Вкус йигройша

* * *

      Ещё раз подумав, Курасан неуверенно передвинул шашку на следующую клетку. Замазыч сделал тоже самое, «съев» его фишку.       — Да ну, в который раз ты уже выигрываешь меня..       — Ты сам попросил попробовать сыграть, — спокойно ответил корректор.       — Чёт не нравится мне эта игра, и вообще... Но его речи прервал знакомый возглас хоста, который требовал о том, чтобы все сейчас же собирались на поляне. Курасан вмиг запнулся, оборачиваясь       — Интересно, зачем ему звать нас в такое время.. Ладно, пошли уже. — тот коротко кивнул в ответ, сворачивая доску и фишки с игрой. После чего оба обджекта встали, направляясь к месту назначения. И вот, казалось бы, все как обычно стоят в сборе, уже вопросительно глядя на Ё. Через минуту, хост обернулся ко всем, но некоторые заметили на его личике и в интонации некую встревоженность:       — Ребята, я извиняюсь за то, что созвал вас так поздно, но на это есть причина, — он прервался, осматривая каждого участника. — Боюсь, что среди вас кого-то не хватает... И, судя по всему, это Кнайф и Бутылыч. После такого заявления все будто бы опешили. Некоторое время никто ничего не говорил, стояла лишь тишина.       — И ты хочешь сказать, что они пропали? — резко спросила Брялок.       — Может и да, я не знаю... У нас ещё никогда не пропадали обджекты. — он с досадой посмотрел куда-то в сторону. — Кто нибудь видел их?       — Ну, я точно не видела, — отозвалась Пшика.       — Да кому они нужны, особенно тот инвалид? Должно быть, завтра вернутся.. — грубо вставил Курасан. Ему тут же ответила Брялок:       — Тоесть сама ситуация тебе не кажется подозрительной? И то, что они пропали именно вдвоем. Может, Кнайф вообще сделал что-то с Бутылычем, кто знает.. Я видела его в последний раз недавно, сидящим в углу поляны и делающим что-то.       — Может быть, нам стоит поискать их? — после некоторой паузы, предложила Стёрка.       — Давайте. Я ни в коем случае не хочу, чтобы это закончилось чем-то плохим, — Ё взмахнул своей палочкой. Было видно, что он крайне взволнован. Оно и неудивительно. Все мигом поддержали эту идею, конечно же, кроме Курасана, который всё был недоволен:       — Отлично, теперь мы ещё будем до ночи искать этих двоих... А я ведь спать собирался.       — Тебя никто и не заставляет! Я бы посмотрела на тебя, когда из твоей команды пропадут сразу два участника, — пушистая злобно огрызнулась.       — Ой, ну всё.. — он обиженно скрестил руки на груди. Тем временем, их начинающийся спор прервал хост:       — Я предлагаю разделиться. Каждый пойдёт в разных направлениях, чтобы мы быстрее смогли их отыскать! — эта затея также пришлась всем по нраву. Ё начал указывать палочкой в разные, и казалось бы, в совершенно случайные направления; говоря, кто куда должен отправиться. Через минуту все уже начинали расходиться. Даже раздраженная французская булка, нехотя, и поняв что без Кнайфа ему будет не над кем издеваться, он пошёл в сторону деревьев. Лишь одна Лампочка ещё несколько мгновений стояла на месте с убийственной улыбкой, и ловила не понимающие взгляды Ё. Тот думал, что она вообще не поняла, о чём они только что говорили. Но уже через миг она сорвалась с места и ринулась в заросли, чуть не сбив с ног хоста.

* * *

      Спустя минуту Светобульба сбавила скорость, и пошла более спокойным шагом. Пройдя так пару метров, она начала сворачивать с тропинки. Бормоча себе что-то под нос, она попутно приподнимала ветку каждого куста и заглядывала, словно надеясь там кого-то найти. Как в игре в прятки. Жаль, что это были не прятки.       Звёзды ярко освещали путь, хотя казалось что она и так всё отлично видела. Проходя всё дальше через заросли, она прошла через ту самую поляну, а потом и вовсе побрела дальше, к следующим кустам. Но её поиски резко прервали отдаленные шорохи откуда-то сзади. Услышав подозрительные звуки слева от неё, Лампочка отодвинула густые кусты и решила заглянуть за них. Тех было много и покрыты они были колючками, из-за чего сразу не поддавались ей. Но как только она раздвинула непослушные ветки и преодолела их и некоторое расстояние после, пред ней предстала очень интересная картина:       Те самые два обджекта, которых все так взволнованно ищут, находились здесь. Причём в весьма необычном положении: ножик находился прямо внутри бутылки, который, судя по всему, странно наслаждался этим. Стеклянной не потребовалось и минуты чтобы понять, чем конкретно те занимались. Она должна была уже развернуться и пойти рассказать остальным. Но она осталась стоять на месте, будто что-то останавливало её. Дабы чисто для интереса понаблюдать, что они соберутся делать дальше. Она удобно притаилась за кустами так, чтобы основной вид было видно. Не каждый день ведь такое видишь, правда?

