Раскрась мой мир

      Сяо Чжань был тихим и очень застенчивым молодым человеком. С ранних лет его преследовали невзгоды. В лучшем случае, парни и девушки не замечали его или игнорировали, а в худшем — смеялись над его неказистой внешностью и недорогой одеждой.       В детстве он жил в маленьком городе. Это был поганый городишко, оставивший лишь дурные воспоминания и комплексы. Он всегда увлекался рисованием и музыкой. Однажды на школьном празднике Сяо Чжань и один из его немногих друзей решили выступить на концерте. Но выступление закончилось лишь тем, что над ними поглумились. Обзывали нищими прыщавыми очкариками и не стали даже слушать. Всё закончилось вакханалией и разборками со школьными учителями. После этого случая он никогда больше не выступал на публике. А о том, чтобы показать свои картины кому-либо, не могло быть и речи. Позднее семья переехала. Сяо Чжань, повзрослев, стал удивительно спокойным и безразличным к нападкам. Он даже не ожидал, что его спокойствие и равнодушие будут настолько глубокими. Ему стало всё равно, есть ли у него друзья, как он выглядит и во что одевается.       Сяо Чжаню всегда говорили: «Будь собой, не стесняйся.». Но он и так был собой. Но что можно сделать, если общество не принимает его таким, какой он есть? Люди всегда стараются навесить ярлыки и подогнать всё под какую-то классификацию, особенно то, что не вписывается в общепринятые стандарты. А у Сяо Чжаня не так много денег, чтобы покупать красивую одежду, обувь и машину, чтобы соответствовать ожиданиям окружающих.       После того как Сяо Чжань освоил профессию дизайнера, он решил начать самостоятельную жизнь и съехал от родителей. Он жил скромно и уединённо. В отличие от тех, кто любит проводить время в компании друзей и развлекаться, Сяо Чжань предпочитал проводить свободное время, занимаясь музыкой. Откладывая заработанные деньги, он смог приобрести скромную аппаратуру и начал записывать песни. Одна из них даже была анонимно выложена в интернете и получила высокий рейтинг. Он исполнял свои собственные песни, которые были очень простыми, но в них содержалось всё: любовь и страдания, нищета и величие, пафос и равнодушие. Однажды он получил письмо от одной из студий с приглашением на прослушивание. Однако, опасаясь, что там будут красивые и стильные люди, которые могут его высмеять, он не поехал. Больше он не стал выкладывать музыку в интернет, но продолжал записывать и хранить её у себя дома. И вот сейчас Сяо Чжаня затащил в машину и пристально рассматривает самый красивый парень из всех, кого он видел. И на его лице не отражается презрение или отвращение. Наоборот, он добр и участлив. Сяо Чжань видел перед собой яркого, лёгкого, внешне беззаботного и модного молодого человека, к которому сам никогда бы не осмелился подойти. «Что такой привлекательный юноша нашел во мне, чтобы заговорить и даже предложить довезти до дома?» Сяо Чжань почувствовал смущение и покраснел до корней волос, произнося адрес своего дома, расположенного в малоизвестном районе с жильём эконом-класса. Когда парень назвал своё имя, Сяо Чжань вспомнил, где раньше его видел — на обложках журналов.       Ван Ибо припарковал машину возле дома, но не стал уезжать. Он надел на лицо маску и вместе с Сяо Чжанем направился к его квартире. — Одолжи мне какую-нибудь рубашку, а то будет не совсем прилично, если я заявлюсь в гостиницу в таком виде. Конечно, Ван Ибо было совершенно наплевать, как он будет выглядеть, когда вернётся к себе в номер. Он просто искал повод, чтобы провести время с Сяо Чжанем и получше его узнать. — Серьёзно? Ты наденешь мою рубашку? — А что такого? Ты-то мою надел? От смущения Сяо Чжань готов был провалиться сквозь землю. Он начал заикаться и ещё больше покраснел. — Но ты же, — открывая дверь в квартиру, он внезапно потерял дар речи и стал совершенно пунцовым от волнения, — ты же… Знаменитость! Как ты можешь надеть на себя моё тряпьё? — Узнал, значит, — хмыкнул Ван Ибо. — Ну и что? Ерунда какая. Давай, неси что-нибудь, не стесняйся. Никакая я не звезда. Сяо Чжань суетливо перебирал скромные футболки и, вдруг почувствовал, как по его телу пробежала дрожь. Он резко обернулся и замер, встретившись взглядом с бездонным омутом глаз Ван Ибо. — Спасибо, — прошептал Ван Ибо, принимая одежду. Он сделал это осторожно, словно случайно коснувшись ладони Сяо Чжаня кончиками пальцев. — Твоя футболка… — Не стоит беспокоиться о ней. Лучше позаботься о себе и прими горячий душ, чтобы не заболеть. До завтра, Чжань! Не дав ему опомниться и произнести хоть слово, Ван Ибо стремительно оделся, подмигнул и выскользнул за дверь. «До завтра? Что он имел в виду? Он собирается прийти сюда завтра?» Волна паники тут же захлестнула его, и Сяо Чжань лихорадочно размышлял, как ему поступить. Он начал беспорядочно переставлять вещи, стараясь навести порядок в своей небольшой квартире. Но потом он вспомнил, что всё ещё одет в мокрую одежду, и поспешил принять горячий душ.