходила с её лица ни на долю секунды.       Не сумев сдержать всего счастья, которое буквально переполняло её нутро, Гермиона со всей силы накинулась на шею Драко, отчего он, не удержав такого порыва с её стороны, спиной упал на стоявшую сзади кровать и повалил девичье тело за собой.       Слегка оторвавшись от него, Гермиона посмотрела в его серые глаза и на его прекрасную улыбку, которую она не задумываясь накрыла своими алыми губами. Парень, всё это время державший свои руки на её тонкой талии, начал медленно поднимать их и незаметно для неё самой развязывать шнуровку платья на спине. Девушка, поняв его мотивы, тоже не стала отставать от него, поэтому начала расстегивать пуговицы его белоснежной рубашки. Но в отличии от него самого, она делала это быстро, как будто боялась что-то упустить. Хотя, по сути, так оно и было. А ведь для неё это ново, но почему-то она справлялась лучше, чем кто-либо другой. По ней и нельзя было сказать, что она новичок в этом деле. А вот сам Драко, имевший опыт в этом плане, почему-то не торопил события и как будто специально оттягивал этот момент.       Оторвавшись от её сладких губ и сфокусировав свой взор на ней, юноша внимательно посмотрел в карие глаза, и в его голове сейчас стоял лишь один вопрос к ней.       — Ты тогда готова к этому?       — Да замолчи ты уже! И просто трахни меня! — потребовала Грейнджер и снова припала к его губам, помимо прочего она закончила своё занятие и ловко стянула с Драко его рубашку, которая полетела куда-то в середину комнаты. Потом ловко села на его бедра и обвела кончиком языка контур его губ, нежно прикасаясь прохладными ладонями к его груди. Не прерывая зрительного контакта, она видит, как его зрачки расширяются словно он принял дозу. С какой-то слепой нежностью она ласкает его рот, давит своими бедрами на его, и он встречно вздрагивает.       — Драко…       Она открывает глаза, обдает его этой волной тепла. От звука его имени, да ещё и таким тоном, срывающегося с этих губ, у него подламываются рёбра, и он буквально звереет от этого. Срывает платье, белье. Пьет её кожу, словно умирающий в пустыне. Гладит, ласкает, сжимает. Задыхается, всё глубже погружаясь в этот омут, падает в пропасть.       — Мать твою, Гермиона, я сейчас сдохну!       Она хватает его лицо руками, тонет в серых глазах.       Резко перевернув хрупкое тело, он теперь смотрит в её глаза сверху вниз. И ему это безумно нравится. Он чувствует себя хозяином ситуации и её самой.       — Не посмеешь! — она впивается в его губы, рубиновая капля выступает на уголке, но им обоим всё равно.       Она стонет, ноет под ним, неистово трется, царапает спину. Выгибается, подставляя коричневые соски под его губы. Полное охуение!       Его руки ходят ходуном, пытаясь справиться с ремнем на брюках. Она уже распластанная лежит под ним в одних крошечных, таких, твою мать, крошечных трусиках, что у него немеют пальцы. Он наконец расправляется с ремнем, одним движением оставаясь полностью обнаженным. Закидывает её ногу себе на плечо, проходится губами от лодыжки до внутренней стороны бедра, опускаясь всё ниже. Она что-то кричит протестующее, тянет его за волосы.       Он рвет её белье, впивается губами в её влажные складочки. Она мокрая, такая мокрая! Он изнемогает, его язык проникает в неё, ласкает. Сладкая! Губы посасывают клитор, задавая настойчивый нервный ритм. Она воет, выгибается, словно вся подается на него. От этого движения его накрывает по полной, все чего он хочет, чтобы она, сумасшедшая, огненная, страстная кончила с ним.       Сейчас же!       И он целует, лижет, давит пальцами на самые нежные, самые чувствительные точки, гладит, сжимает её соски. Она так неправильно, так пошло дергается под ним, что он теряет контроль. Вжимается губами все глубже и резче. Она уже не стонет, только сипло надрывно дышит, когда он чувствует прошедшую по её телу судорогу. Большим пальцем трет клитор, и она опять взрывается, поддавая бедрами, скулит что-то бессвязное, конвульсивно дергается. Он подтягивается на нее, накрывая своим телом. Ее широко разведенные ноги обнимают его бедра, горячее лоно словно готово принять его саднящий от сдерживаемого напряжения член. Он проникает в неё пальцем, чувствуя тугие, сжимающиеся стенки, натыкается на преграду. Она вздрагивает, выныривая из удовольствия, а он роняет голову ей на плечо.       — Ну хоть ты не соврала, — тяжело дыша, надрывным голосом произнёс Драко в шею девушки.       — По поводу? — не переставая улыбаться и часто дышать, спросила она.       — О том, что ты ещё девственница. Но я быстро это исправлю, — лукавым голосом сказал Драко и, ухмыльнувшись, резко вошёл в неё.       — Дра-а-ко, — простонала Грейнджер, едва удерживаясь от переполнявшего её адреналина в крови и приятно нахлынувших ощущений.       Девушка задала бешеный темп, как сумасшедшая поддаваясь парню, позволяя чистому кайфу расползтись по синим венам, проникая в кровь. Драко помогал ей, слегка приподнимая одной рукой за бёдра и сжимая бархатную кожу до фиолетовых синяков.       — Пожалуйста, пожалуйста, — молила Гермиона, жмурясь и хмуря брови.       — Гермиона, — прохрипел парень, закусывая нижнюю губу.       Драко запустил одну руку в платиновые волосы слизеринки, стискивая их, и потянув вниз, поцеловал Грейнджер, прикусывая скулу.       — Давай, Гермиона, кончи для меня, — такие приказы абсолютно всегда действовали на девушку. Словно это родилось вместе с ней. В ней.       Слушаться его.       Гермиона в последний раз поддалась напору прекрасно-горячему члену слизеринца настолько глубоко, что мелко затряслась, выкрикивая имя Малфоя вперемешку с мольбами.       Она так сексуально выглядела, кончая. Припухшие от поцелуев губы, которые Грейнджер кусала, цепкие пальчики, крепко удерживающие Драко за плечи и протяжный громкий стон, который будоражил парня не хуже вида голой и извивающейся под ним Гермионы.       Малфой, почувствовав восхитительное давление внутри, сделал несколько поступательных движений, гортанно простонал и кончил внутрь девушки, оставляя алый след от длинных пальцев на правой груди.       Слизеринец мечтательно улыбнулся, утыкаясь носом в шею Гермионы, и смотрел, как последняя свеча в комнате догорает, окутывая спальню блаженной темнотой.       — Мне нравится блаженство, и поэтому я хочу как можно чаще испытывать его, — шёпотом произнесла она и пустила пятерню в светлые волосы парня.       — Теперь оно будет намного чаще, чем ты можешь себе представить, моя дорогая.       — «Когда я испытываю блаженство, это значит, что в моей жизни происходит что-то хорошее. Но мое блаженство может граничить с самообманом, поэтому иногда я его опасаюсь», — подумала Гермиона и предварительно закрыла свой разум от Драко.

***

POV Гермиона:       Проснувшись ровно в восемь утра, я пошла в ванную комнату, априори не закрыв за собой дверь. Войдя в кабинку, я включила холодную воду, которая начала бить меня по лицу и мелкими струями растекаться по телу. Закрыв глаза и опустив руки по швам, я начала погружаться в себя и даже не заметила, что кто-то вошёл в комнату и теперь в открытую стоял и смотрел на меня через мокрое стекло кабинки. Открыв её, на что я только слегка улыбнулась, он вошёл и теперь стоял сзади меня. Положив свои неизменно холодные ладони на мою тонкую талию, он притянул меня ближе к себе и уткнулся носом в мои волосы.       — Хочу, чтобы так было каждое утро.       — Я тоже. Но для начала, нам нужно закончить этот год. А потом мы уже сможем воплотить нашу мечту в жизнь. Как тебе идея? — спросила я и подняла голову вверх, теперь уже смотря на него сверху вниз. Конец повествования.       — Я только за, — шёпотом произнёс слизеринец, и, развернув, а потом уже и подняв девичье тело, на что она обхватила его бедра ногами, прислонил к холодной стене кабинки, и начал страстно целовать. Я не замечала холодной воды, бьющей по телу — ведь на душе было как никогда тепло.       Драко и Гермиону охватила безумная страсть: они бы, наверное, никогда не оторвались друг от друга, если бы не нехватка кислорода в легких.       Отстранившись первой, девушка обхватила своими ладонями его лицо и посмотрела в глаза.       — Я проголодалась немного. Может, пойдём уже.       — Кстати об этом, моя мать вчера говорила, что ждёт нас вдвоём на завтраке, который, между прочим, начнётся буквально через пятнадцать минут. Поэтому, нам стоит поторопиться. Нет желания заставлять её ждать.       — Соглашусь. Ну тогда пойдём.