* * *

      Через считанные мгновения, закончив, Кнайф подтянулся и вылез из бутылки через горлышко. Бутылыч, ещё не отошедший от оргазма, тяжело выдохнул. Он устало прилёг на траву, глаза его были полузакрытыми. После того, как кухонный прибор вышел из него, ему казалось, будто его только что изнасиловали. Может быть, отчасти так и было. Но одновременно, почувствовав будто странную опустошенность внутри, он подумал о том, что с удовольствием принял бы ножика в себя ещё раз.. Поймав себя на этой мысли, он быстро попытался отогнать её в сторону. Не в силах выговорить ни слова, йигройшевый томно смотрел на Кнайфа, стоящего перед ним. С него обильно стекали капли космического напитка, да и сама его рукоятка вся была в нём, даже на лезвие попало. Наверное, если бы солнце ещё не зашло, он словно бы светился из-за красиво переливающейся жидкости. Заметив продолжительный взгляд того, Кнайф подошёл к нему ближе. Его выражение лица и действия не сулили ничего хорошего       — Теперь ты должен слизать это, — его голос прозвучал грубо и властно, так что бутылка чуть заметно вздрогнул.       — А.. Ч-что..?       — Ты прекрасно меня слышал. Слизать начисто, — после этих слов, на лице бутылки вспыхнул яркий румянец. Он замешкался, стыдливо отводя взгляд в сторону.       — Разве тебе не хотелось бы попробовать свой собственный напиток? — с некой усмешкой произнёс Кнайф, поглаживая его. — Ну же. Наконец, собравшись, Бутылыч неуклюже опустился на колени перед ним, всё ещё не веря, что это происходит именно с ним.       Лампочка подвинулась ещё ближе, стараясь разглядеть каждый момент, что было трудновато в темноте. На её лице оставалась прежняя улыбка, которая, почему-то, стала ещё шире и безумнее.       Стеклянный осторожно провёл языком по верхней части деревянной рукоятки, заглатывая свою же жидкость, затем ещё раз. Он почувствовал странное отвращение, и чуть отодвинулся, приоткрыв рот, откуда стекала жидкость. Отвращение и тошнота стали ещё сильнее. Вдруг, с нескрываемым раздражением, Кнайф одним рывком притянул к себе Бутылыча, так что тот оказался вплотную к нему. Невзирая на неприятные ощущения, йигройшевому пришлось продолжить. Сласть напитка начала приятно обжигать язык, заставляя слизывать больше вновь и вновь. Это вызывало у Кнайфа приятные и удовлетворённые стоны. Которые становились всё громче, пока тёплый язык проходился по его телу вновь и вновь, не оставляя не единой остаточной капли напитка.       От такого зрелища, рука Лампочки незаметно потянулась куда-то ниже. Плавно скользнув по телу, она очутилась между её ног. Лампа поняла, что никогда не ощущала и не делала ничего подобного. Она чувствовала всё большее возбуждение, наблюдая за тем, как наслаждается Кнайф. Больше не в силах сопротивляться себе, она начала ласкать себя в том месте. Ведь этот обджект и правда нравился ей когда-то. А может, нравится и до сих пор. Её непослушная рука постепенно ускорялась, на лице появился заметный румянец, вместе с удовлетворённой улыбкой.       Бутылыч чуть приостановился, несколько секунд отдышавшись. Кнайф выдохнул, ласково гладя его. Вскоре стеклянный продолжил, языком подбираясь к низу. Ещё сильнее краснея, ножик сел на землю и раздвинул ноги, дабы тот смог коснуться его там. Йийгройшевый слегка гладил его по ногам, желая возбудить ещё больше. Он резко прошёлся по оставшемуся мокрому месту, вызвав у Кнайфа протяжный стон, вперемешку с ещё какими-то звуками. Затем сделал это второй раз, касаясь бедра.       Не выдерживая, Лампочка нащупала рукой отверстие внизу, и с силой надавила на него двумя пальцами, проталкивая их внутрь. Всё глубже. Она тяжело вздыхала, подавляя стоны. Вздохи и стоны этих троих будто сливались воедино. Казалось, что в сущем наслаждении она уже забывала обо всём на свете. Её пальцы стали мокрыми, а от стекающих капель оргазма на траве под ней образовалась лужица. Даже не пытаясь более скрыть себя, она подалась вперёд, наблюдая и не отводя глаз.       Медленно выдохнув, Бутылыч наконец закончил. Кухонный прибор с ухмылкой посмотрел на него:       — А ты хорошо поработал, молодец. Ни секунду ни медля, довольный и чистый, он поднялся на ноги. Тот тоже решился подняться, неловко посмотрев ему в глаза.       — Теперь-то я могу идти..? Кнайф?       — Да, — он ответил не сразу, и, обняв одной рукой, прижался ближе. — Ты ведь понимаешь, что не смеешь никому рассказывать? Бутылка нервно сглотнул, и активно закивал. Улыбнувшись, Кнайф украдкой поцеловал его, как бы в благодарность за «послушание», и быстро отстранился. Когда те встали и вроде собирались уходить, Светобульба понемногу очнулась. Уже вдоволь удовлетворив себя, она быстро приподнялась и зашагала прочь. Её сознание было затуманенным и мутным, словно грязная вода.

* * *

      Хост сидел и думал о чём-то, смотря в пустоту. Пока из кустов не показался тот самый стеклянный обджект ярко-алого цвета. Она в один миг очутилась рядом с ним, и совершенно спокойным тоном проговорила:       — Я видела их. Буква даже не шевельнулся. Он должен был удивиться или, хотя бы, как минимум обрадоваться, ведь поиски других так ни к чему и не привели. Но он также оставался сидеть, как будто и не слышал. Прошло несколько секунд, пока он не обратил внимания на пришедшую гостью:       — Ох, что ты, правда? Как хорошо! — он живо переменился в лице. Остальные обджекты уже подходили к ним.       Только вот больше, на все вопросы Ё по типу: «Где?» и «Как?» Лампочка лишь молчала, сохраняя бешеную улыбку на лице. А вскоре она и вовсе ушла прочь, пока на горизонте показался кое-кто ещё.