Пусть это скажет он

      Академия «Камомэ» славилась подготовкой будущих бизнес-лидеров с нестандартным подходом. Ректор был убеждён: «Каждый руководитель должен понимать искусство, будь то музыка, живопись, или хотя бы знать, как отличить подделку на торгах!»       Студенты обожали занятия по творческим дисциплинам. Среди тонны скучной теории и расчётов они были как шоколадка, тайком съеденная на нудной лекции.       Нэнэ помнила, как мама рассказывала, что именно в академии раскрыла свою любовь к искусству. А теперь бродить по тем же коридорам, дышать тем же воздухом, что и она в молодости — это как оказаться в фамильном музее, который ей запрещали посещать.       — У нас новенькая — Ясиро Нэнэ, — произнёс преподаватель, обратив внимание группы на девушку, стоявшую рядом с доской.       Аманэ глянул на неё из простого любопытства, а затем вытянул шею. «Не может быть… Опять эта одержимая? Что она здесь забыла?» — пронеслось у него в голове.       — Ясиро, сядешь за последнюю парту. С Юги Аманэ.       — Эээ? — будто эхо раздалось по аудитории.       Одногруппники повернулись к Аманэ, преподаватель поднял бровь, а Ясиро с неудовольствием посмотрела на парня.       — Со мной сидит Цукаса. — Аманэ выразил протест.       — А где он? Грезит о том, как станет падишахом на горе подушек?       По рядам пролетел тихий смех. Аманэ скривился. Разбудить брата по утрам — задача невыполнимая. Особенно звонком на телефон, который для Цукасы был не более чем безобидным щебетанием будильника, успешно игнорируемым ещё несколько часов.       — В любом случае, я давно хотел вас рассадить, — заявил преподаватель, потирая руки. — Ясиро, добро пожаловать. Итак, начнём пару!       Нэнэ собралась с духом и направилась к новому месту. Небольшое волнение перед незнакомой группой щекотало её нервы.       — Рада знакомству, Юги Аманэ, — сказала она и, откинув волосы, изящно опустилась на стул. В ответ — ледяное молчание. — Очень дружелюбно…       Задние ряды обернулись, полные любопытства, и тут дверь распахнулась. На пороге возник Цукаса, который одним своим появлением сорвал всю малину.       — Простите за опоздание, — как ни в чём не бывало заявил он, вальяжно шествуя в кабинет.       В этот момент глаза Ясиро распахнулись в немом изумлении. У доски стоял Цукаса, неотличимый от её соседа по парте, будто отражение в зеркале. «Что это… Близнецы? Это уже целых два идиота в группе!» — пронеслось в её голове.       Заметив брата и его новую соседку, Цукаса изобразил на лице удивление наивного ребенка.       — О, моё место занято?       — Теперь ты сидишь за первой партой, — сообщил преподаватель. — С Мабучи.       — Э? — Цукаса удивлённо ткнул пальцем в свою грудь. — Вы шутите?       — Добро пожаловать в первый ряд, Цукаса.       Парень окинул взглядом Чикэко, которая подняла на него глаза, полные неожиданного удивления, а затем быстро опустила их в тетрадь и сжала стержень ручки.       — Теперь мы соседи, — вздохнул Цукаса, бросив рюкзак перед партой.       Девушка кратко кивнула, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Тем более энтузиазма в Цукасе не наблюдалось.       Так началась пара, и Нэнэ постаралась сосредоточиться на словах преподавателя. Она делала пометки в тетради, пытаясь больше не думать об Аманэ. Однако, его присутствие рядом ощущалось всем телом. Она чувствовала его взгляд, изучающий её, и это выводило из себя. «Неужели он не может просто отвернуться?» — с раздражением подумала Ясиро. Учёба в академии, о которой она так мечтала, начиналась совсем не так, как она себе представляла.       — Теперь я уверен, — вдруг прошептал Аманэ, укрываясь за учебником. — Ты моя фанатка. Автобус, переулок, магазин… и теперь ты тут. Это уже преследование.       Ясиро вскинула бровь, глядя на него. В глубине души она пыталась быть дружелюбной, но Аманэ сразу разрушил её добрые намерения.       — Да кому ты вообще сдался?       — Очевидно, тебе. Ты же меня преследуешь. Везде! — выпалил он, прожигая её взглядом. — Признайся, ты сталкер?       — Ещё стоит разобраться кто кого преследует.       Ясиро придавила его ногу каблуком под партой, и он скривился. Как только боль стихла, Юги с грохотом положил учебник и вплотную приблизился к ней, метая глазами молнии.       — Не зли меня, иначе…       — Не желаете поделиться с нами темой дискуссии? — вмешался преподаватель с другого конца кабинета, окидывая их неодобрительным взглядом. — Юги, Ясиро, после пар остаётесь наводить порядок в кабинете.       Аманэ уже негодовал и мысленно проклинал всё вокруг, а Нэнэ лишь обречённо вздохнула, с мольбой глядя на мужчину.       — Я на всё готова, — простонала она, — но не с ним…       — Довольно!       Преподаватель резко ударил кулаком по первой парте, отчего Цукаса и Чикэко вздрогнули, словно именно они были зачинщиками ссоры.       — После этой пары вас ждёт уборка в качестве наказания. Это займёт совсем немного времени.

