A Grand Jete

Ромео не помнил, как оказался дома. Рем, не ожидавший господина так скоро, взволнованно принимал у Ромео пиджак; стараясь не спускать глаз с юноши, набрал ванну, едва ли не отнес его в воду, все не решаясь спросить. Ромео же с ним даже не поздоровался. Всё его внимание было внутри, зациклено на балете. Каждую минуту мозг как старая пластинка прокручивал начало представления, выход балерины и игру света на её черных волосах. Но дело даже не в них! Понятно, есть образы, парики, тонны косметики на лицах танцовщиц... Но Ромео был убежден - не она. Не те движения, не те чувства. Заметив, что господина бьёт крупная дрожь, Рем вытянул его из воды и привел в спальню. Измождённый переживаниями, Ромео быстро уснул на хрустящих накрахмаленных простынях. Знаете, писатели конца 19 века использовали выражение "И снилось ему всякое...". Оно подходит сюда как нельзя лучше. Сперва это было все то же монотонное повторение выхода Авроры. Потом внезапно принцесса прервала вращение и резко повернула голову к ложе. Ромео будто бы столкнулся с ней лицом к лицу и видео её глаза. Тёмные, холодные, без светлых бликов. Они вселяли ужас. Практически животный страх, обычно такой люди испытывают за свою жизнь, но для Ромео- страх одиночества. Принцесса начала крутить фуэте, ни на секунду не отводя глаз, а Ромео пытался отвернуться. Не в силах больше переживать этот кошмар, Ромео закричал. И тотчас проснулся. Рем сидел рядом, с жалостью и сочувствием поглаживая юного господина. Ромео попытался встать, но Рем положил его обратно на простыни и осторожно приложил руку к его лбу. Сырость осеннего Парижа и переживания не прошли мимо. Всю ночь Ромео знобило, ему виделось. Прекрасная принцесса, ее заслоняют каменные глыбы, потом ее корону сдергивает угловатая Аврора, леденящим взором окидывает мир и снова начинает крутить бешеное фуэте. Наконец, ее нереальный танец заканчивается большим безумным прыжком- La Grand Jete. Но вместо логичного приземления он длится, длится, длится, будто нет времени и тяжести для его исполнительницы. Наконец Ромео просыпается. Уже окончательно, пусть и с головной болью. Следы невольно прорываются пробежать недолгий марафон по щекам. Ах, где же его принцесса.... Этим вопросом наверняка задаётся и читатель.