В лапах Хозяина Долины Призраков

Наутро были сладкие речи, сладкие поцелуи и сладости, которыми Вэнь Кэсин кормил очень слабого после тяжелой ночи Чжою Цзышу. Запивая подогретым вином очередной деликатес, страшная ночь, состоящая из двух ужасных эпизодов, и вовсе казалась всего лишь ночным кошмаром. Вэнь Кэсин был прежним: много говорил, завлекательно улыбался и всячески расхвалил свои прелести и достоинства перед Чжоу Цзышу. Раньше такое поведение спутника казалось Чжоу Цзышу обыкновенным бахвальством, но теперь, в свете событий ночи, становилось понятно, что так, слишком вычурно и неумело, Вэнь Кэсин старался понравиться Чжоу Цзышу. Расхваливая себя, как юный женишок перед строптивой красавицей: смотри, как я хорош и сколько всего я могу тебе дать, если станешь моей женой. Несмотря на ужасы ночи, от поведения Вэнь Кэсина становилось уютно и смешно, тепло в самом центре груди, где билось живое чувствующее сердце, больше не обреченное на скорую гибель. Любимое чудище снова затаилось, одаривая Чжоу Цзышу нежной заботой и приторно-сладкой обольстительностью. Все же Чжоу Цзышу не мог не признавать, что Вэнь Кэсин, хоть и являл собой чистое непревзойденное зло, хорош, гораздо лучше самого Чжоу Цзышу. Чжоу Цзышу не спас никого из своих близких, собственными руками способствовал их мучительной кончине и увяданию своей школы боевых искусств. Вэнь Кэсин пожелал спасти родного человека и спас, вопреки всему, включая волю самого Чжоу Цзышу. Связал и собственными зубами вытащил из тела ядовитые гвозди, залечил чудесным лекарством раны и неустанно выхаживал много дней. Вэнь Кэсин заслуживал уважения за упорство. Если бы сам Чжоу Цзышу в свое время проявил столь же твердую волю, все его близкие были бы живы, его школа бы процветала, а он сам не воткнул бы в свое тело семь медленно мучительно убивающих гвоздей. Неделя проходила за неделей и Чжоу Цзышу поднялся на ноги. Хоть его боевые навыки были теперь ему недоступны, а ходить он мог, лишь поддерживаемый под локоток заботливым Вэнь Кэсином, он был жив, больше не обречен на скорую смерть, обрел родную душу в лице самого опасного существа двух миров и они вместе жили в роскошном поместье, днем воспитывали ученика и гуляли в прекрасном саду, полном красных деревьев, а по ночам пили вино и предавались разврату. Вэнь Кэсин больше не пугал Чжоу Цзышу своей настойчивостью. Стоило только самому Чжоу Цзышу проявить немного инициативы в постели, подмяв однажды развратного красавца под себя, - Вэнь Кэсин охотно отдал роль завоевателя в руки Чжоу Цзышу, а сам, покорно отдаваясь ему на милость, был весьма доволен. Наступала весна, зацвели красные деревья, разливая в воздухе приторно-сладкий аромат и в поместье пришли новые ученики.