જ⁀➴ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨ﮩ෴ﮩ__

      — Давай заканчивай, я опаздываю, — проворчал Аманэ, с отвращением принимаясь за оттирание доски.       — Не разговаривай со мной, — шикнула на него Ясиро, орудуя веником возле окна. — У меня нет ни малейшего желания торчать здесь с тобой до скончания веков.       Однокурсники постепенно расходились из аудитории, оставляя больше свободного пространства для уборки.       — Аманэ, у тебя появилась подружка? — протянул Цукаса, устраиваясь головой на плече брата. — Вынужден прервать вашу идиллию. Тебе звонил Иоши.       — Чёрт бы его побрал! И зачем я вообще согласился на эту фотосессию?       Аманэ бросил тряпку, и тут же получил веником в спину.       — Ты что творишь? — вскипел он, посмотрев на Нэнэ.       — Забудь про фотосессию. Наказали нас обоих, так что помогай!       — Считай это посвящением в студенты.       Он оставил её ворчание без внимания и, махнув рукой, покинул кабинет вместе с братом. Ясиро осталась в одиночестве с грязной доской и мыслями о несправедливости.       — Ну что за свинство! Где правосудие?       Нэнэ яростно топнула ногой. Однако уведомление отвлекло её от потока гневных мыслей. Она достала телефон. Сообщение от Ёсиды: «Извини, что не помогла с уборкой. Я на работе».       — Пора бы и мне найти работу...

જ⁀➴ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨ﮩ෴ﮩ__

      — Объясни мне. — Аманэ с недоумением смотрел на брата. — Что ты здесь забыл? Ты никогда не проявлял интереса к моей работе.       — Кто сказал? — Цукаса отвернулся к окну, будто ища спасение в размытых очертаниях города за стеклом.       — Если услышу, что ты пришёл сюда не просто так, это хотя бы немного будет похоже на тебя.       — Тогда я пришёл не просто так. — Цукаса медленно повернулся к брату, и в его глазах мелькнуло нечто, заставившее Аманэ насторожиться. — У меня есть планы.       Аманэ почувствовал, как под ложечкой завязался тугой узел тревоги.       — Для начала нужно увидеть кое-кого.       — Кого же?       — Твою коллегу по съёмкам.       Стоило Ёсиде увидеть павильон, как кровь отлила от лица, сменившись ужасом в самых венах. Воспоминания хлынули, как стая ядовитых гадюк, каждая жаля уколом былого унижения.       Аманэ, лучась фальшивым радушием, приветствовал бывшую одноклассницу. Казалось, он начисто забыл о недавнем разговоре с братом.       — Ёсида-чан, ты и правда расцвела. Карьера айдола тебе к лицу.       — Приятно слышать, Юги-кун, — выдавила она натянутую улыбку, но взгляд, против воли, метнулся к Цукасе.       Он, как и прежде, возвышался над ней неприступной скалой, но в глубине его глаз плескалось нечто большее, чем просто презрение.       — Ёсида-чан, помнишь Цукасу? Думаю, вам будет что вспомнить без меня. Я отойду в гримёрку, — беззаботно бросил Аманэ, совершенно не подозревая о той буре, что могла разразиться между этими двумя.       Чикэко проводила его взглядом, безмолвно моля не оставлять её на растерзание прошлому, но Аманэ не заметил её страха. Он ушёл, захлопнув дверь в её личный ад, где вечным тираном правил Цукаса.       — Зачем ты здесь? — наконец, выдохнула она, не выдержав гнетущей тишины.       Усмешка тронула его губы — жалкая маска, скрывающая бурю встревоженных чувств.       — А ты зачем здесь, Ёсида-чан, если так боишься меня?       — Я здесь только из-за Ииды, — отрезала она, стараясь не выдать ни тени смущения. — По работе.       Цукаса закатил глаза, едва заметно нахмурившись. Он сделал к ней шаг.       — Неужели наша Ёсида-чан втюрилась в своего менеджера? Вот это страсти! — в его голосе звучала показная насмешка, от которой по щекам Чикэко разлился предательский румянец. — А я думал, ты влюблена в меня. Какая жалость.       — Какое тебе дело?       — Никакого, — пожал он плечами, но в глазах вспыхнул недобрый огонь. Цукаса протянул руку и грубо, словно с бездушной куклой, захватил её подбородок, запрокинув голову. — Просто забавно смотреть, как ты трепещешь.       Её глаза заблестели, испуганно бегая по его лицу. Он оказался слишком близко, так, что чувствовалось обжигающее дыхание.       — Не трогай меня! — Она так же грубо оттолкнула его и сделала несколько шагов назад, с трудом удержавшись на ногах.       — И правда, ни капли не изменилась.       — Оставь меня в покое.       Чикэко прошла мимо него, намеренно задев плечом. Цукаса остался на месте, смотря в пустоту перед собой.