В лапах Хозяина Долины Призраков

Как человек много лет возглавглявший величайшую организацию первоклассных шпионов и убийц, Чжоу Цзышу обязан был сопоставить все странности и раскусить истинную сущность своего «друга». Так сперва и было. Первое время Чжоу Цзышу не доверял подозрительному навязчивому чужаку и всячески пытался отвертеться от его компании, но коварное зло незаметно подкрадывалось тихими шагами все ближе к жертве; усыпило бдительность сладкими речами, красотой, заботой и изящными манерами. Чжоу Цзышу едва не успел поверить в их чистую высокую дружбу, скрепленную судьбой, и прочим насквозь лживым изречениям «друга». Поверить в предназначенного ему свыше друга не успел и яд, подсыпанный в свое вино, тоже не заметил. Растерял хватку, непозволительно расслабился. Будет ему наука на оставшееся до близкой неизбежной смерти время не доверять сладкоречивым незнакомцам. Так бывший глава Тянь Чуан оказался скованный легкими, но прочными цепями, на большой красной постели, с бесстыдно развязанным поясом, в лапах полуголого Хозяина Долины Призраков. Молить о пощаде, что бы демоническая тварь, известная Чжоу Цзышу под именем Вэнь Кэсин, ни задумала, было унизительно и столь же бессмысленно. Раз попался в руки врага - прими свою судьбу с достоинством воина. Да и не был Чжоу Цзышу достоин пощады. Сам он никого не щадил, включая возлюбленную собственного брата, близких ему людей и даже самого себя, собственноручно воткнув в свое тело смертоносные ядовитые гвозди. Чжоу Цзышу всегда был бесстрашен и не опустился бы до мольбы. Чжоу Цзышу постоянно жил с мучительной болью, он не боялся ни боли, ни пыток, ни смерти. С преисполненным спокойствия и принятия своей участи разумом размышлял о том, где хотел бы умереть и присматривал живописные места для своей могилы, но прямо сейчас, находясь полностью беспомощным в лапах демона, глядя на бесстрастное лицо источающего темную энергию Вэнь Кэсина, ощущая, как горячие руки, распахнувшие его одежды на груди, бесстыдно прижимаются к его коже, Чжоу Цзышу впервые в жизни ощутил нечто похожее на страх и желание умолять врага остановиться, даже не зная точно, что тот собрался с ним делать. Вэнь Кэсин разительно переменился. От привычного дружелюбного и излишне приторно сладкого облика не осталось ничего. Он был все так же удивительно прекрасен собой недоступной простым смертным красотой идеала, но теперь он выглядел опасно, как преодолевшая оковы скорлупы яйца и мигом выросшая в дракона змея. Его черты заострились. От него исходила столь сильная темная мощь, что свет подвешенных прямо в воздухе свечей взвивался вверх и плясал в неистовом танце на стенах просторной пещеры. Он больше не вливал в уши Чжоу Цзышу медовые речи, теперь он был холоден, как горный снег. И нет гарантий, что снизошел бы до ответов, стань Чжоу Цзышу задавать вопросы. Они оба молчали. Свечи то почти затухали, то зажигались вновь. Воздух сделался плотным, в нем вибрировала демоническая сила. Чжоу Цзышу убеждал себя, что дрожит только из-за этого, а вовсе не потому, что источник демонической энергии зловеще прижимает его к постели. Не из-за горячих рук на своем теле... Не потому, что впервые нет никакой возможности отбиться от навязанного против воли, слишком близкого телесного контакта... - Убери руки! Не трогай меня! Не смей! - не выдерживает Чжоу Цзышу. Это не мольба и не вопрос, это требование, приказ. Разумеется, тот из них двоих, кому действительно принадлежит власть в сложившейся ситуации, ему не подчиняется. Щеку Чжоу Цзышу обжигает пощечина. Хозяин Долины Призраков смотрит на Чжоу Цзышу, будто готов убить. Пальцы демона вцепляются в волосы беззащитной жертвы. С губ Чжоу Цзышу слетает тихий болевой стон, скорее от внезапности, чем от боли - к боли он привык. Его тянут за волосы, вынуждая поднять выше подбородок и горячие мягкие губы впиваются в его шею. Чжоу Цзышу вздрагивает всем телом, дергается в цепях, но и цепи и демон держат крепко. - Лучше бы тысяча ударов, чем это... - срывается мысль с губ пленника. Вэнь Кэсин не удостаивает ответом. Вместо ударов горячие губы твари исследуют шею плененного ей человека, спускаются на ключицы, целуют их поочередно и немного левее ключиц, там где расположен один из семи... По пещере разносится дикий несдержанный крик. Когда зрение и сознание Чжоу Цзышу проясняются от боли, он видит перед собой бесстрастное лицо Хозяина Долины Призраков. По подбородку Вэнь Кэсина стекает кровь, а в зубах он держит окровавленный гвоздь - один из семи. Вновь россыпь сладких поцелуев и внезапная атака... Когда Вэнь Кэсин избавляет тело Чжоу Цзышу от последнего гвоздя, сопротивляться демону более не остается сил. Чжоу Цзышу без движения лежит на постели, пока руки его мучителя наносят на раны прохладную зеленую мазь. Чжоу Цзышу не меняет своего положения на постели даже когда тварь с прекрасным лицом стаскивает с него одежды, и сползает вниз, бесстыдно обхватывает горячими сладкими губами... нет сил что-то говорить, нет сил противиться. Тело Чжоу Цзышу отзывается на ласку, чувствительное после пережитой агонии; перед его глазами плывут стены пещеры, свет слепит и он закрывает уставшие глаза. Свечи тут же гаснут, погружая пещеру в непроглядный мрак. В этой темноте, полной тепла, мягкости постели и мягких объятий, на самой границе сна и яви, Чжоу Цзышу слышит ласковый шепот: - Ты никогда не умрешь, я тебе не позволю.