***

      Войдя в зал, в котором уже была Нарцисса, Драко первый подошёл к ней. Поприветствовав друг друга, к ним подошла Гермиона, всё это время стоявшая позади Драко, которая слегка поклонилась женщине в ответ.       Сев за накрытый до отвала стол, Нарцисса заговорила:       — Мисс Грейнджер, наслышана, что вы теперь являетесь невестой моего сына. Это правда? — спросила она и изучающе на неё посмотрела.       Отпив апельсиновый сок, который буквально встал у неё в горле и которым она чуть не поперхнулась, девушка скосила глаза на рядом сидящего Драко, который сидел с непринуждённым выражением лица и просто нарезал кусок бекона на тарелке.       — Да, это правда, — ответила она, поставив стакан на стол, перевела взгляд на женщину и теперь неотрывно смотрела в её почти чёрные глаза.       — А когда вы планируете поженится?       — Четырнадцатого июня следующего года, — ответил Драко и расправил плечи.       — Вот как… — протянула Нарцисса и скрестила пальцы перед лицом. — А что у вас на личном, м?       — Если ты имеешь ввиду секс? То у нас всё просто прекрасно! А в остальном всё не хуже всех. Да, солнце? — спросил он и посмотрел на Гермиону, лицо которой залилось пунцовой краской и которая не знала куда деть свои руки. Но всё же поборов своё смятение, она бесцветным тоном ответила «Да», на что женщина одобрительно кивнула и наконец приступила к своему завтраку.       — Драко, напомни мне потом дать тебе подзатыльник, хорошо? — пихнув того в бок, грубым шёпотом спросила девушка и укоризненно посмотрела в глаза.       — Лучше напомни попросить тебя дать мне кое-что другое, хорошо? — вопросом на вопрос ответил он и приподнял подбородок.       — «Да, словами можно прикасаться. И ещё нежнее, чем руками», — подумала слизеринка и закатила глаза. Спустя несколько дней.       — Драко, почему так поздно?       — Задержался в спальне. Кровать чинил, — быстро подойдя к столу, ответил он и хитро улыбнулся матери в ответ. На что она закатила глаза и покачала головой.       — Хотела спросить. Ты уверен, что она тебя в действительности любит? И то, что не слишком ли рано ты сделал ей предложение? Может ты повременишь с этим? — заваливала сына вопросами мать и потерла руки друг о друга, при этом ходя с угла в угол в кабинете Люциуса.       — Нет, мам, ничего не рано. Да и вообще, сегодня утром в 9.26 я обнаружил, что не способен любить никого кроме неё. Прости, но это так.       — А что же насчёт неё самой?       — В смысле? — спросил Драко и отложил ещё одну стопку бумаг.       — Ты в ней уверен? Я имею ввиду, что не бросит ли она тебя, когда узнаёт, что ты всё это время врал ей?       — Не думаю. Она у меня верная, а если и вскроется это раньше, чем я хочу ей сказать, то так тому и быть. Но не смей думать, что она такая, ясно? Я не потерплю того, чтобы о моей невесте говорили такие мерзкие вещи. И не было для меня красивей и желанней её, не было на свете и не будет! И на этом закрыли тему! — слегка раздражённым тоном произнёс Малфой.       — Но слушай, а если окажется так, что она любит тебя не искренне, а? Что тогда? Ты об этом думал?       — Мама, я не хочу с тобой ссориться, но ты меня вынуждаешь. Ещё раз попрошу не задавать мне больше никаких вопросов касаемо её. А, и ещё, ровно через девять месяцев жди внука, ну или же внучку. Всё, я пошёл, — закончил Драко и, схватив со стола нужный документ, быстрым шагом прошёлся до камина, и через считанные секунды его поглотило зелёное пламя, он исчез, оставив свою мать одну и в полном недоумении. В школе.       Наконец найдя Гермиону в библиотеке за толстой книгой в руках, Малфой подскочил к ней, с громким звуком положив перед ней бумагу, скрестил руки на груди и довольно заулыбался во все тридцать два.       Подняв голову и озадаченно посмотрев в его глаза, девушка отложила книгу и также скрестила руки на груди в ожидании, пока он что-нибудь скажет.       — Не догадываешься, что это может быть?       — Не имею и малейшего понятия. Я вот жду, пока ты сам мне об этом скажешь.       — А если подумать?       — По-моему это похоже на какой-то документ, в котором стоит большая зелёная печать и который обозначает что-то этакое. Но вот что именно, я не знаю. Твои предложения?       — Этот самый документ гласит, что ты вместе со мной имеешь полноценное право вступить в наследство Малфой Мэнора. Как тебе, м?       — Драко, ты вот сейчас серьёзно? Или это шутка какая?       — Нет. Ну так что, ты рада?       — Даже не знаю, что и сказать. Для начала нужно было спросить меня, хочу ли я этого, а потом уже и делать такие вещи. И кстати, когда ты успел это сделать?       — Ой, Грейнджер, не нужно быть такой занудой. А сделал я это буквально минут тридцать назад. Сначала прибыл в дом, забрал эту драгоценную бумажку, а потом уже и в суд.       — Кстати, скоро Рождество, мои родители прислали мне письмо с приглашением к ним домой. Я им ещё не говорила, что у меня есть ты, поэтому хочу сделать им сюрприз. Так сказать, у тебя есть возможность показать себя перед ними. Ты же не против?       — Конечно же нет, Грей! С тобой хоть на край света, — сказал Драко и, подойдя у ней поближе, крепко обнял. — «Я виноват. Но вся моя вина покажет, как любовь твоя верна».